I see stars in your eyes

После прихода небесных людей на Пандору семье Салли пришлось многим пожертвовать, чтобы не потерять самое важное. Вопреки всему, каждый член их дружной семьи остался жив, а значит, что Джейк все сделал правильно, ведь он ,как отец, прежде всего должен заботиться о защите своих близких. Но как бы лесные НаВи не старались вписаться в новое племя, как бы они не пытались делать вид что все хорошо, каждый из них знал как тяжело всем приспособиться. И пусть имя Турук Макто вызывает уважение у НаВи всех кланов, их семью никогда не смогут принять как родную. У них появилось много друзей в новом клане, но и не меньше врагов. Вождь клана Меткаина велел уважать семью Салли и обучать жизни у рифов, но косые взгляды и перешёптывания, а порой и бесстыдные оскорбления водных НаВи во весь голос, говорили о том, что им здесь вовсе не рады. Часто приходилось слушать высказывания о странном тонком хвосте, слабом теле, бровях и «лишних» пальцах, ну и о «крови демона», что течет в них. Старших Салли это обходило стороной, в силу их возраста, доверия к ним и их умению постоять за себя. Им не известно, как бывают жестоки дети, как много может значить для них выделяющаяся внешность. Нетейам как никто другой из семьи это понимал. Как самый старший сын он должен был защищать сестер и брата, оберегать от разногласий, но и ему самому это давалось нелегко. Аонунг с друзьями не давал им прохода, никогда не упуская шанс позлить лесных. Больше всего злило что они ничего не могут с этим сделать, ведь Аонунг сын вождя, а значит, иметь с ним проблемы, ни в коем случае нельзя, у них и так сложились натянутые отношения с племенем, усугублять ситуацию ещё больше не хотелось. Именно поэтому каждый ребенок семьи Салли молчал о своих чувствах, о травле со стороны некоторых Меткаина и о многих неприятностях, которые с ними происходили, ведь родителям тоже тяжело даётся этот переезд, в любом случае, им не понять этих проблем. В последнее время между детьми и родителями как будто появилась пропасть, которая была виной их недопонимания. И когда то привычное «Салли за своих горой», уже не звучало так убедительно как раньше. В этих тяжёлых обстоятельствах младшим Салли очень помогала улыбчивая Цирея, но даже она не могла справиться с характером брата. Иногда, Ло’ак даже забывал что она сестра Аонунга, ведь они с ней такие разные. Как такая добрая НаВи могла быть родственницей этого задиры? Его злила беспомощность по отношению к водным НаВи. Они были сильнее, их всегда было больше, а ещё, им гораздо легче давалось то, что не получалось у лесных. И они этим часто пользовались. Ло’аку было страшно, но ещё больше он боялся за сестер, которым было куда сложнее ответить назойливым хулиганам. Нетейам изрядно устал от двойной жизни которую им приходится вести. Утром он защищает свою семью от нападков шайки Аонунга, а вечером, за ужином, делает вид перед родителями что они с ним давно хорошие друзья. Так, день за днём в старшем сыне Джейка и Нейтири росла ненависть к этому противному НаВи. Он понятия не имел за что им приходится терпеть все это. Да, в них течет кровь небесных людей, но в этом нет их вины, они выглядят не так как представители рифов и не умеют ещё многого, но ведь они прилежно учились, стремились познать все о водной жизни. Тем не менее им всегда за это доставалось. Нетейам и представить себе не мог в чем причина такого поведения со стороны Аонунга. ✨ Уже который день лесные НаВи занимались с Циреей дыхательными упражнениями. Сидя на камне, они все как будто медитировали, расслабленно то опуская, то поднимая плечи. Цирея расположилась между старшими, чтобы она могла лучше видеть Ло’ака, прямо напротив себя. У Кири и Нетеяма уже получалось гораздо лучше чем раньше, однако до водных им было ещё далеко. Что касается Ло’ака, тот постоянно отвлекался и не мог сосредоточиться, поэтому его успехи были весьма скудными, что Цирея и собиралась сегодня исправить. Вот уже целый час лесные усердно трудились. Неожиданно, не открывая глаз, все почувствовали как Ло’ак вскрикнул и повалился вперёд, что то рыкнув сквозь зубы. Его кто то толкнул, при чем очень