Мы слишком молоды, чтобы вести себя мудро

      — Вань, давай еще разок. — Хенк целует затылок запыхавшегося Кисы, который тяжело дыша пихает его локтем в бок и переворачивается на спину.       — Блять, Борь, это четвертый раз уже! Откуда в тебе столько спермы? — капризничает, но отказывать даже не собирается — полноценно они трахаются не очень часто, обычно обходясь более быстрыми отсосами или взаимной дрочкой, а потому из подобных удобных случаев выжимают все, что можно.       — Мы не виделись давно. — отвечает Хенк, словно это все прекрасно объясняет и открывает новый квадратик презерватива.       — Ты что, не дрочишь даже? — Киса пререкаться не перестает, но уже устраивается поудобнее, притягивая Борю к себе за шею, пока тот раскатывает резинку по члену.       — Кис, ну что ты заладил? — Хенкин целует его в челюсть, медленно опускаясь к ключицам и Ваня закусив губу льнет к этим касаниям, но дразниться не перестает. То ли пытается добиться от Хенка смущения, то ли спровоцировать на грубость.       — Да сам бы попробовал побыть на моем месте. — в шутку усмехается Кислов и вплетает пальцы в пшеничные кудри, оттягивая их словно в поторапливающем жесте. Боря неожиданно поднимает к нему глаза и серьезно выдает:       — Хорошо. — а потом не позволяя Кисе долго думать над ответом толкается внутрь, растягивая удовольствие и наслаждаясь тем, как тот давится вздохом.       Поверить услышав это предложение во второй раз оказывается не легче — почему-то такая мысль ни разу не посещала ранее его забитую чем попало голову и теперь он ощущает себя так словно Боря ему предлагает вступить в ряды плоскоземельщиков.       В тот день после еще одного захода и крепкого двухчасового сна Боря поворачивается к нему и надевая свои любимые красные треники невзначай бросает:       — Ты мне помоги с этим.       Киса недоуменно уставляется на него, отвлеченно замечая как Хенк начинает смущаться.       — С подготовкой помоги говорю, Кис. Я лучше тебе доверюсь, чем интернету. — Боря снисходительно качает головой и тянется за валяющейся на стуле майкой.       — И в чем же я умнее интернета? — Киса слегка хмурится, все еще немного сонный и недовольный, что Хенка приходится отпускать, и мозг обрабатывать информацию отказывается совсем. Хенкин даже останавливается с майкой натянутой на руки и смотрит на него в упор, словно пытаясь что-то разглядеть в его лице.       — Не могу понять: ты прикалываешься или правда забыл? — по подскочившим кисиным бровям понимает, что ситуацию нужно прояснять. — В следующий раз поменяемся местами. Ты же этого хотел? Я буду снизу.       Ваня неосознанно морщится — фраза «Ты же этого хотел?» оставляет внутри странный осадок.       — Слушай, не надо это только ради меня делать.       Борин взгляд из немного непонятливого переменяется на совершенно озадаченный. Он откладывает толстовку в сторону и усаживается на кровать возле Кисы, все еще одетого в одни трусы, требуя немного времени, чтобы без объяснений определить причину такой неоднозначной реакции. С Ваней даже ему не всегда было понятно наверняка, что за ниточка потянула за потаенный где-то глубоко в душе триггер, но за годы общения он все-таки научился с переменным успехом прослеживать цепочки мыслей, которые строятся у него в голове. Наконец приходит осознание.       — Я и не делаю. Точнее, это не единственная причина. Хочу сделать тебе приятно, но и попробовать тоже реально хочу. — Хенк с усмешкой легко толкает его в плечо, разряжая обстановку и видит, как расплывается в довольной улыбке Киса.       — Ладно, Хенкалина, убедил. — кокетничает, как будто после таких слов его вообще надо было уговаривать.       — Тогда договорились. — Хенк подается вперед позволяя Кисе обхватить свое лицо и увлечь в поцелуй.

***

      К удивлению Кисы это действительно произошло. Казалось бы, после двух подтверждений нечего сомневаться, но через неделю после их обсуждения деталей у него дома сообщение Бори «Батя сегодня на дежурстве, а Оксана с мамой пойдут к тете Лере. Жду тебя в семь, когда все разъедутся.» все равно застало его врасплох.       Если быть честным, он думал, что Боря решил пошутить и зашел слишком далеко или согласился в пылу момента или ему моча в голову ударила — сделал что угодно, но не искренне предложил подобный расклад. Сам все никак не мог понять почему его это так удивляет — Хенкин же не в жертвоприношении учавствовать соглашается, а Киса до этого момента всегда был с ним в сексе снизу и его ничего не смущало, — но решает сильно в себе по этому поводу не рыться, мало ли что найдет. Ему комфортно и приятно было быть принимающей стороной — не с кем же попало, а с Борей, — тем более когда они изучили тела и привычки друг друга и могли без конфузов наслаждаться процессом, — но теперь мысль о Хенке под ним, стонущем и распаленном провоцировала в мозгу короткое замыкание. Вечер обещал быть интересным.

