позднее осознание.

Дом был наполнен злобой и обидой. Агрессия буквально витала в воздухе, ею был заполнен каждая комната, каждый уголок. Погода была под стать атмосфере, все небо затянуло темными дождевыми тучами, шел бесконечный дождь, то немного стихая, то принимаясь с удвоенной силой. Казалось, что если сюда зайдёт любой другой человек, то ему станет не по себе. Только обитательницы дома привыкли к этому, такое для них обыденность. В последнее время ссоры стали не редкими неприятными моментами, а обычной рутиной. Будто бы им было это приятно. Хотя кому как. Илоне это было необходимо, одни проблемы и даже поделиться не с кем, проще вымещать злость и агрессию на своей девушке. Потом наступало спокойствие, буквально эйфория. То чувство, которое она любила, оно сильнее любого наркотика. Манило из раза в раз, но после каждого такого случая наступает осознание, что поступаешь неправильно, а потом вновь ломка, хочется больше и больше. А вот для Аниты это был ад. Уже месяц она ничего не хотела и ничем не занималась. Да если бы и хотела заняться, женщина бы ей не позволила. За время такого ужаса девушка сильно похудела, ходила бледная, лишь бесконечные синяки, а местами ссадины яркими пятнами выделялись на ее нежной коже. И вот, стоя в очередной раз перед зеркалом обнаженной, девушка разглядывала свое тело, ей было мерзко от своего состояния. Она ненавидела себя, всё стало таким отвратительным. И внешний вид, и моральное состояние. Винила Анита уже только себя. За то, что позволила с собой так общаться. За то, что до беспамятства полюбила такую тираншу, даже не подозревая о том, что ее ждет. За то, что уже ничего не может сделать. "Ты ведь согласилась на все ее условия, чего ты теперь хочешь?" - мысленно обратилась к самой себе девушка. В памяти всплывали хорошие моменты, когда Илона окружала заботой и любовью. Тогда она если устраивала сцены ревности, то только в шутку. Они гуляли почти каждый вечер, как и любила Анита. А когда вечерами нужно было поработать, девушка приходила к Илоне в кабинет, садилась поближе и засыпала прямо на плече, пока та мирно перебирала бумаги и что-то печатала. Анита даже не помнит, чтобы женщина раньше кричала в её присутствии, а тем более на нее. Сейчас день без криков — редкость. От таких воспоминаний слеза одиноко покатилась по бледной и впалой щеке девушки. На большее она не способна, уже выплакала всё, что могла и даже больше. Как же хотелось вернуться в то время, застыть в моменте крепких объятий и нежного поцелуя, просто остаться там навсегда. — Как же я ужасна, - отворачиваясь от зеркала произнесла Анита. А может Анита не могла выбрать другую? Может она сама хочет этого? Девушка помнит как отец бил мать, до мельчайших подробностей. Сначала он занимался таким редко, мать выгоняла его за дверь и тихо плакала, закрывшись в ванной, а маленькая Анита тоже плакала, но не понимая ситуации. Она скучала по папе, поэтому и плакала. Потом родители снова сходились и все продолжалось по кругу, пока мама не смирилась и не перестала выгонять отца. Начала терпеть побои без ссор и извинений. Первый раз Вагнер ударила Аниту не сильно, было почти не больно, только страшно, и кажется, Илона сама испугалась сильнее. Долго извинялась, невыносимо долго, даже, когда девушка уже простила, даже, когда успела забыть. Извинялась и извинялась. А может, это было на будущее? Накинув шёлковый халат, девушка прошла в спальню. На прикроватной тумбочке стояла их фотография. В глупой красной рамочке в форме сердечка, они выбирали её вместе, сами же об этом и шутили. Такой удачный кадр, такие красивые и счастливые, в начале отношений. Тогда Анита хотела фотографироваться чуть ли ни каждую минуту. Это она и делала, галерея ее телефона состоит наполовину из фотографий с Илоной, а на вторую половину из отдельных фотографий Илоны. Тут так мило заснула у себя в кабинете, тут читает книгу, тут серьезная работает. Анита ее любит. Всё еще любит и плевать на происходящее. Она повторяет судьбу своей матери. Девушка легла на кровать, просто смотря в потолок и даже не обращая внимание на бесконечные уведомления, от которых, казалось, телефон разорвется, но потом всё же отвлекалась на них. На заставке телефона та же самая фотография с Илоной, немыслимо сложно смотреть на нее опять, но и менять не хочется. "17:57. О боже! Я уже почти сутки не выхожу на связь." Анита просмотрела десятки уведомлений, ответив на сообщения только от мамы и подруги.

