Папина любовница

       Из-за стола ничего не было видно, но это все равно было достаточно рискованно. Что он вообще творит? Сначала не обращает внимания и кричит, а теперь тянет свои руки куда не просят. Больной, не иначе. Он поднимал руку все выше, поглаживая внутреннюю часть девичьего бедра и жалел, что именно сегодня эта дама выперлась в штанах, а не в юбке или платье. Наверняка, если бы на такое важное мероприятие она захотела прийти в том самом платье, то в этот раз под ним были не колготки, а чулки. Это значит, что толком ничего бы не мешало ему проникнуть в нее пальцами. Этого до одурения хотелось, словно воды в пустыне или воздуха, когда тонешь. Череватый определенно тонул в ней, теперь он сам это осознавал. Собравшись с мыслями, актриса опустила свою руку вниз, оттягивая мужчину максимально аккуратно, чтобы этой возни под столом никто, не дай бог не заметил. Но стоило ей только отвлечься на секунду, рука чернокнижника оказалась на прежнем месте, только ее движения стали немного грубее. Он сжимал бедро со всех сторон, делая это нарочито медленно, поглаживал ноги до колен и поднимался выше. Настолько, насколько позволял стол, чтобы оставаться незамеченным. Актриса дернулась, двинулась на стуле и мужчина уже решил, что она захотела придвинуться ближе к спасительной горизонтали, чтобы его рука могла, наконец, добраться до желанного места. — Я пойду подправлю ресницы, что-то сильно в глаза лезут. — Мне пойти с тобой? — Спросил Артем, заставив молодого отца сжать руки в кулаки. Он вызывал в нем табун беспокойств, постоянно заставляя думать о том, что этот бородатый ублюдок мог касаться его ведущей. Его ведущей. Влад понял, что влип, сразу после того секса с женой. Лена была уверена, что тот вечер был спасительным в их истории, что все наладилось спустя долгое время, вот только ее муж знал, что все наоборот. Он признался себе в том, что не готов прожить всю жизнь с этой женщиной. Он совсем не хотел этого. Ему была нужна эта красивая, самоуверенная актриса, без которой начиналась ломка. — Не нужно, я сама. — Инесса взяла свою сумку и вышла в коридор, направляясь к туалету. Она намокла от этих простых манипуляций. Он даже не коснулся клитора, просто сжимал бедро, гладил кончиками пальцев и этого хватило, чтобы возбудиться. Хотелось освежиться, но умываться с макияжем — плохая идея, поэтому девушка просто стояла над раковиной, опустив голову вниз, и пыталась выровнять дыхание. Дверь щёлкнула и блондинка тут же выпрямилась, чтобы не показать никому своего состояния. — Тем, я же просила не идти за мной. — Она повернулась и перед ней предстал Череватый. Сейчас она могла себе позволить рассмотреть его. Серые брюки, черная водолазка, так красиво обтягивающая торс и отсутствие пиджака. Он либо снял его, либо даже не надевал. В любом случае, без него явно было лучше. Чернокнижник быстрыми шагами сократил расстояние между ними и припечатал актрису к раковине, прижимая к себе как можно ближе и потянулся, чтобы поцеловать, но она выставила между ними руку, упираясь в мужскую грудь. — Нет. — На лице молодого отца застыло недоумение. — Я не вариант выпустить пар, Влад. Со мной нельзя так. — Как? — Игнорировать, кричать, а после пытаться подрочить прямо при жене и сразу дальше лезть целоваться в туалете, черт тебя дери! — Мне нужно было время, чтобы осознать то, что происходит. Ты должна понять меня. — За то время, что осознавал ты, я тоже кое-что осознала. Ты мне не нужен, Влад. Вернись к жене. Инесса отвернулась обратно к раковине. Мужчина приблизился, медленно убрал волосы с ее плеча, открывая его своему взору. — Ты мне врешь. — Нет. — Даже если со мной нет Толика, — он провел рукой по плечам и взял за лицо, поворачивая ближе к себе, — это не значит, что я не могу распознать ложь и правду, — поцеловал в щеку, — и я чувствую, что ты врешь мне. — Тебе даже Толик врёт, сам ты точно не можешь ни в чем разобраться, тем более в моих чувствах. — Несс… — Не смей называть меня так. Я — Инесса. Ведущая двадцать третьего сезона Битвы Экстрасенсов — Инесса. Отныне и навсегда я для тебя только так. — Я совершил ошибку, когда ушел, когда повысил на тебя голос. Я понял это, я был не прав. — Нет, Влад. Это я совершила ошибку, когда отсосала тебе, когда что-то придумала себе и подошла к тебе на испытании. Я поняла это, я была не права. — Почему ты так? — Потому что. — Это не ответ. Хотелось смеяться от абсурдности этой ситуации, но вот только на глаза лезли предательские слезы, которые с трудом удавалось сдерживать. — Уходи. И он ушел. Инесса вышла из уборной, на ходу печатая Лине сообщения с извинениями, оправдываясь тем, что ей резко стало не хорошо и те же сообщения переслала Артему. Она села в новую машину, проехала пару кварталов и смогла дать волю слезам. Вишневская уже и не помнит, когда в последний раз плакала, не считая актерских сцен. Наверное, это было, когда ушел Антон, тот самый первый женатый мужчина, выбравший семью, а не ее. И почему в настолько противоположных ситуациях она чувствовала одно и то же? Боль. Режущую боль в груди, хоть голыми руками сердце вырывай, чтоб не ныло так сильно. Блондинка не жалела, что ушла, не жалела, что высказала все, что хотела. Она жалела, что ушел он. Ведь Влад мог просто сгрести ее в охапку, прижать к себе и сказать: "Дурочка, что такое ты говоришь?" Но он не сделал этого. Снова ушел, когда она так нуждалась в нем, хоть и не показывала этого. Неужели было нельзя догадаться, как поступить? В голову пришел один единственный верный вариант в этой ситуации и другого прийти не могло. Девушка не хотела разрываться на части от этой больной влюбленности, с этим нужно было что-то делать, пока не стало слишком поздно. Потому что уже итак поздно. Все перед глазами размывалось, на макияж уже стало абсолютно наплевать и Инесса просто растерла его тыльной стороной ладони, чтобы хоть ненадолго убрать пелену слез. Ей нужно было видеть, что она делает, дабы не совершить ошибку, потеряв на ней время, за которое она может передумать. Кнопка "заблокировать" манила к себе и Вишневская нажала на нее. А после оставалось самое главное, важное, что сделать было необходимо. Она нашла в списке контактов номер, с которого ей когда-то звонили и набрала, не беспокоясь о том, что уже поздний вечер. - Алло? Здравствуйте, это Инесса Вишневская. Я больше не могу сниматься в Битве. Куда мне подъехать, чтобы обсудить с вами детали?