Ilris

Не люблю я рассказывать эту историю, для меня она самая сокровенная, хотелось бы сохранить еë в своëм сердце ото всех и пронести с собой до того момента пока она не растворится в прахе истории. Но уж с этой я пройду ещë долго. Ведь, как любил говорить мой старик,то что живо в сердцах народа, живëт вечно. ... Это был прекрасный восток, во времена своего расцвета, когда ещё наглые европейцы не обобрали его до нитки. Прекрасные восточные замки и купола возвышались над поступью земли и людей, снующих туда сюда по забитым улицам. Признаться, сам любил особо часто навещать такие места, рынки и торговые лавочки привлекали меня сколько себя помню. Пёстрые ткани и украшения, резкие запахи специй и людей.И был в те времена город, особенно славящийся своей живостью.Там были всегда забиты улицы, многочисленные караваны подходили к его стенам, а корабли к портам. Город вставал с зарëй и засыпал только к полуночи, и имя ему было Джаванга. Прекрасное место, чтобы поживится, так и думал один из моих героев, прогуливаясь по местному рынку и рассматривая лавочки торговцев, где прекрасные ткани ослепляли взор, а изысканные украшения цепляли руки. Это был страшный человек, его боялись на всëм Востоке, но никто в лицо его не видел, точнее те кто видели уже не возвращались живыми. И носил он имя Бога, Бога смерти Ямараджа, а на шее был выбит чёрный череп,как отличительный знак.Он любил охотится, любил грабить , с самого детства так жил, и меняться не собирался . Возвращал врагам обугленные черепа их собратьев, расширял свои владения, захватывал богатые города. Мне довелось на редкость удачно узреть его в живую, так что образ его я знал, и запомнил на долго. Тёмные, смоляные волосы были у этого мужчины , пару прядей спереди были заплетены в косички с вплетëнными кольцами и цепочками, которые позвякивали при ходьбе. Не знаю как, но мне этот звук доставлял странное удовольствие, ходить рядом с этим человеком было приятно. Я не испытывал к нему страха, я чувствовал уважение, как и большинство его подчинëнных. В больших антрацитовых глазах его они видели уверенность.Сейчас я и не вспомню, как первый раз в них заглянул, но благодарю, что удосужился такой возможности, ведь такие глаза редко встретишь где попало. Как то я услышал от одного человека, очень близкого друга его, что он любил рассматривать города, перед тем, как в них заявится и сделать своими. Верно, это удовлетворяло жадный интерес этого человека. И в этот раз он прогуливался вместе со своим подчинëнным по улицам Джаванги. Чëрные доспехи отражали лучи палящего солнца, а на голове его был обмотан платок , который он придерживал левой рукой, пробираясь через толпу народа, не ведающего о том, что сейчас по их улицам ходит смерть Востока. Мужчина поглядывает на лавку с оружием, искусные инструменты выполненные лучшими мастерами мира, чтобы убивать. И тут ему в грудь под звон проходящей толпы впечатывается человек. Он опускает голову, на ярко красный платок, покрывающий макушку, а нарушитель отстраняется и представляет взору мужчины такое же пëстрое платье, перевешанный через красивые бëдра платок со звонкими цепочками, прекрасные маленькие ручки увешанные многочисленными браслетами, что сейчас взялись за платок, со звоном поднимая его край, показывая ярко рыжие, горящие локоны до пояса, прекрасные большие, глубокие карие глаза и миловидное личико с лисьим прищуром смотрящие на мужчину. А он будто и не замечает потока людей, гула голосов, перелеск монет. У него всë замерло, сконцентрировалось на маленьком личике и отпускать не хочет. Он наверное за все те земли и богатства, что он получил впервые видит такую красоту. Он хочет еë себе. - Чего ищешь иностранец? - девушка отпускает край платка и ставит руки на бока, озорно поднимает бровь, но лицо еë всë такое же недовольное, какое то серьëзное, будто знает что то.- Али судьбу? Ручку позолоти я тебе будущее поведаю. - вытягивает вперёд ладонь, позвякивая браслетами. Мужчина усмехается, но руку протягивает. Девушка с секунды посмотрев на ладонь замирает, а брови еë слегка напрягаются. Она обхватывает большую ладонь, двумя руками, а мужчина мысленно соглашается с собой ,и всë таки руки у неë приятные. Он наблюдает за эмоциями на лице девушки, за движениями красивых губ и взмахами ресниц, когда она начинает говорить: - Вижу, счастье у тебя будет большое. Само найден тебя, ты не ищи - потеряешь. Семья хорошая будет, дружная. Не будешь знать ты бед,вот как наградила тебя жизнь. Двух сильных сыновей вижу, красивые... - она улыбается,поднимает глаза, пересекаясь с мужчиной взглядом, улыбка сползает.