Глава 4
27 апреля 2023 г., 06:23
Быть на тридцать восьмой неделе в августе — полный отстой. Дарси потела в местах, о существовании которых она и не подозревала, и ничто не охлаждало ее, кроме как стояние в промышленной морозильной камере Тони. Она уже два месяца не могла видеть свои ноги, а ее грудь определенно продолжала увеличиваться. У нее ужасно болела спина, и все, что она хотела есть, — это пиццу с ананасами и анчоусами. Может быть, с арахисовым маслом.
Клинт делал все, что мог, чтобы помочь ей; он ходил и приносил ей любую вкуснятину, какую только могло пожелать ее тело в любой момент дня или ночи, он завязывал ей шнурки на ботинках, а когда ей было не слишком жарко, он вставал позади нее и приподнимал ее гигантский желеобразный живот, чтобы ее спина отдохнула. Но иногда Дарси даже не хотела находиться рядом с ним или его пенисом — двумя вещами, которые в первую очередь и привели ее в эту ситуацию.
Она была благодарна за то, что, несмотря на то, что он не хотел с ней отношений — и, честно говоря, ее это устраивало, пока он все еще хотел быть в жизни мармеладки, — он все еще был готов доставить ей оргазм, когда она захочет. Иногда он опускался на нее, и Дарси не могла видеть его из-за своего живота, и это была одна из самых эротичных вещей, которые она когда-либо испытывала. Иногда он поддерживал мармеладку, пока она трахала его, и это иногда облегчало ее боль в спине.
Ранее сегодня она лежала на боку, пытаясь облегчить усиливающуюся боль в спине, и умный мужчина приподнял одну из ее ног так, что она почти упиралась в живот, а затем скользнул в нее сзади. Это был ракурс, который произвел много интересного на Дарси, особенно с учетом того, что до того, как он сделал это, она чувствовала себя более чем немного похожей на выброшенного на берег кита.
Что-то невнятно напевая, Дарси вразвалку направилась из общей кухни к лифту, держа в одной руке мороженое «Черри Гарсия», а в другой — ложку. По какой-то причине, которую она так и не поняла, большинство продуктов доставлялось в нужные номера, но мороженое неизменно оказывалось в общей морозилке. Держа ложку во рту, она нажала кнопку вызова лифта.
Дарси как раз откусила большой кусок мороженого, когда двери со звоном распахнулись, и появилась Наташа в промокших от пота шортах для бега и спортивном лифчике, с полотенцем на шее и выбившимися из конского хвоста кудрями.
— Извини, — пробормотала Дарси, не отрываясь от мороженого, пытаясь проглотить его так, чтобы мозги не замерзли. — Я возьму следующий.
Она старалась относиться к Наташе с уважением после того, как стало известно о ее беременности. Дарси знала, что Наташа не могла иметь детей, но отчаянно хотела бы. Не то чтобы у них когда-либо был такой разговор; нет, Дарси видела гораздо больше, чем думали люди. Например, то, как взгляд Наташи задерживался на беременной женщине, когда она шла по улице, или улыбка, которой она одарила малыша в магазине.
Наташа только вздохнула и жестом пригласила ее сесть в лифт, услужливо нажав кнопку этажа Дарси.
— Тони возится с электроникой, — сказала она, глядя на стену напротив себя. — Это последний лифт перед тем, как он все выключит.
— О, — тихо произнесла Дарси, заходя в кабину лифта. — Спасибо.
Наташа только пожала плечами.
Лифт поднялся еще на пару уровней, прежде чем завыла сирена, и в тот же самый момент машина, в которой они находились, резко остановилась. Дарси чуть не уронила свое мороженое, а Наташа пробормотала себе под нос что-то похожее на русское ругательство.
— Э-э, — сказала Дарси, глядя на динамик, откуда доносился сигнал тревоги. — Разве это не тревога Мстителей?
— Да, — коротко ответила Наташа.
-%Тони возился с проводами, как будто щелкал выключателем? Или это было скорее крысиное гнездо и кусачки для проволоки?
— По всему коридору было разбросано много проводов разных цветов. Я полагаю, что его точными словами были: Давай все испортим, ДЖАРВИС.
