Одержимость

В секунду вся жизнь снова перевернулась с ног на голову. Она смотрела на него так, будто между ними никогда ничего не было и быть не могло. Так, как она смотрела на него полтора года назад, когда они только познакомились и совсем не зная друг друга, тихо недолюбливали. Вивьен же не понимала откуда столько нежности в прикосновениях и удивления в глазах от её отказа. Когда он только показался на пороге с этой обворожительной улыбкой и живым блеском в глазах, она с трудом подавила желание оглянуться, чтобы убедиться, что она одна в этой маленькой палате. Но дальнейшая выходка напарника и вовсе повергла её в шок. Мало того, что он нарушил её личное пространство, ещё и полез с поцелуями, поэтому последующий за этими действиями вопрос показался ей весьма уместным и животрепещущим. — В чём дело, Вив? — Он перехватил её здоровую руку, что вот-вот бы коснулась его лица и немного отклонился назад, блуждая взглядом по искажённому злостью лицу девушки. — Это я у тебя спросить хочу. — Она вырвала свою ладонь из его хватки, отползая подальше от мужчины, но не переставая сверлить его взглядом. — Какого чёрта ты делаешь? Я безумно благодарна, что ты вопреки сильному желанию не оставил меня в тех катакомбах, но это не значит, что теперь я упаду к твоим ногам, как какая-то… — Стоп! — Леон остановил её жестом и мотнул головой. — В каких катакомбах? — По-моему это тебе нужно полежать здесь и голову проверить, Кеннеди. — Она вскинула бровь и усмехнулась. — Мы вчера были в Катаре… Сердце рухнуло куда-то вниз и тут же подскочило к горлу, вытягивая мужчину по струнке смирно. Катар. Спасение посла. Одна из их первых миссий в паре. Тогда они только притирались друг к другу, учились работать вместе. — Вивьен… — Вынырнув из омута воспоминаний, Кеннеди качнул головой. — Катар был почти полтора года назад. Холмс несколько секунд сверлила его взглядом, пытаясь разглядеть хоть какой-то намек на то, что он пытается её разыграть. Но напарник сидел с непроницаемым выражением лица. — Это неудачная шутка. — Она нервно усмехнулась и качнула головой, отодвигаясь от мужчины ещё дальше и усаживаясь поудобнее. — Что последнее ты помнишь? — Блуждая взглядом по её лицу, опуская его на бандаж, фиксирующий её руку, он сглотнул и тряхнул головой, выбрасывая оттуда красочный рассказ Редфилда. — Я… — Замявшись, она вздохнула, так же опуская взгляд на свою руку, и силясь вспомнить как получила эту травму. А затем и вовсе нахмурилась, судорожно перебирая в памяти недавнюю, как она думала, миссию. — Я помню, как ты вернулся за мной и вывел к самолету… Далее последовали какие-то короткие вспышки, словно от фотоаппарата и куча неясных обрывков воспоминаний не то того самого дня, не то тех, что были после, а за ними черный экран, будто кто-то выключил это слайд-шоу. «Ты понятия не имеешь, сколько боли я могу вынести…» Её же надрывистый голос прокатился эхом в голове с последующим оглушающим мерзким треском сустава, и девушка мотнула головой, скривившись. Слова Леона уже перестали казаться бредом и к горлу подкатил тошнотворный ком паники, сбивая дыхание и учащая пульс. Голова закружилась и Вивьен, судорожно ища здоровой рукой опору, начала заваливаться набок. — Эй … — В момент оказавшись рядом, он подхватил девушку и аккуратно приобняв за плечи, уложил на подушку, а затем отстранился. — Я позову врача. — Всё в порядке. — Она совершенно неосознанно вцепилась в рукав его куртки, сжимая потертую кожу до хруста, и поднимая на него потерянный взгляд. — Что со мной произошло? — Я обязательно тебе всё расскажу, но не сегодня. — Отрицательно мотнув головой, Леон, борясь с желанием обнять и прижать девушку к себе, нерешительно поднял руку и провёл ладонью по её волосам. — Ты только пришла в себя, тебе нужно… — Да к черту это всё! — Не дав ему даже закончить предложение, Вивьен повысила тон голоса и отстранилась от его руки. В её глазах встали слезы, а сама она едва зримо задрожала, сдерживая накатывающий приступ истерики. — Сначала ты говоришь, что последнее, что я помню, было больше года назад, а теперь отказываешься объяснять в чём дело. Ты не имеешь права, я должна знать. Кеннеди уже успел забыть, на сколько она, в некоторые моменты, была нетерпелива и упряма, и сколько ему потребовалось времени, чтобы совладать с её характером, прежде чем окончательно и бесповоротно влюбиться. — Я не собираюсь ничего от тебя скрывать, Вивьен. — Качнув головой, он невесело усмехнулся, блуждая взглядом по её лицу. — Ты