(Не)лучшая студентка

Утро для кареглазой настало от щиплющего кожу чувства холода. С трудом приоткрыв один глаз и глянув на своё обнажённое плечо да матрас, шатенка не обнаружила одеяла. Недовольно протянув себе что-то под нос, Йылдыз сомкнула веки обратно, крепче прижимаясь к тёплому мужскому телу, наличие которого рядом её пока даже не смутило. Уткнувшись носом в горячую шею Болата и прижав стопы, на которых, благо, уже не было каблуков, поближе к его ногам, она вновь задремала, крепко обняв ладошками мужской корпус. Однако окончательно уснуть ей не удалось, в комнате раздалась звонкая мелодия телефона. Парень, услышав знакомый звук, режущий слух, от мобильника, резко убрал руку с девичьей талии, дотягиваясь той до смартфона, лежащего на тумбочке. Ему звонили, он это прекрасно знал даже сквозь сон. — Да, слушаю, — чуть сонно проговорил Болат, неохотно открывая глаза, — да, Энгин, послезавтра я буду на работе, — молодой человек с трудом сдерживает мат, когда наконец узнаёт в лежавшей рядом с ним девушке собственную студентку, — слушай, брат, давай я тебе позже позвоню. Не дождавшись ответа, Серкан сбрасывает звонок, с недовольным вздохом возвращает телефон на прикроватную тумбочку. Чего-чего, но такого утра он уж точно не ожидал. — Как ты? — смотря на то, как отодвинувшаяся от него девушка, хватается за голову, интересуется Болат. Кареглазая, кажется, до побледнения впивается подушечками пальцев в собственные виски, изо всех сил пытаясь вспомнить вчерашний вечер. Общая картинка совершенно не складывается, она помнит лишь какие-то отрывки, а особенно ярко тот, который прекрасно объясняет, почему большая часть матраса холодная и мокрая. После душа, видимо, они даже не стали вытираться полотенцем. — Ты же не думала, что это всё? — шепчет молодой человек ей на ушко, чуть сильнее прижимая девушку к запотевшей от горячего пара стенке душевой кабины. Йылдыз отрицательно качает головой, закусывая весьма опухшую от долгих ласк губу. Чувствует, как обжигающие капли воды скользят по всему её телу. Чувствует, как парень делает грубый, но до одури приятный толчок, от чего шатенка не сдерживает довольного стона. — Дайте мне одеяло, — хриплым голоском шепчет она, прижимая к обнажённой груди свои коленки. Мужчина устало поднимается на ноги, отводя взгляд от явно смущённой всей этой ситуацией девчонки. Хотя если, думал Болат, Эда помнила всё в такой же идеальной точности, как он, то её неловкость понять можно. И всё-таки, к счастью Йылдыз, её память временно заблокировала большую часть воспоминаний вчерашней ночи. — Голова болит? — спрашивает молодой человек, накрывая девчонку поднятым с пола одеялом. Шатенка лишь кратко кивнула, не рискуя более открыть рта. Она глядела только на край матраса, искренне боясь случайно встретиться глазами с молодым человеком. Честно, Йылдыз уже даже серьёзно задумалась о том, чтобы отчислиться из университета, ибо она искренне не понимала, как дальше будет сидеть на парах у этого педагога, зная, что она с ним спала. — Пока просто выпей воды, — поставив рядом с девчонкой бутылку воды, он отошёл от кровати, подойдя к большому шкафу, где хранились его одежда, — я приму душ, а потом схожу в аптеку, куплю тебе что-нибудь от похмелья и экстренную таблетку, потому что я более чем уверен, что после этой ночи ты можешь оказаться беременной. Эда шумно вздохнула, пряча лицо в воздушное одеяло. Они вчера даже не подумали о защите… а если таблетка не поможет? Дурные мысли настоящим ураганом настигли голову женщины, она не хотела ребёнка в столь юном возрасте, а главное — от такого мужчины, как Болат. Он, как ей казалось, не будет заинтересован в воспитании ребёнка, как минимум потому, что Серкан явно никогда не мечтал о детях, матерью которых будет обыкновенная девушка, не имевшая ни громкой фамилии, ни выдающихся достижений.