***

Сердце сжалось, когда послышались приближающиеся шаги и звук открывающейся двери. Девушка приподнялась на локтях, чтобы взглянуть на источник звука. Перед кроватью стояла Илона. Её чёрный брючный костюм слегка намок под дождем, выглядела она еще мрачнее, чем обычно. Хмурясь женщина смотрела прямо в глаза Аниты. — Как ты? - слишком спокойный вопрос для такого угрожающего вида блондинки. Глаза оценивающе пробежались по телу девушки. Вот уже месяц Илона не может извиниться перед девушкой, хотя видит как разрушает её и чувствует вину. Но такие мысли быстро пропадают, стоит девушке не так посмотреть или не то сказать. — Всё нормально, - больше и нечего ответить. Если "хорошо", то интересно кто там тебя радует? "Плохо"? А чего ты на жалость давишь. — Ну я же вижу что нет, - сквозь зубы проговаривает Илона, подходя ближе, — Чего ты добиваешься своим поведением? — Ничего, - а ведь и правда ничего, девушка ничего не ест, совершенно потеряла счет времени. Если она чего-то и хочет, то просто прикоснуться к любимой как раньше. — Я и вижу. Ты хоть ныть и перестала, но строишь из себя великомученицу. Терпишь всё. "Нормально" у неё все. "Нытьем" Илона назвала попытки Аниты по-началу пообщаться и понять, что происходит с женщиной, вернуть отношения на прежний уровень. — Прости, - девушка разорвала зрительный контакт, отвернувшись. Обычная ситуация, лучше сразу извиниться. Но, кажется, не в этот раз. Илона втягивает воздух сквозь зубы и тяжело выдыхает. Садится рядом с девушкой и хватает ее за предплечье, впиваясь ноготками прямо в кожу. — Как же ты мне надоела, всё паясничаешь и паясничаешь. Я совершенно тебя не понимаю. Чего ты добиваешься? У Аниты нет сил на панику, на бесполезные оправдания или хотя бы плач. Она с ожиданием смотрит на Илону. Звук оповещения прерывает их. Напоминание на телефоне блондинки. Встреча через час, а значит, по такой погоде уже нужно выдвигаться. — Мы ещё не договорили. Не беспокойся, всё самое интересное ждет тебя после моего возвращения, - Илона вышла из комнаты, оставив в душе девушки гадкий осадок.

***

Как же сильно Анита ненавидит себя и как же сильно любит Илону. Она была уверена, что постоянно мешает женщине, портит ей жизнь, сама вынуждает её наказывать. И без Илоны никак и с ней сейчас невозможно. И нет возможности вернуться в прошлое, чтобы быть вместе с той нежной и любящей женщиной. Безысходность. Анита возвращается к телефону, пишет подруге. anita. привет. прости, что не отвечала. плохо мне очень. ну ты знаешь, причина та же. zhenya анит, может хватит продолжать это? она тебя не любит.. не говори только, что она тебя опять избила. anita. я тоже уже не уверена любит ли она меня, просто я понимаю, что очень сильно ей надоела, была везде с ней, лезла куда не надо. zhenya она тебя не любит. ты ей не нужна, только, если как груша для битья. тебе ли о таком не знать? убегай, чем раньше, тем лучше. было бы хорошо ко мне прямо сейчас, хочешь кину денег? anita. закончим этот разговор завтра. прости, сегодня я слишком устала, чтобы сбегать. пока, женечка, люблю тебя) <3 И вот уже который раз ей говорят, что Илона ее не любит. Верить в это не хочется, но это единственное, что приходит на ум. Делать нечего. Ей нужен листочек и ручка.

***

Илона приехала к своему старому товарищу, только с ним она может поделиться своими переживаниями и проблемами. Друг встретил ее спокойно, но радостно. Он давно хотел поговорить об отношениях Илоны, заметив какие-то проблемы, о которых женщина пытается умолчать. — Илона, ты что, снова за своё? Ты губишь этим и себя и её. — Поверь, я не делаю ничего лишнего, только то, что она заслужила. Не зли меня, пожалуйста, - блондинка сжала правой рукой кружку еще крепче, чем было и нахмурилась. — Да задумайся, что ты делаешь! Илона, я тебя знаю, поэтому и говорю об этом! Я помню твои прошлые отношения. Ты хочешь также? Или хочешь в какой-нибудь момент не удержаться и переборщить? Задушишь её и будешь винить себя всю жизнь. Женщине пришлось нахмуриться сильнее и поджать нижнюю губу. Ответить нечего, это правда и задевает сильнее, чем любые ложные выводы. Грудь прожигало от обиды, мужчина прав, Илона только мучает Аниту. Срывается и даже не пытается остановиться. — А вспомни как ты любишь ее, как вы начинали отношения. Это же не то, что в прошлый раз. Это любовь, Илон. Ты её любишь, а она тебя ещё сильнее. Она терпит все твои выходки и живет ради моментов твоего добра к ней. — Да, ты прав. Мне пора, - блондинка даже не стала прощаться со своим другом, но он всё понимает, рад, что она поняла его слова.

***

Поездка домой длилась вечность, Илона смотрела в окно и думала только о том, что по-настоящему полюбила Аниту, но ужасно относится к ней. Слезы застилали глаза. Любовь сделала её слабой, поэтому хотелось закрыться от всего и всех. Как же давно ей хотелось извиниться, но она не могла себе позволить, но сейчас ситуация критична. "Анита скоро не захочет принять мои извинения, если еще хочет вообще". В доме стояла гробовая тишина. Как обычно. Анита лежит и смотрит в потолок или бесшумно плачет над их фотографией. С каждым мгновением становится всё сложнее молчать. — Анита, любимая, я хочу поговорить, - обеспокоенно крикнула Илона. Ответа не последовало, но это не удивило, скорее всего девушка боится откликаться. Открыв дверь в спальню, Илона застала свою девушку спокойно спящей. Такая милая, укрылась, так вымоталась, что даже не слышит слов блондинки. Слегка толкнув Аниту реакции тоже не последовало. Откинув одеяло с девушки, Вагнер ужаснулась, ноги подкосились, стоять стало сложно, дышать тоже, сердце забилось слишком быстро и его стук отдавался эхом в ушах. Тело Аниты лежало в луже крови, постепенно пропитывающей кровать, а в руке сжата записка тоже немного испачканная в алых пятнах. "Илона, я тебя очень люблю и запомню навсегда тем, человеком, который подарил мне весь мир. Надеюсь, ты меня любила. Пожалуйста, прости меня за доставленные неудобства до этого и за все проблемы, которые будут после моего самоубийства" Женщина медленно сползла вниз и села на пол, закрыв лицо руками. По щекам закапали слезы, теперь у Илоны нет выхода. Мужчина был прав. Слишком прав.