Мужская дружба

Закончился очередной рабочий день. Спэнсер шёл медленно по коридору, смотрел в пол, разглядывая чёрные туфли ,и тяжело вздыхал. Он уже давно не общался ни с кем, не держался за руку, а просто работал, словно робот. И вроде все хорошо, зарплата выше средней, тепло и есть еда, хоть и не очень вкусная. Спэнсер даже не думал об общении. Мол, одному хорошо. Но с другой стороны, нехватка внимания и тактильный голод были намного страшнее, чем усталость или анорексия. Мужчина, лёжа на кровати, сворачивался калачиком, обхватывал руками колени и грустно смотрел в стену, где старые монстры из детской терпеливо ждали приход ночи, чтобы появиться в самых страшных кошмарах маньяка. Было сложно терпеть. Ведь у него друзей даже не было. Все боялись его:"вдруг убьет!" или "нападет с ножом в самым неожиданный момент!". Но Спэнсеру это не нужно. Ему нужно обыкновенное общение, которое скрасит его жизнь, и та будет казаться не такой серой, как шерсть Майонезика. С грустными мыслями, которые преследовали его всю дорогу, Генри всë-таки оказался в столовой. Там было не так громко, как было утром. За одним столиком сидел Шмитти, также устало смотрел на грустную ложечку и вздыхал. Генри взял немного еды. Сок и булочка. Ему этого хватит на пару дней. Аппетит в последнее время отсутствует. А после мужчина подошёл к Шмитти. – Добрый вечер,– меланхолично сказал Спэнсер и присел напротив Джоша. Комик медленно поднял взгляд на коллегу и с печальным вздохом поздоровался. – Чего такой грустный? – спросил садист у парня, смотря в его усталые глаза, полные горя и печали. – Приставку новую купил, – через вздох ответил рыжеволосый, поклав голову на руку. – Так радоваться надо. – мужчина кратко улыбнулся, но, увидев реакцию Шмитти, а вернее её отсутствие, вновь нахмурился. –Мне поиграть не с кем, а одному не охота. – Джош продолжал смотреть на чайную ложечку, такую блестящую и ядовито-серебряную. Генри аж слюной подавился. У него появился шанс провести вечер , не обнимая подушку и разглядывая тёмные силуэты, а играя в приставку с коллегой! – Так... Может... – начал заикаться хост, неловко улыбаясь стене – я поиграю с тобой? – наконец спросил тот, обхватив руками часть своих волос. Шмитти поднял голову. Так неожиданно и быстро, будто он так и сидел все время. Потом он улыбнулся. Также неожиданно. – Хорошо! Жду тебя в 20:00! – выкрикнул тот и выбежал из столовой. Проведя его взглядом, Генри почесал затылок, сунул булочку в карман и спокойно встал с места, надвигаясь ,как буря ,к выходу. Опять коридор. И злые мысли. Спэнсер опять думал о его одиночестве. С самого детства гулял один, у него было мало друзей, которые действительно заботились о нём. Даже родители плевали на него, оставляя в тени. В самой чёрной тени его братьев и сестер. Пытаясь избавиться от надоедливых фраз из головы, Генри напомнил себе о Шмитти. Такой энергичный, но одновременно спокойный человек. Довольно умен, способен решить сложную задачу несколькими вариантами, и все они будут правильными. О его красоте можно говорить вечно. Ухоженный, с красивой прической. Рыжие, но почти серые веснушки идеально смотрятся на лице. А глаза... Такие прекрасные, зеленые, напоминавшие густой бор. В этот лесу легко потеряться, но всю дорогу будет приследовать странное чувство, вызывающие положительные эмоции. Образ любимого коллеги заставил садиста не только отвлечься от мыслей, но и улыбнуться. Улыбнуться по настоящему. И улыбался он так долго, пока не дошёл до собственной комнаты. Дверь скрипнула, одновременно со скрипом Генри вошёл в комнату. Тёмная, стены пропитаны грустью и холодом. Вещи одиноко лежат на полу. Мусор под столом, документы, кстати, тоже. Но Генри, не видя беспорядка, лег в незаправленную кровать. "Полежу пять минут."