Летний треугольник.

В замыленное вытянутое окно пробился бледно-золотистый луч света. Он упал на холодный дощатый пол, осветил выцветший длинный ковёр, на котором располагался блестящий прямоугольный стол. Луч сполз на истёртые корешки книг и высокие полки, неторопливо исследуя пустой кабинет. Наконец, полоса остановилась у плотной дубовой двери. Пыль собралась на свету, медленно кружась в воздухе. Звенящую тишину нарушил громкий хлопок входной двери. В кабинет неторопливой походкой вошли двое мужчин. Первый, явно ниже своего спутника, облачённый в свободную чёрную футболку в тон джинсам, устало потянулся, тряхнув своими роскошными чёрными локонами. За ним следовал высокий мужчина в тёмном кофейном костюме. Его непривычно уложенная русая чёлка и идеально отглаженная одежда, придавали ему невозможно забавный вид. Он настолько неестественно выглядел, что ему и самому было неудобно: он рефлекторно тянулся провести рукой по волосам, но вспомнив об укладке, резко одёргивал ладонь; на костюме появились новые складки, что довольно сильно его раздражало. Веснушчатый нос мужчины забавно морщился, стоило идущему в пути темноволосому сдавленно захихикать. – Надо же, а здесь совсем ничего не изменилось! Вспоминаются былые деньки, верно, Реми? – Брюнет с очаровательной усмешкой, напоминающей хищный оскал, оглядел уютные стены кабинета, остановив взгляд серых глаз на нахмурившемся веснушчатом лице Ремуса. Люпин тяжело вздохнул, раздраженно закатив голубые глаза. – Естественно, сколько раз мне приходилось вытаскивать твою и Джеймса задницы из разных передряг. Я каждый год был уверен, что нас точно исключат, –Ремус сложил руки на груди, в упор глядя на широко раскрывшего глаза Блэка. – Оооо, Реми, ты такой душка когда злишься! Можешь похмуриться ещё немного? – Сириус накинулся на Ремуса с объятиями, начав трепать его уложенные русые пряди. – Не могу! Сириус!!! Прекращай! Ты испортишь! .. Д-да отстааань!!! – Щёки Люпина резко вспыхнули красным. Он даже начал колотить Блэка по спине, лишь бы тот уже отцепился от него. – Надо же, семейство Блэк-Люпинов практически в полном составе. Как там малышка Яся? – В комнату прошёл лучезарно улыбающийся рыжеволосый мужчина в поношенном бежевом костюме, под руку с хорошенькой полноватой женщиной, в голубом ситцевом платьице. – Ох, Ремус, ты совсем похудел! Сколько раз я говорила, что тебе нужно есть больше? Это всё из-за твоей работы! Обязательно приходите всей семьёй к нам на ужин в Нору, дети будут в восторге! – Она тряхнула такими же как у мужа рыжими волосами, укоризненно тыкнув Люпина в плечо. Ремусу оставалось только с улыбкой принять приглашение на ужин, виновато кивнув. – Артур, Молли!!! Как я рад вас видеть! – Блэк всё-таки отклеился от растрёпанного и раскрасневшегося Люпина и собрал в охапку семейство Уизли. Сириус чуть не задушил Молли в своих неуклюжих объятиях, из-за чего встревоженно извинялся перед ней несколько раз. Женщина только шутливо отмахнулась, крепко обняв Блэка в ответ. Артур весело улыбнулся, с удовольствием пожав Сириусу руку. – С нашей дочуркой всё отлично. Переживает перед своим первым днём в школе. Кажется, свой сундук она уже две недели как собрала. – Сириус потёр грудную клетку, громко расхохотавшись. Его смех, больше похожий на собачий лай эхом отдался от стен кабинета директора. – Рон и Ксения, должно быть, тоже сильно волнуются, – Высокий мужчина с пепельными волосами поправил концы своего чудаковатого пиджака в жёлтую клетку и добродушно оглядел всех присутствующих. Он появился настолько тихо и