Моритур

Моритурское утро неспешно. Никаких очередей за утренним кофе, многокилометровых пробок и ругани в общественном транспорте. Щебетанье птиц, солнце и улыбки прохожих, пожелания приятного дня и велосипеды, неторопливо везущие седоков к офисным зданиям. Не город, а утопия, порой наводящая Книжное Трио на мысли о том, что где-то на тихой улочке живет перепутанный при рождении сын Зверя. Но пока никакие лысые люди в оранжевых одеяниях не вылазили из-под земли, а тарелки с зелеными человечками проверяли наличие водительского удостоверения где-то в другой галактике, трио перевело эту теорию в разряд гипотез. Этим осенним утром почти книжный квартет (пока только с маленькой буквы) ждали две новости. Одна в виде фотографии в мессенджере (пришедшая даже Кэти) извещала о том, что неосторожная мечта Селены сбылась. Другая (исходящая из нее же) признавала, что Лиза точно познакомиться со Зверем Зеленого Ада (всегда только с большой буквы). Как вы понимаете, у этой не ливерпульской четверки, как и у одного из первых моритурцев, стакан был наполовину полон. Жажда приключений и чудес затмевала исторические подсказки, посылаемые друзьям, попавшим в столь желанную таинственную историю. Кто же будет вспоминать о том, что обычно бывает с моритурцами, попавшими в водоворот интересных событий (они переезжают за город, поближе к вековому дубу), когда самого затягивает в подобный. А вспомнить бы стоило, потому что приключений в Моритуре нет, а вера в чудеса наказуема. Ник Обалдуй стал первым тому подтверждением. Прозвище свое он, так же, как и Эбриус (Алкаш), получил за дело. Ник был из тех людей, которые корову разменяют на три загнивших боба, и после прибытия в будущий Моритур потчивал всех баснями о живущих в лесу феях, пообещавших возвести прекраснейший город в обмен на подарок. От чудаковатого детины отмахивались почти месяц. Какие феи, какие чудо-города, тут сил хватило только на то, чтобы одну избу возвести и лучше бы он не в лес таскался, а таскал лес на строительство. Но Обалдуй был упертым парнем и спустя еще две недели почти что доктор выдал повторный, но запоздалый вердикт: «Помер». Парня нашли в любимом лесу. Ник не только поклонялся своим лесным феям, но и преподнес им в дар самое ценное, что у него было – чистое сердце, которое и украшало самодельный алтарь из палочек. У почившего Эбриуса появился сосед под раскидистым дубом, а у его последователей печальная новость о том, что город придется возводить без помощи уже двух человек и уверенность в том, что с чудесами пора завязывать. Может первые моритурцы умели держать слово, а может его держали те самые лесные феи, которым Ник подарил свое сердце, но факт налицо – Моритур и по сей день остается самым скучным, но самым безопасным местом на земле, защищенным от вторжения нечисти. А его жители с молоком праматерей впитали знание о том, что чудеса – это опасно, а жажда приключений дарует только свежевскопанный холмик под ветвями раскидистого дуба. Праотцами Лизы были татаро-монгольские завоеватели, так что подобных знаний она с молоком не впитывала. Ее кормили смесями, а те, кроме полезных обещаний на упаковках, ничего больше не дают. И когда девушка, вышедшая на крылечко с кружечкой кофе, увидела проезжающий мимо заветный автомобиль, она спешно приткнула кружку на край столика и выбежала со двора. Управление взял не мозг, а тело и ему, уже настроившемуся на бег за машиной, очень повезло. Спорткар остановился в четырех домах от жилища удивленной девушки, еще не успевшей просмотреть утренние сообщения от Селены. Лиза, в отличие от лучшей подруги, была совой, потому просыпалась в то время, когда Селена старательно боролась со сном на первых лекциях. Девушка сбавила темп и неспешно подошла к автомобилю, из которого выбирался водитель. Влюбленный взгляд растрепанной брюнетки скользил по плавным линиям Зверя Зеленого Ада. - Какой