– сказал себе маньяк и закрыл глаза. Темно. Отец перед глазами. В руках ружьё. Самое настоящее, тяжёлое. Ствол смотрит вниз, терпеливо ожидая, когда его направят на маленького белого зайчика, который прижал уши к голове. Но вместо белого зайчика, напоминавшего ангела, направляют ствол на гадкого утëнка. Он снова плачет. Слезы ровной линией текут по щекам и громко падают на пол, разбиваясь, как стеклянная ваза. Всхлипы практически не слышны, их заглушают крики мужчины в шляпе. Мужчина обнимает шею мальчика рукой и аккуратно, но очень жестоко бросает ребенка в стену. С громким хрустом тот падает на пол, начиная тихо кричать от боли. Крик наполнен сильной и острой болью. Мальчик пытается встать, но рука сильно болит. Ему остаётся только поднять взгляд. Последнее, что он увидел - это терпеливое ружьё перед носом. Блестящее чёрное дуло смотрит прямо на мальчишку... Через мгновение вой скорой помощи и плач матери. Болезненные мольбы остаться здесь. Голова гудит, вернее то, что от неё осталось... Генри поднимается с кровати. На заднем плане звонит телефон. Громко и неприятно. Но убийца берёт устройство и то быстро затухает. Шесть пропущенных от Шмитти. 21:16. – Чëрт! – крикнул тот, встал с кровати и побежал в комнату друга, которому обещал поиграть. В это время Джош молча сидел на полу, глотая слезы и рассматривая кнопки на джестике. Белые расположены рядом друг с другом. Мужчина стучал по ним, будто бы проклиная. В этот момент в комнату вбежал Генри, чуть ли не выбивая дверь плечом. – Шмитти! – крикнул тот. – Просити меня, я уснул! – попытался объясниться парень, громко хлопнув дверью. – Все нормально, присаживайся. – ласково промурчал комик. Генри послушно уселся рядом, прямо на пушистый белый коврик. Рядом лежали маленькие подушечки. Первым делом садист сунул руку в ковер и улыбнулся. – Нравится? – посмотрел на того Шмитти. – мне тоже нравится. – те же самые движения сделал Шмитти, но его рука случайно коснулась руки Спэнсера. На это убийца смущенно отдернул руку, будто током ударило. Шмитти улыбнулся, погладив плечо товарища. А Генри вновь смущенно улыбнулся, крепко обняв руку Шмитти. – Я купил печенье и выпивку. Я не разбираюсь в алкоголе, но мне помог Куки. – добавил комик, поклав ладонь на колено убийцы. –Хорошо.– кивнул Чикатило и взял бутылку с виски. И сделал глоток. Так и началась их посиделка. Играли они исключительно в игры, где нужно играть в команде, а не друг против друга. Иногда отвлекались, разговаривая и выпивая содержимое бутылки с виски. Да, рот в рот, но что такого? В последние минуты Генри вовсе не смотрел на игру. Он поклал голову на плечо Шмитти, крепко обнимая его руку, которая с самого начала покоилась на колене садиста. Глаза практически закрыты. – Генри, ты в порядке? – тот коснулся пальцами подбородка приятеля, поднимая его голову. Мужчина, не думая о последствиях, впился в тонкие, но очень желанные губы Джоша. Ещё бы чуть-чуть, и убийца бы повалил товарища, но Шмитти осторожно и культурно, обеими руками толкнул его, пытаясь отстраниться. Это было мягко, очень спокойно, без агрессии и злобы. Будто он этот сделал не из-за отвращения, а из-за того, что общество ненавидит мальчиков, которые целуют друг-друга. Может Шмитти и сам хотел поцеловать маньяка, но очень боялся его гнева. – Может, тебе поспать? Можешь сегодня спать со мной. – мужчина аккуратно держал