Три космологии

Эру предначальный, чьё имя не осмелятся произнести ничьи уста, несся сквозь бесчисленные звёздные пространства из центра мироздания к своим чертогам, что вне времени. Жадно жуя в своих покоях Он сотворил Аинур, Абсолютных богом, порождение Его мысли, и были они безумны, безглазы, безгласны, мрачны, были они при Нем уже тогда, когда еще ничего другого не было, и сводили его с ума жуткой дробью барабанов и тихими монотонными всхлипами проклятых флейт, под чей мерзкий грохот и протяжное дудение медленно, неуклюже и причудливо плясали пред его взором. И Он обращался к ним и давал им темы для музыки, и они пели для Него, и Эру радовался, несясь в тёмный бесформенный хаос. Но долгое время они пели поодиночке, либо малыми группами, а остальные слушали, потому что каждый воспринимал только ту часть безумия Эру, воплощенную в сатанинской какофонии нечестивых голосов, из которой сам был создан. И каждый медленно постигал каждого. Но все же слушая они пришли к более глубокому помешательству, и пение становилось все более неистовым и монотонным. И случилось так, что Эру созвал всех Аинур и предложил им мистериальный форум, показав вещи, полные немыслимого уродства и бессвязного бормотания, зловещей чем То, что Он открыл им раньше. Но червоточие начала этой темы и бессвязность её окончания так устрашили Аинур, что они склонились перед Эру и молчали. Тогда Эру говорил бессмыслицу, и не дано ни людям, ни Айнур достичь столь низкого, скребущего пустого разума покуда не настанет конец дней. И лишь тогда несчастные умы живых и мёртвых пребудут в червоточине и нечестивом ядерном хаосе. Пока же Илюватар сидел и выл, и долгое время оставался недвижим. Но шум преломлялся, и вот начал вплетать в нее Уризен звуки, порожденные его собственным умом, противящееся покоям безвременной бездны, потому что Уризен искал способ охватить какофонии, что была назначена ему. Уризену, среди всех Аинур были даны наименьшие проклятия дионисии и помешательства, к тому же он был равноудален от всех хоров его собратьев. Он часто бродил один, выискивая отдаление от вечного хаоса, потому что Уризена сжигало желание принести в пространства свой порядок. Ему казалось, что Эру обошел взором последовательность, и Уризен хотел выставить ее. Однако он не порядка, потому что Эру – хаос, и ничто не из него. Но когда Уризен странствовал в вакууме вдали от червоточин, у него стали возникать стройные помыслы, отличные от экстатического безумия собратьев. Некоторые из этих мыслей он начал теперь вплетать в свою музыку. И тотчас же прозвучал диссонанс, и многие из тех, кто пел вблизи Уризена, воспел его холодные, тёмные кошмары, словно десять тысяч громов, выстроив в злом массиве ужасный мир, катящихся туч и грохота морей, полных града и льда, и набухающих холмов, Голос ужаса, и Айнур пришли в замешательство, и мысли их спутались, и музыка их начала спотыкаться, а некоторые начали подстраивать свою музыку к музыке Мелькора, предпочитая ее той, которая возникла в их собственных мыслях. И тогда ярость обуяла Сильного, Манве, рвясь, теснясь и ломясь, Уризен покатился прочь с ужасным грохотом.И вечность широко пронеслась, над ним, и огонь излился на Иных богов, что пошли вместе с ним, со всех сторон из пустот на самовозникшие войска, подвешивая их между скал над бездонной пустотой. И на вершинах Уризен оформил громадные огни со всех сторон, то были огни не Абсолютных богов, на берегу безграничной реки, что, как сердце, бились над миром. И ползучий Тулкас стоял около черной сферы Уризена, предвестник, что бил по голове божеству в его чертогах, бесформенный, безжизненный, безвременный, поднимая города из моря и, тайно гордый, расхохотался над вечными, и удалил Уризена. «Что это ? – Смерть Уризена и его сны». И Уризен стал комом грязного снега.