красавчик! - не сдержалась Лиза. - Спасибо за комплимент! – ответил кто-то сбоку. - Это я про машину. – девушка оторвала взгляд от автомобиля и взглянула на владельца. Голубоглазый брюнет, чье лицо украшала щетина, скрывающая шрам, разглядывал ее с не меньшим интересом. Белую футболку, о которой говорила Кэти, он сменил на черную, а косуху на зеленую олимпийку с тремя полосками. - Но ты тоже ничего. - Да и вы ничего! – подмигнул парень. - Можно на ты. – разрешила Лиза. - Это я кроссовкам. – не остался в долгу парень, на лице которого расцвела улыбка. - Никогда не рискнул бы носить белые суперстары с зеленой шелковой пижамой. По Лизе скользнул оценивающий взгляд парня, выбравшего более классический вариант: белые суперстары с синими джинсами. - Когда в твоем кофе не будет молока, ты их и с халатом натянешь. – не растерялась Лиза, пославшая в ответ такой же оценивающий взгляд. Положительные вердикты сошлись. - Видимо ты очень любишь капучино, раз в одной пижаме в октябре на улицу выскочила. – предположил парень. – Хорошо еще, что у вас в краях лето до сих пор. - Угадал. У меня никакого доброго утра без кофе с молоком не будет. Молоко закончилось, а пополнить запасы можно либо в магазине, либо у Селены. В таком виде я могла пойти только сюда. – вранье Лизы обрастало подробностями. - Ты знакома с Селеной? – поинтересовался парень, для которого ложь была основным делом. - Я как раз ее ищу. - Зачем? – утренний кофе еще не смазал шестеренки в мозгу девушки. - Думаю, тебе стоит проверить телефон и на всякий случай выкинуть свой шампунь. Мозг Лизы все же сопоставил все факты: - Она тоже поседела?! - К сожалению, да. Сейчас заезжал за кофе и Кэти известила меня, что Селена стала очередной жертвой нашей компании. Я уточнил адрес и решил сразу же уладить недоразумение. Но, судя по всему, ее нет дома. - А сегодня какой день недели? - Самозанятые часов не наблюдают. – усмехнулся брюнет. - Сегодня уже пятница. - Если сегодня пятница, то Селене к первой паре. Пар в пятницу четыре, а после них она пойдет в библиотеку, подменяет маму, уехавшую с отцом отдыхать. Домой вернется в начале седьмого. – Лиза, которую мало волновали такие условности как время, дата и приемы пищи по расписанию, поражала столь точными знаниями, которые бубнила себе под нос. – Так что зря к ней явилась не только я. - Не согласен... Молока ты не получила, зато познакомилась с красавчиком. Это я про него. - улыбнулся парень, кивая на машину, дверь которой он уже открывал. – Тебя до магазина подкинуть? Указав на свой наряд, Лиза снова соврала: - Переоденусь и чуть позже схожу. Запасы молока в доме Лизы ежедневно восполнялись, а на экстренный случай имелись сухие сливки, так что поход в магазин был лишним, тем более кружка с заветным напитком уже остывала на крылечке. - Сейчас меня больше подруга волнует, чем кофе. – пояснила девушка. - Предупреди ее, что я подъеду после шести. Загладить вину. – парень уже сел в машину, но опустил стекло и добавил: - Кстати, я - Мэш. - Лиза. – на автомате ответила девушка, которая уже подсчитывала сможет ли она до пяти сделать намеченную работу, чтобы успеть привести себя в порядок и к шести быть во все оружии. - До вечера, Лиза! Предвкушая приятный вечер, Лиза одарила Мэша самой многообещающей улыбкой из тех, что были ее в арсенале, и направилась домой, готовить завтрак и готовиться к ужину. А Мэш не торопится. Он еще долго смотрел ей в след. Что-то в ней цепляло. Что-то знакомое, притягивающее и пугающее одновременно. Что-то такое ценное, что могло стоить ему жизни. Что-то настолько важное, что он за него можно было отдать все, что у него было. Мэшера такие чувства смутили, и он решил вернуть себя в рабочее русло, набрав номер наставника, которому давно следовало отчитаться. - Утро доброе. Не разбудил? - вежливо уточнил парень. - Спящему, как ты помнишь, достаются только сны, а у меня событие