So What

Я, я всегда буду за тобой Я, я всегда буду за тебя Не, не отпущу

Утро добрым не бывает. Особенно утро в квартире Глеба. Лёха убеждался в этом второй день подряд, хотя его утра начинались с Алисы, лежащей под боком. Глеб наотрез отказался выпускать блондина из квартиры, "на всякие случаи", так же хозяин квартиры не хотел ничего слушать ни от Алисы, ни от Лёхи про то, что они, между прочим, завершили отношения. Истерику Алисы по поводу того, что рядом с "этим уродом" она спать не ляжет, удалось подавить ультиматумом Глеба. Либо она ложится в кровать с Лёхой, либо она спит на полу, потому что будь она хоть 50 раз дамой, но диван Глеб ей не уступит: "И так вы меня с кровати выгнали". Пришлось смириться. На первый день всё было более менее. Правда, окна пришлось завесить шторами, которые пришлось ночью искать и вешать Лёхе: — Какого хуя ты не мог раньше повесить шторы?! Хату снимаешь уже полгода! — Ну я не рассчитывал, что у меня тут кокаиновые наркоманы будут, у которых глазки болят из-за света! — Алиса не наркоманка. — Вот именно. Нахуй шторы нужны? — То есть тебе солнце и жара вообще не мешают? — Пар костей не ломит. — Сказал, как дед. Да и Алиса не то чтобы спала. Так, шароёбилась по квартире, лежала, смотря в потолок, мешала парням (Лёхе) вешать шторы. Ещё у неё пошла кровь из носа. Но на этом неприятности закончились. На второй день она тоже не спала. Глеб и Лёша не то чтобы удивились, но банальное беспокойство никто не отменял. Парни были как на иголках, ломка должна была начаться в любой момент, как только прошло 12 часов. На первый день пронесло, на второй же... — Глеб, ебанный ты в рот! Плохое у меня предчувствие! — проорал Лёша из туалета, в котором Алиса опорожняла содержимое своего желудка, а он благородно держал её волосы. — Ну пусть проблюётся, там видно будет, может легче станет. — Да ты же знаешь, что нет... — Позволь мне надеяться... Как только Алису прекратило рвать, она ударила своего бывшего парня по руке, давая понять, что в хуй ей его помощь не упёрлась. Она попыталась встать, но упала. Лёша пытался помочь ей подняться. — Пшёл нхуй... — Алиса, не выёбывайся, пожалуйста, и так уже довыёбывались... — В туалет заглянул Глеб. — Вот ты точно иди нахуй отсюда! — Наорал на парня Лёха. — Подожди, не гунди, сейчас мы её с двух сторон подхватим и нормас. — Она не бухая, она... — Заткнулись оба! Голова раскалывается от вас. — Откуда-то с пола донёсся голос девушки. Она еле еле встала и пошла в комнату. Глеб и Лёха посмотрели на её удаляющуюся фигуру, потом друг на друга, и молча пошли за ней. Девушка легла на кровать. Лёша сел рядом. Глеб принёс воды и помог Алисе выпить, её собственные руки невероятно тряслись. Затем парень ушёл на кухню, оставив блондина и девушку, почувствовав некую неловкость: — Лёх, ты это... Если чё, зови. — Без проблем. Лёха лёг рядом с Алисой и взял её руки в свои, чтобы она не расчесала свои руки в кровь длинными ногтями. Так как он лежал вплотную к спине девушки, он почувствовал, что её одежда уже вся мокрая от пота. Он только сильнее сжал её руки и начал говорить: — Помнишь, как мы познакомились? Я пришёл новеньким в ваш класс, а там ты... Жаль, на посадке не познакомились, но ты по-моему, и не пошла. Я бы тебя запомнил. Потом ещё мне Глеб морду набил, долбаёб ссаный... Он продолжил рассказывать всё подряд. Так прошла ночь. Глеб с кухни на свой диван не вернулся. Под утро Алиса уснула неспокойным сном. Лёха аккуратно встал и пошёл на кухню курить. О хозяине квартиры он забыл напрочь, поэтому здорово удивился, увидев Глеба спящим на стуле и откинувшим голову на стену. Блондин ткнул его в плечо: — Просыпайся давай. — Чё? Кого? Лёха? Что случилось? — Не так много вопросов, я ночь не спал. — Я, считай, тоже, хуй тут уснёшь с этой стеной. Чё ты меня разбудил вообще? — Одному курить скучно. — А со мной-то ахуеть как весело... — ответил Глеб, однако поднялся со стула, достал сигареты, и они с Лёхой подошли к окну. — Ну чё? Как там она? — Глеб затянулся. — Спит. Разбудишь, даже если случайно - задушу нахуй. А Лене ты чё сказал? Она ж звонила раза два, да ты чё-то молчишь. — А чё я ей скажу. Правду. Попросил не ходить сюда. А молчал, потому что не до этого было. — Ясно... Они докурили, и, не сговариваясь, достали по второй сигарете. Через некоторое время, Глеб начал: — Ты это... — Парень поморщился. — Сука, не думал, что доживу, но Лёх. Ты типа того... Извини за всё дерьмо. Странно это как-то. Неправильно. Не должны мы ругаться. Терпеть надо, понимаешь, косяки друг друга. Если не дружба, то хоть так. Всем лучше будет: нам, Алисе, Лене. Ну чё, мысли? — Ага. — Чё "ага"? Я тут душу изливаю! — Дельная, говорю, мысль. — Ну, мир? — Хуй с тобой, мир. Они докурили, отошли от окна. — Ну, Алексей, за новоприобретённый мир выпить полагается. — Тока не щас. — Естесна. Подождём, пока Алиса оклемается, и всех бухать позовём, и... Глеб остановился, на его руке начало появляться сообщение от Лены.