Не трогай меня!

Сегодня Сакуса был не в духе. Причину выдавали темные круги под его мрачными глазами. Он даже забыл причесаться, и пришел на тренировку в таком виде, что никто не смог воздержаться от обсуждения. Впрочем, на это плевать. Он не увидел Ацуму и его чувства были противоречивыми. С одной стороны он почувствовал облегчение, но с другой — появилась досада. Он даже признал, что хотел его увидеть. А теперь, он просто не появляется, хотя с начала тренировки прошло уже чуть больше часа? Во время перерыва он спросил разрешения сходить за ним. Мысленно оправдывая это желание тем, что хочет играть с лучшим связующим. Хотя глубоко внутри он понимал, что такая причина это бред. Сакуса пришел к его комнате, и с каждой секундой сердце билось быстрее, а ладони начинали потеть. Не услышав ответа после стука, он вошёл. Как и ожидалось Ацуму спал. Половина одеяла сползла на пол, прикрывая только живот, голова скатилась с подушки, а его поза походила на кота, развалившегося на диване животиком к верху. Сакуса уже выдохнул, волнения поубавилось от созерцания такой милой сцены. Подойдя ближе, он на несколько секунд задержал взгляд на лице парня. Такое спокойное и умиротворенное, что никак не скажешь, что это существо способно одним словом вывести из себя любого на свете человека. Глаза скользнули вниз к приоткрытым губам. В уголке рта виднелся след засохшей слюны, что впрочем не показалось настолько противным. Грудь у парня едва заметно вздымалась и опускалась. Не было сомнений, что он спит, а не притворяется. Футболка на теле задралась и открыла вид на светлую кожу живота и дорожку темных волос ведущую вниз. Сакуса мгновенно одернул себя от лишних мыслей и грубо потряс связующего за плечо. — Ах! Отстань Саму…я устал — он перевернулся набок, натянув кусок одеяла на лицо. — Ты пропустил уже больше часа тренировки. — Мхм. — Вставай. — сказал нарочито спокойно и резко хлопнул в ладоши. — Оми? — Ацуму метнул испуганный взгляд на нежданного гостя. — Меня попросили сходить за тобой. — он произнес это так, что даже сам на секунду поверил, что это не он попросил, а его. — Ещё пару минут. — вернулся в свой кокон, на что Сакуса рывком стянул одеяло, и блондин посмотрел на него с таким же недовольным и обиженным лицом, как за день до этого. «Мило, но только потому что…» — подумал Киеми. Не успев закончить мысль, он упал, успев подставить локти по обе стороны от лица Ацуму. Тот с довольной ухмылкой отпустил его футболку, за которую только что дёрнул. Лицо брюнета постепенно начала заливать краска, и он попытался как можно быстрее встать, но его снова потянули за воротник. Мысли о том, чтобы возмутиться в голове Сакусы почему то не пролетало, да и вообще никаких мыслей. Остался только он и игривые карие глаза напротив. Он чувствовал слишком много всего в этот момент. На лбу чувствовалось чужое дыхание, свисающие пряди касались чужого лица. Его окутал запах Ацуму, такой мягкий, обволакивающий. Их животы почти соприкасались, и даже через одежду он чувствовал чужое горячее тело. Внутри же масштабы происходящего были катастрофическими. После короткого затишья, в голову хлынула тьма разных мыслей, желание оскорбить и оттолкнуть, существовало наедине с желанием прикоснуться, поддаться. Однако он не может сказать ни слова. Даже шевельнуться было…страшно? Пока его одолевала буря эмоций, Ацуму опустился чуть ниже, чтобы видеть лицо доигровщика, он притянул его ещё чуть ближе, и легонько коснулся его губ своими. Доли секунды, но это казалось невероятно долгим. От прикосновения шершавых губ, Сакуса почувствовал, как дыхание сбилось, вызвав громкий выдох. Мысли кричали, но их с таким же рвением заглушал громкий стук сердца. Сакуса растворялся в буре эмоций и на пару секунд отключился от реальности. Ощутив горячую ладонь на своей щеке, он очнулся и поднял голову, смотря на Ацуму. В глазах которого читалось волнение, радость, недоумение, желание. Его губы оставались приоткрытыми, язык непроизвольно прошёлся по ним, чтобы убрать неприятную сухость. Губы стали поблескивать от влаги, и у Сакусы от этого вида просто снесло крышу. Он наклонился, накрывая их своими, ловя удивленный вздох блондина. Мокрыми, его губы уже не ощущались шершавыми, он проскользил по верхней, затем и по нижней губе кончиком языка. Ацуму стал неуверенно отвечать. Их поцелуй был лёгким и недолгим, но от ощущений подкашивались колени и замирало дыхание. -… — Не говори ничего. — прохрипел Сакуса. — Но я ничего не сказал! — Сказал. — Тебе понравилось? — Я же попросил… В любом случае, собирайся, тренировка идет. Киеми встал с кровати, и пошел умыться в ванную, пока тот собирался. На губах все ещё оставался сладкий привкус первого поцелуя. Он посмотрел в зеркало, и увидел, что все его лицо пунцово красное. Он никогда прежде не видел себя таким, и решил поскорее прийти в норму, умывшись холодной водой. Вместе с жаром, ушло и лишнее напряжение. Он предпочел оставить размышления на ночь, а сейчас в его голове остались только мысли о предстоящей игре. День подошел к концу. Все было странно. Точнее слишком обычно. Ацуму вел себя так, словно ничего не случилось. И во время игры тот был чертовски хорош. Киеми лежал в комнате, пока Комори с кем-то увлеченно переписывался. Звук чужих смешков отвлекал его