Счастье

Федя нервно теребил рукав кофты, которую ему дал Артем в качестве оберега от всяких оборванцев. Оно успокаивающее пахло его одеколоном. Он шел вместе с Хейадорией, который навязался с ним под предлогом дружественного визита. Сашу с Анфисой ещё вчера отправили домой, чтоб не пугать за зря детей, а местоположение Артема с Димой было неизвестно, что пугало ещё больше.  Двое человек зашли в большой приемный зал, он был залит солнечным светом, приглушенным жалюзями на окнах, но казался он при этом каким-то зловещим. Противно растекался и хватал Федю за ноги. Искусственные цветы стоящие в вазах тянули свои тканевые листья к посетителям, посмевших нарушить их покой. Высокие потолки то давили на голову, то угрожающе прижимали парней к полу. Дверь мерзко скрипнула и из-за нее вылез Александр, перебирая руками и уже держа наготове свои железные путы, чтобы в любой момент обернуть их вокруг Феди и утащить к себе. Тогда никакие Артемы его уже не спасут. Сердце бешено забилось, как на занятии по английскому, но теперь падать в обморок было непозволительно. Федя раз за разом напоминал себе, что Александр это только его проблема, что только он действительно должен бороться с ним, а не полагаться на призрачную силу одногруппников. Все медленно сели за стол. От еды и напитков предусмотрительно отказались, ведь кто знает, что в них могло оказаться кроме питательных веществ. Уже через несколько минут Александр разоткровенничался, стал оправдываться перед Федей. Вытягивал наружу все старые воспоминания.  Вот он мягко обнимает его и также слащаво, как и сейчас, уверяет, что он непричастен ко всему, что случилось, что он никогда не просил влиятельного отца делать Феде плохо. Делать Феде больно. Федя же такой маленький мальчик, слабенький, как мышка. Его надо любить, ухаживать, растить его, как цветочек, чтобы ни одна зараза не смогла его испортить. Но теперь Федя понимал, что слабым он никогда не был, иначе оказался бы сейчас тем искусственным, бездушным цветком, стоящим на подоконнике. Мертвым цветком, у которого нет ни цвета, ни запаха. Который только радует глаз и который можно бросить об стенку, если его владельца что-то не устроит. Но этого сделать Федя не позволит. Он должен победить себя и свой страх, отбросить прошлое, пусть это и кажется чем-то невероятным.  Когда парень открыл глаза, то увидел страшную картину. Артем втаскивал отца Александра в комнату, тот сопротивлялся, но его ноги были замотаны веревкой, над Александром стоял Хейадория. Работала охранная система, но оглушительного звука сирены не раздавалось или просто не было слышно. Стук сердца перекрывал все остальное, глаза слепил красный свет от сигнализации, а в ушах звенел голос Артема.  - Посмотри на него, Сашка, посмотри! Он Федю хотел трахнуть.  Вокруг Александра стал виться Хейадория, он предстал перед Федей страшной змеей, черная чешую отливала красным из-за сирен или из-за крови. Александр медленно поднял пистолет, брошенный ему Артемом. Он точно не хотел этого делать, но от этих братьев не сбежать. Они взвивались над сыном с отцом. Хейадория схватил дрожащую руку Александра, помогая ему выпрямить её и самому удостовериться, что пуля попадет в кого надо. Их озлобленные лица навсегда остались в памяти Феди, казалось, время замедлилось и он смог разглядеть каждую морщинку, каждый волосок на лицах людей, которые когда-то разрушили его жизнь. Теперь Федя был уверен в себе, он точно знал, что ему надо делать.  Выстрел.  Отец убит руками собственного сына. Руками сына, которого он так любил, которого принимал со всеми его «особенностями», которые он лично в нем взращивал с невообразимым вниманием и добросовестностью. Возможно, если бы не это, то все бы сейчас были живы. Но теперь Александр бьётся в припадке, истерично смеётся и не знает куда деть руки. Федя медленно подошел к нему и вложил в них пистолет. Приблизил к столь ненавистной голове. Последний взгляд, брошенный Артема, в его глазах сухое одобрение, мир остановился, Федя надавил на спусковой крючок вместе с Александром. Вместе с пулей, покинувшей пистолет, все страхи Феди ушли. Он только что своими собственными руками уничтожил всё ужасное прошлое, которое тяготило его и вздохнул спокойно. 

