Летние вечера

Ах, как я ждал этого лета, и вот открылись ворота рая "Всё впереди, всё впереди!" - я думал, на пляже загорая По радио пели певцы, самцы с разбегу ныряли Самки вяло в воду лезли, не брызгаться в них умоляли А я теребил в руках календарик, прикидывал, как потрачу июль Красное солнце село за лес, я сел за руль Музыку громче, ещё громче. Привыкли уши Вы скажете, это глупо, зато басы слышны снаружи Все женщины мира мои, но в этом и одну-то хер убедишь Малыш, ты победишь, вот увидишь! Мне ещё рано домой И тебе ещё рано домой Летние вечера для того Чтобы их вспоминать зимой Мне ещё рано домой И тебе ещё рано домой Летние вечера для того Чтобы их вспоминать зимой Остановлюсь у парка, элегантно опущу стекло И бровью не поведу, один я знаю, как тяжело Крутится стеклоподъёмника ручка А вдруг сегодня мой вечер, вдруг повезёт, вдруг будет случка! А вдруг прямо здесь, на заднем сидении Волги! Эй, дорогая, подойди ближе, дай рассмотреть твои наколки Какую музыку любишь? Давай поговорим о классике Хулиганов не бойся, половина из них мои одноклассники Садись, не думай, будет круто, глупо возражать Если вдруг что, ты успеешь убежать Я покажу тебе ночной город, покажу карточные фокусы Куда бы тебе хотелось? Ткни в любое место на глобусе В пределах области. В пределах города А ты красивая, хотя уже не молода Смог, нихера не видно. Прости, я хотел сказать ни зги Да, можешь курить в салоне, только чехлы не прожги Мне ещё рано домой И тебе ещё рано домой Летние вечера для того Чтобы их вспоминать зимой Мне ещё рано домой И тебе ещё рано домой Летние вечера для того Чтобы их вспоминать Чтобы их вспоминать Чтобы их вспоминать зимой *** На улице было жарче некуда, давно таких удушающе жарких лет не было. Но сейчас уже вечер, а когда был день, было ещё хуже. Конечно, он-то жару обожал, и +25, и +30, и +35, и яркое солнце, он очень любил такую погоду. Днём примерно такая и была, яркое палящее солнце не щадило никого, опаляя абсолютно всё, что попадалось на его пути. Даже ветер словно испарился из-за такой жары, и не пожелал хоть как-то облегчить труд бедных людей. На небе не было ни облака, и на всё, что есть на Эфларе падал солнечный свет. Казалось, что словно кислород пропитан этой жарой, и если приглядеться, то можно было её увидеть. Зелёные листья все возможных растений и сорняков блестели жёлто-зелёным, а дальние леса сверкали малахитовым цветом. Все возможные жучки и букашки бегали по цветам и травам, не взирая на такую жару. Ярко-голубое небо огромным куполом накрывало землю, не давая ни намёка на приближение туч или облаков. Абсолютно все люди в такую погоду жаловались, и просили неизвестно кого избавить их от этой жары, но получалось, откровенно говоря, плохо. Зато под вечер такая пагубная жара спала, уступая место вечерней прохладе. Этому были рады все, но, наверное, кроме него. Миракл обожал эту погоду, под неё лучше всего купаться и нырять в реке и водоёмах, ходить на улице, есть мороженое, да это самая летняя погода в мире! И почему она многим не нравится? На этот вопрос Зодчий не знал ответа. Он глубоко вдохнул, и в нос тут же ударил цветастый запах растений, и он блаженно прикрыл глаза. Он обожал такой июль, он был самым лучшим. Небо пока ещё не окрашивалось в тёмный цвет, сейчас оно только готовилось осветить всё ярко-оранжевым закатным светом. Дети бегали по улице, весело смеясь и хохоча, а родители рядом отдыхали на улице, радуясь, что дневная погода ушла. Часовому архитектору нравились такие места, улочки и дома, находящиеся довольно далеко от Астрограда, где-то на его окраине или дальше. В таких местах не центр в пятистах метрах, а раскидистый лес, с быстрыми реками, огромными озёрами, цветастыми полянами, кучами ягод и грибов, и самыми разными животными, от маленького жучка до огромного медведя. Для детей такая местность являлась лучшей, а вот для взрослых не очень, а то мало ли, дети сбегут, и их потом попробуй найти. Но Мираклу тоже нравились такие места, и если бы не работа, он