маньяка за руки, чтобы тот не сделал ничего лишнего. Тамада мог бы с помощью силы высвободить руки и прижать Шмитти к стене, но ему мешала вежливость комика, которая была сильнее его. И мужчина молча наблюдал и слушал указания Джоша. Он был не таким пьяным, чтобы падать на ровном месте, но колени тряслись сильно. С помощью Шмитти тот упал на его кровать, схватил лежащую рядом подушку и обнял, прижав к груди. – Ты в одежде спать будешь? – последовал очередной вопрос от Джоша. Сам Шмитти аккуратно снимал с себя рубашку. Медленно расстегивал её, а потом снял, показывая голую грудь. Повесил рубашку, но с брюками повременил. Надо заняться Тамадой. Он, правда, был не сильно пьян, но делать что-либо отказывался. Обиделся, походу. И Шмитти ничего не оставалось делать, как снять одежду с него самостоятельно. Тот подошёл к кровати и залез на нее. Та скрипнула, жалуясь хозяину, что не выдержит двух взрослых мужиков. Потом парень отнял подушку у Тамады и сел к нему на колени. Комик был ниже и меньше Спэнсера, так что маньяку не должно быть тяжело. Руки Джоша были у воротника садиста. Аккуратно и нежно расстегивали пуговицы, поглаживая его грудь. В этот момент Шмитти понял, что делает что-то не так. Ну, вернее всë правильно, но нормально ли раздевать коллегу, сидя у него на коленях? Желания прогонять убийцу не было, обидется же, так что комик просто молча, но с хорошо видимым румянцем на щеках продолжил снимать рубаху. – Раздеваю, как ребенка маленького. – ворчал Шмитти, стягивая с мужчины одежду. Также аккуратно сложил и повесил рядом со своей блузкой. Даже если это не его вещь, все равно нужно быть аккуратным. После чего комик избавился от ремня, который просто выкинул, а потом и от брюк. Но тогда ему было дискомфортнее всего. Сняв с мужчины практически всю одежду, парень вручил ему подушку, чтоб не видеть его тело. "Боже...зачем я это делаю? "– спросил у себя Шмитти, отвернувшись от Тамады и сняв с себя штаны. Всю одежду он повесил в одно место, чтобы утром не искать по всей комнате. Потом выключил свет и лег под одеяло рядом с убийцей. Шмитти отвернулся, смущенно выдохнул и закрыл глаза. Ему очень понравилась посидека, особенно часть, где мужчина приблизился к комику ближе, поклав голову на плечо. Но его мучили другие мысли. Вдруг кто-то узнаёт о поцелуе? Вдруг увидят, что тот лежит в одной кровати с Тамадой? Какой позор. Тот зажмурился, но почувствовал, что к его груди что-то прикоснулось. Тёплое, приятное и очень медленное. Оно обняло тело мужчины и резко прижало к чему-то еще более горячему. Прозвучал тихий вскрик со стороны Шмитти. Но, поняв, что это Тамада, тот сразу же успокоился. –Генри! – смущенно прошептал имя хоста тот. – ты меня еще выеби, блин. – очередной недовольный вздох. В этот раз Джош пытался отстраниться от Спэнсера, без нежности убирая руки с его груди и живота. Генри покорно убрал руки. – Мне так грустно. Я вечно один и не могу даже друга обнять. – Спэнсер посмотрел куда-то в пол, где они сидели в обнимку. Шмитти выдохнул. В этот момент ему стало реально жалко мужчину, и парень повернулся к нему лицом. Первым же делом прижался к нему и их тела соприкоснулись. Мужчина крепко обнял своего одинокого коллегу и посмотрел ему в глаза. – Ну же, обними меня. – ласково прошептал Шмитти. Действуя быстро, тот поцеловал Тамаду в щеку, а потом в лоб. После парень почувствовал чужие руки, которые с особой нежностью гладили его спину. Он чувствовал каждое движение и от всех вздрагивал, словно по его тело бьют током. Ему было очень приятно, не смотря на то, что лежал он не