*** 

Но чувство эйфории от долгожданного освобождения, как и любое другое положительное чувство быстро прошло, оставив за собой пустоту и руки, испачканные в крови. Теперь Федя не понимал, что он сделал, что будет дальше, но ему казалось, что  точно станет лучше.  Стук сердца. Удар. Ребята тащат его из особняка. Удар. Сирены завыли, а в воздухе появился уже знакомый вертолет. Удар. Федя притягивает Артема окровавленными руками за воротник кофты и целует так, как никогда ещё никого не целовал и как ещё никогда не целовали его. Удар. Они летят в уже родном вертолете домой.  Удар, шлепок, звуки выдавливания чего-то на руку. Хорошо. Очень хорошо. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. После всего, что произошло, Феде не может быть так хорошо. Запах Артема. Дыхание сбилось. Они без сил лежат на кровати и им впервые за всё время спалось так спокойно. 

***

- Ноги болят ужасно просто! - Федя гневно швырнул подушку в Артёма.  Тот со смехом отбежал в сторону.  - Ну я же не специально! Федь, не дуйся только! - он снова залился смехом, - нам ещё Анастэйжу поздравлять!  - Вот именно, Анальный Перфоратор, - ругался Саша, - подумал бы об этом хоть чуть-чуть.  Тем более, я до сих пор считаю, что ваше первое свидание продолжается! Вы же не разделялись надолго и жили все это время в одном доме и… - он понял, что его никто не слушает. - Бог вас за это обязательно накажет!  Артем посмотрел на Федю, наслаждаясь каждой секундой, проведенной  вот так с ним.  - Какое счастье, что я атеист, - проворковал он и нежно поцеловал своего парня.  Наверное, теперь так можно говорить? Официально они ещё ничего не обсуждали, но вроде же всё очевидно. 

*** 

- Happy birthday to you! Happy birthday to you! Happy birthday, dear Анастэжа, happy birthday to you!  Все захлопали, а девушка радостно задула свечи на самодельном торте от Маши и Лены, который выглядел лучше всех покупных тортов на свете. Все радовались и протягивали имениннице свои подарки, которые она радостно разворачивала и с каждым разом благодарила друзей всё сильнее и сильнее. К концу у нее просто не осталось слов, а когда перед ней поставили коробку с едой и косметикой, она не выдержала и расплакалась.  Это был один из самых больших и веселых праздников, которые когда-либо видел центр. Все веселились, а в конце включили музыку на колонке. По особому желанию именинницы заиграла одна из песен, под которые танцуют самые романтичные в подростковой жизни медляки. Артем обнял Федю за плечи и стал качаться в такт музыке. Он чувствовал, как парень улыбается у него на груди и они оба были бесконечно счастливы.  Счастливее них, наверное, были только девочки, которые наконец получили доказательства тому, что они геи и встречаются.  Праздник действительно удался. Все были довольны, особенно Анастэйжа, которой подарили столько всего, что она ни за что не унесла бы это в руках, и Артем милостиво согласился помочь ей, заказав такси бизнес класса с большим багажником, в который они вместе с водителем погружали коробки с подарками.  Потом радостные Федя с Артемом ещё долго шли домой, напевая популярные мелодии и подшучивая друг над другом. 