всё узнаешь, как только перестанешь валиться с кровати от малейшего усилия напрячь свою память. В её взгляде промелькнули хорошо знакомые мужчине недобрые огоньки, и он, обведя взглядом палату, с тяжелым вздохом, вернулся к девушке. — Не старайся. Я не вспыхну, как бы ты этого не хотела. — Он снова, через силу, дёрнул уголки губ в усмешке, встречая ещё более разъярённый взгляд. — Я вернусь завтра, договорились? Девушка молчала с минуту, прожигая напарника взглядом, но затем, сквозь стиснутые зубы, прошипела только одно слово: «Хорошо». — Отлично. — Мужчина кивнул. — И пожалуйста, не пытайся выписаться под мою ответственность, а тем более сбежать. Ради своего же блага… — Это приказ? — Холмс одарила его жутко фальшивой улыбкой и едва склонила голову к плечу, не сводя с него взгляда. — Я же сказал «пожалуйста». — Он также натянуто улыбнулся ей в ответ, а затем отошёл от кровати, направляясь к двери. — Но, если потребуется я попрошу тебя запереть здесь. Прежде, чем она что-то ответила, Леон вышел в коридор. С губ сорвался тяжелый, шумный выдох, и он устало привалился к стене, проводя ладонями по лицу и следом возводя взгляд к потолку. Время будто обратилось вспять, откинув его почти на полтора года назад, и Кеннеди совершенно не представлял, как быть дальше. Он так долго ждал этой встречи, но вместо родных объятий — едва не пощечина и полное отчуждение во взгляде. Как током его тут же прошибли воспоминания совершенно противоположные. Леон вспомнил её мягкую открытую улыбку, мелодичный смех и лучистые карие глаза полные нежности. Это была та сторона Вивьен, которую не каждому посчастливилось узнать, и которая когда-то окончательно убедила его в том, что он влип по-крупному. Сейчас же девушка снова закрыла её за непробиваемой бронёй максимальной отстранённости и холодности. Ариас, хоть и не в полной мере, но добился своего: Вивьен забыла всё, что её связывало с Леоном ближе, чем работа. — Как она? Из глубокой задумчивости Леона вывел голос друга и заставил обернуться к приближающимся Редфилду и Валентайн. Бросив короткий взгляд на дверь в палату девушки, Кеннеди кивнул в противоположную сторону и сам отошёл в указанном направлении. — В порядке, если не считать того, что почти полтора года просто стёрлись из её памяти. Она не помнит ничего, что было после Катара и теперь требует объяснений. Уговорил дождаться завтра… Редфилд, останавливаясь и складывая руки на груди, присвистнул. — Сильно. Не думал, что провал на столько большой. — Агент качнул головой. — Я пытался тебе сказать, когда ты пришёл… Леон с пониманием кивнул и поджал губы, облокачиваясь на колонну. — Я видела её анализы. — Джилл последовала примеру Редфилда и перевела взгляд на Кеннеди. — Помимо Р30, там гремучая смесь препаратов. Я не представляю, как её мозг не расплавился под воздействием этого ядерного коктейля. Такой откат в памяти — это цветочки. Всё могло бы обернуться куда большей трагедией. Сжав пальцами переносицу, Леон крепко зажмурился, старательно выбрасывая самые худшие мысли из головы. — Но это же может быть временный побочный эффект? — Крис сдвинул брови к переносице, задумчиво потирая подбородок и обращая взгляд к девушке. — Я не врач. — Пожав плечами, Валентайн покачала головой. — Думаю, что многое зависит и от самой Вивьен… На протяжении следующих нескольких дней Крис, Леон, Ингрид и присутствующая за компанию Джилл, рассказывали Вивьен основные события забытых ею почти полутора лет. Не забыли упомянуть и об их истинных отношениях с Кеннеди. И сначала Холмс восприняла это как шутку, даже посмеялась, но встретив весьма серьёзные взгляды друзей, осела, остановившись на Леоне. Какое-то время ей потребовалось, чтобы переварить это, и все терпеливо выжидали, понимая, что дальнейшая информация шокирует её, возможно, больше. У неё сразу нашлось объяснение и его беспокойству, и поцелую, и нежности, с которой он на неё смотрел, с которой касался. Но оно шло вразрез с тем, что Вивьен испытывала к напарнику. Их последний диалог, что отпечатался в памяти состоял из выяснения отношений, а затем и тихих оскорблений, она была более чем уверена взаимных, но никак не из планов на совместный отдых о которых рассказал Кеннеди. — Ты в полной мере уже доказал, что ты крутой парень. Но может вспомнишь, что мы напарники? — Карие глаза искрились негодованием, и воздух в помещении сгустился от напряжения, исходившего от девушки. — Я как бы ни хотел об этом забыть, не могу. — Он стойко выдержал её испепеляющий