Джо Блэк и 33 несчастья

Праздник к нам приходит, праздник к нам при... В общем, герцогиня сессия на носу. Свободную от учебы минутку стараюсь посвятить фанфику, поэтому сильно не журите меня :) Глава, которая ровным счетом не поведает вам ничего важного, но в будущем детали, описанные здесь, будут иметь значение. Читатели, прошу, давайте о себе знать ;) Кто такая Джордана Блэк #2? Редкостная счастливица, отвечу я вам, если не считать того, что первые годы ее жизни так же интересны, как существование ленточного червя в пищеводе какой-нибудь девочки-анорексички. Детство, проведенное в Миссури, основывалось на религиозных традициях, домашнем обучении и вечном издевательстве со стороны одногодок. До невозможного правильные родители-христиане отгораживали родное дитятко от влияния "зомбоящика", не поощряли соблазн погулять с мальчиками и не разрешали слушать рок'н'ролл – "музыку от дьявола". Переезд в Вашингтон в тринадцать лет становится глотком свежего воздуха. Джордана поступает в местную частную школу и знакомится с отвязными братцами Фили и Кили Оукеншильдами. Воля случая круто меняет всю жизнь… "Дорогой дневник, вчера был самый странный день в моей жизни! В школе Ханна мне сказала, что ей сказала Вики, что ей сказал Тони, что я нравлюсь ему! После биологии (мы учили половое воспитание. Боже, мисс Джексон так краснела!) я подошла к Тони во время тренировки и спросила, правда ли это – ну, что я ему нравлюсь. А он сказал, что это чушь и что нос у меня страшный. Футболисты начали смеяться, и мне стало так стыдно, дорогой дневник, что я готова была расплакаться. Но потом какой-то парень в потной красной футболке подбежал к Тони и сказал: "У тебя что-то на лице", а после врезал ему в нос и захохотал: "Это бо-оль!". У Тони так кровь пошла носом, что пришлось вести его в медпункт. Мальчик в красной майке сказал, что его зовут Кили, он и его брат Фили пригласили меня в свой гараж, но я сказала, что мама не отпустит меня. Фили сказал: "Нет проблем" и взял у меня номер домашнего телефона, а после школы мисс Оукеншильд позвонила моей маме и позвала меня в гости. Мисс Оукеншильд, совсем еще молодая женщина, попросила звать ее Дис и помогла мне и Кили с Фили сделать уроки, затем накормила печеньем и даже дала попробовать мне пива (никому об этом не говори, дневник). Вечером мы с мальчиками сидели в гостиной на полу и ели хлопья прямо из пачки, но потом Кили сказал, что хочет показать мне свой новый лук, который сам смастерил. Мы пошли с ним на задний двор и... *чернильная клякса, похожая на сердечко* Кили поцеловал меня. Он сделал это и сказал, что я красивая и нос у меня красивый, а я ударила его в коленку и убежала. Сегодня мисс Оукеншильд принесла мне мой портфель, который я забыла в спешке в гостиной у нее дома, и пакетик с печеньем для моей мамы. В своем портфеле я нашла записку от Кили, в которой он говорил, что извиняется за то, что поцеловал меня и назвал красивой, а еще надеется, что это досадное недоразумение не помешает нам и дальше ходить друг к другу в гости и есть хлопья из одной пачки". О, это были лучшие годы в жизни Джорданы! В то время как отец до посинения работал в своей фирме, а матушка отдавала всю себя христианскому женскому кружку, юная Джо с обеда до позднего вечера бесилась в компании Фили и Кили, с упоением смотрела с ними фильмы ужасов и слушала рок'н'ролл. Драма с поцелуем была забыта и позже стала чем-то вроде хорошего примера, почему не стоит ходить домой в гости к незнакомым мальчикам. Пролетели годы. Дружная троица шумно отпраздновала свой выпускной вечер и, не успев опомниться от похмелья, чухнула в неизведанные страны – добывать новые знания в высшем учебном заведении. Фили и Джо выбрали для себя Юго-Восточный университет округа Колумбии, где и познакомились с студентом института искусств, скромнягой-художником Ори и добродушным весельчаком-музыкантом Бофуром, а также Бомбуром – рыжим пухликом с факультета ресторанного бизнеса. Кили же попытался попробовать себя в Принстонском университете на факультете литературы и искусства, так как творить и вытворять любил много. А еще он обожал этот факультет за то, что был единственным парнем в группе. Окруженный прекрасными дамами и их волшебным очарованием, Кили чувствовал себя как никогда счастливым, и даже надолго пропадал в омуте порока и разврата. Но как бы расстояние, наука, сессии, гулянки и другие соблазны мира сего не пытались разделить эту великолепную троицу, все им ни по чем! И через годы, уже будучи молодыми специалистами со своими мечтами и амбициями, они вырвались в большой и жестокий мир. Первое время троица походила на кучку растерянных котят, пока Торин, дядя Кили и Фили и директор большой фирмы по совместительству, не взял все в свои руки. Так Фили стал заместителем директора в фирме "Oakenshield Industries", Кили – его главным советником, а Джордана – специалистом по экономическим вопросам. И жили они долго и счастливо... … большой шведской семьей, блин. Я захлопнула последний дневник и отложила его в сторону. Прелесть. Дайте мне пакетик, меня сейчас стошнит. Ну, почему у других все так радужно-сопливо-идеально?! Это гребаная, мать ее, идиллия! Полный вагон отвязных друзей, о которых Я всегда мечтала! Профессия, которой Я хотела посвятить свою жизнь! Дом, который мог мне только сниться! Захотелось визжать и капризно топать ногами. Или вообще разрыдаться. Ещё в двенадцать лет, когда Элайза Никсон заняла первое место в конкурсе красоты среди учениц средних классов, а я – восьмое, я поняла, что судьба – бессердечная стерва. И только сейчас, наконец, эта стерва повернулась ко мне лицом, а не своим мягким местом. Меня переполнила решимость. Никому не отдам эту жизнь, ни за что с ней не расстанусь. Да, эгоистично… Но мне просто хочется настоящей сказки, хочется быть счастливой. В дверь постучались, и я разрешила войти. Пришел Кили, чтоб пожелать мне спокойной ночи. - Не засиживайся, а то я тебя знаю! – Кили, поучительно трясущий пальцем перед моим носом – ещё то комичное зрелище. – Опять всю ночь читать будешь. Тебе сил набираться нужно. - Поверь, я выспалась на неделю вперед, - я с хрустом потянулась, разминая затекшие конечности. - Тогда я позвоню Двалину и скажу, что скоро ты сможешь приступить к работе, - заулыбался парень и скрылся по ту сторону двери. Здесь ещё и работать нужно? Ох, всё завтра, всё завтра… Сейчас мне многое следует обмозговать. *** - Да, хорошо, скажу, - кивая с умным видом, Кили нацарапал на салфетке ручкой какие-то цифры. – День Благодарения? Мы с братом думали поехать к маме, если хочешь, присоединяйся. Ты чего? Не будет против, конечно же! Как себя чувствует? – его оценивающий взгляд обратился в мою сторону. Я улыбнулась аки лошадь и показала ему большой палец. – Сносно. Ладно, Двалин, - Кильчанский хлопнул меня по руке, тянущейся к его тарелке с маршмэллоу. – Не пропадай, заходи как-нибудь в гости-и-а-а! Я захихикала на манер доктора Зло, сделав кудрявому недоразумению «сливку». Пока Двалин басил в трубку слова прощания, младший Оукеншильд барахтался и пытался укусить меня за руку. Взрослые люди, дамы и господа. - Доброе утро, рабочий народ! – свидетелем сей эпопеи стал Фили. Делая Кили захват, я мимоходом заметила, что старший брат выглядит свежим и ухоженным: побрился, причесался, приоделся. - На