Пусть солнце освещает нам путь

Первое января. Юля приоткрыла глаза свои сонные глаза, пронизывающий холод бодрил и она осмотрелась вокруг. Окно было приоткрыто, Гена спал рядом с ней на кровати, а на часах было час дня. Голова гудит, в горле пересохло, что было вчера — неизвестно. Девушка вылезла из кровати и прошлась по квартире. Во второй комнате на диване спали Мел, Хэнк и рядом с ними ютился Киса. На кухне стояли бутылки шампанского, коробки из-под пиццы, грязная посуда с едой, а в углу был совок с разбитой вазой. Полякова умылась, выпила воды и начала будить Гену. — Геночка, вставай, — нежно прошептала она. — Юль, ещё пять минут, — сонно пробурчал он. — Геночка, — в ход пошли поцелуи, — вставай, я прошу тебя, — Он никак не реагировал, только зарылся с головой под одеяло. — Зуев! , — строго произнесла Юля и начала трясти его. — Юль, прекрати, скоро встану! Девушка ушла убирать посуду на кухне. Спустя время к ней подошёл Гена, обнял со спины, обвивая руками талию. — Доброе утро! Ты наконец то проснулся, — улыбалась она. — Угу. Чё ты так рано то проснулась? — Время второй час дня. — Так мы только в пять утра заснули. — Я ничего не помню, — вздохнула девушка. — У-у, нормально тебя так с шампанского торкнуло! , — усмехался парень. — Ну, не прям что бы ничего, но почему у нас парни в соседней комнате спят? Зуев разбудил друзей и они все вместе сели завтракать, рассказывая Юле о вчерашнем дне. Заодно и Кисе, который местами помнил, местами не помнил. Вчера Гена с Юлей готовили и убирались в квартире. Изначально, была идея празднования нового года дома вдвоём. Так всё и было, пара проводила вечер вдвоём, они смотрели телевизор, слушали музыку и просто наслаждались компанией друг друга. Гена поздравил отца, к поздравлению присоединилась Юля, ребята пообещали приехать в гости на каникулах. Наступила полночь, пробили куранты, желания были загаданы. — Мась, а может с пацанами погуляем? , — предложил Зуев. — Я не против, звони, спрашивай. Гена обзвонил парней, они все согласились на гулянку. Зуев с Поляковой заехали за парнями, взяли шампанское и поехали к морю. Они включили музыку, пили, веселились и запустили салют. Затем друзья поехали домой к Гене с Юлей, где продолжили праздник. В ходе действия алкоголя, Киса разбил вазу. — Кислов, я ж убью тебя! , — возмущалась Полякова. — Юлёк, сорян! Я ж не специально! Я тебе десять таких ваз куплю! , — что б не сделал Кислов, он всегда был весёлый. — Мась, не переживай! Если не купит, по-другому будет откупаться! , — приобнял её Гена, успокаивая. Мел некоторое время думал поздравлять Анжелу или нет, парни его отговорили, но парень сделал наоборот. — Мел, да чё ты паришься! Хочешь пиши, не хочешь не пиши! , — говорил Хэнк. — Мел, делай как сердце подсказывает, — поддерживала друга Юля, — Но знаешь, мне кажется, она тебя недостойна. — Мел, да забей ты на эту Анжелку! Пойдём курнём, расслабишься! , — говорил Киса. Хенкин переживал, как будет оправдываться перед отцом за перегар на утро. — Я много пить не буду, мне ещё утром домой возвращаться! , — говорил Боря, который уже давно был «готовый». — Хинкалина, переночуешь у нас, а утром зубы почистишь, водички попьешь и как огурчик будешь! , — успокаивал Гена. — Не, Гендос, я больше не буду! , — отворачивался он от стакана виски. — Пей! Пей! Пей! , — кричали парни. Юля старалась всех накормить, а Гена напоить. — Во-первых, я с самого утра это всё готовила! А во-вторых, вы хотя бы закусывайте! — Пацаны, давайте ещё налью! — Гена! , — одернула его Полякова, — Ты не помнишь что было неделю назад? — А что было неделю назад? , — с издёвкой усмехнулся Гена. А неделю назад был пипец. Если вкратце… Одним днём Юля вернулась из школы, а Гена пытался приготовить сырники. — Мась, ты? , — донеслось с кухни. — Я! , — девушка прошла к Зуеву, рассматривая всю картину происходящего, — А что ты делаешь? — Сырники, только чёт не особо выходит, — на сковороде виднелся расплывшийся творог, который пригорал. — А ты муку то добавлял? — Да, молока