века на носу, какой уж тут сон. Да и мой лучший сотрудник на связь не выходит какой день, хотя задачу я ему дал максимально простую. Седых девчонок ты оперативно собрал на обряд, ценю. Да и байка эта с шампунями отличная, но куда больше меня интересует девочка та самая. И очень надеюсь, что тебе есть, чем меня порадовать! - сделал упор на последнее слово мужчина, от чьего голоса у Мэша руки мурашками покрылись. - Помнишь же, что бывает с гонцами, приносящими дурные вести. Мэш нервно сглотнул. Не хватало ему снова попасть в список «плохишей». Он прекрасно помнил, что бывает с тем, кто расстраивает наставника. Нужно было срочно чем-то это порадовать. И чем-то очень хорошим, чтобы сохранить при себе все части своего тела. Причем сделать все так, чтобы не выдать своего волнения. Любимчику бояться не положено. - По пустякам отвлекать не хотел, знаю же, что к обряду готовитесь. А вот теперь мне есть чем вас порадовать, так что и отчитаться пришла пора. - Как можно увереннее старался говорить парень. - В город я приехал два дня назад... - Проблем на въезде не возникло? - как бы невзначай полюбопытствовал Дарк, стараясь не выдать свой шок. Давненько он не испытывал подобную эмоцию. Лет триста, как минимум. Он отправил Мэша в окрестности Моритура разузнать про девчонку, потому что тот был неподалеку и собирал отмеченных молниями для обряда, но никак не ожидал, что парню удастся проникнуть в город, защищенный от таких, как они. Видимо слишком мало он его истязал, раз не смог убить весь свет. С другой стороны, эта остаточная слабость Мэша сыграла ему на руку. Впервые он получил доступ и к самому защищенному городу, и к его жителям. - И все вы знаете. - Мэшер давно перестал удивляться тому, что его наставник был осведомлен об очень многих вещах. Видимо такая прозорливость шла в комплекте с тысячелетним возрастом. - Зверь заглох прямо у надписи «Добро пожаловать в Моритир», так что мне пришлось пройти пешочком до небольшого отеля. Его хозяйка меня не только чаем напоила, но и Зверя помогла завести. Не женщина, а на все руки мастер. Так что я у нее в отеле и обосновался. Заодно познакомился с парочкой разговорчивых местных. От них узнал о девчонке, которую вы хотели найти. Вчера ее наконец увидел воочию, но издалека. Она с друзьями своими в кафешке ужинала. Сфотографировал я для вас всех троих. Девчонка сейчас на занятиях, но седину я ей ночью уже сотворил, чтобы под текущую байку подтянуть. А вечером познакомлюсь с ней лично, но отчитаюсь уже завтра, чтобы вас сегодня от обряда не отвлекать. Только что я еще и с ее лучшей подружкой пообщался, чтобы у нас с вами полная картина была. И я вот и не люблю обо всяких предчувствиях болтать, не предиктор, но чувствую, что подружка тоже не проста. Как и сам городочек. Странный он какой-то. - Еще какой странный. - подтвердил мужчина, который не понимал, с чего вдруг хранительница города пустила в этот странный Моритур такого монстра как Мэш. Почуяв, что дело нечисто не только с его любимчиком, он потребовал: - Скинь-ка мне фото девчонки и ее дружков. Рассмотрев фотографию и всю троицу, пораженный второй раз за минуту мужчина, довольно потер руки и изрек: - Пути Господни неисповедимы! Сегодня же привези мне всех троих. До полуночи! Хотя нет... У меня появился более интересный план. Девчонку привези мне, она тоже в обряде поучаствует, раз уж тебе захотелось и ее сединой одарить, а дружков ее бонумам подкинь. Так веселее будет. Гадрилюшу с Мишусиком побесим лишний раз. - Понял! - кивнул телефону Мэшер. Он был любимчиком главы уже много лет именно потому, что привык не задавать лишних вопросов и беспрекословно исполнять приказы. Любопытство наставник выбил из него еще в первые годы, так же, как и желание идти ему наперекор. - До вечера, Мэшик! После обряда жду тебя в Парадизе! - пригласил мужчина и положил трубку. Мэш облегченно выдохнул. Наставник