— Ой! Хорошо, — сказала Дарси, глядя в пол одновременно с Наташей, с нарастающим ужасом наблюдая за маленькой лужицей, растекающейся у ее ног. — Потому что это у меня только что отошли воды.
***
Наташе удалось приоткрыть внутренние двери лифта, используя ложку для мороженого Дарси, но только настолько, чтобы увидеть, что они застряли между этажами. Верхняя часть внутренних дверей возвышалась всего на три фута над нижней частью следующих. Сама Дарси начала расхаживать в три шага взад-вперед по задней стенке кабины лифта. Ну, три ковыляния. Боли в спине определенно становились все сильнее, и периодически ей приходилось останавливаться и прислоняться к стене, когда начиналась еще более сильная боль. От этого у нее перехватило дыхание, и Дарси заставила себя медленно выдыхать воздух, дыша сквозь боль, как ей сказали медсестры. Как только боль проходила, она возобновляла ходьбу. Наташа, наконец, взломала настенную электронику, отсоединив провода, которые управляли сигнализацией. Воцарилась благословенная тишина, если не считать все более затрудненного дыхания Дарси. — Разве схватки обычно не длятся некоторое время? — спросила Наташа, и ее голос прозвучал на удивление ровно для ушей Дарси. — Обычно, да, — ответила Дарси напряженным голосом. — Кроме моей мамы, и ее мамы, и насколько кто-либо может вспомнить, проходил всего час перед родами. Она глубоко вздохнула, когда прошла очередная схватка. — Я думаю, все длилось что-то около девяноста минут? — И самая короткая? Теперь в голосе Наташи послышались явные нотки раздражения. — С того момента, как у нее отошли воды, прошло около шести минут. Дарси снова выдохнула. — И у меня весь день были боли. Просто подумал, что это обычная боль в спине, но… о! Она застонала, упершись одной рукой в стену и согнувшись на животе. Она почувствовала руки, поддерживающие ее за плечи и талию. Когда Дарси подняла глаза, то посмотрела в глаза Наташе. — Ну, судя по тому, что я смогла услышать по связи, — Наташа указала на свое ухо. — Им потребуется пара часов, чтобы все уладить. Прежде чем Дарси успела спросить, Наташа покачала головой. — Я ничего не могу оттуда вытащить. Я могу что-то слышать, только если нахожусь рядом с панелью, — ответила она, кивнув головой в ее сторону. — Ну что ж, — сказала Дарси, когда начались очередные схватки. — Я действительно надеюсь, что ты знаешь, как принимать роды. Потому что это уже происходит, хотим мы этого или нет.***
Наташа действительно потратила время на то, чтобы приоткрыть наружные двери, прежде чем начать помогать Дарси расхаживать по кабине. Дарси понимала, что убийца могла бы выбраться, но была чрезвычайно благодарна за то, что она осталась с ней. Она не хотела делать это в одиночку. Наташа сняла с Дарси шорты и трусики, убрав их в сторону и поставив в угол вместе с тающей коробкой «Черри Гарсия» и погнутой ложкой. — Мне жаль, — сказала она, встречаясь взглядом с Дарси и тяжело дыша. — Это будет казаться странным. Затем она засунула руку во влагалище Дарси. Дарси застонала, когда ее охватила еще одна схватка, более сильная и близкая, чем предыдущая. — У тебя определенно полное расширение, — сказала Наташа, вставая. — О каких позициях вы говорили со своими медсестрами? — Либо на моей стороне, либо на королевской, — сказала Дарси, одной рукой до побелевших костяшек вцепившись в перекладину лифта, а другой убирая с лица мокрые от пота волосы. — Что звучит наиболее удобно? — Честно говоря, королевская, но здесь явно не хватает поддержки- ах! Наташа описывала рукой маленькие, плотные круги по пояснице Дарси. — Если ты прислонишься спиной к стене, это даст тебе некоторую поддержку. Нам просто остается надеяться, что у тебя не подкосятся ноги. Как Дарси умудрялась смеяться в такое время, да еще с Наташей из всех людей… но она это