неожиданно, что Сириус с Артуром невольно вздрогнули, но заметив на себе удивлённые взгляды Ремуса и Молли, приняли невозмутимый и даже скучающий вид. – Ксенофилиус, рад встрече, – Артур первый подал руку Лавгуду, учтиво кивнув в знак приветствия. – Да, дети стали даже слишком послушными. Бояться, что Молли не купит им почтовую сову. Хотя это не помешало им на прошлой неделе разгромить ... – Уизли болезненно охнул, получив локтём в бок от жены. – А как поживают ваши очаровательные дочки? – Молли поспешила обойти всё ещё щурившегося мужа, приветливо улыбнувшись Ксенофилиусу. Тот на мгновение ушёл в свои мысли, умиротворённо прикрыв глаза. – А? Дочки? Да.. Да.. С ними всё прекрасно, – придя в себя, Лавгуд всплеснул руками, очевидно что-то припомнив. – А! Полумна всё помогает моей милой Кристине с окулиэкьютами. Я и сам пытался их настроить: надо только разобраться с диоптрией, да и над оправой стоит поработать... Верно-верно, над ними стоит ещё поработать! – Ксенофилиус пожал руку и Сириусу, но тут же снова о чём-то глубоко задумался, разглядывая большой золотой глобус в левом углу кабинета. Под потолком зажглись огни большой круглой люстры, осветив удивлённые лица собравшихся. Массивное кресло директора, обитое мягкой золотистой тканью придвинулось ближе к столу, образовав складки на блеклом ковре. С яркой голубоватой вспышкой на нём появился седоволосый волшебник. Он непринуждённо отряхнул рукава своей серой мантии, после чего принялся перебирать предметы на столе. Казалось, волшебник совершенно не замечал посторонних в своём кабинете, бормоча вполголоса что-то себе под нос. Наконец, он достал какую-то небольшую жестяную коробочку из ящика стола, довольно похлопав по её крышке. – Кхм, кхм, профессор Дамблдор? – Люпин, неуверенно окликнул директора, хлопая светло-голубыми глазами. Профессор отвлёкся от своей находки, поправив очки половинки. Он внимательно осмотрел всех присутствующих, и его лицо приняло радостное и в то же время удивленное выражение. – А, что я вижу! Уизли, Блэк-Люпины! Даже Лавгуд здесь! Чудесно! Рад, что вы так скоро откликнулись на моё письмо. – Он достал из кармана палочку, несколько раз искусно взмахнув ей. У каждого за спиной появилось по удобному цветному креслу, с тонкой резьбой у ножек и, почему-то, теперь все держали в руках стеклянные тарелочки, доверху заполненные сладостями. Но, к сожалению, при ближайшем рассмотрении оказались лишь лимонными леденцами. – Эм, директор, мы, конечно, рады такому радушному приёму и нам очень приятна ваша компания, ведь... – Начал как можно вежливее Ремус, пододвинув к себе низкое жёлтое креслице. – Зачем вы нас позвали, директор? – Сириус весьма грубо прервал Люпина, преспокойно плюхнувшись в сиреневое кресло. Ремус оглядел Блэка своим фирменным недовольным взглядом, но получив в ответ лишь мягкую улыбку вкупе с нелепым подмигиванием, раздражённо отвернулся, хотя по-прежнему искоса поглядывал на Сириуса. Да, эти двое совершенно не исправимы. Артур с Молли переглянулись, осторожно присев на свои тёмные стулья, после чего добродушно посмеялись, заставив Люпина вновь залиться румянцем. Дамблдор тоже коротко похохотал, погладив длинные серебристые пряди своей бороды. – Ну что же, у меня для вас есть две новости. Одна чудесная, другая прекрасная, – профессор выдержал паузу, пододвинув жестяную коробку к краю стала. – Нам передали на хранение философский камень, – Собравшиеся удивлённо ахнули, стоило Дамблдору приподнять крышку коробочки. На бархатной подушке красовался небольшой полупрозрачный