*** 

Когда они уже собрались ложиться спать Федин телефон вдруг зазвонил, он радостно улыбнулся и шепнул Артему:  - Мой папа звонит   Потом приложил телефон к уху и стал разговаривать. Через несколько секунд улыбка сползла с его лица. Глаза расширились от ужаса. К нему подбежал Артем, пытаясь услышать что же ему такое говорят. Но у него не вышло, ведь Федя резко сорвался с места и побежал в коридор, всё ещё держа у уха телефон, он стал натягивать кроссовки. Потом громко повторил какой-то адрес, сбросил вызов и посмотрев на Артема прошептал: «Такси». Его глаза заслезились, а Артем на секунду замер, ведь Федя назвал адрес больницы.  Через какое-то время они прибыли на место, Федя совсем расклеился по дороге. Из его глаз хлынули слезы. Он забежал в больницу и даже не надев бахилы помчался в какую-то палату. Наверное, он часто ходил сюда. От осознания этого у Артема в груди что-то неприятно ёкнуло. Он скорее побежал за Федей и увидел его стоящим на коленях у одной из кроватей. На ней лежал мужчина. Часть его волос поседела, тело одеревенело, но глаза сохраняли поразительную ясность, что означало факт его пребывания в добром здравии. Он протягивал к Феде руки, которые он обхватил и заплакал ещё сильнее.  К Артему тихо подошла медсестра.  - Вы член семьи? - поинтересовалась она.  - Типо того, - тихо выдавил Артем.  - У этого мужчины рак крови. Он долго лежит здесь и всё без изменений, но сегодня… Буквально за час, к сожалению все возможные симптомы…  -Он умирает?  - Мы не можем утверждать точно, возможно… - медсестру прервали врачи, быстро идущие к пациенту. Наверное, за последнее время они уже не раз к него были.  Внимательно посмотрели на показания приборов, поменяли капельницу, кинули быстрый взгляд на Федю, потом друг на друга, и Артем увидел быстрое покачивание головой. Это конец. Он не мог смотреть, как Федя страдает один, подошел ближе, и мужчина попытался улыбнуться ему.  - Папа… папа, пожалуйста… - Федя задыхался от слез и собственного бессилия, - смотри, это мой парень. Его зовут Артем. Он очень… Очень хороший. Он спас меня от Александра, папа! У нас теперь всё будет хорошо. Всё будет…  - Я люблю тебя…  Приборы протяжно завопили, и Федя понял, что такая смерть гораздо страшнее убийства, ощущалась она гораздо дольше, хотя сердце перестало работать за одну секунду. За ту же самую одну секунду, что вылетает пуля из пистолета. Но теперь Федя не чувствовал ничего хорошего. Его отец, папа, который всё время был рядом. Не бросил его, поддерживал, делал всё, чтобы Федя был счастлив, а после появления Александра, он работал, не видя солнечного света, чтобы спасти Федю. Федю, который даже попрощаться с ним нормально не успел. Он просто плакал. Но, наверное, если бы у Фединого отца остались силы, он бы тоже плакал. Плакал от счастья за сына, который наконец повзрослел, переступил через маленького себя и через все свои страхи, нашел себе друзей и самое главное любовь. Чего ещё может желать родитель своему сыну?  *** - Папа, почему ты такой грустный? - маленький Федя сидит за столом и болтает ногами, - где отец? И зачем приходил тот злой дядя? Он правда разрушит ваш бизнес?  - Эй, Феденька, - глаза мужчины заблестели, он тряхнул головой,  прикрывая их волосами, чтобы Федя не увидел, чтобы не понял, - отец ушел погулять, я не знаю, когда он вернется, но всё будет хорошо, не переживай!  - Не знаешь когда вернется? - Федя удивленно посмотрел на папу, - а что мы тогда будем без него делать?  - Жить дальше будем, счастливо жить, обещаю.  *** - Папа, - прошептал Федя, всё еще сидя у кровати, - когда ты вернешься?  Сзади его обнял Артем. Он ничего не говорил, просто был рядом. Тогда Федя подумал: «Я не знаю, когда ты вернешься, но обещаю, что буду жить счастливо».  После этого дни понеслись один за другим. Похороны прошли спокойно, Федя в последний раз посмотрел на папу и отпустил его, пожелав легкого пути. Сильной, больше не дрожащей рукой, бросил первый ком земли на гроб. За ним Артем, потом ещё кто-то и ещё, но парень уже не обращал на них внимания. Улыбался, как мог, старался быть вежливым, но он уже давно был не здесь. Находился в каком-то ином мире и думал, что же делать дальше. Ответ пришел неожиданно. В один из вечеров к полусонному парню подошел Артем и сказал:  - Прости, если побеспокою тебя, но Хейадория хочет переехать в этот город. Отсюда управлял делами отец Александра, а когда он занял его место, то решил, что тоже должен всё делать здесь.  - Ох, ты же говорил, что вам будет трудно жить рядом.  - Да, говорил… Поэтому я хотел предложить, не хочешь уехать отсюда вместе со мной? Куда-нибудь за море. В теплую страну, где воздух чище и люди добрее. Я думаю, мы оба сможем начать там новую жизнь и… Быть счастливы. Вместе.  Федя молча прижался к Артему, и он понял, что парень согласен. После того, что они пережили, им не нужны были слова. Теперь им нужны были только загран паспорта и визы, и они станут полностью свободны.   Конец