***

Кареглазая, недавно вышедшая из ванной комнаты в длинном махровом халате, ибо надевать своё чёрное облегающее платье ей совсем уж не хотелось, сидела в кресле, неспеша читая побочные эффекты от экстренной контрацепции, как никак, ей хотелось знать с чем, возможно, придётся столкнуться. — Эда, — аккуратно позвал её молодой человек, занимая место за небольшим столиком напротив женщины, — я думаю, нам нужно поговорить. Шатенка лишь равнодушно пожимает плечами, даже не поднимая на него глаз. О чём им говорить? О её отчислении? Или о том, что всё произошедшее было самой большой ошибкой в жизни Серкана Болата? Может, всё это и действительно было чертовски неправильно, может даже, Йылдыз какой-то частью своего сознания серьёзно думала о том, что прошедшая ночь создаст ей массу проблем в будущем, однако она не могла назвать тот прекрасный момент ошибкой или недоразумением, и искренне не хотела слышать таких слов со стороны мужчины. Ей не хотелось знать о том, что он жалеет… или того хуже — презирает её после всего случившегося. — Ладно, я понимаю, что ты злишься на меня. Признаю, из-за меня мы поехали в бар и сделали то, что сделали, — нервно сжимая руки в замок, виновато говорит он, — но, пожалуйста, давай не будем из-за этого ссориться, — смотря на то, как девушка тяжело вздыхает, он добавляет, — я не предлагаю тебе забыть случившееся, прекрасно понимаю, что ты не забудешь, да я и сам не забуду. Может тебе это и не особо приятно слышать, но буду честен, Эда, ты долгое время была интересна мне, как женщина, поэтому о сексе с тобой я точно не жалею и мне хочется верить в то, что для тебя это тоже был приятный опыт, — сделав небольшую паузу, он более серьёзно продолжил, — и да, мои слова касаемо ArtLife по-прежнему в силе, если ты захочешь остаться в Турции, то я буду рад видеть тебя в своей компании. — На должности кого? Вашей девочки для развлечений? — горько хмыкает Йылдыз, бездумно глядя в уже прочитанную инструкцию от таблеток. — Во-первых, Эда, давай уже наконец при личном общении перейдём на «ты», во-вторых, моё желание брать тебя на работу связано исключительно с твоими профессиональными умениями. Поверь, я умею разделять личное и рабочее, поэтому, находясь в офисе, ты будешь для меня таким же сотрудником, как и остальные, можешь даже не мечтать о том, что в случае ошибки твои милые глазки тебя спасут, — скрещивая руки на груди, отвечает молодой человек. Шатенка, задумчиво кивнув и немного неуверенно положив маленькую таблетку на язык, запивает ту большим количеством воды, искренне надеясь, что всё подействует без сюрпризов. — И всё-таки, — делая глубокий вдох, неуверенно говорит Йылдыз, — я откажусь от твоего предложения… не думаю, что нам стоит работать вместе… мне не пойдёт на благо такое сотрудничество… увы… Болат понимающе кивает, опуская разочарованный взгляд на матовую поверхность деревянного столика. Он сам виноват в том, что Эда больше не хочет быть членом его штата, осознаёт прекрасно, что перешёл слишком многие границы, что потерял лучшего кандидата, что совершил ошибку. Ему не стоило пускать всё на самотёк, отмахиваясь глупым: «ну, я же не мог влюбиться в собственную студентку.». — В таком случае, Эда, — вставая на ноги и натягивая на лицо добрую улыбку, говорит молодой человек, — я желаю тебе удачи, уверен, без работы ты не останешься. К себе же в фирму я возьму Дамлу, но ей, пожалуйста, пока не говори, по правилам будущий сотрудник должен быть объявлен на выпускном. Болат неспеша пошёл в сторону шкафа, дабы достать из того ноутбук. Энгин должен был вчера отправить