Feels with blood

Два паренька брели по зелёной ясеневой аллее. Молодые деревца и старые ясени шумели своей листвой, приветствуя ветер. –Чан, как ты думаешь, у него есть чувства ко мне?–С надеждой спросил Джисон. –Мне кажется, что он просто над тобой издевается.–Холодно и грустно ответил Чан. –А мне кажется, что если бы он не испытывал ничего, он бы не целовал меня. –Он тобой одержим. Это не любовь, это сталкерство. Твои губы так искусаны... это выглядит страшно. –Всё, что он со мной делает, это исскуство. –Понимаю.–Чан улыбнулся, зная, как Хан дорожит любыми взаимодействиями с Минхо. –Ты когда нибудь кого-то любил? –Да. –Ты можешь понять меня? –Нет. Разумеется нет. Никто бы не понимал Джисона, не зная всего. –Что ты думаешь об отношениях? Вот мне кажется, что они всегда рано или поздно заканчиваются и от них всегда больно.–Начал новую тему Хан. –Если любишь, то никогда не сделаешь больно. –Ты живёшь в сказке. Больно будет всегда, мы не можем избежать причинения моральной боли.–Заключил Хан.–Это твоё мнение, но ты когда нибудь пробовал так жить? "Говорит точ в точ как Минхо..."–Подумал Чан. –Мне кажется, что можно стараться. Люди любят и этого не избежать. Ты, например, хочешь быть рядом с Минхо. При этом, говоришь, что отношения только боль. –Да, но я не могу заставить себя разлюбить. Я знаю правду, но поделать ничего не могу. Да, отношения это боль и они не могут быть вечными, это реальность. Однако... я иногда об этом забываю. Минхо заставляет меня чувствовать мурашки по коже и иногда мне кажется, что я готов за это всё отдать. Хо это моё солнышко. А знаешь кто я? Я его цветочек! Он сам говорил! Ну вот... снова я ухожу не туда. –Знаешь, Хани, все наши разговоры заканчиваются Минхо. Смешной ты конечно. Такой рассеянный и неуклюжий только когда влюблён? –Скорее всего да... Я не знаю, но мне кажется, что всё люди становятся такими. "Но я таким пока не стал"–Подумал Чан. –Уже 14.30. Мне пора, у меня в 15.00 важная встреча. –Сказал Чан. –Вот как, тогжа не будем задерживаться. –Спасибо за эту прогулку, она была чудесной.–Чан улыбнулся самой тёплой улыбкой, как только мог. –А тебе в каком направлении? –К школе. –Тогда я пойду с тобой. Дома я всё равно один, так что погуляю ещё. –Я только рад буду, идём!–Обрадовался Чан. За 20 минут они дошли до школы. Двор был пуст, все уже давно разошлись по домам. –С кем у тебя встреча? –Да так, нужно кое что решить. Ладно, я пойду, мне ещё позвонить нужно.. –Хорошо, я тоже пойду. Джисон улыбнулся и остался стоять в школьном дворе, а Чан прошёл внутрь. Он очень скоро нашёл укромное местечко и достал телефон. –Привет, да, давно не виделись. Слушай, бери с собой двоих и приезжайте к школе. Нужно кое с кем разобраться. К встрече с Чаном Минхо никак не готовился. Он успел сходить домой, переодется в более удобную одежду и тысячу раз подумать о Джисоне. Кроме того у мамы какие-то проблемы со здоровьем. В последнее время она стала больше отдыхать и жаловалась на боль в висках. Раньше такого небыло. Наконец он стоит у порога школы. Решительно входит внутрь и направляется к кладовой, где совсем недавно обнимал Хана, такого тёплого и нужного. Много мыслей врывалось в его голову снова и снова, но для рассуждений нужно найти другое место и время. Двери школы открыты потому, что у многих учеников сейчас проходят элективные занятия, пройти внутрь не трудно. Он открывает дверь кладовой и видит перед собой полумрак, в центре которого стоит Бан Чан, уже поджидая его. Хо закрывает за собой дверь и тянется к дверному замку. –Погоди, не спиши закрывать. Тут же дверь открывается и в помещение заходят трое парней. Они выглядят крепкими и сильными. Минхо не ожидал такого подвоха. –Это вне правил.–Тихо и грозно сказал Хо. –Ты тоже переходишь границы.–Ответил один из парней. Чан подошёл к нему. –Ты заслуживаешь гораздо большего, чем я один, поэтому наслаждайся. –Ты трус, вот что я хочу сказать и на едине я бы даже пальцем тебя не тронул, мерзко.–Сказал Хо, начиная звереть. –Мерзко будет собирать тебя по кусочкам.–Чан размахнулся, но Минхо перехватил удар и зарядил ему прямо в губу, разбив её. Трое парней, что стояли сзади, не стали ждать. Один из них со всей силы втащил ему кулаком в спину, заставив потерять равновесие и тяжело дышать. Хо не отчаился и тут же поднялся. Он набрасывался то на одного, то на другого. Одолеть троих было нереально. Каждый выжидал удобный момент и бил со всей силы в жизненно важные места. Трое на одного не честно, это и в правду мерзко. Чан стоял в стороне и смотрел, как с каждым ударом Минхо гаснет, потухает и у него остаётся всё меньше сил. Губа была разбита, но это терпимо. Джисон снова предложит ему свою помощь и помажет мазью–романтика. Лишь бы Минхо отстал от него. Хо боролся, но сил было мало, а удары становились всё сильнее. Вскоре он не смог стоять, скула и губа были разбиты, а грудная клетка с трудом выполняла свою функцию. Невыносимая боль проносилась то по лицу, то по рукам и торсу. Кожа адски болела, кости держались целыми из последних сил. Парни явно были мастерами своего дела: били, но не убивали. Крови тоже небыло, только на лице. Многочисленные удары в живот заставляли терять сознание. Сам он не заметил, как его повалили на колени и взяли за шкирку, измученного, но ещё живого. Чан подошёл к нему и наклонился, желая увидеть его разбитое лицо. –Вот так и должно быть. Ты на коленях передо мной и с них не встанешь. Добивать тебя я не вижу смысла, но если ты продолжишь бить Джисона, то света белого больше не увидишь, понял?–Усмехнулся Чан. –Ты жалок и таким и останешся. Будь ты смелее, ты бы уже глотал свою кровь здесь, на полу. Однако, ты не готов пострадать, ты трус.–Хриплым голосом проговорил Хо. Он уже потихоньку терял сознание, но говорить ещё мог. Многочисленные удары в голову говорили сами за себя. –Чтож, ты хочешь добавки? Я добью тебя сам. –Чан повернулся к парням.–Ребят, можете быть свободны, спасибо за помощь. –Бывай. Парни вышли из кладовой и скрылись, презрительно глянув на Хо. Они остались на едине. Минхо попытался подняться, но не смог. Голова кружилась и болела. Места свежих ударов пульсировали. Всего пятнадцати минут хватило, чтобы Хо медленно начал угасать. Чан поднял его за воротник, готовясь ударить и выбить из Хо последнюю каплю жизни. Хотелось ему ударить по этому лицу, по губам, что целовали Хана. Размах.