Рассвет со вкусом мяты и кофе

— Уаааа, Лололошка, куда ты меня тащишь в такую рань? — Люциус устало потянулся. Всего каких-то 5 минут назад он сладко спал в своей кровати и видел сны о том как свергал богов и сажал их в Тюрьму Времени, а теперь какой-то жалкий смертный тащит его в лес. Дожили. — Ну же, Люциус, совсем немного, не ленись. — Не ленись? Ты меня в 4 утра зачем-то разбудил! И это я ещё не ленись? Чего тебе так рано не спится? — он буквально горел от злости, лишь мечтая вернуться под тёплое одеяло, лежать рядом с камином и обнимать свою Айко… — А теперь, смотри! Из раздумий его вывел юношеский голос, такой родной и любимый. Лололошка медленно раздвинул ветви кустов, открывая просто прекрасный вид: обрыв, находящийся над морем, весь обросший травой, солнце, что только начало выглядывать из-за горизонта, золотистые дорожки света, будто проложенные по воде каким-нибудь Богом света, что восходил после победы над Тьмой. Невероятный вид. — Вау… — всё, на что был способен полубог. Сердце останавливалось от такой красоты. Неужели Верхний мир может быть настолько прекрасен? — Вот видишь? Я же говорил, тебе понравится, — с усмешкой сказал мироходец, вид и вправду был захватывающим, — Пойдём, сядем на этот обрыв. Два парня прошли к краю и присев стали любоваться рассветом. Люциус как-то невзначай посмотрел на мироходца и обомлел от зрелища. Бархатистые каштановые волосы развевались на ветру, играя золотыми бликами на них, хотелось запустить в них руки, но полубог сдержался. Кожа, молочная и гладкая, ей будто наплевать на ежедневные ранения неосторожного обладателя. А глаза, голубые и глубокие, словно два океана. В них так и хотелось утонуть. Уши и щёки Люциуса медленно наливались румянцем, а в животе запорхали бабочки. От такого пристального взгляда Лололошке стало некомфортно и он обернулся на белобрысого. Что же он ожидал увидеть там? Разгневанного и рассерженного полубожка, который прожигал своим невыспавшимся взглядом, но каково же было его удивление когда он увидел столь влюблённый взгляд и смешно дергавшийся сзади хвост, кажется Люц его совсем не контролировал. Забавно. А ведь полубог тоже красив. Эта бледная кожа придавала ему солидности, алые как кровь глаза горели адским пламенем, румянец лишь умилял, а заострённые ушки слегка подрагивали. Так парни просидели минуту, может две, а может пять, кто знает? Мироходец первее очнулся от чарующего взгляда кровавых колодцев . Он неловко повёл бровью, когда осознал, что они с Люциусом довольно долго пялились друг на друга. Так, ну с Лололошкой понятно, он влюблён и давно это принял, а Люциус? Какого черта он вообще так долго разглядывал Ло? А сейчас ещё сидит такой, взгляд отвёл и делает вид, будто ничего не было. Вот же козёл. Однако, румянец с щёк никуда не делся, а хвост все ещё думал, что время вечеринки, хоть вилял уже не так активно. Возможно, из-за того, что его прижали к земле. — Кхм, раз уж мы здесь, я хотел сказать тебе спасибо. Спасибо, что помог мне с Айко, когда я только нашёл ее, — полубог неожиданно подал голос, и кажется, смущаясь ещё больше. И все же он милашка. — Да не за что, Люци. Обращайся, — почему-то назвать его Люци хотелось особенно. Ло невольно перенёс свои мысли на одного доброго старика-волшебника, который улыбался добрее всех других стариков на свете. Мысли постепенно заходили все дальше и мироходец неожиданно вспомнил о чём-то и нервно начал сминать свою кофту. Что же он вспомнил? А то, что Бастиан одалживал ему кое-какую книгу по тому, как правильно… любить…? Да, естественно маг стал самым первым, кому Ло доверил свою тайну и как хороший друг и наставник сразу поспешил помочь. Там что-то говорилось, про то, что нужно иногда действовать быстро и решительно иначе все. Ты лузер. А про какое быстро и решительно там было…? Поцелуй… «Если вы видите, как человек, к которому вы неравнодушны