ещё несколько отчётов, с которыми парню не терпелось ознакомиться как минимум потому, что ничто так хорошо не освобождает мозг от глупых мыслей, как работа. — А, Серкан, подожди, — негромко протянула кареглазая, поворачиваясь лицом к мужчине. — Что? — остановившись в метрах двух от девушки, произнёс он. — Я же делала несколько дополнительных заданий, нужно ли их тебе показать? — неловко опуская взгляд на белоснежную ткань халата и медленно проводя по нему ладошками, несмело уточняет Йылдыз. Когда Эда занималась созданием чертежей и написанием одного доклада, то искренне надеялась на то, что сможет порадовать получившимся результатом своего преподавателя. По крайней мере, девушка проделанным трудом гордилась, поэтому ей так хотелось поделиться с мужчиной выполненными работами ещё неделю назад, однако молодой человек попросил сделать это после апрельского форума, сославшись на то, что до поездки у него, к сожалению, нет свободного времени, которое он мог бы посвятить кареглазой. — Нет, мне это больше не интересно, — с сожалением в глазах смотря на печальную шатенку, отвечает ей он, — как бы сильно я не уважал тебя за твой труд, Эда, и как бы сильно я не хотел увидеть сделанные тобой работы, я не буду этого делать лишь по одной причине — ты не хочешь работать со мной, а, значит, будучи сотрудником другой фирмы, будешь конкурентом моих людей. — Я не не хочу работать у тебя, я просто не могу этого сделать, — резко закрывая лицо руками, женщина сильнее сгорбливает спину, тихо добавляя, — понимаешь, мы относимся к друг другу по-разному. Тебе уже через день плевать на меня будет, а мне… мне нет. Я чувствую то, что не должна чувствовать, и это «что-то» не даст мне нормально с тобой работать после этой ночи. Болат задумчиво хмыкает, делая несколько шагов в сторону кареглазой. Она даже не поднимает голову, продолжая аккуратно стирать с щёк первые слёзы и надеяться на то, что он не услышит, как изменилось её дыхание. — Хочешь сказать, что… — молодой человек делает весьма длительную паузу, неуверенно добавляя, — ты влюбилась в меня? Эда в ответ лишь не сдерживает горького всхлипа. А разве он дал ей возможность в него не влюбиться? Разве он не был с ней слишком часто и слишком близко? Разве он относился к ней также равнодушно, как к остальным студентам? Разве щемящая боль в её сердце — это не его вина? — Если это так, Йылдыз, то ты вляпалась по полной, — ласково проведя ладошкой по шелковистым прядкам, он наклонился поближе к девичьему ушку, с улыбкой шепча, — потому что я тебя, Эда, очень люблю. Девушка удивлённо распахивает блестящие слезами глаза, без слов прося его повторить ранее сказанное. Не верит ведь в то, что парень действительно произнёс именно те слова, которые послышались ей. Он ведь не мог в неё влюбиться… не мог ведь, да? Или всё-таки… — Ну, что ты на меня так смотришь? — расслабленно улыбается Болат, — думаешь, я мог быть равнодушен к умной, красивой, талантливой девушке, с которой всегда есть о чём поговорить? — Обожаю тебя, — только и шепчет Эда, крепко прижимаясь руками к мужскому корпусу и упираясь лбом в его грудь. Серкан довольно ухмыляется, опуская подбородок на девичью макушку и шумно вздыхая в её всё ещё растрёпанные после сна волосы. Кажется, это всё было слишком просто, подозрительно просто: он влюбился, она в ответ. Разве так вообще бывает? Разве у неё действительно есть к нему чувства? Разве она не желает быть с ним только из-за рабочего места и денег? Разве… молодой человек прикрывает глаза, искренне пытаясь отогнать от себя негативные мысли. — Ты правда меня