свиданку собрался? – с лукавой улыбкой поинтересовалась я. - На деловую встречу, - поправил меня Фили и налил себе кофе. Его взгляд скромно констатировал – да, это свидание. – Если мадам Тауриэль согласится дать нам поддержку, весь процесс пойдет как по маслу. Кили, - он щелкнул пальцами и вытянул руку вперед, младший брат вложил в его ладонь скомканную салфетку. – Поговаривают, что наша дамочка та ещё ведьма, но она нужна нам – за десять лет работы мадам Тауриэль не проиграла ни одного дела. Только вот как бы убедить её принять нашу сторону? - Она просто не сможет устоять перед твоим обаянием, - театрально закатил глаза Кили. - Я надеюсь на это, - Фили уже набирал номер, начерканный на салфетке. – Иначе если Трандуил заполучит её раньше, нам наступит большой пизд… Мадам Тауриэль! Здравствуйте, моя дорогая. Надеюсь, вы не забыли о нашей встрече? Когда он ушел, мы с Кили повернулись друг к другу. - Она выгонит его в шею, - с сожалением констатировал парень. - Я не совсем понимаю, о каком судебном процессе идет речь. Кили, судя по его взгляду, уже немного подзадолбался напоминать мне факты из моей биографии, но терпеливо разъяснил: - Год назад Трандуил обвинил Торина в том, что тот якобы за счет его денег поднял фирму "Oakenshield Industries"с низов на пьедестал. Сейчас он хочет отсудить часть денег у дяди. - Глупость-то какая, - я закинула маршмэллоу себе в рот. - Верно, глупость. Однако Трандуил твёрд в своих намерениях. Он предоставит любые, пусть даже поддельные, доказательства и сделает всё для того, чтобы выиграть процесс. В эту секунду на кухне появился Бильбо со словами: - Этот павлин-альбинос ещё выкусит, вот увидите. Вам разве на работу не пора? Бильбо в моих глазах выглядел дядечкой из сказки, который всегда ворчит и поучает, но на самом деле добрейшей души человек. Прямо как Ворчун из «Белоснежки»! Я даже присмотрелась на всякий случай, не пробивается ли у него лишняя растительность на ножках, а то Бэггинс реально похож на мелкого гнома… простите, хоббита. Посмотрев на часы, Кили спохватился и начал быстро собирать хаотично раскиданные по столу бумаги. Когда он всё собрал, мы с ним направились к машине. Поскольку я тут вроде как «заново родилась», Кили, пока мы ехали на работу, показывал мне, куда ехать, где нужно сворачивать, а где тормозить. Я очень волновалась. У меня было образование экономиста, но я ещё не имела возможности работать по своей специальности. Бухгалтер – должность формальная, чаще всего я просто варила кофе или разносила бумаги, равняя себя с простой секретаршей. Только бы не запороть носом… - Вот мы и приехали, - младший Оукеншильд остановил машину на стоянке, заглушил мотор и повернулся ко мне. – Слушай, ты работаешь здесь уже три года, работа неплохая, хорошо оплачиваемая, но не легкая. Я поговорил с Торином, и он дает тебе срок, чтоб вновь втянуться в нормальный режим. Скажем так – пройдешь стажировку. Пойдем. Мы вышли из машины и направились прямиком к главному входу в громадное многоэтажное здание. Меня поразило то, как величественно оно выглядело среди других таких многоэтажек. Над козырьком, накрывающим площадку перед входом, висела таблица с виднеющимися даже издалека словами "Oakenshield Industries". Я задираю голову вверх, восхищенно разглядываю блестящую на солнце верхушку фирмы. - Я бы показал тебе, что здесь и как, но, к сожалению, у меня много работы, - на ходу говорил сопровождающий меня Кили. День был довольно солнечный, поэтому он смешно жмурился, от чего от уголков его глаз разбежались очаровательные маленькие морщинки. – Донна согласилась устроить тебе экскурсию. - О-о, мисс