камешек, бледно-зелёного цвета. Он жадно поглощал солнечные лучи, сияя намного ярче за их счет. Камень словно желал ещё больше овладеть вниманием публики, заискрившись тёплым золотистым свечением. Лавгуд достал из кармана окуляр и, перегнувшись через головы , нависшего над камнем семейства Уизли, принялся разглядывать диковинку. – Надо же, вне всяких сомнений. Такая чистая магическая энергия может быть только в философском камне! Удивительно! Защитные чары на высшем уровне. Если смешать его с агатом и сапфиром... – Дамблдор приподнял уголки губ и с щелчком захлопнул коробочку, тем самым остановив поток мыслей Ксенофилиуса. Артур сжал руку жены, стараясь выкинуть из памяти манящий блеск желтеющего камня. "Это опасно. Очень опасно," – снова и снова повторял про себя глава семейства Уизли. – Благодарю за подробный анализ филосовского камня, мистер Лавгуд. А теперь, если позволите, я оглашу вторую прекрасную новость, – Директор чему-то усмехнулся, подперев подбородок ладонями. Ксенофилиус предпочёл дать ответ робким кивком, и то-ли извиняясь, то-ли продолжая размышлять о необычных свойствах артефакта, шаткой походкой отошёл в дальний угол кабинета, где устроился в кресле. Дамблдор, проводив его скучающим взглядом, вновь заговорил своим тихим размеренным голосом. – Гарри Поттер едет в Хогвартс, друзья мои. В комнате воцарилась звенящая тишина, которую никто из присутствующих не решался нарушить. *** Мелодичные звуки скрипки и весёлый свист флейты наполняли украшенный белыми лентами сад Уизли. Люди вокруг кружились в танце в такт музыке, наслаждаясь вечерней свежестью. Царил тот самый безудержный и безмятежный дух веселья, при котором хотелось просто отдыхать. Этим и занимались гости Норы, провожая тёплый августовский вечер. Со всех сторон слышался смех, топот смущённо вальсирующих пар и весёлый звон бокалов. Кто-то из приглашённых решил запустить в воздух несколько ярких вспышек. Выглядело это довольно зрелищно: разноцветные огоньки таяли в нежно-малиновом небе, а затем вновь собирались, принимая формы магических животных. Дети громко аплодировали, восхищённо вглядываясь в небо широко раскрытыми глазами. Каждый из них протягивал вверх ручки, желая потрепать гиппогрифа, или поймать за холку нюхлера. Среди таких ребят оказалась худенькая невысокая девочка в голубом платьице. Её огненно-рыжие волосы были собраны в небольшую французскую косу, которая завершилась толстым ленточным бантиком лазурного цвета. Казалось, она не могла найти себе места на празднике, не способна была заговорить с кем-то из гостей, хоть и имела возможность. Являясь виновницей сегодняшнего торжества, она ждала какого-то особенного события, которое могло бы в корне изменить её жизнь. Ей и самой было смешно от собственного поведения, но ничего подделать с собой она не могла. – Джинни! Вот ты где! – Позади послышался знакомый звонкий голос сестры, от чего рыжеволосая резко обернулась. – Не поверишь, Рон снова уронил тарелку с закусками, –девочка остановилась на месте, пытаясь перевести дыхание. – И теперь он похож на садового гнома. Хочешь взглянуть? Джинни перевела на сестру свои большие серые глаза. Эта была девочка невысокого роста, в широкой белой футболке, поверх которой был надет простенький, но удобный зелёный комбинезон. Скучающе пнув носком поношенных серых кед камешек, она тут же о чём-то задумалась, сложив руки за спиной. Это была первая дочь семейства Уизли – Ксения. Крайне весёлая и удивительно талантливая в поиске приключений личность. К своим одиннадцати годам она уже не раз устраивала