любишь? — в её голосе сомнения не меньше, — ты правда будешь со мной? Болат отстраняется от женщины, выпуская ту из своих объятий. Он осторожно садится на пол, укладывает свою голову на женские коленки и, приподняв полы длинного махрового хала, ласково обхватывает девичьи голени, медленно поглаживая подушечками пальцев бархатную кожу. — Правда, Эда, правда, — искренне отвечает молодой человек, — я люблю тебя, но только, пожалуйста, давай пока оставим это между нами, я не хочу, чтобы из-за меня у тебя возникли проблемы. — Проблемы? Но… какие? — весьма взволнованным голосом спрашивает кареглазая, неуверенно опуская ладошку на мужскую макушку и робко поглаживая мужчину по голове. Шатенка осторожно пропускает сквозь свои пальчики мягкие волосы Серкана, с некой опаской ожидая его реакции. Кажется, он вот- вот должен брезгливо скинуть её руку с себя и спешно встать на ноги, смеясь с доверчивости и наивности Эды. Однако парень лишь блаженно прикрывает веки, совсем не торопясь ответить на интересующий Йылдыз вопрос. Кареглазая смущённо отворачивает голову к окну, чувствуя, как ладони парня неторопливо поднимаются вверх по её голеням, побуждая мелкие мурашки рассыпаться по всему телу. Болат, приподняв голову, разводит чуть в стороны её ноги, с лёгким нажимом поглаживая чувствительную кожу девичьей подколенной ямки. — Ну, ты же понимаешь, что по-прежнему я — твой преподаватель, а ты — моя студентка? Наши отношения вряд ли оценит общественность, люди либо скажут, что я тебя принудил, либо то, что ты меня соблазнила… в общем, это может обернуться настоящим скандалом в прессе или того хуже у тебя будут большие проблемы с руководством университета, — наконец говорит Серкан, внимательно смотря на шатенку, — поэтому давай лучше дождёмся твоего выпускного, а потом месяца через четыре уже объявим об отношениях в СМИ, если, конечно, ты этого захочешь, — молодой человек тепло улыбается, добавляя, — Йылдыз, ты правда стесняешься моих действий после того, что ты вчера тут творила? — он весело хмыкает, — милашка. Эда шумно вздыхает, ощущая, как полы халата соскальзывают с её ног, обнажая вновь требующую внимания кожу бёдер. Однако молодой человек не медлит, следом развязывает и махровый пояс, желая окончательно избавиться от совершенно ему сейчас не нужной белой ткани. — Ты даже не надела бельё, серьёзно?! — восхищённым взглядом пробегаясь по женскому телу, удивлённо ахает он, — Аллах-Аллах, при дневном освещении ты ещё прекрасней. — Я просто хотела дойти в халате до своего номера и там переодеться в чистую одежду, я же не думала, что всё так выйдет, — интуитивно прикрываясь руками и сгорбливая спину, тихонько отвечает Йылдыз. Вчера, будучи совершенно пьяной, ей было абсолютно плевать, как пристально и долго молодой человек глядит на неё, как внимательно он желает рассмотреть каждый изгиб её тела в ночи, обещающей навсегда оставить все их пороки в дурманящей тьме. Сегодня, будучи заботливо освещённой дневным светом, ей хотелось поскорее натянуть на себя любую одежду, дабы скрыть за тканью неприличную наготу. Девушка буквально не могла отделаться от гнетущего ощущения того, что она выглядит слишком плохо, слишком некрасиво, слишком неправильно, слишком иначе, нежели модели, заслуженно красующиеся на глянцевых журналах. Стыд словно обжигал щёки, оставляя на тех совершенно нежеланный румянец, однако от того лёгкая тяжесть в девичьем животе не уходила, а нужда в чужих прикосновениях и вовсе становилась всё сильнее и сильнее. Кареглазая, кажется, находилась на тонкой грани от того, чтобы глупо захныкать от