больше на него не злится, еще и обратно в Парадиз возвращает. Как бы не любил Мэшер своего Зверя и дорогу, скитаться он устал. Ему хотелось передохнуть, послоняться без дела по своей шикарной вилле в окрестностях Парадиза раздумывая лишь о том, куда пойти поужинать. Этот год перед Обрядом Круга Времени был сложным и измотал наставника, который измотал Мэшера. Но уже сегодня ночью важный обряд, поднявший всех на уши и проходящий раз в столетие, будет позади и он отправится сначала домой, а потом в заслуженный отпуск. Осталось всего ничего, отвезти троицу к месту проведения обряда и свободен. Хотелось бы ему понять, что же такого глава нашел в девчонке и ее друзьях, но Мэш не был провидцем. Зато был любимчиком, который знал, что слишком много знаний тянут голову на плаху. А если он хотел остаться в живых, то ему стоило больше думать не о симпатичной брюнетке, а о том, как привезти ее и как дружка до полуночи к бонумам. Осознавая, что времени мало, а дел теперь много, Мэш завел двигатель и отъехал от дома Селены. Пока девушка на занятиях, он успеет подружиться с ее подругой, так любящей спортивные автомобиле и кофе. И начнёт он с небольшого, но приятного сюрприза. А сама симпатичная подруга, любящая не только кофе и спортивные машины, но и красивых мужчин, таких, как новый знакомый Мэшер, вернулась домой и долго искала смартфон, завалившийся за прикроватную тумбочку. Еще дольше она принимала утренний душ, подпевая любимым трекам из телефона и работая не только на бэк-вокале, но и на подтанцовке. Зато быстро оделась в любимые синие рваные джинсы и белую футболку и переместилась на кухню. К тому моменту, когда закипел чайник, и Лиза налила себе новую кружечку кофе, взамен оставшейся на крыльце, она уже успела оценить новоприобретенную седину Селены, так гордящуюся своими золотистыми длинными волосами, которые она все время заплетала в тугие косички, по настоянию своей маман. Заодно отметила, что Киру теперь придется сочинять подруге новые прозвища. Рапунцель и Златовласка теперь никуда не годились. Лиза отправила не отвечающей на звонки Селене сообщение о том, что вечером колорист приведет в порядок цвет ее волос и вышла на крылечко. Проблемы проблемами, тем более чужие, а утренний кофе в плетенном кресле – святое. К удивлению девушки, у кружки с давно остывшим кофе, появились друзья. Коробка с ее любимыми пирожными и стаканчик с апельсиновым капучино упрочили уверенность девушки в том, что на Звере Зеленого Ада она точно прокатится. Мысль, что может и не только на нем, Лиза отогнала. Улыбнувшись тому, что длинный язык Кэти впервые сыграл ей на пользу, Лиза удобнее уселась в кресло и насладилась чизкейком и капучино. Чудесный завтрак перерос в не менее чудесный день, и девушка перешла в мастерскую, где время утрачивало всякий смысл, особенно в такие дни, как сегодня, когда у ее был крупный заказ. Пока столярный мирок Лизы, в котором появлялся на свет новый обеденный стол, освещал яркий свет, над городом сгущались тучи, но их, как и отсутствие звонков, увлеченная любимым делом девушка не замечала. Пока она находилась в пропахшей деревом и смолой мастерской происходящее за окнами ее мало волновало. Сейчас существовали только слэб, эпоксидная смола и сама Лиза. А ее упорядоченный творческий беспорядок всегда освещало солнце и мерцающие огоньки гирлянд, развешенных по стенам. В отличие от счастливой подруги, сидящий за столом у окна Кир не только видел надвигающуюся тьму, но и чувствовал. Он многое отдал бы, чтобы никогда больше не чувствовать ЭТО. Последний раз подобные эмоции возникли у него незадолго до того, как ему пришлось полностью изменить свою жизнь и сбежать. Кир, также, как и Лиза, сбежал в Моритур. Кир, также, как и Лиза, скрывал истинную причину того, почему решил поселиться в городке, который иногда и на карту забывали наносить. Кир, также, как и Лиза, ткнул пальцем