сильно. — Опять ты, Ротхо! Отвали рыбья голова. — Успокойся, пятипалый уродец. — Тебе повторить что такое кулак? Приоткрыв глаза все обнаружили перед собой незаметно подкравшихся Ротхо и Аонунга. У них были громоздкие тела, но когда они хотели, то могли передвигаться довольно тихо. — Лесные обезъянки снова практикуются в дыхании? По моему, уже пришло время для лазания по деревьям. Обед приближается, неплохо бы вам собрать кокосов. Как всегда, сквозь самодовольную ухмылку дерзил будущий вождь, обходя камень. Нетейам в ответ на это лишь сжал кулаки и скрипнул зубами. Маленькая Тук непонимающими глазами искала на себе взгляд брата. Заметив, что старший уже на пределе, Цирея решила вмешаться, придерживая друга за плечо. — Аонунг, хватит, тебе нужно оставить их в покое. Отец будет недоволен если узнает что ты снова до них докапываешься. Но эти слова почему то подействовали на него совсем не так, как она хотела. Внимание водного перешло на Нетеяма. Он резко убрал бирюзовую руку сестры с его плеча. — О, что ты? Мы с лесными хорошо ладим, поэтому они не против когда мы отпускаем такие шутки. Да, большой брат? Кири, все это время сидевшая в стороне, закатила глаза и увела сестру в Маруи. Она не хотела чтобы малышка вновь стала свидетельницей стычки мальчишек. — Кири, я хочу остаться с ними, мы не можем их здесь бросить! — Милая, давай лучше поможем маме с обедом. Нетеям и Ло’ак справятся без нас, обещаю. Малышка послушно взялась за руку сестры и удалилась вместе с ней, часто оглядываясь в сторону камня. Терпеть подобные высказывания уже не осталось сил. Нетейам вскочил с места и рывками приблизился к сыну Тоновари. — Хватит! Сколько бы я не просил отвязаться от нас, вы продолжаете лезть. Неужели вам было мало той драки? Мы можем её продолжить, вот только учти, что достанется в любом случае всем, поэтому хорошо подумай, Аонунг! Он грубо толкнул водного в грудь, от чего тот повалился на песок. Конечно, телосложение рифовых НаВи было крепче и крупнее, но Аонунг не удержался на месте от неожиданности. Обычно такой спокойный и сдержанный лесной сегодня был раздражён как никогда. Нетейам никогда бы не начал драться не предприняв попытки уладить всё на словах. Он вёл себя как обычно, но такой шквал эмоций обрушился на него только на этот раз. Поведение старшего потрясло всех. Казалось, что из глаз Нетеяма начали летать искры, а кожа от злости приобрела фиолетовый оттенок. Цирея догнала его, заботливо встав напротив, чтобы оградить брата. — Neteyam, nìtam, rutxe. Руки вновь опустились на чужие плечи, а глаза смотрели прямо в душу, возвращая остатки самообладания. — Братишка, мы не хотим неприятностей, ты помнишь? Ло’ак говорил с сожалением в голосе. У него тоже накопилось достаточно недосказанностей, но у него были причины держать себя в руках. Нетейам, не смевший накинуться на лежачего, лишь громко зашипел в сторону Аонунга и большими быстрыми шагами удалился в сторону скалистых пещер. Косы задвигались в разные стороны. Он был похож на разъяренного тонатора, свирепый и неукротимый. — Оставь его, пусть остынет. Иди, мы с Аонунгом должны поговорить. …Одни Водный встал на ноги и одними глазами показал друзьям покинуть пляж. С его лица стёрлась привычная самоуверенность и ухмылка. Он стоял прямо перед лесным, возвышаясь над ним из-за высокого роста, но при этом чувствуя себя совсем маленьким и уязвимым. Уши поджались, а ладони запотели. Такое поведение показалось Цирее очень странным. — Прошу, только не делайте глупостей. Попрощавшись, она уплыла за водорослями к обеду, стараясь не отплывать далеко, чтобы видеть действия мальчишек. Ло’ак, пусть и питал неприязнь к сыну вождя, но во многом его понимал. Он допускал, что такое поведение, наверное, должно было быть вызвано чем то, что приносит Аонунгу большую боль. У него так же были проблемы с взаимопониманием с родителями и в какой то мере, Ло’ак видел в нем себя, немного обиженного и обозлённого. Вот только у лесного были сестры и брат, которые всегда были рядом, поддерживали его и понимали. К тому же, нужно было заботиться о них, Ло’ак просто не мог поставить благополучие своей семьи выше своих чувств и