***

      Киса приезжает раньше нужного и из дальней части двора ждет, пока машина приехавшего домой забрать дополнительные вещи и поужинать Хенкина-старшего скроется за углом, чтобы подняться к ним в квартиру и столкнуться нос к носу с Оксаной.       — Мама ваша тоже дома получается? — выдает без приветствия и вглядывается в квартиру у нее за спиной.       — И тебе привет. — вздыхает Оксана и насмешливо наклоняет голову. — Что ты так забито смотришь как будто она тебя выгонит? Она же тебя любит. Она уехала уже.       Киса расслабленно расправляет плечи.       — Любить то любит, но секреты хранить не умеет. — он обнимает Оксану в знак приветствия и заходит в квартиру. — А ты че не с ней? Хенк сказал вы к тете поедете?       — Нет, у меня свои планы и у вас видимо тоже. Боря ванну сегодня занял на три часа, а я и так опаздывала. — Киса обувь снимать не торопится — общаться с Оксаной удается редко, но она ему уже как родня и он любит с ней попиздеть, поэтому задерживается и внутренне смеется от ее жалобы на Хенка.       — Так Гендосине сегодня перепадет! — в шутку потирает руки и получает слабый кулак в плечо.       — Я смотрю тебе тоже. — хохочет Оксана и выставляет указательный палец, диктуя наставление: — Ко мне в комнату не лезть! Я до сих пор тем пледом не могу пользоваться!       — Сколько можно напоминать? Мы укрывались когда смотрели фильм и все! Честно. — фыркает Киса и слышит, как из дальней комнаты к ним направляется Хенк.       — Вот вы любители потрещать. — ворчит Боря, но улыбается добродушно. — Оксан, Гендос уже мне пишет. Не заставляй парня ждать.       — Ладно, мальчики, еще увидимся. Пока, Кис. — Хенк драматично закатывает глаза, а она машет рукой и шагает в подъезд.       — Она тебя любит больше, чем меня. — дурачится Хенкин и закрывает за ней дверь. Киса, наконец скинувший куртку и кроссы на пол прихожей внезапно тянет его к себе и целует, зарываясь руками в волосы.       — Я восполню.       Они плавно перемещаются в Борину комнату, не отрываясь от губ друг друга и успев по дороге скинуть на пол толстовки. Узкая кровать жалобно скрипит под их весом когда они заваливаются на нее уже принимаясь снимать штаны, но они уже слишком вовлечены в процесс чтобы обратить внимание. Когда они оба остаются в одних трусах Хенк на секунду отрывается, достает из подкроватной коробки упаковку презервативов и тюбик смазки и кинув их на кровать снова притягивает Ваню в страстный поцелуй. Трусы методично перемещаются с разгоряченных тел на ламинат и Киса вскоре нависает над Хенком, пока тот шарит руками по его спине. Кислов уже откровенно подкалывает немного ерзающего на постели парня, пока тянется за лубрикантом, одной рукой поглаживая внутреннюю сторону его бедер.       — Уверен?       — Кис, куда уверенней? Давай уже! — беззлобно ругается Боря и наблюдая, как Киса наливает в руку жидкость немного тушуется.       — Можешь и без пальцев. Я… растянул, как ты сказал. — чуть отворачивается, чувствуя как краснеют уши. Член, колом стоящий между его чуть раздвинутых ног и без вида его лица выдает его возбуждение.       — А я проверяю просто. Мы же не хотим чтобы твой первый раз был неприятным? — усмехается Кислов с капелькой нахальности и недолго погрев гель между пальцами аккуратно проталкивает средний, наблюдает за реакцией. Он и сам сидит со стояком, но следить за выражением лица и языком тела Хенкина кажется сейчас намного интереснее собственного удовольствия. Он еще успеет его получить.       — …Хорошо. — Хенк обрывисто вздыхает, когда Ваня довольно быстро решив, что растяжки хватит добавляет второй палец и начинает медленно двигать ими вперед-назад. Кису его вздох напрягает.       — Ты же знаешь, что в любой момент можешь отказаться? — Хенк всего-то немного кривится, а Киса, похоже, концентрируется на каждом звуке, который слетает с его губ и Хенкин переплетает свои пальцы с пальцами свободной руки парня.       — Да что такое, Вань? Ты же не резать и готовить меня собрался. Или ты хочешь, чтобы я отказался?       — Нет, конечно. Просто хочу как лучше. — Признается Кислов, откровеннее, чем когда-либо. Не ясно, что его толкнуло на это, но у Хенка в голове уже немного плывет и он не в состоянии по-настоящему об этом задумываться.       — Тогда трахай не мой мозг, а меня, идет? — Боря дерзко ухмыляется и Киса принимает вызов. Кивает и добавляет третий палец, про себя отмечая, что Хенк вполне хорошо подготовился, а потом впивается в его губы, ловя негромкие стоны. Когда Хенкин резко втягивает воздух сквозь зубы и его длинные ноги чуть вздрагивают Ваня понимает, что нашел простату, которую сразу принимается стимулировать. Боря протяжно стонет, выгибаясь в спине пока Кислов с самым довольным видом спускается поцелуями к его шее и оставляет неглубокие укусы, тут же их зализывая, словно безмолвно извиняясь за короткие вспышки боли.       