Амнезия! Полноватая женщина с ровными и блестящими рыжими волосами вышла из здания, в то время как высокий мужчина в очках в роговой оправе придерживал ей дверь. Взгляд у неё был прямой, подбородок гордо поднят. С первого взгляда на это надменное выражение лица могло показаться, что женщина та ещё стерва, но я-то знала, что это не так. Откуда? Из сериала, откуда же ещё? Рыжая дамочка была одной из спутниц Повелителя Времени из сериала «Доктор Кто» и звали её Донной Ноубл. Она мне всегда нравилась своей прямотой и язвительностью, а также тем, что только она могла поставить Дока на место. И судя по всему, именно она станет моим гидом. - Джо, это Донна, - представил мне её Кили. – Развлекайтесь, девочки, а мне нужно работать. - Если валяние дурака – это работа, то тебе должны были уже выдать премию, - язвительно сказала Донна. Не найдя более весомого аргумента, Кили состроил рожицу: - Где твоя совесть? - Когда её раздавали, я стояла в очереди за мозгами. Ты, судя по всему, пропустил эту распродажу. О, мой Бог, я уже люблю эту женщину. - Я рада, что ты снова в строю, - улыбнулась мне Ноубл. – Пойдем, мы начнем непосредственно с твоего отдела. Мой кабинет находился на восьмом этаже. Пока мы поднимались туда на лифте, нам встречались разные люди: одни выражали свою радость по поводу того, что я вернулась, другие молча трепали меня по плечу или приветливо улыбались. Донна же без устали пыталась вовлечь меня в беседу. - Фирма была основана в 1957 году. В первые годы она представляла собой небольшую мастерскую. Трор, дедушка Торина, был вынужден тесниться со своими работниками на крошечном складе, который он выменял у торговца рыбой на свою хижину в деревне. Привет, Майкл, - Ноубл кивает одному из сотрудников, только что зашедшему в лифт, и продолжает повесть: - Сначала фирма разрабатывала технологии для различных промышленных предприятий, но позже, когда дело перешло в руки сына Трора, началась разработка информационных технологий. Сейчас штат "Oakenshield Industries" насчитывает около десяти тысяч работников, с некоторых пор мы даже сотрудничаем с Nasa, а на счету в банке у нас… Лучше не буду говорить, так как большинство, узнав, хлопаются в обморок. - Вау, - только и смогла выдать я. Всё происходящее вокруг меня казалось мне каким-то захватывающим сном (возможно, так оно и есть), да и похожа я была на ребенка, который впервые оказался в Диснэйленде. - Да уж, - хихикнула Донна, - вау! Вместе с потоком людей мы выбрались из лифта. На меня сразу же накинулся офисный шум: звук копировального аппарата, щелканье степлера, споры по поводу годовых доходов. Ах, милая сердцу музыка. - Вон там у нас бухгалтерия, где ты можешь оформить любые документы, - активно размахивала руками Донна. – Там твой кабинет, а там… Там мы варим кофе. - Ясно, - ответственно кивнула я. – Варим кофе. - Я тут тебе легкую литературу подготовила, - сопровождающая меня женщина подошла к рабочему столу. – Это моё рабочее место, если что – приходи, помогу. А, вот они! – к моему ужасу я увидела, что она смотрит на целую гору толстых книг. – Здесь у нас «Экономика для чайников», «Расширенный курс экономики», «Документоведение» и подобное! - Это легкая литература? – ошарашено переспросила я. - Ну, да! - широко улыбнулась Донна. – До конца недели справишься? - До конца не… - я проглотила язык от удивления – до конца недели осталось четыре дня. Похоже, мне пора выучить технику скорочтения. Донна впихнула мне в руки книги, и я чуть не загнулась под их тяжестью. - Эй, ребята! – Ноубл обняла меня одной рукой за плечи и крикнула: - Смотрите, кто вернулся! Мне кажется, я покраснела, потому что на меня