Сборник ATEEZ Reactions. Зарисовки, драбблы и реакции

…Хонджун…

Капитан-пират проклятого корабля. Не зря гадалка нагадала тебе не плыть этим кораблем, предрекая попасть в бермудский треугольник. Но пассажиры попали в лапы настоящих пиратов мифического проклятого корабля! Тогда ты впервые увидела его — капитана Хонджуна, голубоволосого наглеца в кожаном коричневом камзоле и огромной широкополой шляпе. О нём ходило множество легенд, как он и его люди разорили и потопили не один королевский корабль. Сам Ким Хонджун здорово расстроился, потому что по ошибке принял ваш пассажирский корабль за торговый, а добычи как таковой не оказалось. Он в шутку предложил продать всех пленников в рабство, хотя таким и не промышлял. Но эффекта добился — испуганные пленники учинили бунт, который быстро подавили. Хонджун планировал показательно повесить всех бунтовщиков, но ты кинулась к нему на колени умолять помиловать испуганных людей. Тогда капитан впервые в жизни дал слабину, на мгновение очаровавшись молодой незнакомкой. Он в шутку ради заставил тебя быть его слугой в обмен на жизни бунтовщиков. И так проходила твоя долгая «поездка» по морю. Дни насмешек и подстрекательств от капитана, пытавшегося раздразнить смелую девчонку, а возможно, даже и соблазнить. Только вот не на ту напал, и сам не заметил, как влюбился и полностью попал в твой плен.

…Сонхва…

Русалка. Ты подошла к берегу под ночным небом, усыпанным россыпью звезд, к чёрной-причёрной реке. Зашла на мостки и прошла до конца, где в черной воде не было видно никакого дна, и просто камнем сиганула вниз. Ты помнила лишь тьму и пузырьки над своей головой, бегущие вверх сквозь толщу воды. Помнила, как тебя опутали водоросли. А потом сильные мускулистые руки, которые схватили тебя и потащили вверх. Ты откашлялась, приходя в себя на песчаной гальке у реки. И невольно уставилась на странное существо, восседавшее перед тобой на огромном валуне в воде. Верхняя часть тела человеческая — молодой юноша с сияющей во тьме кожей и переливающимися угольными волосами. Но ты уже видела частично то, что было ниже его туловища — огромный чешуйчатый хвост, раздвоенный на конце, как у рыбы. — Не стоит юной деве уходить на дно реки из-за глупой неразделённой любви, — низкий голос прекрасного существа пробирал до мурашек. — Ты столь юна и прекрасна для этого. — Но я не могу забыть его, — заплакала ты. И присела на валун к загадочному парню-русалке, абсолютно не боясь его. — Что же мне делать? — Время лечит, — большие пронзительные глаза бегали по твоему лицу. — Я помогу помочь тебе забыть. И он запел тебе нежную песню, своим чарующим мифическим голосом, проникающим в самую душу.

…Юнхо…

Вампир. Громкая музыка, отчаянный бит, алкоголь и множества других тел — ты танцуешь до упада в клубе. Такая тяжелая неделя, поэтому сейчас тебе всё равно — ты отдаешься музыке и алкоголю в крови. И даже не сопротивляешься незнакомцу, что появляется перед тобой. Его руки фривольно скользят по твоему телу, а ты обнимаешь его за шею. И сама диву даёшься — да что с тобой? Почему ты так очарована, словно это какая-то магия? Тебя тянет к высоченному незнакомцу, и ты понять не можешь, почему не в силах сопротивляться этому странному чувству. Ты встречаешься с ним взглядом, и на мгновение тебе кажется, что в его глазах горят красные искорки. Это всё так…эротично и волнительно. Чужая рука медленно отодвигает пряди волос, и мужские губы запечатлевают на твоём горле долгий поцелуй. Ты словно забываешь как дышать. — Я буду нежен, — с трудом слышишь ты шепот незнакомца сквозь громкую музыку. И не сразу понимаешь, что это за ощущения. Боль вперемешку со странным наслаждением. В твою шею осторожно впиваются острые клыки, вначале с нежностью, потом с жадностью. Со стороны это выглядит, как какой-то парень припал к твоей шее для страстного поцелуя. Но ты вдруг понимаешь, почему не можешь сопротивляться, безвольно повисая в руках незнакомца. Вампир. И это их особая вампирская магия подчинения. — Я не возьму много, — слышишь ты в своей голове, но уже давно не сопротивляешься, падая в странный омут непривычных чувств.