Они смотрят долго, мучительно, будто догадываясь о чëм то. Я был мимолетным свидетелем сие прекрасной сцены, где двое людей замерли напротив друг друга, смотря глаза в глаза, словно узнали спустя сотни миллионов прожитых жизней. Я был свидетелем и того, как мой нетерпеливый герой сжав хрупкое запястье, притянул девушку к себе, заглядывая в глаза. Пред его взором предстал не испуганный или растерянный взгляд, а строгий, какой-то расстроенный и напряжëнный, будто девушка и ждала того, что этот мужчина, не исключение многим другим, схватит еë за ладонь. И тут прекрасная дева пропадает с поля острого зрения, принося мимолётный шок, а около уха со спины слышится лëгкий шёпот. - Ну вы что, господин Чон. - мужчина чувствует расплывающуюся улыбку на женском лице, а когда оборачивается то ни девушки, ни еë присутствия не ощущает. Толика разочарования пробегает где то внутри, но совсем ненадолго, потому что она все равно будет его, он отыщет и заберëт себе, ведь оставлять то что понравилось не его прерогатива. Мужчина усмехается и прячет ухмылку в вороте платка, продолжая свою неторопливую прогулку по понравившемуся городу. ... Под звон металла, вдоль строя доблестных воинов, облачëнных в чëрные доспехи, проходит гордой походкой величавый жеребец, неся на себе война в таких же чëрных устрашающих доспехах, звеня бронёй на своих копытах . Тысячи рядов войнов стоящих по сторонам с уважением, равным собственному, смотрят на своего господина. Он проходит к ступеням прекрасного городского здания, спускается с коня грациозно и живо, как то предвкушающе . Он точно чего то ждал, не пойми чего,даже если вы бы встретились с этим человеком не всегда бы могли понять ,что он вздумает, таков он был непредсказуем, странен, а потому те у кого сложилось о нëм представление человека строгого, властного, жадного и жестоко, привычно разбивались о скалу того, как этот мужчина открыто улыбался. Я правду говорю : улыбался он редко, но те кому он улыбался часто не забывали об этом на протяжении всей своей жизни. Ещë до того как он спрыгнул со своего коня к нему подошëл мужчина, который его улыбку видел намного чаще других. Человек этот был странно спокоен и сосредоточен в любые ситуации жизни. Но признаюсь откровенно - пожимать ему руку так же приятно , как и говорить с ним. Он был не чуть не хуже своего друга, коего все называли господином, а он просто не привык. И я имею возможность сказать , что он был опорой и щитом обнажённой души своего друга, который обнажал еë то редко и только в присутствии этого человека, сам того не замечая. Человек, что за года нарастил такую оболочку, о которую разбивались не только надежды,но мольбы был с ним честен, как ребёнок, хотя даже когда был ребёноком не сказать, что был честным.Признаюсь, верно, этот человек был даже в некоторых аспектах страшнее собственного приятеля, возможно поэтому тот держал его так близко. - Я обо всём распорядился, - они встали посередине первой ступени , ведущей в главное задание города. Широкая ступень, почти сливалась с площадью перед дворцом, обрастала красивыми кустарниками по бокам, что добавляло ей приземлëнности и той восточности, которую мы привыкли видеть уже собственными глазами, а потому смысла описывать еë не вижу, как и то почему мой герой озарно улыбнулся и развернувшись вглядывался в толпу городского народу. - Так что у меня только один вопрос: когда будем проводить казнь ? Мой герой с досадой оторвал взор с " не тех " людей и устремил его на друга, продолжая улыбаться так же нетерпеливо, как то молодо даже для него. Это заставило друга поднять брови вверх, как он делал редко из-за чего больше морщин было меж бровей его, чем на лбу. - Да можно прям сейчас, - он пружинно , с той же улыбкой присел на постеленый на те же ступени ковёр перед огромной толпой, которая к слову будто смутилась такому поведению. Странные были эти восточные города, сколько в них не был всë равно мне не понять, почему сражались так отчаенно, а потом принемали завоевателя, как того не должны бы. Но если задуматься в их философии были верно мудрые мысли схожие с моими : если ты проиграл тому кто сильнее, то должен это признать. Кажеться именно за это меня постукивал дед. - Ты кого то ждëшь, - он не спрашивал - утверждал, а потому мужчина , звякнув своими косичками, повернул голову в его сторону. Он не постеснялся - широко улыбнулся из-за чего в уголках его глаз появились морщинки, а глаза стали меньше, чутка , но по крайней мере показали, то что должны были - светящийся