сделала. — Пока ты можешь поймать мармеладку, меня это устраивает. Особенно потому, что я чувствую необходимость поднажать. Наташе удалось прижаться спиной к стене, и Дарси с благодарностью сползла вниз, пока не присела на корточки. Она сделала это как раз в тот момент, когда начались очередные схватки, и Дарси начала тужиться. Застонав, она задыхалась, когда позыв прошел. Наташа опустилась на колени перед Дарси, и ее руки снова оказались внутри нее. — Головка определенно опускается вперёд, так что это хорошо, — сказала она, положив руки на бедра Дарси и глядя на нее снизу вверх. — У тебя действительно хорошо получается, — сказала Дарси после очередной схватки и еще одной потуги. Наташа пожала плечами. — Я разбираюсь в механике, больше ничего. Ты единственная, у кого есть дыхание и все такое прочее. Дарси снова рассмеялась, прерываясь стоном. — Хорошая девочка, я вижу головку! Наташа снова была у нее между ног, расстелив спортивное полотенце в широком гамаке. Дарси едва обращала на нее внимание, тужась изо всех сил во время схватки. Следующая пришлась почти сразу. — Давай, Дарси, продолжай тужиться! Ее стон превратился в крик, когда Дарси надавила сильнее, чем когда-либо в своей жизни. Тяжело дыша, она откинула голову к стене. — Хорошо, хорошо! Следующий толчок, мне нужно, чтобы ты наклонилась и помогла мне, мне нужна вторая пара рук. Каким-то образом Дарси умудрилась изогнуться вокруг своего живота и просунуть руку между ног. — Мне нужно, чтобы ты придержала головку, пока я поворачиваю плечи, хорошо? При следующем толчке…! Дарси зажмурила глаза и закричала, прилагая все свои усилия, чтобы потужиться, а затем- Голова ее ребенка была у нее в руке. — Ладно, держись, я знаю, ты хочешь потужиться, но мне нужно, чтобы ты держалась… Наташа не переставала говорить. Дарси судорожно глотнула воздух, почувствовав, как руки Наташи коснулись ее ладоней. — Следующий толчок, крошечный, крошечный толчок… Дарси застонала. Ей так сильно хотелось вытащить- — Хорошая девочка! Руки Наташи повернули ее ребенка, а затем Дарси толкнула его. Маленький красный кусочек человечности выскользнул из Дарси в ожидающие ее и Наташу руки. Он тут же начал кричать во всю мощь своих крошечных легких. Дарси почувствовала, как ее собственные крики сменились слезами радости и смехом, когда Наташа завернула ее дочь — ее дочку — в полотенце и положила ее на руки Дарси. — Теперь ты не против присесть? — спросила Наташа, но Дарси уже сползала на пол. — Мы пока оставим пуповину, так как мне нечем ее перевязать. — Шнурки на ботинках, — сказала Дарси, прижимая дочь к груди и нежно проводя пальцем по ее желеобразному лбу. — Во всех больничных шоу используются шнурки. Наташа села рядом с ней, пока та снимала туфлю, достала откуда-то крошечный нож, о котором Дарси не хотела думать, и разрезала шнурок пополам. Затем она осторожно протянула руку. — Можно мне? — спросила она. Дарси кивнула, даже не колеблясь. Наташа засунула руку под полотенце и завязала пуповину, затем аккуратно перерезала ее своим маленьким острым ножом. Затем она снова заползла между ног Дарси, чтобы дождаться последа. Несколько минут спустя он мокр скользнуло на уже испорченные шорты Дарси, и Наташа осмотрела его. — Все здесь, — сказала она, отодвигаясь назад, чтобы прислониться к стене Дарси. Сама Дарси наклонилась, все еще изучая лицо дочери, и положила голову Наташе на плечо. Она почувствовала, как та на мгновение напряглась, но затем расслабилась, когда поняла, что Дарси просто совершенно измотана. — Спасибо тебе, — прошептала Дарси, нежно целуя мармеладку в лоб. — Спасибо. Она немного задремала, но ей показалось, что она услышала, как Наташа прошептала спасибо в ответ.***