ещё влил. — А молоко то зачем? — Не надо было? — Нет, — улыбнулась Юля. — Блин., — фыркнул он, — я то думал, чё они растекаются! Че делать то? — Выливай в унитаз. А с чего ты решил сырники приготовить? , — чтоб Гена взял сковородку в руки, да ни за что! — Захотел, ну и тебя порадовать заодно. — Но как-то не вышло, — скривила лицо Юля, смотря на месиво из творога. — Может суши закажем? — Давай! Пара сидела на кухне, уплетая заказанную еду. — Ох, Ген, как же я тебя люблю! , — вздыхала девушка, от того, что переела. — Кушай, солнце! , — он на немного замолчал, но продолжил говорить, — Мась, мы с пацанами договорились перед новым годом встретиться, — постепенно начал вводить в тему Зуев. — Ну, теперь понятно, зачем сырники, суши! , — вот Гендосина — жук, знает же как подкупить! — Мась, ну чё ты сразу переворачиваешь то! Просто с пацанами встретимся, погуляем, ну пива выпьем. — Вы чуть ли ни каждый день встречаетесь! — Так я не с нашими. У меня знакомые за городом есть, вот я с ними встречаюсь. — Ну, иди конечно, Ген. Только обещай, что не нажрешься в слюни. — Обещаю! , — парень подошёл к девушке, обнял её и начал расцеловывать в щёки, — Ты самая лучшая на свете! Я тебя очень люблю! На следующий день Гена уехал и обещал позвонить, как будет возвращаться домой. День сменился ночью, от Гены ни весточки. Юля уже хотела ложиться спать, но ей позвонил отец Гены. — Юль, привет! — Здравствуйте, Николай Юрьевич! А вы чего так поздно? Что-то случилось? — Не, всё нормально. Мне просто Гендоса в усмерть пьяного привезли, а он попросил тебе позвонить, чтоб ты не волновалась. — Спасибо. Я наверное завтра приеду его забрать. — Не надо, не приезжай. Он проспится, сам вернётся. Я просто предупредил. — Хорошо, ещё раз спасибо. — Ну всё, давай. Спокойной ночи! — Спокойной ночи. Ох Гендос, Гендос, вот честно, неудивительно! Как ещё могли закончиться их посиделки, если не пьянкой. Вот вернётся, устроит ему Юлька кузькину мать. Следующий день был днём ожидания, когда ж вернётся домой Зуев. Утро прошло, день прошёл, уже и вечер прошёл. Звучит звон ключей в замке, грохот в коридоре, Полякова проходит туда и видит Гену с букетом в руках. — Масечка моя, Юленька любимая! , — расплываясь в улыбке говорил он, облокачиваясь на стену. — Ген, тебя сутки не было дома, — скрестив руки на груди, говорила Юля, изображая обиду. — Прости, задержался чуток. — Я всё знаю, мне отец твой вчера позвонил и всё рассказал. — Чё рассказал? , — испуганно спросил он. — Что тебя пьяного к нему домой привезли среди ночи, — после её слова Гена опустил взгляд. — Прости меня. — А букетик кому? — Тебе! , — Зуев потянул розы. — Да прощаю я тебя! Я ж всё-таки была в курсе где ты и что с тобой всё хорошо. — Точно прощаешь? — Да конечно! Иди, обниму тебя! Девушка обняла парня, поглаживая его по спине. Вот что значит любимая, понимающая и мудрая женщина. Кислов предложил покурить, на что Гена достал свои запасы. — Юлёк, будешь веселиться? , — предложил Киса. — Я тебе щас дам «веселиться»! , — пригрозил Зуев. — Не, Кис, я эту дрянь не буду. И тебе, Геночка, не советую! , — обратилась она к парню. — Мась, я чуток, — Гена улыбнулся и раскурил сигарету с парнями. Примерно так и прошла ночь. Ребята гуляли до самого утра и вот они проснулись. Первым делом ребята выпили воду и лишь потом решили завтракать. После ребята решили прогуляться и провести каждого до дома. Сначала был Мел, Хэнк, потом Киса и Юля с Геной пошли домой. — Генчик, — девушка взяла парня за руку и прижалась к нему. — Чё? — Так хорошо мне, — вдохнула она свежий морозный воздух, поцеловала Гену, — Я тебя люблю! — Я тебя тоже! , — он улыбнулся и они продолжили прогулку. — А давай завтра на каток сходим? — Давай. А чё завтра то, можно ж сегодня? — Сегодня я не в состоянии держать равновесие на льду, да и ты тоже. После вчерашнего нам нужно ещё двое суток дома сидеть. — Во Хэнку не повезло, щас на батю нарвется, а от него за километр несёт. — Думаю Константин Анатольевич мог уже с утра куда-то уехать, а