Папина любовница

На съемки следующего выпуска Инессу привез Артем. Влад бы никогда не узнал этого, если бы не перепутал время начала испытания, появившись там на два часа раньше. Блондинка вышла из машины оператора со счастливой улыбкой и это взбесило Череватого. Действительно взбесило и причины такой реакции мужчина никак не мог понять. " — Они встречаются?» «Ничего тебе не скажу.» — На нового переключилась? — Стараясь придать голосу больше шутливости, сказал мужчина. На деле же ему было абсолютно не до смеха. — Что, прости? — С оператором трешься. «То, чем они занимаются называется по-другому.» — Мой круг общения не касается тебя, Влад. Оставь свою ревность при себе. — Я не ревную. — Он схватил за руку собирающуюся уходить девушку. Толик едва не кончил от радости. — Я вижу. Руку убери. У тебя с головой проблемы? — Извини. — Череватый тут же отпустил девушку, виноватым взглядом смотря на нее. — Я все могу понять, Влад, но давай ты будешь не ревновать как-то, не хватая меня за руки? — Прости. — Проехали. «Как она на машине со своим мудаком.» Инесса уходила от него с ухмылкой на лице. Ведется. Это было очень приятно, несказанно приятно. Еще никогда ей не было так приятно видеть плоды своих действий на женатых мужчинах. Влад был каким-то другим, особенным в этом списке. От этого был какой-то не уют в голове. Слишком много мыслей о том, почему это было так. Сегодняшнее испытание — рассказать о человеке из конверта и дальше как пойдет. Его прошло уже много экстрасенсов и очередь дошла до Влада Череватого, который дожидался этого очень долго, но к началу испытания вызвался пойти самым последним. После того, как он назвал все, что увидел, без взаимодействия с Инессой, от чего бес материл его без конца, чернокнижник вызвался отомстить убийце. И поздней ночью, когда все закончилось, Артем подошел к актрисе. — Едем? — Ты езжай, я еще в магазин загляну, такси вызову. — Я подожду. — Не нужно. Оператор уехал, оставляя девушку в подъезде. Из квартиры вышел молодой отец, который остался с матерью убитой девушки, чтоыб поговорить обо всем. Ей это было нужно. — Меня ждешь? — Улыбнулся он в привычной манере. — Нужны твои услуги таксиста. — А Артемка больше не подходит? — Ты мне больше нравишься. — За двумя зайцами, Несс. — Я за одним только. Второй сам бегает. Жаль, что первый себя по-другому ведет. — Может, ему совесть мешает? — Совесть ужасное чувство. — Поехали, Несс. Выходя из подъезда, Инесса совсем не смотрела под ноги, это дало свои плоды и девушка, оступившись, рухнула прямо на асфальт, раздирая колени в кровь. — Твою мать. — Прошипела она. Череватый тут же поднял её с земли, оглядывая повреждённые участки тела. — Идти сможешь? — Спросил парень. Да уж, он теперь косвенно виновен в этой трагедии. Сначала нагрубил ни с того, ни с сего, за руку схватил, теперь повлиял на ее падение. «Залижешь раны. Можешь не только раны.» " — Хотя бы сейчас помолчи.» — Да. — Вишневская сделала шаг и снова чуть не упала. Было безумно больно, блондинка даже не думала, что у простого падения с уровня своего же роста могут быть такие последствия. — Не сможешь. — Пробормотал Влад, легко подхватывая ее на руки, как пушинку, совершенно не чувствуя веса. Череватый донес девушку до своей машины и открыл пассажирскую дверь, усаживая даму на сиденье. Сам обошел авто, садясь за руль. Довезёт до больницы и дождется там слов врачей. Всё-таки, он винил себя в этом. Шел бы молча — Инесса бы смотрела под ноги и заметила резкий спуск, не упав на асфальт. Но нет же — нужно было опять этого треклятого Артема вспомнить. — Колготки жалко, утром новые купила. — Ты ноги пожалей, вдруг что плохое. — Упаси Господи. — Фыркнула актриса. — Толик ещё здесь, если что. Ему такое слышать не нравится. — Чернокнижник пытался сгладить углы и разрядить обстановку. «Из ее рта я готов слышать все, что угодно. Вот бы этот рот…» " — Свой закрой.» — У меня в бардачке аптечка, возьми. — Хорошо. — Ведущая потянулась, доставая перекись. — Ваты только нет. — У меня ватные диски есть в сумочке. — Давай сюда. Порывшись в небольшой, но словно бездонной сумке, блондинка дала парню пару ватных дисков, а он сам взял перекись, которую девушка положила на ноги. — Ты бы ещё короче юбку надела — трусы бы торчали. — А может я без них. — Смеялась Вишневская. «Мы хотим это проверить. Как будто на слабо берет.» — Толик говорит