Через пару минут он аккуратно вынимает пальцы и пытается одной рукой открыть коробку с презервативами, второй все еще держась за руку Бори, который горячо дышит на его плечо. Пачку приходится открывать зубами потому, что он неосознанно даже не думает отпускать липкую от пота, но такую родную ладонь и Хенк хихикает, наблюдая за его стараниями.       — Вот это альфач. — Киса даже не совсем улавливает шутку, сконцентрированный на том, чтобы раскатать резинку по члену одной рукой и не кончить от того, как она соскальзывает, но все равно улыбается. Наконец управившись добавляет сверху еще немного смазки и поднимает глаза на блестящий взор Хенка.       — Я вхожу.       — Постучись сначала. — снова хихикает Хенк и Киса кусает его щеку.       — Блять, Боря! — смеется над очередным тупым подколом, утыкается лицом в его грудную клетку и немного успокоившись смыкает зубы на его ключице. Хенкин смеется только сильнее и тормошит Ванины кудряшки.       — Ладно-ладно, все нормально. Давай.       Киса закидывает одну Борину ногу себе на плечо и бережно входит, пытаясь не торопиться. Хенк прикусывает пухлую и раскрасневшуюся от поцелуев нижнюю губу и дышит глубоко, пока Кисины бедра не касаются его собственных.       — С-сука, хорошо. — стонет Ваня и чуть сжимает Борину руку. — Ты как?       — Странно, пока что. Это всегда так ощущается? — отзывается Боря, комкая в непослушных пальцах простынь.       — Только в первый раз. Скажи когда можно двигаться. — Киса понимает, что нужно дать немного времени, чтобы привыкнуть к новому чувству, но терпит с трудом, понимая, что долго не продержится. Кладет руку на немного размякающий член Бори и начинает неспешно стимулировать, чтобы помочь тому быстрее настроится на продолжение.       — Начинай, только медленно. — с придыханием говорит Боря через минуту, немного оттягивая его волосы. Киса слушается безукоризненно — начинает плавно двигать бедрами, пытаясь подобрать подходящий угол воздействия и продолжает ласкать его член, покрывая поцелуями любое место, до которого может дотянуться. Хенк алеет буквально на глазах, немного подрагивая от ощущений и стонет уже громче, сводя Кису с ума своей проявившейся от переизбытка чувств хрипотцой. Блондинистые волосы торчат во все стороны, уже знатно спутанные елозаньем по подушке и Ваниными руками, а на шее проступают бисеринки пота, которые Киса спешит слизать. Его собственные бедра подергиваются от напряжения, но он терпеливо ждет, пока Хенк позволит ему ускорить темп потому, что прекрасно знает, что он рано или поздно это сделает.       — Кис, можешь ускориться. — Хенк уже задыхается от стимуляции и короткими ногтями впивается Ване в ягодицу, подначивая его двигаться быстрее и чувствуя, как перекатываются под кожей мышцы. Ваню дважды просить не приходится — он и сам уже на самой грани и ждал только этих заветных слов.       — Как скажете, сэр. — Киса тяжело дышит и усмехается, затягивая Борю в очередной поцелуй, пока тот усиленно делает вид, что от его слов по телу не прокатилась крупная дрожь. К этой теме придется вернутся на более трезвую голову.       Поясница выгибается против его воли, рот открывается в немом вскрике и Боря понимает, что Киса намерен довести их до оргазма уже прямо сейчас.       — Скоро кончу! — его собственные движения становятся хаотичными и резкими, он на дрожащих от напряжения ногах с громкими стонами толкается вперед и вжавшись ногами в его бедра в последний раз кончает с громким охом. Кисина рука застывает на его члене ведь перед его глазами уже играют вспышки и Хенк обхватывает его кулак своим и продолжает движение, пока с протяжным мычанием не кончает Ване в ладонь, впиваясь пальцами в его руки и ощущая, как весь мир вокруг на секунду становится белым. Киса падает на него сверху и смазано целует в плечо.       На то, чтобы отдышаться уходит больше времени, чем ожидалось — оба лежат в абсолютном расслаблении и мышцы, которые ощущаются как желе подчинить себе кажется невозможным. Первым в себя приходит Хенк и тянется за салфеткой, чтобы вытереть Ванину руку. О том, что тот до сих пор в нем он ничего не говорит, только воодушевленно вздыхает.       — Ебать.       — Ага. Хорошо было? — тихо отзывается Киса не отрываясь от его груди.       — Очень, Вань. — Боря целует Ванину макушку и снова зарывается пальцами в любимые локоны.       — Даже так? Достаточно, чтобы повторить? — наконец поднимая голову рисуется Киса и Хенк мягко улыбается.       — Да с радостью. Сюда иди.       — Ты уставать умеешь вообще? — хохочет Киса, переплетая их ноги.       — От тебя — никак. Так что, предлагаешь еще разок?       — Я имел в виду потом, но как тут отказаться? — Ваня с задором целует его в висок.