Отдай мне свою боль

Будний серый день. За окном идёт проливной дождь, наводя некое спокойствие на душе рыжеволосого, сидящего в своем кабинете и ожидающего нового пациента. Чуя был слегка насторожен, ведь ему не сказали причину, как делали это раннее. И вот послышался стук. Рыжий поставил кружку с зелёным чаем на стол и бросил краткое: „войдите." В кабинет зашёл высокий брюнет примерно 14-15 лет. На всём его теле было бинты, указывающие на многочисленные попытки самоубийства. Осаму сел на кресло, закинув ногу на ногу. Чуя посмотрел на него и вздохнул. Накахара сидел напротив Дадзая. Чуя прокашлялся и спросил: "-Что тебя беспокоит, Осаму?" -"Ничего. Меня заставили сюда идти, я полностью здоров." - сухо проговорил Дадзай, на что получил тяжёлый вздох. -"Осаму, расскажи мне о своих проблемах, поделись своей болью.. так будет легче.)"- с милой улыбкой проговорил чуя. Дадзай вздохнул, продумывая в голове всё то, что будет говорить. Спустя 3 минуты гробовой тишины, Дадзай всё же выдал: "Вы правда ощущаете боль каждого, кто к вам приходит?"- Чуя на это, лишь кивнул, уже понимая что его ждёт тяжёлый случай. Да в принципе, все так и было. Случай и вправду был довольно таки серьезным, особенно учитывая что Чуя разговаривал с ребёнком. Ему ещё больнее было от этого. Спустя пару сеансов, Дадзай всё же открылся Чуе и позволил ему помочь себе. Они за всё это время успели сдружиться и даже начали шутить друг над другом. Спустя три с половиной года лечение Дадзая всё же подошло к концу, в связи с самоубийством его врача. Осаму воспринял эту новость уж очень плохо. Он разузнал каким именно способом погиб такой дорогой ему человек. Через пару часов полиция обнаружила тело молодого парня рядом с той самой больницей, где уже покойник встретил своего первого и последнего друга. Он так же как и Накахара прыгнул с крыши. В кармане у него была записка, написанная Чуей. Сама записка была маленькая. Содержание записки было таковым: "Отдай мне свою боль, Осаму. Я приму её всю до последней капли."- Дадзай понял смысл записки только когда уже стоял на крыше. Он сделал шаг вперёд, в бездну. Спустя пару дней оба тела бесследно пропали.