Наташа позволила ей немного вздремнуть, затем прислонила Дарси к углу лифта и, пошатываясь, выбралась наружу через небольшое пространство, которое ей удалось открыть в дверях лифта. Она вздохнула, когда голоса команды ожили у нее в ушах. Они были в середине уборки. Хорошо. Она поколебалась, немного ненавидя себя, затем заговорила в свой коммуникатор, стараясь говорить как можно официальнее. — Вдова вызывает Соколиного глаза. Приём, Соколиный глаз. В эфире воцарилась тишина, пока вся команда ждала, что она скажет. Последние девять месяцев Наташа не вызывала Клинта по связи ни по какому поводу, кроме как на полноценное мероприятие уровня Мстителей. — Соколиный глаз, отвечаю Вдове. Что?» Его голос был таким резким, как она и ожидала. На этот раз в наушниках был слышен ее вздох. — Старк выбрал дерьмовое время, чтобы отключить лифты. Но если ты вернешься в башню, здесь есть кое-кто, кто действительно хотел бы с тобой встретиться. Младенец выбрал этот момент, чтобы снова начать плакать, и это определенно было подхвачено микрофоном. Последовало еще одно короткое молчание, а затем на линию посыпались поздравления. — Я так понимаю, вы застряли в лифте? — Вмешался Старк. — Было бы чрезвычайно полезно, если бы ты передал поиск баннеров Сэму и тащил свою задницу сюда, чтобы вытащить нас отсюда, — сказала Наташа вместо ответа. — Хорошо, Леголас, ты слышал леди. Пошли. Она услышала вой репульсоров и снова просунула голову в лифт. Дарси засунула свой мизинец в рот малышки. — Я не думаю, что мое молоко еще не пришло, — сказала она. — Это успокоит ее до тех пор, пока врач не сможет осмотреть ее. Наташа просто кивнула. — Клинт уже идет сюда с Тони. Они вытащат вас оттуда. Она как раз отстранилась, когда Дарси снова заговорила. — Наташа. Спасибо. — Она подняла глаза и встретилась с Наташей взглядом. — Мне кажется, я отчасти понимаю, что ты чувствуешь по поводу всего этого. И я знаю, что ты могла бы бросить меня в любой момент. Так что спасибо тебе. Наташа с трудом сглотнула, призывая на помощь всю свою выучку, чтобы не расплакаться. Она просто кивнула головой и вышла из лифта. Она сидела, прислонившись к двери в холл, пока не услышала шаги Клинта, бегущего по коридору. Она встала, держа в руках одну туфлю, а другую надев, затем направилась по коридору в противоположном направлении. Шаги Клинта ненадолго замедлились, когда он приблизился к лифту, но затем они снова ускорились. Это было все предупреждение, которое успела услышать Наташа, прежде чем Клинт развернул ее к себе и крепко обнял. Она просто стояла там, опустив руки по швам, мозг не желал воспринимать происходящее. — Спасибо, — сказал он, и это было слишком много слов благодарности за сегодняшний день, чтобы Наташе стало комфортно. К счастью, все, что он сделал, это еще раз обнял ее, поцеловал в щеку, а затем побежал обратно к лифту, по дороге сбросив свой лук и колчан. Наташа смотрела, как он, даже не колеблясь, просто проскользнул в щель в дверях, виляя бедрами, чтобы его не зажало. Затем она повернула обратно в коридор и продолжила идти.***
Позже Наташа услышала, что Тони вызвал лифт в течение нескольких минут, но все еще не поняла, почему ДЖАРВИС не слышал, как Наташа звала его. Приехала скорая помощь и отвезла Дарси и малышку в больницу, но через день они вернулись. Два дня спустя, когда она пряталась от остальной части здания в своем номере, она получила сообщение от Дарси. [575:] Мармеладка и я хотели бы поговорить с тобой. Не могла бы ты, пожалуйста, зайти? К нему прилагалась фотография крошечного существа в той нелепой шляпе, над которой, как думал Брюс, никто не видел, как он работал. Вздохнув, Наташа спустилась на пару лестничных пролетов на этаж, где находились новые апартаменты Дарси. Она постучала в дверь и уже взялась за ручку, ожидая, что Дарси скажет ей войти, когда она повернулась под ее рукой, и Клинт открыл дверь. Она мгновение