эмоций. Кто знает, какие секреты и проблемы таит внутри себя Аонунг. — Эй, Аонунг… Не прячь глаза, я знаю что ты хороший парень. Прости за брата, он резко сегодня отреагировал, но и ты не должен был снова начинать. Наше терпение не бесконечно. Давай не будем усложнять, просто скажи, чего ты добиваешься? Хочешь чтобы мы покинули деревню? Извини не мы реша. — Нет. — Что? Уши сбитого с толку Ло’ака вдруг дёрнулись. — Не уезжайте. Я извинюсь перед Нетейамом …И перед всеми вами. Только останетесь, пройдите обряд икнимайя, я не буду вам докучать, обещаю. Возможно, бурная реакция Нетейама на сегодняшнюю выходку действительно очень потрясла водного и заставила многое обдумать и переосмыслить. — мой вопрос остался без ответа. хвост выдавал напряжение, непроизвольно двигаясь из стороны в сторону. — Я добиваюсь… Я не знаю. –Врёшь. Ты просто не хочешь говорить мне. Мы обязательно вернёмся к этому, но сначала ты должен извиниться. Я верю, что у нас получится поладить. Не потому, что так просил сделать отец, а потому что мы хотим этого, я уверен, что ты тоже. Нам пора прийти к этому. Ло’ак был очень взволнован, он не был уверен в том, что этот разговор к чему то приведёт. Это был первый раз, когда он общался с Аонунгом без ехидства и передразниваний. Однако, он услышал гораздо больше, чем ожидал. — Ло’ак, я вижу тебя. Прикрыв глаза водный плавно опустился на колено. — Прости за то, что не давал покоя тебе и твоей семье. Мои друзья лишь подражали мне, большая часть вины на моих плечах, обещаю не допускать такого больше. Я приношу свои извинения. Прошу, передай сёстрам что я раскаялся. С Нетейамом я поговорю сам… Завтра. Он не готов сейчас говорить со мной. Каждое слово как будто вытягивались из НаВи нитями. Ему было очень сложно принять вину, а извиниться ещё сильнее. Аонунг слишком привык быть безнаказанным и всегда получать желаемое. Несмотря на сложность его положения, он не позволил себе опустить глаза. — Вижу тебя и принимаю извинения, Аонунг. Наверное, Ло’аку должно было полегчать после сказанного, однако напряжение все равно тяжёлым грузом висело на его плечах. Поэтому после этих слов оба разошлись, оставив пляж, на котором сегодня было так оживлённо, пустовать. ✨ Нетейам действительно был сегодня взволнован. И пусть его не выдавало лицо, но хвост ясно давал понять что с ним что–то происходит. Он твердил себе что его состояние вызвано тоской по дому, он буквально вбивал себе эту мысль в голову. А может быть он просто устал. Устал быть единственным защитником семьи, устал жить двойную жизнь, где в одной всё просто замечательно, а другая кишит проблемами, вызванными Аонунгом. Или он устал от самого Аонунга, от его постоянного присутствия, надоедающих действий, дурацкого, самоуверенного, пленящего голоса, глубоких лазурных как океан глаз, бесстыдно смотрящих прямо в янтарную пару глаз Нетейама, или от его постоянных прикосновений, бархатной кожи или… Нет, он точно всего лишь соскучился по дому, иначе быть не может. В стенах небольшой пещеры Нетейам сидел у маленького озера, бросая туда время от времени камешки. По его глазам можно было понять что он ужасно напряжён. Навязчивые мысли о Аонунге и о том, как он себя сегодня агрессивно вёл при всех не давали покоя. Он как будто везде, даже если его нет рядом. Все мысли о нём одном, иногда плохие иногда всё же. приятные? Невозможно, недопустимо, неправильно. Он не знал куда деть все эти противоречивые чувства, из было слишком много, с ними невозможно было справиться. Он привык всё держать в себе, ни с кем не делиться и никому не показывать. Сегодня он не сработал с собой и это злило ещё больше, выводило из себя и медленно убивало изнутри. Совершенно не контролируя себя и свой гнев он вскочил с места и подбежал к стене и ударил со всех сил. Мелкие острые выступы сильно ранили руки. На костяшках показались первые капли багровой крови. Нетейам лишь тихо выдохнул сквозь зубы и продолжил. Он наносил удары снова и снова, чередуя кулаки. Кровь испачкала стену, медленно стекая к полу. Он не представлял на месте несчастной стены обидчика, он ударял её без особой цели и побуждений, словно наказывал себя за