бы точно переехал в какое-нибудь такое место. А сейчас, Зодчий шёл прямо в лес, чтобы кое с кем встретиться. Эта встреча была запланирована ещё давно, и должна была состояться ещё две неудачные встречи назад, и в другом месте, но из-за того, что его собеседник был очень занятым и важным, то они вечно не могли встретиться. Только сейчас выдалось нормальное время, когда у них у двоих было свободное время для встречи, но Миракл всё равно хотел убить своего "друга", так как тот вечно переносил встречи, и выбирал, по мнению Зодчего, самое неудобное время из всех возможных. Но несмотря ни на что, Часовой архитектор очень хотел с ним увидеться, не важно, чтобы тот не вытворил. Пока Миракл шёл в раздумьях, он уже добрался до начала леса, и дома начали потихоньку пропадать из виду. На смену им пришли прекрасные лесные пейзажи. Это был смешанный лес, где-то шли одни белые берёзки, а где-то попадались мохнатые сосны и ели. Мягкая трава хрустела под ногами, ударяя в нос запахом зелёного сока. Рядом то и дело попадались разные полевые цветы, иногда целые благоухающие поляны, на которых летали мохнатые шмели, собирая нектар с цветов. Кое-где можно было услышать журчание ручья, где-то шум озера, а где-то даже шуршание каких-то невиданных зверей. Идти было довольно далеко, и Миракл просто шёл, наслаждаясь видом, и вдыхая вечерний, прохладный, разряженный летний запах. Стало немного темнее, когда Зодчий дошёл до места назначения, но ещё не наступил закат. Ему дали примерное место встречи: небольшая поляна на небольшой возвышенности, окруженная берёзами. Он сюда и пришёл, вокруг были кучи чёрно-белых берёзок, а на самой поляне было не так много цветов, как на остальных, которых встречал Часовой архитектор, но цветы всё равно были, и они не становились менее красивыми от того, что их было меньше. Он встал посередине, и не знал, что делать дальше. Его спутник сказал, что будет ждать Миракла здесь, но на поляне никого не было, и Зодчий начал волноваться. А вдруг он перепутал место? Или он перенёс встречу, а Архитектор об этом не узнал? А вдруг тот вообще забыл про встречу? Но Миракл тряхнул головой. Нет, такого быть не может. Как минимум, он точно помнил его указания, никаких вестей про перенос места и времени не было, а про забывчивость Зодчий даже не думал, его "друг" не из таких. Часовой архитектор тяжело вздохнул, и произнёс- -И куда теперь?- Собственный голос показался ему слишком громким, и не привычным для тихого леса, и Миракл поёжился. Он повертел головой, в поисках, куда же ему пойти, как вдруг кто-то бесшумно показался сзади, и закрыл рукой ему глаза- -Угадай кто?-Прошелестел мягкий голос Константина над ухом Зодчего. Миракл рвано вздохнул. И из-за такой резкой близости, и из-за резкого появления Лазарева- -Идиот, и зачем так пугать?- Архитектор повернулся к нему, убирая руку,и отодвинувшись на один шаг. Миракл нахмурился, но всё же с интересом оглядел Костю. Тот подтянулся в росте, и уже был выше Зодчего на несколько сантиметров. Его волосы выгорели ещё больше, и теперь казались белоснежными, они сильно отросли, и теперь разлохматились, а его кожа стала чуть темнее. Большие карие глаза так и сверкали, и широкая улыбка освещала его лицо. Хорошее телосложение никуда не делось, наоборот, казалось, стало только лучше. Но вот его одежда была как и раньше: белая, рабочая, а от того и немного помятая рубаха на пять размеров больше, подпоясанная на талии, и чёрные штаны, а на ногах находились обычные сандали на голую ногу. Такой вот красавец молодой Константин, но Миракл совсем не был на него похож:волосы Миракла стали чуть темнее, но всё же оставались каштановыми, кожа Зодчего была очень белой, словно мраморной, несмотря на палящее солнце этим летом. Серые, словно подернутые сигаретной дымкой глаза смотрели внимательно и цепко, и Архитектор отнюдь не улыбался, всё ещё злясь на Лазарева. Решив немного изменить себе, и не надевать полноценный костюм, Миракл оставил только красную рубашку, чёрные брюки и такие же чёрные ботинки. Константин, наблюдая за Зодчим в тот момент весело фыркнул- -Что так смотришь на меня? Настолько я красив, да?