от нахлынувшего потока мыслей, что не могло не радовать. Если он сейчас будет пытаться распутать свой комок из чувств и переживаний, явно ничего не выйдет. Тут его внимание привлекла вибрация телефона. Скорее всего ему написала мама, но он решил посмотреть. /Неизвестный номер/ — Это я, Цуму! Не хочешь прогуляться? /Сакуса/ — Откуда у тебя мой номер? /Неизвестный номер/ — Ок, жду тебя у лестницы. Черт, даже выбора не дал. Типичный Ацуму. Он решил пойти, потому что недосказанность его раздражала. Или потому что он сам весь день подсознательно искал предлог для встречи. Наверное у Ацуму была та же причина. Он внёс его в список контактов как «Цуму», накинул куртку и вышел. Парень встретил его на том же месте, где они сидели и мирились после ссоры. — Ого, не думал что ты придешь. — Тогда зачем пришел сам. — На тот случай если я не прав. — Судя по тебе, ты часто бываешь неправ. — Ацуму проигнорировал колкость брюнета. — Мм…пройдемся? Не хочется просто так стоять мёрзнуть. Они двинулись к парку который был через дорогу. Был поздний час, и по парку гуляли только люди со своими собаками, и одна парочка. Ветер тревожил листву, создавая приятный ушам шелест. Сакуса погрузился в себя, как обычно наслаждаясь приятной тишиной, которую редко можно было застать в городе. Его отвлек голос Ацуму. — Приятная погода ха-ха. Только лицо у тебя такое, будто ты несёшь все бремя нашего мира. — Сегодня утром. Что ты устроил? Зачем. -прямолинейность всегда была его отличительной чертой. — Затем же, зачем и ты. Очень хотел и не удержался. — И давно ты думал об этом? — О том что хочу поцеловать тебя? Думал немного. Но в тот момент…я не думал ни о чем. Лишь о тебе. Сакуса опешил и промолчал. Впрочем как и в каждый раз когда не знает, что обычно люди говорят в таких ситуациях. Они прошли некоторое время в тишине, затем Мия резко остановился. — М? — Сакуса повернулся к нему и встретился с вызывающим взглядом. Ацуму провел тыльной стороной ладони по его лбу, убирая с лица длинные черные пряди, прикрывающие такие же темные глаза. Киеми прикрыл веки. Было невыносимо смотреть на его лицо, от одного только его образа, в голове путались все мысли и невыносимо хотелось спрятать лицо в ладонях или подушке, а тут он — настоящий, держит руку неприлично долго на его лице. Без волос прикрывающих лицо от лишнего внимания, было совсем некомфортно. Ещё с давних времён он использовал свою челку как дополнительный способ спрятаться и закрыться от окружающих, а сейчас его лицо открыто и к тому же его настойчиво рассматривали. Ладонь скользнула вниз, поглаживая скулу и Ацуму аккуратно приподнял подбородок Киеми, вынуждая посмотреть ему в глаза. В этот момент Сакуса рефлекторно схватил чужую руку, но отталкивать не стал. Сердце забилось в бешенном ритме, и ощущение тепла чужого тела впервые показалось приятным. Не только приятным, но и манящим. — Не знал, что ты можешь быть таким стесняшкой. — игривый тон, обычно раздражающий его, сейчас казался очень горячим. — Я не… Не успел он договорить, как Ацуму впился в его губы. Сминая нижнюю и затем проведя языком по верхней, парень прильнул вплотную к телу Киеми, продолжая придерживать лицо, теперь уже всей ладонью поглаживая того по щеке, а второй схватился за воротник яркой куртки, ведь ему пришлось немного приподняться на носках. Сакуса утонул в этих ощущениях, его с головой окутал жар и запах чужого тела. От нежных поглаживаний хотелось растаять, а от грубого поцелуя кружилась голова. Движение языка по губам становились напористей, и когда Ацуму попробовал скользнуть внутрь, он не встретил сопротивления. Он немного отстранился и вопросительно глянул. От этого томного и жаждущего взгляда у Сакусы по спине пробежали мурашки. Он наклонился ниже, чтобы Ацуму не пришлось за него держаться и обхватил его руки, снова поднося к своему лицу. Неприятные ощущения от прикосновений ещё оставались, но удовольствие было намного сильнее. Ацуму провел кончиками пальцев по гладким скулам, и приблизился, вновь вовлекая в поцелуй. Когда их языки переплелись Сакуса неумело попытался ответить, на что Ацуму вздохнул, и спустя пару пропущенных ударов сердца, углубил поцелуй, вплотную прижимаясь телом к Киеми. Они целовались ещё несколько минут, пока в головах у обоих происходила буря эмоций, которые они пытались выразить через нежные прикосновения и горячие вздохи. Отстранившись, они все ещё стояли вплотную, сжимая одежду друг друга в кулаках, так отчаянно не желая отпускать. Сакуса не мог отвести взгляд от раскрасневшегося парня, от его припухлых губ, и сияющих глаз. Таким, он его видел впервые, и такой Ацуму ему определенно нравится больше всего. А тот, в свою очередь, продолжал изучать и пытался запомнить каждую черту лица Киеми. — Мы же повторим это еще? — первым прервал молчание Мия. — Не знаю. Может быть. — опять ответил через чур быстро. — Какой ты холодный, Оми-Оми. А ведь пару минут назад об тебя можно было обжечься. -… — «Вот черт, молчаливым он казался мне раз в сто привлекательнее». — Так значит, я все же могу к тебе прикасаться? — Я это обдумаю. — ответил Сакуса, хотя внутри он осознавал, что, вероятно, сам бы об этом попросил. Они вернулись обратно и разошлись по комнатам, ведь завтра был последний день, и нужно было выложиться на полную.