собственной беспомощности. — Чш-ш, иди ко мне, — выпрямив корпус и уверенно встав на ноги, успокаивающе тянет молодой человек, прекрасно понимая, что поторопился в своих действиях. Он не привык медлить, не привык терять время, не привык видеть искренне смущение в чужих глазах. Только вот Эда и её неуверенность сейчас была значительно важнее былых привычек. Болат хотел лишь дать ей ещё пару мгновений настоящего блаженства и чистого удовольствия, но никак уж не испугать девушку своей решительностью. Кареглазая охотно прижимается к телу Серкана, почти мгновенно закрывая глаза и пряча лицо в изгиб мужской шеи. Он, как всегда, пахнет восточно-дорого. Он, как всегда, пахнет так, что ей думается лишь одно — она никогда не сможет надышаться его запахом. — Ты же моя красавица, — оставив робкий поцелуй на девичьем виске, довольно шепчет молодой человек. Одной рукой он аккуратно обнимает Йылдыз за талию, а другую же опускает на её спину. Медленно проводит ладонью по весьма ощутимо выпирающему позвоночнику, доходит до последнего позвонка, вновь целует шатенку в висок, перемещает кисть на женскую макушку, гладит, а затем всё по новой. Эда уже более расслабленно вздыхает, крепче прижимаясь к парню, однако глаз по-прежнему открывать не хочет. Всё слишком хорошо видно. Всё слишком интимно. Всё вновь слишком-слишком. — Если тебе не нравится, я могу прекратить, — не совсем верно понимая затянувшееся молчание Йылдыз, довольно обеспокоенным голосом говорит мужчина. — Мне нравится, просто… — сжимая пальчиками ткань его футболки, неохотно отвечает Йылдыз, — просто в комнате слишком светло и… мне кажется, что я выгляжу недостаточно красиво. Парень глухо хмыкает, с трудом сдерживая звонкий смешок. Эда, которая выглядит как богиня говорит ему это. Эда, у которой идеальные пропорции фигуры и прекрасное лицо. Эда, на которую он готов смотреть часами, вечность восхищаясь одной только красотой её карамельно-карих глаз. — Ох, как же ты ошибешься, Йылдыз, — переместив ладонь на женский подбородок, он побуждает шатенку поднять голову и взглянуть на него, — ты восхитительна для меня во всём. Может, это сейчас и звучит слишком слащаво, но это так. Разумеется, я полюбил тебя не за внешность, однако она мне сразу понравилась, стоило только увидеть тебя, и я уже сразу заставил себя вспомнить о характере наших отношений, потому что мысли у меня в голове промелькнули не сильно порядочного содержания, — сказав, Серкан нежно чмокает девушку в кончик носа, а затем добавляет, — ладно, красавица моя, давай всё-таки остановимся, я не хочу, чтобы ты чувствовала себя некомфортно. Да и тем более ты сегодня ещё не завтракала, поэтому, думаю, нам нужно это скорее исправить, согласна? Шатенка лишь отрицательно качает головой, всем телом чувствуя необходимость в продолжение ранее начатого. Как бы стыд не вынуждал щёки вспыхивать алым, низ живота желал ощущать тепло рядом стоящего мужчины. И как бы абсурдно это не было, но наваждение было сильнее морали и сомнений. — Нет? — с лукавой улыбкой спрашивает Болат, аккуратно приподнимая девушку и неторопливо направляясь с ней в сторону постели, — ладно, тогда немного задержимся в номере. Кареглазая покрепче обхватывает парня за спину, оставляя робкий поцелуй на его шее. Вот явно не так она планировала проводить время в Америке. Йылдыз шумно вздыхает, чувствуя, как осторожно молодой человек опускает её на кровать. Серкан, сильнее наклонившись, аккуратно прикасается к девичьим губам, оставляя на тех ласковый поцелуй. Он без слов обещает быть с ней предельно нежным. Она верит. — Не надо, — не позволяя кареглазой вытащить край футболки из-под его джинс, шепчет ей он, — у меня планы только на тебя. Эда лишь покорно кивает, отвечая на его новый поцелуй. Не хочет с ним спорить, ощущая столь желанное тепло мужских ладоней на своём животе

