Feels with blood

Школьный год подошёл к концу. Все учителя дружно жаловались на двоих парней, которые пропустили почти всю последнюю четверть, не принеся ни одной справки. Никто не имел права исключить их, поэтому они со спокойной душой попрощались с одноклассниками и тряслись сейчас в тесном автобусе, на пути в деревню к бабушке Хо, крепко взявшись за руки. Мама Джисона, когда узнала об их отношениях, ничего не сказала: не запретила, но и не обрадовалась. Нога у брата зажила и теперь была как новенькая. Они остались дома, а Джисон, не долго думая поехал с Хо в деревню. –Это первый раз когда мы едем в деревню не как друзья.–Сказал Хо. –Тоже волнуешься? –Не, представляю, где мы будем прятаться и целоваться. –Да иди ты, я думал ты серьёзно.–Засмеялся Хани. –Я серьёзно, правда, забочусь о том, чтобы мы не испытывали дискомфорт. Потому, что я лично буду очень зол, если не смогу тебя поцеловать. –Из-за тебя складывается чувство, что наши отношения построены только на поцелуях.–Заметил Хан. –А что я сделаю, если жить не могу без твоих губ. Это самая моя любимая зависимость. Сам полюбому умираешь без моих. –Ну умираю и что? Я не говорю об этом хотя-бы! –А я говорю, чтобы ты не забывал, что я твой парень. –С тобой забудешь, как же, постоянно на нас люди пялятся. –Ты сам часто заставляешь всех обратить на нас внимание, так что не ругайся на меня. –Ладно, квиты. Из окна было видно большое ромашковое поле, над которым порхали бабочки, прямо как в животах этих двоих. –Я уже столько раз представлял, как мы гуляем на том месте, около реки, где мы каждое лето купаемся.. –Сказал Хан. –А я всё думаю о нашем первом поцелуе. Это ведь было здесь. –Всмысле здесь? –Ты думал, что я спал, а я не спал, я всё чувствовал. Не отнекивайся теперь, я всё помню. –Это... когда мне было четырнадцать? –Да. –Чёрт, я надеялся, что ты не помнишь... это было ужасно... –Ужасно мило. Хочу повторить. –Я тогда целоваться не умел. Это мой первый поцелуй... Я, кстати, кроме тебя, так ни с кем и не целовался до сих пор. –И не поцелуешься.–Хо чмокнул Хана в губы. –Эй, мы не одни. –И что? –Ничего, тебе всегда было всё равно.–Надулся Хан. –Как и тебе, просто ты для вида говоришь, что мы не одни. –Тише, не пали контору.