переполох в Норе, прибавляя седых волос на головах родителей. Но она не была лишена остроумия, чуткости и тонкого чувства прекрасного. Напротив, все в семье отмечали её талант к рисованию и сложению стихов. Что интересно, каждый знакомый с Ксенией главным достоинством называл её по истине сильную проницательность. А всю ту взрывную и неконтролируемую активность приписывали дурному влиянию близнецов Уизли. Через несколько секунд в лазурных глазах девушки блеснула искорка, её тонкие губы сложились в довольную усмешку. Уловив улыбку на лице сестры, Джинни едва заметно нахмурилась, сложив руки на груди. – Если ты придумала, как ещё отомстить Рону, то забудь. Иначе я всё выложу маме, – рыженькая насупилась, пытаясь выглядеть максимально серьёзно. – В нашей семье завёлся предатель, выкладывающий ценные сведения о шалостях! – Ксюша аккуратно оттянула щёки сестры, начав сминать их руками, что абсолютно не устроило Джинни. – Эй! Он всего-то назвал тебя гномом один раз! И чего это я сразу предатель?! А ну наклонись!!! – Девочка сильнее сдвинула рыжие бровки, пытаясь дотянуться до щёк хохочущей во всё горло сестры. *** Как такое вообще могло произойти? В гостиной Норы собралась компания из трёх человек. Две уже знакомые нам девочки остановились в дверном проёме, наблюдая, как рыжеволосый парень тушил диван подпалённым пледом. Он размахивал им из стороны в сторону, а затем снял кружевную скатерть со стола, решив накинуть её на огонь. – Рон, какого чёрта?! – Ксюша чудом успела подхватить скатерть, отбросив её в сторону на безопасное расстояние. Джинни пулей принесла брошенное братом покрывало, помогая сестре тушить огонь. В ход пошла и вода из любимой вазы миссис Уизли. – Я хотел.. Я только хотел попробовать фейерверк.. Как тот волшебник и.. – Начал оправдываться уже уставший размахивать пледом Уизли. – И заодно решил спалить наш дом?! Гениально! – Девочка нахмурилась ещё больше услышав приближающиеся шаги. Если это кто-то из взрослых, то им определённо конец. Ксения быстро раскидывала мозгами, как лучше объяснить ситуацию, чтобы не влетело всем троим по первое число. Пламя по-прежнему полыхало, ибо неумелое заклинание Рона перепрыгивало с одной стены на другую. Джинни испуганно айкнула, когда над её головой пронёсся то-ли бешеный магический страус, то-ли трёхлапая химера. В комнату заглянула высокая девочка. На ней были лёгкие бежевые балетки и белое летнее платье, подвязанное светлым поясом. Платьице смотрелась на ней довольно необычно, из-за её густых тёмных волос. Заметив на себе ошарашенные взгляды трёх Уизли, она потянулась закрыть дверь. – Простите, я, кажется, не вовремя, – уйти девочке так и не удалось, Ксюша поспешила удержать её за запястье. – Нет, ты очень-очень вовремя! Я одолжу? – Не дождавшись ответа, Уизли выхватила стакан из рук тёмноволосой, выплеснув содержимое на бушующий огонь. Пламя на мгновение ослабло, но скоро разгорелось с новой силой. –Огневиски? — Ксюша сморщилась, почувствовав резкий запах алкоголя из бокала. Она удивлённо округлила глаза, молча разглядывая не менее шокированную гостью. – А! Там... Это... Отец попросил подержать... Я хотела сказать, но... – Темноволосая виновато опустила голубые глаза в пол. Внезапный крик Рона заставил девочек вздрогнуть. Пламя перекинулось на серую штанину мальчика. Пытаясь потушить огонь, Рон скакал по всей гостиной, катался по полу и отчаянно стучал своим ботинком по ноге. За ним с покрывалом бегала встревоженная Джинни. Ксюша, хоть и пробурчала что-то больше напоминающее проклятия или ругань, но