…Есан…

Фея. На вашем ранчо праздник урожая был в разгаре. Люди танцевали и плясали до упаду. Кто-то уволок тебя в круг танцующих, смешав с толпой. В какой-то момент, разгоряченная ты оказалась лицом к лицу с Есаном. Тот странный парень, которому ты отказала недавно в свидании. Он был хорош собой. Красавчик с утонченным лицом, белоснежными волосами. Просто какой-то сказочный персонаж. Но что-то в нём было такое странное, такое пугающее, что ты невольно захотела держаться от него подальше. А сейчас он вдруг схватил тебя за запястье, заставив плясать вместе. Ты хотела освободить руку, но твои пальцы крепче сжали. — Не отказывай мне хоть в танце, — прошептал парень тебе на ухо. Ты хотела что-то возразить, но вдруг почувствовала себя странно. Словно на тебя опустилось странное марево, и какая-то магия заставляет хотеть веселится и плясать. Ты невольно подчинилась, и закружилась с Есаном в странном танце. Шли минуты, а потом и часы, но ты кружилась с ним без перерыва на празднике. Твои ноги давно устали, тело ныло, но почему-то ты не могла остановиться, пребывая в странном гипнотическом состоянии. Твои глаза вдруг встретились с очами Есана, и ты увидела в них странный довольный огонёк. Словно он какой-то магией подчинял тебя, заставляя плясать, что невозможно было остановиться. — Отпусти, — ты с трудом выдавила из себя это слово, с каким-то невероятным усилием воли. — Мы будем танцевать вечно, — покачал он головой. — Ты не хотела пойти тогда со мной добровольно, так что будешь моим человеком навсегда. Его рука скользнула по твоей талии, и парень рывком прижал тебя к своему телу. Ты в ужасе увидела, как он склоняет свое красивое лицо и припадает к твоей шее со страстным поцелуем. Но вдруг резко отрывается и со злобой шипит. Ты видишь дымящийся след на его скуле и груди. Есан же злобно смотрит на твой медальон из серебра, вывалившийся наружу из одежды. Странное наваждение мгновенно спадает, сила воли и свобода мысли мгновенно возвращаются к тебе. — Я слышала рассказы от своей бабушки о таких созданиях, — ты рассматриваешь его так, словно видишь впервые. — Ты боишься металлических предметов, одурманиваешь разум, заставляя плясать. Ты — фея! Какого черта? Есан потирает обожжённое место, насмешливо глядя на тебя. Он молчит. — Больше так не делай, — ты раздраженно шипишь на него. — Не смей применять магию ко мне! Ты разворачиваешься на пятках и спешишь прочь от пугающего парнишки. — Всё равно будешь моя! — тебе в спину доносится язвительный смешок.