дома только мама с Оксаной. — Мог, у ментов свои причуды. — А к твоему папе мы когда поедем? — Сегодня отсыпаемся, завтра мы идём на каток, вот на следующий день можно к бате съездить. — Супер, тогда давай ещё в магазин зайдём за попкорном. Оставшийся день пара провела дома за просмотром новогодних советских фильмов. На следующий день Юля с Геной отправились на каток. У парня получалось очень хорошо кататься, но вот у девушки дела плохи. Последний раз она стояла на коньках в далёком детстве. — Чё ж ты не сказала то, что кататься не умеешь? , — возмущался Зуев. — Умею я, просто отвыкла! Гена помогал Поляковой: держал её за руки, подхватывал, когда она падала, а порой они оба валились на лёд, показывал как нужно отталкиваться, как держать равновесие. Спустя время стараний и упорства Юля быстро научилась. Продемонстрировав свои умения перед Геной, она умело подъехала к бортику, где он стоял. — Ну как? , — спросила она, гордо задрав нос. — Отлично! Моя умница! Ну и учитель у тебя не промах! , — гордо заявил Зуев. — У меня лучший учитель! Несколько часов они катались, не замечая никого вокруг. Девушка показывала свои умения, Гена демонстрировал своё мастерство, так и красовались, понимая, что лучше у них нет никого друг у друга. — Ген, оденься, простынешь, — по пути домой Гене было жарко, поэтому он снял куртку и шёл раздетым. — Не простыну, у меня иммунитет. — Какой иммунитет? Ты вспотел, сейчас тебя продует и где твой иммунитет будет? — Так, Юль, давай я сам разберусь, хорошо? — Ой ой ой, какие мы взрослые! , — передразнивалась девушка. — Да, взрослые. Мелочь, тебе ещё уроки дома учить. — Гена, иди в задницу! , — девушка ускорила шаг и шла впереди Гены. Зуев догнал её и ухватил за руку, продолжая идти рядом. — Ну, ты чё, обиделась что-ли? — Нет. Просто мне уроки учить нужно, домой спешу, — она точно обиделась. Ведь она только хотела проявить заботу о Гене, а он так остро на это отреагировал. — Мась, ну я ж не специально! Ну, прости, сглупил. Мась, — умеет же он строить глазки! Это его Юлька научила. — Пойдем домой, Зуев. И куртку надень! — Понял, мась, только не нервничай. Куртку он надел, до дома Юля с Геной дошли, пообедали, оставшимися салатами, включили фильм и легли в обнимку. — Чёт холодно мне, — заявил парень, ежась от холода. — А ты не заболел, друг мой? , — девушка потрогала лоб, который был горячий. — Да какой заболел, я ж здоров! Я лет пять не болел, — хорохорился парень. — Так, несу тебе грудисник, носки теплые, — Полякова была полна серьезности. — Слушаюсь и повинуюсь. Носки надеты, чай с лимоном выпит, а столбик термометра показывал тридцать семь и две. — Ген, я ж тебя убью, — переводя взгляд с градусника на Гену, сказала Юля. — Чё это? , — насторожился парень. — Тридцать семь и две. — У-у, а то я чувствую, трясет меня как-то. — Балбес. Укутывайся потеплее. А, ещё отцу звони и говори, что мы не приедем. Гена позвонил папе и сказал, что он заболел и приехать они не смогут. Пара смотрела какой-то сериал про ментов, под который Гена заснул. Юля обнаружила это не сразу, спустя два часа Зуев начал посапывать. Давно наступил вечер, девушка приняла душ и легла спать. Что-то настойчиво тормошило Полякову, от чего ей пришлось проснуться. Гена аккуратно тряс её руку, девушка постепенно раскрыла глаза. — Ты чего? , — ещё не отойдя ото сна и потирая глаза, сказала она. — Юлёк, чёт меня колбасит очень сильно. Чё делать? , — у него явно была слабость. — Сейчас градусник проставлю. Температура у Гены была высокая тридцать восемь и шесть. — Пиздец какой-то, — вздохнула Юля. Парень выпил жаропонижающее, девушка приложила к его лбу холодный компресс и заставила пить воду. Сон как рукой сняло, глаз не сомкнуть и девушка лежала рядом с Зуевым успокаивая его. — Мне плохо, — жаловался он, — Юль, я умру? — Дурак что-ли?! Сейчас таблетка подействует и будешь на люстре качаться. — Я устал, — всё продолжал хныкать парень. — Геночка, родной мой, — девушка поцеловала парня в лоб, — всё пройдёт. Ты лучше водички попей, всю