Не трогай меня!

Настало утро. Киеми отлично выспался, несмотря на долгие попытки заснуть. Кровати тут были ну очень удобными, и вылезать из них не хотелось. Он все-таки собрался с силами и, приняв холодный душ, отправился на тренировку в довольно хорошем настроении. Во время перерыва к нему подошёл Комори. — Эй, что случилось? Игра идёт просто потрясающе! У тебя с Ацуму так хорошо получилось сыграться сегодня, несмотря на вашу ссору. Что произошло? — Да так, помирились. — говоря это, Сакуса немного поморщился, понимая что спровоцировал кучу нелепых вопросов. Лицо Комори в этот момент было неописуемо удивленным. Чтобы его друг, да извинился перед кем-то? Да и если это была инициатива Ацуму, тоже слабо верится. Но он с облегчением вздохнул и порадовался за успехи друга в социальной жизни. Киеми не хотел в подробностях рассказывать про это, хотя изумлённое лицо его сокомандника так и излучало любопытство. Он понимал его, ведь сам совсем не узнает себя. Игра продолжалась долго, из зала все вышли измотанными. Киеми долго не мог решить что же сделать первым, принять душ или поесть. Желудок казалось уже устал издавать молящие звуки урчания, но волосы прилипали ко лбу, а вся одежда была мокрой и облепила разгоряченное тело. Прервав его размышления его окликнул голос связующего. — Хэй, идёшь кушать? Я с тобой! Сакуса уже почти начал отвечать (совсем не в дружелюбном тоне), но Мотоя ответил за него, убеждая что скоро умрет от голода, но есть без Киеми не собирается. — Ладно, но потом я первый иду в душ, а вы не заходите пока я не выйду. — все же есть хотелось невыносимо. — Хорошо Оми, ты все равно всегда просишь так делать. — Комори улыбнулся и выглядит он слишком счастливым. — Оми? Милое сокращение. Но слишком короткое. Хммм…буду называть тебя Оми-Оми! — Ацуму тоже расплылся в радостной улыбке. — Чт… — Не думаю что Оми будет в восторге, но это действительно в два раза милее! — Даже не смейте меня так называть… — Конечно, Оми-Ом… Ай! Ацуму скорчил наигранно обиженную гримасу, из-за того, что тот дал ему голенью по заднице, но его выражение тут же сменилось на восторг, когда он увидел накрытый стол в столовой. Они все устремились к своим местам и весь ужин проходил спокойно, а еда казалась самой вкусной, чем когда бы то ни было. Парни закончили с ужином и каждый разошелся по комнатам чтобы прихватить принадлежности и одежду для душа. Хоть душевые и были общими Сакуса старался ловить момент когда там никого не было. Сегодня ему несказанно повезло ведь он успел ещё и первым, несмотря на то что он не торопясь наслаждался ужином. Он оставил одежду на полке, снял с себя тренировочную одежду, аккуратно сложив ее рядом, и направился к душевым. Вода тоже показалось сегодня особенно приятной, идеальная температура настроилась сразу. Сакуса прикрыл глаза и подставил лицо под струи прохладной воды. Ощущение, как охлаждается тело, вызывало самое настоящее наслаждение. Конечно все не могло быть идеальным. Из состояния, близкого к медитации, его вернул звонкий шлепок. Он резко обернулся и увидел Ацуму, который подскользнулся в тапочках на мокром полу. Тот с изумлением смотрел на него снизу вверх. Было ощущение будто он видит его в первый раз. — Эй чего уставился. Мне кажется я ясно выразился — пока я здесь, вас тут быть не должно. — Я забыл, прости. — Ацуму сделал самое невинное выражение лицо на которое был способен. — Врёшь, всё ты помнишь. По глазам вижу. Выметайся отсюда. — напряжение возросло, и Мия съежился под его холодным взглядом. — Но Оми-Оми! Я уже весь мокрый да ещё и голый, если вытрусь полотенце перестанет быть чистым, а одежду я мочить не хочу. — Ты и это падение спланировал? — Нет, но это хорошая идея на будущее. — Тц. Ладно, но иди в другой конец. — Сакуса принял решение закончить как можно быстрее и запереться в комнате, немного сожалея, что время его блаженства было настолько коротким. — Оми-Оми, ты такой добрый! Когда Ацуму повернулся и начал удаляться, Киеми обвел взглядом его спину и чуть ниже. Чёрт, только бы ещё и это в голове не засело. Он сразу же развернулся обратно к стене, но это было бесполезно. Его глаза запомнили все до мельчайших подробностей. (иногда он проклинал свою наблюдательность) Он запомнил темную дорожку волос на затылке, видимо его родного цвета, запомнил как при ходьбе мышцы его спины перекатывались под золотистой, немного загоревшей кожей на лопатках и нежно-белые участки кожи на пояснице. И эти упругие… Все! Надо остановиться. Сакуса врубил холодную воду на полную и предпочел сфокусировать внимание на неприятном, обжигающем от холода чувстве. Из душевой он вышел первым и сразу шмыгнул в свою комнату, где его уже встречал Комори. — Уже все? Тогда я пойду. — Куда? — Нуу, в душ? — Киеми уже забыл про свое время условие и при упоминания душа в глазах снова начал вырисовываться силуэт мускулистого тела, по которому неспешно скатывались капельки воды. — А точно…удачи. Я спать, так что не включай свет когда вернешься. — быстро пробурчал он. — Хорошо.