-Костя хитро прищурил глаза, на что Часовой архитектор прикрыл глаза и хмыкнул- -Настолько я хочу тебя убить, Кость. Кто постоянно менял встречи в самый не подходящий момент, от кого я мог не получать никаких новостей неделями, а то и месяцами?-Миракл сильно распалился, а Мастер лишь виновато улыбнулся, и вскинув руки произнёс- -Прости меня пожалуйста! Я же не виноват, что меня отправляют в командировки и на разные работы в самое плохое время, я плачу и каюсь!- Но по улыбке и глазам Лазарева можно было понять, что он нисколько не кается и не плачет. Костя притянул Миракла к себе за талию, и поцеловал в щёку-Расскажи лучше, как ты? Как твоя карьера, как твои дела?-Произнеся эти слова, Константин зарылся в шелковистых волосах Зодчего. Архитектор незаметно для Мастера улыбнулся, и обнял его в ответ. Проведя носом по пушистым волосам Кости, Миракл ответил- -Всё хорошо, не волнуйся, дела идут на лад, хоть и потихоньку. Ко мне начинают ходить люди, и если так пойдёт дальше, то я думаю создать свою школу. Что думаешь об этом? -Это прекрасное решение! Твоя школа точно будет самой крутой, я это точно знаю со стопроцентной уверенностью!- Зодчий тихо рассмеялся на слова Константина, и обнял его сильнее. Чтобы плохого не происходило, чтобы ужасного не произошло, какие бы беды не случились, Архитектор забывал об этом, рядом со своим Костей. Лазарев действовал на него как на лекарство, самое действенное. Когда Константин был рядом, Миракл забывал абсолютно обо всём, главное, что Костя рядом-А как ты, Костя? Как дела на работе, как твой сын, Ник? -Рад, что ты спросил! Со мной всё прекрасно, лучше некуда, работа идёт отлично, меня даже пригласили на создание новой часодейной машины, представляешь? Я очень этому рад! С Ником тоже всё хорошо, он растёт и крепнет на глазах, ему уже четыре года, он так быстро растёт! А на меня ужас как похож, и по внешности, и по характеру. Как же я хочу вас познакомить!-Мечтательно закончил Константин, сильнее сжимая его. Миракл на это грустно вздохнул- -Ты же знаешь, что нельзя. Никто не должен знать, даже Ник, увы, что мы с тобой просто общаемся, а про встречаться я вообще молчу! Все знают, что Нортон мой лучший друг, а вы с ним заклятые враги, и если люди прознают про то, что мы хотя бы просто перекликаемся парой слов, это может свести к слухам, а слухи могут дать начало чему-то более плохому, -Миракл рвано вздохнул-я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, и с Ником тоже, он ещё ребёнок, и на него могут пойти все беды и...-Неожиданно его прервал Костя, закрыв его рот своей рукой. Зодчий посмотрел на Костю, и увидел его серьёзные глаза. Архитектор удивился, но Лазарев не дал сказать ему и слово, и заговорил сам- -Не думай об этом. Даже не допускай подобные мысли. Не нужно так беспокоиться, слышишь? У нас с тобой всё будет хорошо. Мы обязательно выживем, мы выстоим, и мы будем вместе, всегда. Наплевать на этих тупых и важных шишек РадоСвета, от которых могут пойти все беды, если мы захотим, нам будет подвластно всё, знай это. И знай, что я безумно тебя люблю, я пойду на край света с тобой, но никогда тебя не оставлю.-Константин поцеловал Миракла в лоб, и ещё сильнее прижал его. Зодчий выдохнул, и закрыл глаза. Он чувствовал и одновременно полное спокойствие и умиротворение на душе, и такую бурю эмоций, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Это была одновременно и радость, и счастье, и смущение, и весёлость, и непонимание, и даже какая-то часть грусти. Но он не мог всё это рассказать, он не мог выразить даже самую малую часть всех тех эмоций, которые чувствовал в данный момент, поэтому, он просто произнёс- -И я тебя люблю, очень сильно-Миракл открыл глаза, и посмотрел на Лазарева, и тот в свою очередь сделал также. Они стояли в обнимку и смотрели друг другу прямо в глаза, и обоим казалось, что они вот-вот утонут в