смотрела на него, ругая себя за то, что не поняла, что он, вероятно, не выпускал ребенка из виду, когда он открыл дверь шире и посторонился, чтобы позволить ей войти. Она так и сделала, слегка кивнув ему. Клинт последовал за ней к дивану, где лежала Дарси, положив ноги на подушки и держа ребенка на руках. Он стоял за ней, глядя вниз с гордостью в глазах. Дарси улыбнулась Наташе. — Я знаю, что вы уже встречались, но могу я официально представить вас Эллисон Джейн Льюис? Сердце Наташи забавно сжалось при этом имени. Эллисон действительно была слишком близка с ней, чтобы ее утешать. Клинт одарил ее чем-то вроде полуулыбки, прежде чем заговорить. — Дарси связана с Мстителями, но мы решили, что для Элли будет безопаснее носить фамилию матери. Наташа кивнула. В этом был смысл. — У нас также было кое-что, о чем мы хотели тебя спросить, — сказала Дарси, посмотрев на Клинта. Настала его очередь кивнуть, и он глубоко вздохнул. — Мы хотели спросить, не хотела бы ты стать ее крестной матерью. Наташа отшатнулась, как будто он ударил ее. — Мы собирались спросить Джейн, — сказала Дарси, укладывая малышку там, где она спала. — И Тор уже согласился быть ее крестным отцом в буквальном смысле, но Джейн сказала, что это имя достаточно почетно. И я хотела, чтобы это была ты, — продолжала она, сверля Наташу взглядом. — Ты та, кто привел ее в этот мир. И я знаю, ты бы никогда не позволила, чтобы с ней что-нибудь случилось. Наташа стояла там, тупо моргая, глядя на Дарси в течение долгой минуты. Затем она посмотрела на Клинта. Он смотрел на свою дочь сверху вниз, но когда почувствовал на себе ее взгляд, поднял глаза. — Я тоже это знаю, Нат. От звука этого прозвища в его устах у нее подкосились колени. Он не пользовался им почти год, почти год почти не разговаривал с ней. Клинт снова обошел диван, подходя к Наташе. — Я скучаю по тому, что был в ударной команде Дельта, — сказал он, и выражение его лица было одновременно прощающим и извиняющимся. — Партнеры? — спросил он, протягивая ей руку. Наташа перевела взгляд с Дарси на ребенка, на руку Клинта и, наконец, на лицо Клинта. Она медленно протянула свою руку и пожала ее. — Партнеры, — сказала она, и ее тут же заключили в братские объятия, которые мужчины команды заключают друг друга в объятия, сцепив руки между собой, другой рукой обнимая за плечи и похлопывая по спине. Когда Клинт отпустил ее, Дарси уже стояла. Улыбаясь, она протянула ребенка Наташе. — Ты хочешь подержать ее? — спросила она. Наташа благоговейно прижала к себе крошечный сверток. Эллисон — Элли — уставилась на нее большими голубыми глазами. Ее волосы были такими же темными, как у матери, но Наташа видела, что корни могли бы стать светлыми, как у отца. Было еще слишком рано говорить, будет ли у нее идеальное зрение отца или близорукость мамы, но в любом случае Наташа нутром чуяла, что именно она научит девочку стрелять. Даже если бы у нее были мозги ее мамы, ей все равно нужно было бы знать, как защитить себя; каждая девочка знала. — Привет, Элли, — прошептала она крошечному человечку. — Я твоя тетя Нат. Да, мы с тобой станем хорошими друзьями.***
Пока Дарси наблюдала, как Наташа воркует с ее дочерью, она наклонилась и переплела свои пальцы с пальцами Клинта. Они никогда не стали бы партнерами, но всегда были бы командой, когда дело касалось их маленькой мармеладки. И это движение показалось ей правильным. — Мне нужно беспокоиться о том, что она украдет моего ребенка? — мягко спросила она. Клинт усмехнулся. — Попробуй застукать ее за сменой грязного подгузника. Тогда она снова окажется в твоих объятиях. Дарси положила голову Клинту на плечо. Через некоторое время ей придется забрать Элли обратно и покормить ее, но сейчас она просто хотела насладиться этим прекрасным моментом. В мире все было правильно.