воззрился десяток пар глаз. - Ну же! Поприветствуйте, что ли, - подстрекала толпу рыжеволосая женщина. Похоже, не все в моем отделе были мне рады. Одна дамочка даже с особой нервозностью сжала кулаки, а взгляд её без тени стыда говорил о том, что лучше бы я не вылазила из своей комы. Воцарилось великолепное молчание. Я громко сглотнула. - Позволь мне поприветствовать тебя от имени всего коллектива, - за моей спиной раздался вкрадчивый мужской голос, в затылок дохнуло теплым воздухом. С присущей мне элегантностью я подскочила на месте и уронила книги себе на ноги. ТВОЮЖЗАНОГУБЛЯДЬ. Но с губ сорвался только сдавленный стон о помощи. - О, матерь Божья, ты в порядке? – переполошилась Донна, с искренним волнением пытаясь заглянуть мне в глаза, на которые уже навернулись слёзы. Прикусив до боли губу, я прижалась бедром к краешку стола и промычала в ответ что-то невразумительное. Мужчина, напугавший меня, сидел на корточках и собирал разбросанные по полу книги. Я видела только его темно-русый затылок и крепкую спину, обтянутую строгим черным пиджаком. Меня так и подмывало дать ему подсрачник в отместку. Но потом он поднялся и повернулся лицом ко мне. - Здравствуй, - мужчина легко удерживал в одной руке тяжелые книги, свободную руку он протягивал мне для рукопожатия. Голос у него елейный, проникновенный, а голубые глаза просто в душу смотрят. – Я – Питер Хейл. Хотя, - ухмыльнулся, - мы ведь уже знакомы. С удовольствием пожимаю его руку. Я бы даже сказала – с садистским удовольствием. Питер на французском языке говорит, что я хорошо выгляжу, в то время как Донна закатывает глаза и смотрит на нас с отъехавшей в сторону челюстью. - После обеда я приглашаю тебя выпить кофе, - Хейл улыбается шире, не отпуская моей руки. - Слышь, Казанова, сгинь, - цедит сквозь зубы Ноубл. – У нас здесь дело серьезное. - Серьезному делу не помешает чашечка кофе, - мужчина с вызовом смотрит на рыжеволосую дамочку. - Ты помешаешь. - Я так не… - ТЫ ЕЩЁ ПОЖАЛЕШЬ ОБ ЭТОМ! Мы, как по сигналу, быстро оборачиваемся на визгливый женский голос и обращаем внимание на заливающуюся слезами белокурую красавицу. Она пулей вылетает из кабинета Торина, а с её пухленьких красных губ срывается мат за матом. Через секунду появляется и вышеупомянутый господин Торин, держится он слегка вальяжно, безразлично смотрит вслед убегающей прочь блондинке. - Я хочу, чтоб твой стол был свободным до конца этого рабочего дня! – громко, чтоб услышала зареванная девушка, сказал Оукеншильд. Рев раненной белуги разнесся по офису и стих только тогда, когда блондинка села в лифт. - Наконец-то он её уволил, - в глазах Питера вспыхивает непонятный восторг. - Терпеть не могла эту лахудру, - поддерживает его Донна, сложив руки на груди. - Хоть в чем-то мы согласны! – обворожительно улыбается ей Хейл, на что рыжая отзывается снисходительным обрывчатым смешком. Я забираю у Питера книги и ставлю их на стол, затем спрашиваю: - Кто эта девушка? Мои сотрудники переглядываются, словно телепатически решают сложный вопрос – говорить или не говорить? - София-а-а Бюффе, - сморщив нос, тянет Питер. – Твой бывший заместитель. - Что с ней не так? – продолжаю интересоваться. - Кроме того, что её мозг размером с грецкий орех? – звонко хохотнула Донна. - Она просто слишком красивая, чтобы быть обремененной умом! – если бы не нотки скептицизма в голосе мужчины, я бы подумала, что Питер заступается за эту Софию. - На самом деле, по офису уже давно ходит слушок, что у Софии роман с Трандуилом, - заговорщицким шепотом поведала мне Ноубл. – В связи с последними событиями эта новость очень не порадовала Торина. - Да, учитывая то, что София