тоже бросилась на помощь брату. – Агуаменти! – Струя воды окатила Джинни и Рона, в момент потушив полыхающий диван. Ребята дружно обернулась ко входу, надеясь не встретить укоризненный взгляд старших. И им снова повезло: в дверях остановилась девочка в простом сиреневом платье. Это было длинное очаровательное платьице с широким белоснежным воротником, аккуратно лежащим на её хрупких плечах. Она уверенно держала в руках длинную кривую палочку, с вежливой улыбкой осматривая присутствующих. Из-за её спины выглядывала белокурая голубоглазая девочка в пышном бирюзовом платье. – Лавгуд, – спокойно проговорила Ксения, сузив светло-голубые глаза. – Уизли? – Неизвестная отчеканила каждый шаг своими чёрными туфельками, повторив учтивую улыбку. – Эм, спасибо большое, я боялась, что мы тут всё спалим. Но, разве вам можно пользоваться магией? – Темноволосая, почувствовав образовавшееся напряжение, смяла концы своего белоснежного платья, благодарно кивнув юной волшебнице. – Пустяки, это палочка моего отца. Не думаю, что ближайший час он заметит пропажу. К слову, меня зовут Кристина. Кристина Лавгуд. Оу, а это моя маленькая сестрёнка Полумна. – Кристина торопливо собрала в пучок свои светлые шоколадные пряди, заколов его той самой тонкой волшебной палочкой. Лавгуд радушно пожала руку робкой девочки, параллельно поглядывая в сторону сестры. – Ну же, Полли, поздоровайся, – Белокурая, в свою очередь, вышла из-за спины Кристины, совершив элегантный реверанс. – Я – Полумна Лавгуд. Рада, что мне представился шанс познакомиться с потомком Люпинов и Блэков. У тебя чудесное платье, – она изящно приподняла голову, всматриваясь в удивленные лица собравшихся. – А, Джинни, как насчёт прибрать здесь? Я слышала, что в пепле образуются темномонстры, – Младшая Лавгуд чему-то добродушно рассмеялась, следуя за Уизли вверх по лестнице. Рон тоже вскочил с места, решив помочь девочкам донести веники и совки, немного побаиваясь упомянутых Полумной темномонстров. – Эм, я – Ярослава Блэк-Люпин, рада знакомству. Ещё раз спасибо за помощь, – её улыбка стала более уверенной, хотя на последних словах она запнулась, переступая кружевную скатерть. – Вините во всём моего недалёкого братца! Ну, ты нас правда выручила, Лавгуд. Признаю. – Блондинка сложила руки на груди, вглядываясь в глубокие серо-голубые глаза Кристины. – Может, по мне и не скажешь, но я Уизли, Ксения Уизли. Старшая сестра этой стесняшки Джинни и младшая сестра этого оболтуса Рона. Ну, там всё сложно, не спрашивай, – Теперь она обращалась к Ясе, протянув ей для знакомства руку. – Итак, может, нам стоит выкинуть этот обгорелыш? Лавгуд, сможешь нашаманить новый диван? – Уизли заговорщицки усмехнулась, пихнув локтём Кристину. – Посмотрим, я могла бы его восстановить, правда... Нет, лучше его выкинуть, оставив только пружины и некоторую обивку, – Лавгуд внимательно рассмотрела печальные останки мебели, прикидывая, что ещё может пригодиться. – Как насчёт совершить явку с повинной? Чисто сердечное признание снижает тяжесть наказания, – Блэк-Люпин отступила на шаг, разглядев недовольство во взгляде сообщников. – Ладно-ладно, мысль и правда дурацкая, – Ярослава присела на пол к девочкам, помогая разбирать обгоревшие доски. Да, этот диван уже точно не спасти. – Почему же, мысль вполне здравая, – все трое с ужасом перевели взгляды в сторону недовольного голоса. По скрипучей досчатой лестнице один за другим спускались родители девочек, серьёзный вид которых не сулил ничего хорошего. За ними с опушенными головами плелись Джинни, Рон и Полумна.