…Сан…

Демон. Ты увидела его в тени переулка ночного города и сразу поняла, кто он. Ты не испугалась и позвала его. — Ты не боишься меня, малыш? Ты понимаешь, кто я? — голос Сана, глухой и низкий, заставлял дрожать от неведомого страха. Но другой страх был сильнее. Ты с отчаянием воззрилась на него. Огромный, весь в черном кожаном одеянии, с лохматой черной головой, он возвышался над тобой, сгибаясь вдвое. Красные глаза с черными белками смотрели просто в душу, словно видя её насквозь. — Просить меня о чем-либо опасно, — его горячее дыхание обдало твоё лицо, заставляя трястись всё тело. — Подумай дважды, прежде чем озвучишь просьбу, юная дева. — Мне всё равно, — ты с бесстрашием вскинула голову, выдыхая ответ в его белое как мел лицо. — Эти разбойники удерживают всю мою семью. И убьют забавы ради. Я готова продать душу, только спаси их! — Такая мелкая просьба, — в красных глазах блеснула насмешка. — Мне даже жаль тебя. Поэтому сегодня буду добрым. Я спасу их. Но в обмен не на душу, а на твоё тело. Оно будет принадлежать мне всегда, когда я захочу. Ты выдержишь это, дитя? — Всё, что угодно, только спаси их! — прошептала ты, со слезами на глазах. — Тогда скрепи клятву поцелуем, это и будет контракт. Я — Сан, и ты станешь моей. Душа разрывалась от страха, но ты не отступила назад. Ты сделала шаг вперед, к спасению своих родных. Поднялась на носочках, обвивая могучую шею своими тонкими руками. И медленно, с осторожностью коснулась бледных исчерченных губ. Когтистая рука демона прошлась по твоей спине, даже слишком ласково для его сущности. А потом ты почувствовала, как твою голову наклоняют. И ледяной рот темного существа отвечает на твой призыв — губы уже не холодные, горячие, быстро преодолевают твое слабое сопротивление. Демон целует тебя как настоящий змей- искуситель. Страстно, похотливо и властно. Контракт был заключен.

…Минги…

Оборотень. Жуткий холод пробирал до костей. Ты уже много часов брела по мрачному, жуткому лесу, сбив ноги в кровавые мозоли. Зуб на зуб не попадал, тебя всю трясло от пробирающего до костей холода, вся одежда промокла под моросящим осенним дождем. Но лучше умереть, чем вернуться в родную деревню. Тебя хотели отдать насильно замуж за жуткого человека, но ты не готова была смириться с такой судьбой, сбежав с наступлением темноты. Неожиданно небольшая пещера появилась перед взором, и ты зашла в неё, спасаясь от дождя. — Я умру здесь от голода и холода, — ты просто упала на холодную землю, уже обессиленная. Ноги не двигались. Странный звук привлек твоё внимание. Ты невольно дёрнулась и замерла от страха и неожиданности. Из глубины мрака пещеры показались светящиеся красные глаза, неотрывно следящие за тобой. Слышно было медленное громкое дыхание. Странное существо двинулось к тебе. И вот показалась огромная звериная морда, а затем и всё огромное тело. Это был чрезвычайно гигантский могучий волк. Темно-рыжая шерсть и дьявольские красные глаза говорили о том, что это существо не природного происхождения. Оно уставилось на тебя выжидающе, словно размышляя, что делать с незваной гостьей — сожрать или нет. Раньше бы ты сознание потеряла от страха. Но сейчас тебе было всё равно. — Я заблудилась, убегая из дома, — просто сказала ты, равнодушно смотря существу прямиком в глаза. — Я не вернусь домой, там мне нет жизни. Либо убей меня сейчас. Либо разреши переночевать здесь, я замерзла до ужаса и готова умереть от бессилия. Зверь какое-то время просто разглядывал тебя. А затем просто подошёл и улёгся вплотную, свернувшись калачиком, как какая-то собака. Только нереально гигантская собака. Ты даже не испытала шока. Сознание мутилось от холода, и ты просто не думая, подползла ближе к твари и улеглась головой на его бок. Скрутилась калачиком, умащиваясь на чужом теле. Шерсть пахла странно, но тебе было всё равно. Эта тварь была такой теплой, а тебе так хотелось согреться. Ты чувствовала необыкновенный жар от зверя, и это тепло разморило, убаюкивая. Ты наконец-то провалилась в безмятежный сон. Первые лучи солнца заставили зажмуриться от яркого света. Ты задвигалась, позабыв, где находишься. И вдруг с удивлением почувствовала дыхание на своей макушке и крепкие сильные руки, обнимающие тебя вплотную к чьей-то обнаженной груди. Ты невольно вскинула голову. Но никакого зверя больше не было — ты лежала в объятиях большого рыжего мужчины. И абсолютного голого. Он медленно открыл глаза, они заблестели неестественным красным огнём, разглядывая твое удивленное лицо. — Если хочешь остаться, — его глухой низкий голос заставил вздрогнуть.- То придется согревать так друг друга каждую ночь.