смущается и краснеет перед вами, нужно его поцеловать. Так вы хотя бы проверите свою взаимность…» ДА КАКОЙ ПРИДУРОК ПИСАЛ ЭТУ КНИЖОНКУ? Очевидно же было, что сделал бы так только полнейший болван. «Я, кстати, умом никогда не блистал» — быстро подумал про себя Лололошка. Он тут же посмотрел на приоткрытые губы и два почти белоснежных кинжала сияющих из-за них. «Вкусно выглядит. Очень вкусно.» — так и подумал наш идиолух. — Хей, Ло? Все нормально? Ты просто смотришь в одну точку уже две минуты… — полубог медленно повернул голову к шатену и вздернул бровь наверх, — Ты себя нормально чувствуешь? — Да, просто немного устал, — а в голове было: «Как же тебя хочется поцеловать…» — Хах, неудивительно. В такую рань то вставать, — выдаёт полубог самую (по мнению Лололошки, конечно) очаровательную улыбку на свете. Мироходец растворяется. Он свои действия совсем не контролирует, и сам не понимает каким образом его лицо оказывается так близко к кровавым колодцам. У Люциуса на лице непонимание, но и огромный интерес: что же будет дальше? Вскоре губ полубога совсем невесомо касается что-то на вкус слабо напоминающее мелиссу. Когда удаётся пересилить себя и открыть глаза, он видит перед собой лицо Лололошки и тает. Как же, оказывается, приятно это слюнявое человеческое месиво… А мироходец на против тем временем чувствует вкус кофе. Но он, черт возьми, такой приятный, что хочется пить его каждую секунду своей жизни. Рот Ло чуток приоткрывается в ожидании. Люциус понимает, что от него чего-то хотят и начинает прокручивать всю библиотеку романов у себя в голове. «Т-так, Люциус, что обычно после контакта делают? Соберись, соберись… Эээм… А, вроде язык поглубже проталкивают? Как мерзко звучит, фу! Но, попробовать надо…» — с этими словами у себя в голове он наконец-таки позволяет языку-змею попасть в манящую норку. И… ОВЕЛИКИЙЛЮЦИУССПАСИИСОХРАНИ Это же вкус мяты! Да весь рот Лололошки пропитан этим привкусом. Та самая грань между «слишком слабым» и «чересчур горьковатым» вкусами. Тонуть хочется. В попытках собрать весь этот привкус и ощутить его побольше, полубог буквально вылизывает всю ротовую полость мироходца, а тот лишь наслаждается вкусом кофе, блуждающего по рту. Воздух кончается, так бы они сидели таким образом вечность. Но, приходится оторваться. Люциус краснеет и опускает взгляд. Лошка мило ухмыляется. — Люц, я… я сказать давно хотел… — полубог поднимает глаза на него и вздёргивает бровь, — Ты мне нравишься. Люциус теперь в ещё большем недоумении. — То есть… это и есть ваша любовь? — задал вопрос Люц. Странно, Ло казалось он будет в бешенстве. — Ага, типо, — отвечает мироходец, — Ааа… ты не злишься? — Нет. Я, кажется, понял, что тоже люблю тебя, — с серьезным лицом отвечает полубожок. — Ого… — А… а что люди делают в таких ситуациях? — Ну… начинают встречаться, — немного смутившись отвечает голубоглазый. — Тогда… может попробуем? Лололошка с ответом не медлит, а просто умилительно улыбается и говорит: — Ну конечно. Они, неловко держась за руки, возвращаются к замку Люциуса. Сейчас обоим слишком хорошо.

***

Полубог стоит на том самом обрыве. С момента ухода Ло прошло 3 года, но полубог нашёл в дневнике парня записку: «Мой дорогой Люциус, я скоро покину мир и знаю, что ты это прочитаешь. Но я тебе обещаю, что вернусь. Жди меня в самом важном для нас месте на рассвете. Надеюсь, свидимся скоро.

Твой самый любимый и бесючий смертный»

Вот он и ждёт без конца. Причин не верить мироходцу нет, полубог знает, что раз слово дал, то вернётся. Он улыбается. Ему хорошо вспоминать самые беззаботные дни в его жизни. За спиной полубога открывается портал. Оттуда улыбаясь выходит знакомая фигура. — Привет… — с облегчённой улыбкой говорит Лололошка. — Привет, — вторит ему Люц. Он прыгает на него, обнимая за плечи. Теперь они могут быть по-настоящему счастливы. Теперь они могут быть вместе.