противоположных очах. Они так и стояли в обнимку, чувствуя себя самыми счастливыми людьми на земле. Они не улыбались, но им это и не нужно было, настолько они были заняты друг другом. Да и, разве для счастья всегда нужно улыбаться? Это полный бред. Неожиданно Костя провёл рукой по вверх по талии, собирая и грудь, и плечи, и шею, и в конце концов переместившись на щёку Архитектора. Миракл оторвался на миг, чтобы посмотреть на его руку, и вдруг прильнул к ней, словно ластящийся кот. Зодчий вновь посмотрел на Константина, но они лишь на миг встретились глазами, так как в следующую секунду Лазарев поцеловал Миракла в губы, сначала нежно проводя языком по его зубам, а затем переходя к языку Зодчего. И тут, по чистой случайности всю их поляну осветило оранжевым яркое-яркое солнце. Все деревья и травы вмиг стали красивее, словно ярче, а их фигуры окрасились в теплый, оранжево-жёлтый цвет. Оправившись от первого удивления от поцелуя, Часовой архитектор и сам придвинулся ближе к нему. Миракл зарылся руками в волосы Кости, а тот в свою очередь переместил свои руки ему на шею. Они не замечали ни неожиданно появившееся солнце, ни такую красоту вокруг, ни цветы в закатном свете, кроме них не существовало сейчас ничего. Возможно, раз само солнце осветило их именно во время поцелуя, значит, их благословило само время? Хоть убейте, но это не похоже на чистую случайность. Они достойны друг друга, их обоих сильно потрепала жизнь, они заслуживают быть вместе больше, чем кто-либо ещё. Как минимум, они счастливы рядом друг с другом, а для любви разве нужно что-то ещё? Возможно да, но им и простого счастья хватает на двоих с лихвой. Они целовались страстно, с увлечением, и довольно долго. Они оторвались друг от друга, когда воздуха не осталось от слова совсем, но не смотря на это солнце всё ещё продолжало светить в закатном свете, наоборот, казалось, оно стало только ярче. Миракл посмотрел в глаза Константина, и обомлел. Вы же знаете, насколько могут быть красивыми карии глаза на солнце? А у Лазарева они ещё красивее. Они были словно тягучий и сладкий мёд, втёкший в его глаза, или как золотистый, сверкающий янтарь, словно сотканный из ярких лучей солнца. А миракл ни чем не хуже, раз Константин также не отрывно смотрел в его глаза. Серые, как грозовое небо глаза Миракла блестели на солнце так, что словно во время бури на небе, сквозь облака прорезалось ослепительно яркое солнце, или как серебро, на котором блестели солнечные лучи. Они не могли оторваться от созерцания друг друга, и так и застыли, пораженные красотой каждого. Но вдруг Зодчий беззлобно ухмыльнулся, и аккуратно поцеловал Костю в краешек губ. Так мило и невинно это вышло, что Лазареву показалось, что он сейчас растает. Константин в свою очередь стал целовать Миракла сначала по щекам и губам, затем в лоб, в нос, и так далее, расцеловывая всё его лицо. От такого Зодчий даже покраснел, хотя вызвать краску на его лице ничего не могло, и, чтобы как-то справиться от такого сильного смущения, уже Часовой Архитектор поцеловал Мастера, утягивая в поцелуй. Лазарев хитро ухмыльнулся сквозь поцелуй, и ответил на него, переплетая свои и Миракла руки. Солнце стало светить ещё ярче, входя в свой самый пик. Эта встреча будет длиться ещё долго, и эти встречи продолжатся, и не раз, и когда Ник вырастет и познакомится с Фэшем, и когда появится Василиса, и после переноса Эфлары, и во время войны с Астрагором, всегда. Да, когда-то встречи будут реже, когда-то их не будет почти никогда, а когда-то они возвысятся и станут намного чаще, и Миракл и Костя даже будут работать некоторое время вместе. Их любовь не угаснет никогда, она будет жить вечно, и когда Время обновится, возможно, им тогда станет легче. Они будут видеться намного чаще, они смогут посвящать друг другу больше времени, и тогда, они будут спокойны. Но сейчас, ещё идёт их лето, им только по двадцать, они совсем зелёные и молодые. Время разрешает им быть месте, Время на их стороне, и это только их Летние вечера.