В глубине шахт

Вскоре начнется арка с каннибализмом. По плану Достоевского, лидеры двух организаций должны умереть от заражения. Все должно пройти идеально, поэтому Федор отправляет двух своих слуг ознакомиться с "базой". Она будет представлять собой угольную шахту. За день до начала, двое слуг отправились в шахты. Пока Пушкин, так звали первого слугу, изучал вход, то Гончаров прошел в глубь шахт. Честно, его не особо впечатляли эти скалистые стены или лужи на земле. Где-то в глубине туннеля можно услышать падение капель. Гончаров шел все глубже и глубже по рельсам для вагонеток. Вдруг его взгляд цепляет узкий проход ещё глубже. В этот проход явно бы не пролез Пушкин с его ростом 2м в ширину. Тот вечно тырил пирожки, что только приготовил Иван для своего господина. Гон был готов снять с него кожу, когда тот съел все салаты на новый год. Любопытство взяло вверх, поэтому парень пролез в этот проход без труда. Надо отметить, что Иван был весьма худой человек с длинным серыми волосами и шикарными ногами. Было чертовски темно. Слуга достал из кармана зажигалку и зажёг ее, это дало немного света. Ваня водил белыми перчатками по скалистым стенам, не боясь запачкаться. Кажется раньше тут добывали море угля и железа, но по непонятной причине все рабочие пропали. Возможно испугались, как услышали, что сюда заявятся люди из крыс. Внезапно Гончаров нарывается на что-то большое. -черт побери!- вырвалось из уст парня. Нога сильно болела, кажется он ударился об что-то металлическое. Направив свет зажигалки вниз, он увидел кирку. Ваня ее поднял и отряхнул. Вдруг в животе появился приятный узел.. рукоять кирки была такая тонкая и изящная, прямо как талия его господина. Руки Гона начали мелко дрожать, а узел становился все туже. В голове промелькнула мысль, такая грязная и развратная.. и не понятно, это побочки от удаления части мозга или от того, что кирка напомнила господина? Слуга стянул с себя рывком всю одежду и положил ее рядом. Освободившись от перчаток, Гончаров медленно облизывал два своих пальца, скользил языком по фалангам. Когда пальцы были смоченны достаточно, Гон подставил их к колечку мышц и медленно ввел. Растягивать себя только слюной было больновато, но он и не такое испытывал. Спустя 5 минут растяжка шла уже лучше, пальцы быстро двигались внутри, растягивая стенки. В узком тунеле были слышны хлюпанье, мычание и тихие стоны обер-камергера. Иван зажимал себе рот рукой, стараясь быть как можно тише, но попадание по простате вызвало громкий стон наслаждения. Вскоре Гончаров вытащил из себя пальцы. Его язык медленно прошёлся по рукояти кирки, заостряя внимание на конце. Возбужденный член не давал покоя, выделяя все больше естественной смазки и подрагивая. Закончив вылизывать рукоять, Гончаров поставил ее в более удобное положение и насадился. Черт возьми, как ему было хорошо от заполненности. Чуть подождав, он стал насаживаться все больше, быстрее и интенсивнее, при этом зажав рот рукой. Рука потянулась к паху, медленно обвив член. Гон дрочил себе в такт движениям своих бёдер. Все это чертовски сводило с ума. Внезапно рукоять попадает по простате, Иван уже не знает куда себя деть, насаживаясь на длинную рукоять полностью. Задница болела и кажется была порвана, это доставляло ещё больше удовольствия. Ещё пару толчков внутрь и Иван кончает себе на ладонь с блаженным стоном. Гончаров быстро прибирает место "преступления" и приводит себя в порядок. Кирку пожалуй, он забирет себе. У Сани случился сердечный приступ, когда услышал стоны своего напарника. О черт.. кажется их слышали абсолютно все..