с симпатичной девушкой, а с настоящим маньяком, которому не хватает внимания. –Бедный мой одинокий мальчик. – после этой фразы Шмитти убрал со лба волосы Генри и оставил несколько поцелуев. Не отвлекаясь, комик поцеловал еще одну щеку. И неконтролируя себя, поцеловал губы Спэнсера. В этот раз он целовал их с большим удовольствием. Углубляя поцелуй и слушая тяжелые возбужденные вздохи Генри. Руками тот впился в волосы маньяка, которые иногда напоминали перья. Когда воздух начал кончаться, Шмитти отстранился. Тяжело дышал и влюбленно глядел на ведущего, которого обнимал с большей нежностью и заботой, чем свою бывшую. –Может, хочешь чего-то большего? – через вздох спросил комик, продолжая держать Тамаду за волосы. В ответ мужчина кивнул, а Шмитти сунул руку под одеяло. Через несколько секунд нащупал орган своего партнера и осторожно начал водить туда-сюда. В низу живота начало тянуть еще сильнее, но на это парень не обращал внимания, продолжая работать с органом хоста. Делая одинаковые движения минуту, тот откинул одеяло в другую часть кровати, потом встал у начал рыться в полках. Генри принял положение сидя, поправил нижнее белье и начал смотреть на Шмитти. Встав на ноги, тот показал бутылочку с смазкой. – Тут не так много, но думаю, что нам хватит. – смотря только на бутылочку, тот сел на кровать. Было уже не так неловко, как было на полу, так что Шмитти быстро стянул с себя боксёры. – Больше раздевать я тебя не буду. – похотливо добавил тот, смотря на ахуевшего Тамаду. Ну, хоть и в пьяном состоянии, но Генри избавился от нижнего белья, с смущением смотря на Джоша. Шмитти усмехнулся, проговорив очередную, но не обидную шутку, из-за которой садист улыбнулся. Тамада навис над комиком, держа в руках ту самую бутылочку. Смазки, правда, было мало, но нужно надеяться, что этого хватит. Использовав все, что было, тот кинул пустую бутылочку,а после немного завис. То ли думая, как войти, то ли не понимая, что от него хотят, мужчина еще пару секунд находился в одном положении. Но все таки тот аккуратно вставил орган, пытаясь войти еще глубже. – Бляядь... – прошипел от боли Джош, обхватив руками шею Генри и максимально близко прижавшись. Спэнсер начал двигаться. Нежными движениями входил глубже и медленно выходил. Делал все аккуратно, поглаживая одной рукой живот мужчины. Вторая рука была у органа Шмитти. Тамада делал те же самые движения, которые делал парень с его "инструментом". Но убийца был быстрее. Толчки становились быстрее, а стоны Шмитти, которые были лишь тяжёлыми вдохами и выдохами, превратились в самые настоящие тихие стоны. Он делал это тихо, стонал только на ушко Тамаде, называя его " Хорошим мальчиком". А Генри смущенно дышал, пытаясь не отвлекаться, чтобы он и его партнер получили максимум удовольствия. Первым кончил Шмитти. Стон был громче. Может, он был самым громким и приятным из всех. Через минуты две закончил и Тамада, выдав такой же тяжёлый и довольный крик. По лбу текла капелька пота, которую мужчина быстро смохнул и также быстро лег рядом с Шмитти. Но, смотря на самого Джоша, становилось страшно. Лицо у него красное, по щеке бежит слеза, а конечности трясутся. Не смотря на то все это, мужчина улыбался и продолжал тихо дышать, смотря на потолок. Переведя взгляд на Генри, комик сразу же обнял его, поцеловав в щеку. – А ты не плох. – еще шире улыбнулся мужчина, а после уткнулся носом в шею обладателя Отеля смерти и закрыл глаза. В ответ Спэнсер посмеялся, крепко обнял Шмитти, поглаживая его спину. Потом он медленно закрыл глаза, тихо пожелав коллеге сладких снов.