Ива

… Мэй не спалось. Она переворачивалась с одного бока на другой, не могла найти себе места, на ее душе была грусть и тоска. — Кадзу… — она шепотом позвала ниндзя Кадзу в мгновение распахнул глаза, будто и не спал вовсе. — Чего не спишь? — спросил Кадзу, приподняв бровь. Мэй села на постели, поглаживая свой большой живот, глаза стали наливаться слезами: — Кадзу — ее голос дрожал — я хочу кушать. Мэй словно прорвало, она начала плакать навзрыд. Кадзу растерялся, не привык к таким эмоциям любимой, он сел напротив Мэй: — Что хочешь, родная? — спросил ниндзя в любовью во взгляде. — Не знаю… — Мэй было на столько грустно, будто случился конец света, она не узнавала сама себя, но ничего не могла поделать. Кадзу встал с кровати и куда-то исчез. Вернулся через мгновение держа в руке яблоко. Мэй мгновенно перестала плакать, ее глаза заблестели и она накинулась на фрукт так, будто в жизни не ела ничего подобного. Кадзу как будто знал, что если бы он принёс любимой одну рисинку, она бы также накинулась на нее и была бы рада. — Шпасиво — жуя произнесла Мэй, отчего смутилась и прикрыла лицо рукавом. — Ешь, забавная — с еле заметной улыбкой сказал Кадзу, поглаживая животик любимой, в котором устроил настоящую бойню маленький малыш. … — Слышу стук с этой стороны… — Кими склонилась над животом кицунэ, слушая сердцебиение через специальную трубочку — и с этой тоже… странно. Мэй лежала и не понимала что происходит, «два сердцебиения?»: — Разве такое бывает? — спросила лисица у Кими. — Бывает, только…когда двойня — сказала Кими, от чего Мэй распахнула глаза — Да! Точно! Их двое! — Сколько?! — Мэй с ужасом посмотрела сначала на живот, потом на Кими. — Это же такое счастье, Мэй! Давно наша деревня не видала такого, и вот оно — чудо! — с блеском в глазах говорила Кими. Она помогла подняться Мэй — в целом сейчас все хорошо, если тебя ничего не беспокоит, то замечательно. Теперь выяснилась причина такого большого живота на твоем сроке, продолжай каждый вечер мазать его маслами, чтобы кожа была в порядке. Мэй словно не слышала слов Кими, смотрела в одну точку с опаской держась за живот, что не ускользнуло от Кими: — Мэй, ты прекрасная девушка, в тебе столько любви, добра и нежности, ты несомненно сможешь передать это своим детям. Кадзу будет тоже прекрасным отцом, он же за вас любого уничтожит, вы справитесь, дорогая — говорила Кими, держа Мэй за руки и смотря ей прямо в глаза. — Наверно, ты права… Я пойду, нужно сказать Кадзу — девушка улыбкой поблагодарила Кими и вышла из дома. Мэй отрешенно шла до вечернего костра, где они собирались с друзьями. «Что сказать? Как сказать, чтобы не шокировать?» думала про себя кицунэ и не заметила как подошла к месту, где любимый уже ждал ее. — Задумчивая, что стряслось? — колким взглядом посмотрел Кадзу на Мэй. Мэй опустила глаза и вздохнула: — Кадзу, у нас будет двое детей — со слезами выпалила Мэй и уставилась на ниндзя. — Что такого? — невозмутимо ответил Кадзу. Мэй была шокирована спокойствием синоби, но тихо и спокойно сказала: — Мне страшно. — Вместе справимся. Помощь будет — сказал Кадзу, обнимая девушку со спины за живот и целуя в шею. — Кадзу, увидят же — хихикая сказала Мэй, вытирая остатки слез — ты правда не боишься? — Сложно будет. Справимся. — серьезно ответил синоби. — Ты прав — сказала Мэй и накрыла руки Кадзу своими — Кими сказала, что сейчас у нас все хорошо — поглаживая животик сказала гейша. Кадзу поцеловал Мэй в щеку и предложил присесть. … Друзья сидели, обсуждали тренировки, прошедшие задания. Настроение у всех было приподнятым, кто-то пил сакэ, кто-то завареный Мэй чай. — Я сегодня узнала, что у нас с Кадзу будет двое детей — загадочно посмотрела на всех Мэй. Повисло неловкая тишина, но буквально через мгновение раздались радостные возгласы: — Сколько?! Вот это ты перестарался! — с ухмылкой сказал Сатоши, хлопая Кадзу по спине, на что Мэй ужасно смутилась, юноша смотрел на него со злостью во взгляде, а Хонг легко ударил мужчину по затылку — Ай! Да что? — с недоумением интересовался ниндзя. — Мэй, Кадзу, поздравляю! Будем помогать вам чем сможем, не легко будет двоих лис растить — сказал Такао. — Какие славные будут лисята! — с умилением произнесла Сино-Одори — Выпьем за это! — прокричал Сатоши, на что все рассмеялись и продолжили этот прекрасный вечер. продолжение следует…