в эту самую карту и попал именно в Моритур. Кир, также, как и Лиза, в совпадения и случайности не верил. Кир, также, как и Лиза, нуждался в поддержке и защите, поэтому Моритур стал идеальным местом не только для девушки, но и для ее лучшего друга. Самый скучный и безопасный город – тот, на который Киру указал слепой жребий, оказался самым подходящим. Но спустя пару дней парень убедился, что жребий не такой уж и слепой. Моритур его принял и щедро одарил подарками. Зайдя в новое кафе за очередной порцией вафель, он заметил двух девчонок, увлеченно обсуждающими новую книгу Блейка Крауча. То была книжная любовь с первой фамилии. Прозвище дядюшка Стиви усилило чувства, а сериал «Очень странные дела» увековечил любовь в камне, превратив трех одиночек в Книжное трио. У каждого из необычной троицы была своя роль. Селена отвечала за чудеса, в которые верила только она, и тщательно скрывала любовь к романам Джоджо Мойес и пчелиные колготки, являя миру только пристрастие к лавандовому рафу. Кир отвечал за гик-культуру и тщательно скрывал приготовленный на Хэллоуин костюм Дэдпула, являя миру только шуточки в стиле отвязного убийцы из комиксов и очки, ставшие маскировкой как у Кларка Кента. Лиза отвечала за развлечения и тщательно скрывала седую прядь как у Роуг из любимых Киром комиксов про Людей Икс, являя миру только каре с эффектом выгоревших волос и поклонение Богу Автопрома. В отличие от застенчивых (по различным причинам) друзей, Лиза взяла на себя дополнительные обязанности. Она прививала Селене (страдающей зависимостью от родительского и общественного одобрения) вкус к жизни. Его же она возвращала Киру. Лиза была легкой на подъем и частенько устраивала всей троице встряску. Она могла позвонить друзьям и сообщить им, что у них всего час на сборы, а после вывезти их на выходные в палаточный лагерь без интернета или на сплав на байдарках по горной реке. При этом каким-то чудом умудрялась договориться за пару минут с родителями Селены и максимально удлиняла позолоченный поводок, на котором держали единственную, поздно появившуюся дочь. Лиза просила Кира вечером съездить с ней в книжный магазин, а притаскивала его на гонки, усаживала на место штурмана и наблюдала за тем, как лицо парня меняло цвет от розового до белого и зеленого. Не стоило ему в обед обижать Бога Автопрома и поддевать девушку тем, что любимый Салатовый Монстр (за неимением Зверя Зеленого Ада Лиза довольствовалась его пробником А-класса) не разгонится до 250 километров. Кир же привык все доказывать опытным путем, вот Лиза и воспользовалась его же методом. Не ее проблема, что друг набил перед поездкой желудок. Это Лиза переставляла в библиотеке все цветы местами и спорила с Киром на порцию бельгийских вафель, что Селена не догадается о том, что ее любимые фиалки, названные в честь диснеевских принцесс, переселены на новое место жительства. Сама она не видела никакого отличия между фиолетовыми Покахонтас и Золушкой, и розовыми Жасмин и Ариэль. Все та же Лиза устраивала ночные набеги на фастфуд, после заставляя всех ходить на «раскаивающиеся» утренние пробежки, неизменно заканчивающиеся последующим поеданием вафель под кофе. Рядом с Лизой Селена и Кир чувствовали себя свободным. Селена потихоньку уменьшала питбулью хватку своей матери, а Кир вытаскивал из сердца глубоко засевшие ядовитые шипы. Но ни Кир, ни Селена не знали о том, что все та же веселая и озорная Лиза, по ночам выезжала за город на своем Салатовом Монстрике и выжимала по трассе из него максимум, моля о том, чтобы хотя бы эта поездка была в один конец. Моля о том, чтобы у ее отказали тормоза или какой-то уснувший за рулем дальнобойщик врезался именно в нее и все ее мучения наконец прекратились. Но дальнобойщики ей только приветливо махали на заправках, а машина была полностью исправна. Знай они, что она убила человека, в жизни бы не были к ней так