проверить. — Хихикнул темноволосый. Он налил перекись на ватный диск, прикладывая к разбитой коленке, и услышал тихое шипение. — Больно? — Да. И тогда парень начал дуть на рану, чтобы болело меньше. Мама часто делала ему так в детстве, а своему сыну, слава богу, так делать ещё не приходилось. Обработав обе коленки, парень завел машину, направляясь в больницу. — Домой меня просто отвези. — Нет, я отвезу тебя в больницу. — Я просто содрала кожу, а не сломала две ноги, успокойся. — Нет, Нес, я отвезу тебя к доктору. Не будь как ребенок. — Да иди ты. — Отмахнулась блондинка. — И вообще, если бы не ты, я бы не упала. — Если бы под ноги смотрела и такие высокие туфли не надевала — не упала бы. — Можно подумать, тебе не нравится, как они смотрятся на мне. «Мы хотим, чтобы она молчала. Желательно, занятая чем-то другим.» — Знаешь, что Толик говорит? — Через минуту спрашивает Влад, остановившись в пробке на светофоре. — Что? — Прикусить твой язык, чтобы ты, наконец, замолчала. Инесса хотела сказать что-то в ответ, но вместо этого, чернокнижник взял ее рукой за щеки, поворачивая к себе, и впился в губы требовательным поцелуем. Он грубо сминал их, кусал, готов был истерзать до приятного вкуса крови во рту. На светофоре включился зелёный, водители сзади начали сигналить, Владу пришлось оторваться и нажать на газ. «Блять, да остановись ты уже где-нибудь и поставь раком наконец.» Актриса с ухмылкой облизнула губы. — Толик ничего больше не говорит? — Остановимся — скажу. — Дай угадаю, — не унималась ведущая, — теперь Толик говорит, что это ты меня хочешь. — Влад не отвечал, но по его лицу было понятно: Инесса права. И тогда она решила взять все в свои руки, в прямом смысле, потянувшись к ширинке мужских брюк. — Нес… Ты что делаешь? — Череватый смотрел на руки девушки, расстегивающие его пуговицу и ширинку. — Что хочу. «Она нравится мне еще больше, чем раньше. Не вздумай останавливать ее, я убью тебя.» Справившись с застёжкой, Вишневская захотела стянуть брюки с водителя, но не получалось. Он приподнял бедра, позволяя актрисе освободить его от лишней одежды. Член стоял, они оба понимали это заранее и видели теперь, когда ничего его не скрывало. Ведущая облизала руку и обхватила ей ствол, смачивая его, а после села поудобнее, наклоняясь к паху, и взяла набухший орган в рот. Сначала головку, а после облизала целиком, чтобы проще входил в горло, и взяла глубже, вырывая из экстрасенса сдавленный стон. Влад искал поворот в какой-нибудь двор, потому что понимал, что блондинка сейчас создаёт опасную ситуацию на дороге, но проехал один из них, прикрыв глаза, когда Инесса коснулась губами паха. Еще никто никогда не брал его член так глубоко, чернокнижник сходил с ума от удовольствия, наконец, останавливаясь у какого-то ресторана. Он намотал длинные девичьи волосы на кулак, самостоятельно задавая темп. Вишневская сосала грязно, пошло, как в самой лучшей порнухе, что он когда-либо смотрел. Влад боялся показаться скорострелом, кончая слишком быстро. Все к этому и шло. Словно чувствуя скорое приближение разрядки, она вновь стала медленно облизывать ствол, оттягивая завершение сего процесса, но чернокнижнику так хотелось, наконец, расслабиться… С женой у них давно не было секса, потому сейчас все ощущалось гораздо острее. Хотя, чернокнижник уверен, что даже если бы секс в его жизни был регулярным — этот день он все равно бы запомнил на всю жизнь. Череватый сам опустил блондинку на член, двигая бедрами, буквально трахая ее рот, и продолжал насаживать на него, держа волосы в кулаке. Он слышал, что девушка давится, но все вроде было в порядке, потому что прекратить она это не просила и не подавала никаких сигналов о прекращении, продолжая. И через пару секунд молодой отец излился в ее рот с громким стоном, откидывая голову назад. Сердце стучало как бешенное, ещё никогда ему не было так хорошо, как сейчас. Влад смотрел в упор на Инессу, которая проглотила сперму с хитрой ухмылочкой, и вытерла рот указательным пальцем, облизывая его после этого. Ее потекшая тушь, размазанная помада и красные глаза… Он был готов ещё раз кончить только от одного этого вида, вместо этого вновь за щеки притягивая актрису к себе, целуя ее в губы. Череватый чувствовал в этом необходимость, словно задохнулся бы, если бы не сделал этого прямо сейчас. Вот только как он после этого будет смотреть Лене в глаза?