заразу из себя выводи. — Я не хочу., — он прижался к ней, словно котёнок ласнясь головой о неё. Вскоре Гена заснул, а Юля ещё час наблюдала за ним. На утро Полякова снова померила температуру у Гены, которая спала до тридцати семи, да и сам парень чувствовал себя лучше. — Тебе что приготовить? , — спросила Юля, когда они ещё оба лежали в кровати. — Ниче не хочу, — морщился он. — Ну поесть то нужно. — Не хочу. — Может я в магазин схожу, куплю тебе что-нибудь? — Не, не надо. Побудь со мной просто. Девушка обняла Гену и пролежали они так час. Вскоре, Юля позавтракала сходила в магазин и каждые три часа мерила Зуеву температуру. — Я тебе фруктов нарезала, — на тарелке красовались сочные яблоки, апельсины, груши и банан, которые Юля подала прямо Гене в постель. — Масечка моя, — мило произнёс Гена, стараясь вложить в эту фразу свою благодарность, — такая хорошая ты у меня. Парень облокотился о изголовье кровати, поставил тарелку на ноги и принялся кушать. Рядом с ним села Юля, обняв его руку и облокотив свою голову на его плечо. — Вкусно? — Угу! , — уплетал он фрукты, — самое главное, что груша сочная, а то она бывает как картошка сырая, жрать невозможно! — Я очень рада, что тебе нравится. Я ещё йогурты купила, вкусняшки всякие, хлопья кукурузные, чтоб ты хотя бы чего-то пожевал. — Не, я фруктов нажрался, ща лопну. После его слов на лице Юли возникла улыбка. Вечером девушка приготовила бульон, отчаянно пыталась накормить Гену и у неё практически получилось. — Ген, хотя бы чуть-чуть! , — уговаривала Полякова, сидя на кровати с тарелкой рядом с парнем. — Да не хочу я! — Зуев! Сейчас отцу твоему позвоню! — Говоришь, как училка моя, — начал смеяться он. — Ген, я прошу тебя. — За каждую ложку ты целуешь меня, — выдвинул требования наглец. — Если мы с тобой вдвоём с температурой лежать будем, я буду всё одеяло себе забирать, — ещё не хватало, чтоб после их поцелуев Юля заболела. — Я тебя ещё пледом накрою. Девушка согласилась на эти условия и на удивление Гена съел почти всю тарелку. Юля похвалила парня и хотел уже идти, но он перехватил её руку. — Полежи со мной. — Сейчас тарелку ополосну, быстро на кухне уберусь и мы с тобой вместе посмотрим что-нибудь. — Мась, пожалуйста. Они долго лежали вместе, сериалы надоели, поэтому в ход пошли книги, которые Юля читала Гене, а он лишь эмоционировал на определенных моментах. Температура у Гены поднялась опять поднялась, снова таблетка, сон и обильное питье. Так было и на следующий день. На уговоры вызвать врача Зуев отнекивался и начинал всё больше ныть. Вскоре ситуация нормализовалась, жар уже его не мучал и чувствовал себя парень бодрячком. Все эти дни девушка не отходила от Гены, она ухаживала за ним, заботилась, выполняла любую прихоть и переживала за него. В один из дней в гости пришли друзья. — Чё, Гендосина, менты накрыли, решил дома отсидеться? , — Киса он и в Африке Киса. — Смотри, как бы они тебя не накрыли, малыш! — Ген, как ты вообще? , — спросил Мел, сидящий напротив кровати. — Да нормально, ну чуток температура была. — Парни, есть будете? , — заглядывая в комнату, спросила Юля. — Я к вам почаще буду заходить, — потёр руки Кислов. — Губу закатай! , — с молодежью Гена общался по-доброму. Не дожидаясь ответов, девушка ушла на кухню и начала накрывать на стол. — Ген, мы тут тебе купили всякого, — опомнился Хенк, показывая пакет в руках. — Пацаны, зачем? У меня итак всё есть, — засмущался Зуев. — Руки моем и живо есть! , — донеслось с кухни. Вся пятёрка ютилась за маленьким столом, поедая суп, салат и второе. Весь приём пищи сопровождался разговорами, шутками, смешными рассказами. После нескольких часов посиделок, компания друзей ушла. Девушка быстро убралась и прилегла к Гене. — Как ты себя чувствуешь? Не устал? — Не, нормально. Даже лучше немного. — Замечательно. Через пару дней Зуев пошёл на поправку. Он полностью выздоровел и снова вернулся к работе и своим делам. — Спасибо моему лечащему врачу. Благодаря ему я ещё жив, — говорил Гена в разговоре с отцом.