***

— И? Куда идём? — протягивая девушке руку, интересуется Серкан. Йылдыз невольно улыбается, вкладывая свою ладошку в мужскую. — Тут рядом есть одна кофейня, я часто брала там кофе и выпечку, поэтому напоследок хочу туда зайти, — свободной рукой указывая на дом через дорогу, добавляет кареглазая, — вот, смотри, нам туда. — Хорошо, — неторопливо шагая, отвечает молодой человек, — можем потом ещё немного погулять. У нас примерно три часа до того момента, когда нужно будет ехать в аэропорт. Тебе же хватит полтора часа на то, чтобы собрать чемодан и принять душ перед дорогой? — Думаю, да, — немного грустно произносит Йылдыз, — честно, не хочу уезжать. В Турции мы вряд ли сможем проводить время вместе… моя тётя начнёт задавать много вопросов, если я буду часто задерживаться после пар, а сказать ей правду я пока боюсь. Мне кажется, она всё неправильно поймёт. Болат задумчиво хмыкает, покрепче сжимает девичью ладошку, а затем оставляет лёгкий поцелуй на женской щеке. — Не переживай, всё нормально будет. Если твои близкие будут задавать вопросы, дай им мой номер, пусть позвонят, я без проблем скажу, что ты в университете и им не о чем беспокоиться, — буднично говорит парень. — Ладно, — не совсем уверенно отвечает шатенка.

***

Кареглазая внимательным взглядом изучает имеющиеся в наличии десерты, думая о том, чего же ей сейчас хочется. — Выбрала? — интересуется молодой человек, равнодушным взглядом глядя на витрину. Несмотря на то что выпечка выглядела действительно очень красиво, особого аппетита у мужчины она не вызывала, есть сладкое он в какой-то степени даже отвык, поэтому Болат, недолго думая, решил, что возьмёт самое здоровое, что тут есть — диетическое морковное печенье. — Ну… — последний раз глянув на десерты, всё-таки отвечает Эда, — да. Я буду булочку с арахисовой пастой. — Хорошо, а кофе тебе какой брать? — подходя к кассе, уточняет Серкан. — Карамельный раф, но вообще-то я планировала сама всё оплатить. Мне немного некомфортно от того, что уже не первый раз платишь ты, — подойдя к мужчине, говорит кареглазая, протягивая ему свою банковскую карту. Молодой человек, с лёгкой улыбкой глянув на девичью карточку, всё же достаёт свою и, сделав заказ, прикладывает её к терминалу. — Увы, Эда, тебе придётся к этому привыкнуть, — весело хмыкает Болат, отходя чуть в сторону от кассы, дабы подождать, когда бариста приготовит их заказ, — потому что я ни при каких обстоятельствах не соглашусь на то, чтобы моя девушка что-либо оплачивала самостоятельно, находясь в моей компании, — разводя немного руки в стороны, тем самым приглашая женщину в свои объятия, добавляет он, — в этом вопросе я человек консервативный, уж извини. Кареглазая аккуратно обнимает молодого человека за шею, складывая голову на его плечо. Йылдыз делает глубокий вдох, прикрывая глаза. Стоять в объятиях любимого человека, ждать вкусный горячий кофе, чувствовать внутри полное спокойствие и счастье — это всё кажется чем-то совершенно нереалистичным, будто сошедшем со страниц какого-то романа, однако ласкающий обоняние запах кофейных зёрен и мужского парфюма убеждает в обратном. Это её реальность, настоящая и счастливая. Это её жизнь, состоящая из случайностей и ошибок, из взлётов и падений, из учащённого сердцебиения и мелких мурашек, из стаканчика кофе и нежного поцелуя в лоб.