сплавляла информацию о доходах фирмы нашему сопернику, - добавил Хейл. Донна вдруг резко развернулась к нему, тяжелые рыжие волосы хлестнули воздух. - Брось заливать! Наша блондинка слишком тупа, чтобы додуматься до такого! – горячо возразила она. - Подумай сама, - Питер чуть наклонился к ней, - София могла делать это в отместку за то, что мистер Оукеншильд когда-то разорвал с ней романтические отношения. - Откуда вы всё это знаете? – вклинилась я в разговор, незадачливо хмурясь. - Здесь все всё друг о друге знают, - ответил мужчина, на секунду посмотрев на меня, но тут же вернулся к спору с Донной. Однако спор прервался на полуслове, так как рядом с нами оказался грозный начальник. Ни тебе «здрасьте», ни «добрый день» - Торин с ходу раздает поручения: - Мисс Ноубл, я всё ещё жду отчет на своем столе. Питер, вы, должно быть, забыли, что в рабочем распорядке у нас нет пункта «сплетни». Джордана… Его острый и холодный взгляд пришпиливает меня к месту. - … зайдите в мой кабинет. Я покорно семеню за Торином в его кабинет, закрываю за собой дверь, ограждая нас от излишне заинтересованных взглядов, оглядываюсь по сторонам. Здесь довольно просторно и светло, чисто. Кабинет своей строгостью и аккуратностью отражает лицо своего хозяина. Старший Оукеншильд садится за стол из темного дерева и тут же переводит всё своё внимание на синюю папку с документами. Я же натыкаюсь взглядом на маятник Ньютона, стоящий на длинной черной полке, распростертой вдоль стены. Подхожу ближе, несильно оттягиваю один шарик и отпускаю его – импульс бежит через преграды и отдается последнему шарику. Тот весело подскакивает. Залипаю я на игрушку надолго и основательно. - Как ты себя чувствуешь? Этот вопрос застигает меня врасплох. Мне даже хочется переспросить, правильно ли я расслышала – самому мистеру Оукеншильду интересно, как я себя чувствую? Поспешно оставляю маятник в покое и поворачиваюсь к Торину. Наверное, в этот момент моя улыбка выглядит жутко глупо. - Хорошо, значительно лучше! Спасибо, - поспешно добавляю, сияя от радости. Может быть, Торин не такой уж и угрюмый, каким хочет казаться? Может, это всё напускное, как защитная реакция? Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить! - Отлично, - босс поднимает на меня взгляд и смотрит без тени улыбки. – Тогда, надеюсь, ты сможешь подготовить для меня финансовые отчеты за последний год. Здесь вся интересующая меня информация, - бросает на стол папку, не замолкая: - Если возникнут вопросы, обращайся в бухгалтерию. Мне бы хотелось, чтобы бумаги были готовы к следующему понедельнику, как раз к приезду налоговой. Накаркала, блин. - Но я думала, что я на испытательном сроке! – негодующе лепечу я. – Я не уверена, что… - Больше некому это сделать, - с нажимом прерывает меня Торин. – Я только что уволил твоего заместителя, поэтому это задание ложится на твои плечи. - Я думала, что финансовыми отчетами занимается бухгалтерия, - совершенно справедливо замечаю я. - Ты сама говорила, что на испытательном сроке. Я дал тебе задание, чтобы испытать тебя. Вперед. Стиснув зубы, чтобы не выругаться, я беру папку и прижимаю её к груди. Похоже, пора вспоминать всё то, что учила в университете и штудировать все руководства для чайников. Челюсти сводит от гнева, и я спешу убраться прочь из кабинета Торина. - Джордана, - его голос, сочащийся ядом, нагоняет меня уже на выходе. – С возвращением. Мне хочется запустить в него папкой. Точно между глаз. Но, вместо того, чтоб думать, какой мой босс несправедливый козел и ублюдок, в голову приходит совершенно неуместная и глупая мысль – Торин побрился. Без бороды ему куда хуже. Ну офигеть теперь…