взгляд и ровный ряд зубов. Его друг тоже не стеснялся, ни толпы народу, ни собственных войнов - вытянул лицо, а маленькие глаза сделал больше раза в два. - Чонгук, ты меня пугаешь, - а вот на это сам Чон уже рассеялся во всю, запрокидывая назад голову. Развеселëнная толпа собственного войска и не замечала за своими песнями и плясками этого, но зато парень пленник, приносивший им вино дёрнулся. - Я смог напугать великого Мин Юнги? - мужчина продолжал говорить со смешинками в голосе , но постепенно и они сползли ,и он обернув голову в сторону звëздного неба, деманстрируя профиль, как то легко нахмурился, как хмуряться люди которые не хотят этого, но по привычке делают из за чего взгляд становится каким то сосредоточено уставшим... смотрящим в звезды. - Счастья жду. Толпа войнов прошедших тысячи километров, уставших за столь долгую битву, сейчас просто выпивала, праздновала и отдыхала,как обычно отдыхают войны. Сам я их не редко видел и бывал их участником, а потому могу сказать, что хоть и выглядило это не лучшим образом, оно было необходимо. Беснующие и пьянствующие войны редко обращают на что то внимание, но в тот момент утихли все. Они с придыханием обращали взор на девушку, грациозной походкой плывущей меж каких то двух сцепившихся мужчин. Это было сложно не заметить и двум , сидящим в начале лесницы, но никто из них так не водил головой как их войны, провожая взглядом отделяюуюся женскую фигуру, потому как девушка направлялась именно к ним. Удевительно уверенно, смотрела вдаль с каким то благоговением. Она прошла по длинной площади , оставляя после себя какую-то дорожку света, за которой тянулся поднимающийся рассвет. Она шла босиком позвякивая золотыми браслетами на ногах. Лëгкая ткань струилась по профилю еë тела, а яркие рыжие волосы сейчас ничто не прикрывало , поэтому они вились вместе с прозрачной тканью укрывавшей еë лицо.Оставляя только глаза, и я немного признаюсь, за многие года не видывал я ничего подобного, а девушек я повидал не мало уж поверте на слово. Не был я красавчиком, но от чего то красивых женщин ко мне тянуло, но ни у одной я не видел глаз краше этих. Глубокие, янтарно-медовые, но столикой того золото, что переливалось, при ходьбе постукивая по лбу девушке, свисая бусами, обрамляющими томное лицо, они смотрели с мудростью, не подвластной времени, покорявшей народы. И покорившей одно маленькое, на самом деле маленькое в огромном потоке тех кто их видел, сердце одного человека.Человека творившего великие и страшные дела. Бледный парень смотрел на девушку долго, но после вернул взгляд профилю друга, принявшего вид того спокойствия,которым обладают не многие,да и то только в моменты собственной уверенности, он с ропотом наблюдал за движениями девушки. К другу он так и не повернулся, но слова были, кажеться, сказаны именно ему : - Счастье пришло. Он встал с постеленного расписного ковра под изучающий взгляд друга и толпы с мягкой улыбкой. И не улыбался он больше так никому в своей жизни , ибо делал это, по-странному, только для неë. Она протянула тонкие приятные руки к нему, подходя всë ближе мягкой и нежной поступью. Его шаг поравнялся в ритм с еë, а после в спешке стал быстрее, будто мой нетерпеливый герой пытался поймать идущую к нему девушку. Высокий стан его склонился к еë ногам, когда был и вовсе рядом с ней, а после поднял изящное тело девушки, встав на ноги. Она касалась его плечь, обтянутых чëрной кожей, отражающей блеск солнечных лучей, а он улыбался, улыбался так простодушно, что вмиг показался безобидным наивным дитëй. Две чëрные глубены долго тонули в янтаре напротив, таком любимом, что он не удержался - мужчина, коего принято называть Богом смерти, уткнулся лицом в живот маленькой девушке, нежно сжимая струящуюмя ткань на еë ноге. И только после этого рыжая улыбнулась, зарываясь в антрацитовые волосы длинными пальцами, увешанными золотыми кольцами, поглаживая макушку головы - успокаивала напряжëнное нутро , того о кого разбивались чужие жизни. Она буто бы говорила моему герою, что тот нашëл. Нет, не счастье. Покой. И заплыли восточные сказания о том, как бог смерти вездесущей держал в руках рассвет. ... Прогуливаясь по пустыням Джахары я ,как то случайно набрëл на очень величественной красоты здание, где было мне предначертанно узнать, что похоронен здесь рассвет и смерть лежит подле него. Странно, ведь мне сказали что здесь похоронен мой друг... И сколько бы мы не убегали от времени, оно всё равно пожрëт нас, оставив проблеск прошлого в нашем настоящем. Заметки путника. Часть 56.1283 год.