Приюти меня в своем сердце...

Лия сидела в баре, ее красное лицо опухло от постоянных слез. Я прошла в помещение и села напротив: — Что случилось? — мой голос был спокоен, но внутри сердце вырывалось из груди. — Я беременна! Что теперь мне делать?! — Лия тут же зарыдала. А я смотрела на нее и никак не могла сообразить, что не так. Если она ушла от меня, чтобы завести семью и детей, то почему сейчас плачет? — И что? — Он сказал, что я не нужна ему с ребенком! Понимаешь? Я нахмурилась: — Ты же говорила о семье, о детях, а теперь не нужна? Лия надулась, а потом вздохнула и рассказала: — Это мой менеджер. Он долго соблазнял меня, я не соглашалась из-за тебя, потому что любила, но потом ты бросила меня одну в нашей квартире, начала писать, сочинять… Все было для меня, но мне нужно было не это. Я хотела любви. А ты не видела этого. А потом Ким со своими уловками, красивыми словами. Я купилась, Тони. Сама не заметила, в какой момент повисла на его шее. Последних съемок не было, я была с Кимом. Я просто отговаривалась, потому что знала, что ты не заметишь. Я слушала нытье, и чем больше слышала гадостей о ее жизни, пока я занималась работой, тем противнее мне становилось. Вот так поворот. Я все могу понять, но предать вот так просто за красивые слова и дешевую игру. Она же актриса, и ее поймали на ее же фокусы. Лия плакалась, просила принять ее обратно, принять вместе с ребенком. Понять и простить все ее ошибки. А мне с каждым ее словом становилось противнее. — Прекрати, я любила другого человека, сильного и умеющего решать свои проблемы. Я дам тебе денег и забудь меня, — я швырнула несколько купюр на стол и быстро направилась к выходу. Было невыносимо, заболела голова, хотелось сбежать. Господи, зачем я туда поехала? Надо номер сменить и забыть о ней. Дома меня ждала Лина. Ее сумки были собраны, сама девушка сидела на диване и смотрела на свой телефон. Я зашла тихо, подошла и аккуратно села рядом. — Меня тошнит от нее. Он изменяла мне, предала тогда, когда я полностью была поглощена работой. Лина кивнула: — Я ожидала нечто подобного. — Жаль, что я не послушалась тебя. Лина снова кивнула и посмотрела на свои руки, а я продолжила говорить: — Я завтра сменю номер, место жительства, но ты не уедешь никуда от меня. Сегодня на презентации мой поступок был некрасивым, но теперь он никогда не повторится. И то, что я там не успела сказать: я люблю тебя, Рыжик. Прости за все испытания, что тебе пришлось пройти из-за меня. Лина сидела молча. Просто держала меня за руку и слушала все, что я говорила. — Знаешь, я ведь чувствовала давно, что брожу рядом со своим счастьем, но пришлось пройти огромную чертову кучу кругов вокруг него, прежде чем я осознала, что ты так близко ко мне стоишь. Помнишь нашу последнюю переписку? Ты ведь тогда сказала честно, и внутри меня все перевернулось. Уже тогда я думала о том, что живу неправильно, но я такая упрямая… Знаешь, Рыжик, столько лет мы отдали друг другу, но не научились понимать с одного взгляда. А я очень хочу понимать тебя, просто взглянув. Позволишь? Лина плакала. Она сидела в таком немом отчаянии, что была не в силах сказать даже одно слово. А я все продолжала терзать ее своими словами, обнимая: — Я столько всего хочу сделать для тебя. В моей голове сотня планов. СОТНЯ! А еще хочу открыть с тобой школу хореографии. Мы столько лет танцуем, что это было бы прекрасно. К тому же мне скоро тридцать, пора прекращать скакать по сцене. Лина лишь заулыбалась: — Как назовем? — Rain Wolfs, хочу позвать в нее наших девчонок, пусть побудут преподавателями, ощутят, каково это быть чьим-то учителем. О, кстати, съездим на концерт в Южную Корею. У них просто потрясающие концерты. Всегда яркие, веселые, шумные. — А потом отдохнем немного в Японии? — Да хоть в самом Токио. Все для тебя… В тот вечер мы долго болтали. Лина все плакала, а потом сквозь слезы начала смеяться. Ее глаза светились от счастья. Столько планов в моей голове еще никогда не было. Тогда, сидя с самой прекрасной рыжей чаровницей в мире, я понимала, что нет никого лучше. И за все эти годы никогда быть не могло! Я просто столько лет позволяла своему счастью бесхозно бродить в полном одиночестве. Но больше такого не повторится. — Ты вернешься? — Лина сидела напротив Эйси и улыбалась. Блондинка смотрела на рыжую девушку и не могла понять, почему та так светится счастьем. — В команду к Ксо? — девушка с сомнением посмотрела на меня. — Не совсем, — улыбнулась я, — теперь я открываю школу, мне нужны хорошие хореографы. Эйси усмехнулась: — Хорошо, вы ведь вместе, наконец-то? Лина улыбнулась и кивнула. — А ты, Тара? — найти эту особу, после сотни скандалов с ее участием, было сложнее всего. Но теперь крашеная шатенка сидела перед нами и курила. — А почему нет? — Реально? — удивленно спросила Эйси. — Конечно, если Кара вернется. А в этот момент распахнулась дверь и в небольшое кафе вошла Кара в красивом платье розового цвета. Черные волосы были собраны в хвост, а сама девушка шла к нам с улыбкой. — А я согласна! — обнимая меня, заявила брюнетка. Причину ее счастья мы не знали, пока до меня не дошли слова Тары. Я усмехнулась, но все-таки спросила вслух: — Вы вместе, да? — я внимательно посмотрела на Тару. Скандалистка кивнула. — Все скандалы были направлены на привлечение внимания моей сладкой девочки. Эйси скорчилась, Кара покраснела, а мы с Линой захохотали. И снова все началось. Именно так, как должно было начаться. Мы с Линой стали создателями школы, а девчонки первыми хореографами. На известные имена сбежалось довольно много известных групп и обычных людей, которые мечтали получать уроки именно от нас. Было много споров, много приятных и не очень моментов. Но, тем не менее, мы снова вместе…