…Уён…

Банши. Вестник смерти, предвещающий о последних минутах пронзительным воплем. Он является людям с растрепанными волосами, красными глазами от постоянного плача и безумным криком, сводящим с ума. Когда-то он был счастливым парнем, но погиб из-за предательства в одиночестве. И теперь бродит призрачным созданием, с криком печальнее всех звуков мира. Ты увидела однажды его ночью скорчившимся под деревьями, скорбящим с непроницаемым лицом. Он увидел тебя в ответ в лунном свете. Раздосадованный тем, что ты застала его в минуты печали, закричал пронзительно, призывая твою погибель. Но ты была глухая, лишившись слуха в результате несчастного случая. И его злая магия не подействовала на тебя, ведь ты не услышала его «зов». Но увидела вселенскую печаль в его глазах. Без страха ты подошла вплотную и нежно вытерла слезы с уставших глаз несчастного существа. — Не нужно страдать в одиночестве, — произнесла ты от всего сердца, ведь понимала эту боль — быть отвергнутой всеми из-за одного изъяна. Банши Уён посмотрел на тебя ошарашенным взглядом, впервые чувствуя, что человек не боится его, а хочет… помочь. Твоя рука на его лице заставила вспомнить это давно позабытое чувство — тепло чужой ласки. Уён протянул в ответ свою руку, переплетая ваши пальцы. И больше никогда тебя не отпускал.

…Чонхо…

Злой колдун-некромант. — Мне нужен был вождь племени, — глухо сказал Чонхо, рассматривая тебя из-под прищура раздраженных глаз. — Меня обманули, зачем мне девчонка? — Ты требовал вождя, чтобы совершить жертвоприношение для своего кровавого обряда. — ты с бесстрашием вышла к нему вперёд, к этому жуткому магу, укутанному с ног до головы в черную мантию. — И он готов был пожертвовать своей жизнью. Но это мой отец. И его любит моя мать, как и остальные наши братья и сестры! Он хороший человек, чтобы ты не думал, и племя твое не он уничтожил. Ты можешь мне не верить, но я прошу тебя об одном. Если хочешь мстить — пусть это буду я! Я здесь тайком, обдурив отца. Хочешь ритуал — моя кровь как у отца, забирай её! Чонхо вдруг разразился веселым смехом, обнажая небольшие ровные зубы. На мгновение тебе даже показалось, что он выглядит… как обычный человек. — Какая показательная патриотичность, самопожертвование! — его лицо в мгновение стало суровым, и он посмотрел на тебя ледяными глазами. — У меня есть другое предложение. Я привяжу тебя заклятием к своему замку. Раз и навсегда. Твоя душа и тело будут служить подпиткой магическому барьеру моего дома. И это заклинание будет до конца твоей жизни с тобой. Пока не умрешь ты или я. Ты согласна, в обмен на то, что я оставлю твоего отца в покое? Служить мне в этом доме, смотреть за ним до скончания своих веков? Ты с горечью кивнула, соглашаясь на такую судьбу. А колдун улыбнулся в ответ. По правде говоря, Чонхо соврал. Не создавал он никакой привязки, просто наложил на тебя обнаруживающие чары, если бы ты убежала куда-то в опасный проклятый лес. Он оставил тебя в своем замке от скуки, желая хоть как-то скрасить одинокую жизнь опасного «проклятого» мага. Ты шуршала всё время по дому, готовила, проводила с ним совместные ужины и обеды, обсуждала все книги в его огромной библиотеке, постепенно привыкая к угрюмому колдуну. А он, в свою очередь, не заметил сам, как окончательно и бесповоротно влюбился.