слабость. Руки уже перестали что либо чувствовать, но он не прекращал, с особым удовольствием размазывая кровь сильнее. Копаться в себе не было никакого желания, казалось вот так бездумно выпустить пар через боль, самое правильное решение. В конце концов Нетейам выдохся. Остановившись, он присел у стены, часто дыша. Взглянул на руки. Выглядело, мягко сказать, не очень, но улыбка не сползала с лица. Стало значительно легче. Вскоре, чувства вернулись и пришлось ощутить неприятное сильное жжение, которое он не замечал из-за вспышки ярких эмоций. Он промыл раны в озере, благо вода здесь была пресная, и перевязал куском из пальмового листа. Возвращаться домой в таком виде не хотелось, но больше ничего не оставалось. ✨ Дома Нетейама уже ждала вся семья. — Почему тебя не было на обеде? Строгий голос отца пробирал до мурашек. — Я был не голоден и захотел поплавать на илу. Нетейам взглянул на Ло’ака, стоявшего возле матери. Он выглядел поникшим, видимо он тоже подвергся допросу. — Ты же понимаешь что не можешь просто так уходить, никого не предупредив. Своей неявкой ты так же проявил неуважение к клану Меткаина. Что я говорил тебе на этот счёт? Не заставляй меня повторять одно и то же. Взор Джейка устремился на руки, которые Нетейам прятал всё это время. — Что это? Ты опять дрался с Аонунгом? Отец выхватил руку, убрав повязку. — Отвечай! Взволнованный Ло’ак поспешил объясниться за брата. — Отец, он ничего такого не. — Перестаньте покрывать друг друга, мне нужен достоверный ответ. Спрошу ещё раз. Нетейам, Где. Ты. Был? — Я не вру! Я и пальцем не трогал Аонунга сегодня. Я просто упал на скале. Поверить в это, глядя на серьезность ран, было тяжело. От собственной лжи скрутило живот, но нельзя было подавать вида. — Не хочу ничего с тобой обсуждать! Ты всегда слушаешь, но как будто ничего не слышишь. — Тебе стоит подумать над тем, как ты разговариваешь со мной. Спишь сегодня один! Я спрошу у Тоновари на счёт вас и если это правда, ты выйдешь за пределы маруи как минимум только через месяц! — Ма Джейк, ты слишком строг с сыном. Нейтири попыталась обнять сына, но Джейк не дал ей этого сделать. — пусть научиться учиться на своих ошибках. Грустные глаза сестер и брата проводили Нетейама до дальней части дома. Злость и обида комом застряли в горле, в глазах собрались слёзы, но Нетейам держался, не давал им стечь по лицу. Невыносимо больно было принять то, что отец абсолютно его не понимал. «И опять, всему виной Аонунг. И как у него только получается портить жизнь даже на расстоянии. Хотя, это ведь не его вина. Все хороши. Джейк никудышный отец, а я самый настоящий слабак.» Он улыбнулся своим же мыслям. ✨ Аонунг не находил себе места. Он рассчитывал на то, что Нетейам придет на обед. Видимо, всё серьезнее чем казалось. Проходя мимо пляжа он всё думал, что такого сегодня мог сделать настолько плохого, что выбить лесного из колеи. Ведь сегодняшний поступок это лишь малая часть того, что он мог натворить. Чувство вины стянуло грудь почти до боли. Ещё чуть чуть и будет невозможно дышать. Скорее бы наступило завтра. ✨ За ужином уже присутствовали все члены семей. Аонунг не осмелился взглянуть в глаза Нетейама. Но он не мог не заметить повязки на его красивых руках. Сердце сжалось в груди. «Вот бы узнать причину. Ну многого выяснять не придется, безусловно главная причина это я…» Семья Салли села на привычное место, в этот раз к ним присоединилась Цирея. Тоновари был рад дружбе хотя бы некоторых их детей, поэтому не выступил против. Наверное, она хотела поддержать Нетейама после ссоры на пляже. Она села прямо возле него, поприветствовав своей лучезарной улыбкой. Сложно было устоять и не улыбнуться в ответ. Аонунг не мог перестать то и дело невзначай бросать на них взгляды. Она очень оживлённо обсуждала с детьми Салли что–то, им явно всем было весело с ней. Даже омрачённое лицо Нетейама в миг стало счастливым. Аонунг не стал доедать и уже собирался уходить, чтобы лица Салли и сестры не мозолили ему глаза. — Аонунг, постой. Голос Торук Макто остановил его. — Задержись, пожалуйста. Нам есть о чем поговорить с тобой. Да, Нетейам? Улыбки вдруг исчезли с лиц друзей.