доброжелательны, мужчины даже не улыбнулись бы, а любимая машина так и не завелась. Но все думали, что Лиза - добрая и хорошая, и она старательно им подыгрывала, хотя от этого было тошно вдвойне. Никакие ее добрые поступки не могли искупить того греха, что она совершила. Кровь можно было смыть только кровью. И потому каждую ночь, несясь на бешеной скорости по трассе, она молила Бога Автопрома забрать ее к себе, но он оставался нем к молитвам. Никто не мог прийти на помощь Лизе, даже Кир, который испытывал те же чувства, но также не делился ими с друзьями. Ни Селена, ни Лиза не догадывались о том, что Кир и не собирался лечить свои панические атаки. Он радовался им, потому что они были заслуженным наказанием за то, что он совершил. Они были наказанием за то, что в той чертовой аварии выжил только он. Он, который и был за рулем. И каждую ночь, когда его накрывала атака, он молил о том, чтобы она принесла с собой смерть. Но смерть была каждый раз лишь обманом, недостижимой мечтой. И каждое утро брехливая атака уходила, а он оставался жить. И каждое проклятое утро он ненавидел себя еще больше. Панические атаки не хотели убивать его, тогда он начал убивать себя сам. Он питался только фастфудом и газировкой, а по вечерам напивался до беспамятства. Но и это не помогало. Смерть все не хотела забирать его. Тогда он решил попытать «счастье» в новом месте и переехал в Моритур, в надежде на то, что по дороге его самолет разобьется или автобус попадет в аварию, где погибнет только он. Но и эта мечта не сбылась. Уже в первый день в Моритуре Кир познакомился с приятной хозяйкой отеля, взявшей его под опеку. Она же навела парня на кафе, где он познакомился с Селеной и Лизой, а после помогла снять квартиру и устроиться на хорошую работу. На последнюю он согласился только после долгих уговоров лучших подруг, денег у него было навалом еще с «прошлой», счастливой и успешной жизни. Благодаря все тем же Лизе и хозяйке отеля, которая старалась помочь избавить и от панических атак, и от их последствий, Кир пошел в спортзал. И как-то незаметно для себя втянулся, а спустя пару месяцев узнал, что у него есть пресс. Через год, после переезда в Моритур Кира было не узнать, от лишнего веса и неухоженной бороды не осталось и следа. Лиза превратила его в шикарного парня, на которого засматривались девочки. Но сам Кир на них не смотрел. Может внешне он и изменился, но внутри остался все тем же уродом и убийцей всей своей семьи. А весь этот внешний лоск был лишь на радость подругам, которые видели его куда лучшим человеком, чем он был. Таким его, видимо, стали его считать и панические атаки, потому что уже восемь месяцев не было ни одного приступа. Но сегодня место Кира, который был слишком прекрасен для нервного срыва, занял Кир, забивающийся в угол. Кир, пытающийся укрыться от наступления армии боли, во главе которой стояла главнокомандующим Паническая Атака. Еще с утра тело парня без причины покрылось мурашками. Не только кожей, но и всем нутром Кир ощущал, что атмосфера изменилась. Утреннее фото от Селены лишь усугубило его состояние, заставив обратиться к дыхательным и медитативным практикам. Кир чувствовал ЭТО. Он чувствовал смерть. Это пугало, как и то, что его подруги не отвечали на звонки. До полудня он еще успокаивал себя тем, что Селена на лекциях, а Лиза заработалась и все его звонки заглушают треки AC/DC, но сохранять ровный пульс ближе к вечеру становилось сложнее. Парень с трудом дождался окончания насыщенного рабочего дня, в последние часы которого у него не было времени для испуганных взглядов на экран мобильного, и только в половине шестого обратил внимание на свой телефон. Больше тридцати пропущенных от Лизы указывали на то, он забыл включить звук и красноречиво говорили о том, что стряслась беда. Сообщение, продублированноево все мессенджеры и социальные сети, подтверждало, что Кир не ошибся.