взгляд. — Ты постоянно путаешься под ногами и напоминаешь об этом. Заведя руку с пистолетом за её спину, он выстрелил в недобитого Вивьен мертвеца, ползущего в их сторону, и снова вернулся к ней. — Путаюсь под ногами значит… — Девушка едва не задохнулась от возмущения, но следом же усмехнулась. — Это у тебя вместо спасибо? — Ты сама полезла, я сказал тебе уйти. — Заканчивай раздавать приказы. — Брюнетка буквально выплюнула эти слова ему в лицо и нарочно задев мужчину плечом, прошла мимо. — А то, упаси, послушаюсь в следующий раз. — Стерва. — Буркнув себе это под нос и провожая девушку взглядом, Кеннеди с силой стиснул челюсти, от чего на его скулах заиграли желваки. «С потрясающей фигурой» — дополнил внутренний голос и Леон прогоняя эту мысль, тряхнул головой. — Гондон. — Аналогично тихо произнесла Холмс, так же злобно стискивая зубы, не оборачиваясь и следуя к пункту назначения. «Но эти глаза…» — Вивьен скривилась на какие-то секунды и отвесив себе смачную мысленную пощёчину, прогнала мужчину из своей головы. Ей рассказали почти всё: как её похитили из квартиры, как они искали, как, к сожалению, перестали искать, опустив подробности запойных месяцев Кеннеди, как она сама вышла на них и передала информацию об Ариасе, наконец подошли к тому, что он с ней сделал и пересказали события на крыше. И к концу этого рассказа, Вивьен едва держалась. Негодование, обида, злость захлёстывали с головой, но она старалась не подавать вида. И только Леон прекрасно видел каким трудом ей даётся сдержать накатившие эмоции, как блестят её глаза от слёз и как едва зримо подрагивают пальцы. Оставшийся вечер, она так и не смогла взглянуть на Кеннеди. Не готовая обсуждать их отношения, не готовая думать о них и о том, как это произошло. Но вопреки нежеланию девушки показывать чувства и переполняющие эмоции, когда все ушли, он остался. — Если ты захочешь поговорить… — Нерешительно приблизившись к койке, мужчина убрал руки в карманы джинсов. — Не надо. — Она обрубила его стремление хоть как-то помочь одним жестом: опустила глаза и подняла здоровую руку. — Я не готова к этому разговору, Леон. Не с тобой… Её голос снова задрожал, но мужчина понимал, что своей настойчивостью сможет лишь усугубить её состояние. Поджав губы, он кивнул и несколько раз несильно ударив кулаком по изножью больничной койки, молча покинул палату. В нескольких кварталах от штаб-квартиры, находился один из тех баров, в который он частенько заглядывал на протяжении полугода. И после этой неудачной попытки разговора с любимой девушкой, вместо того, чтобы отправиться домой, Кеннеди свернул туда. Там его и нашёл Крис. — Как успехи с Вив? — Редфилд приземлился на соседний высокий стул, жестом подзывая бармена, а затем складывая руки на гладкой поверхности и оборачиваясь к другу. — Никак. Она отказалась со мной говорить. — Кеннеди хмыкнул, допивая остатки виски, и отставляя стакан, тут же затянулся тлеющей сигаретой, опуская взгляд прямо перед собой. — Я для неё чужой человек. Она помнит, что недавно нас поставили работать в паре, помнит, что мы оба этому не обрадовались и что нам очень непросто найти общий язык. — Ты уже решил, что будешь делать? — Крис взялся за бокал с пивом и отпил немного. — Не знаю. Долбить её артиллерией из воспоминаний? Не хочу. Да она и слушать не станет, быстрее пристрелит меня, вместо мишени в тире. Сейчас у неё в памяти только тот период, когда каждое слово было в штыки. Перепалки и ненависть во взгляде… — Обновив себе выпивку, он вздохнул и приложился к стакану. — Ты не налегай. Опять тебя полгода не увидим? — Вскинул брови Редфилд, бросая взгляд на бутылку. — Может как-то ей напомнить, восстановить события того дня, когда вы… У вас это всё, ну… Ты понял… — Предлагаешь мне вывезти её куда-нибудь и подвесить на цепь над роем ликеров? Сейчас позвоню Ариасу, уточню, нет ли у него ещё таких лабораторий про запас… — Невесело усмехнувшись, Кеннеди покачал головой, делая глоток из стакана. На лице Редфилда в полной мере отразился его мыслительный процесс, он смотрел на Леона, а в его голове будто проходили сложные математические вычисления. — Уже тогда? Кеннеди с громким стуком опустил стакан на барную стойку и шумно выдохнув, развернулся к другу, но тот пытливо ждал ответ на свой вопрос. И расслабившись, понимая, что он просто так не закроет эту тему, Леон кивнул. — Спонтанно как-то вышло. Она обняла меня, а меня будто током ударило. Просто вдруг осенило, что хочу её не просто спасти, а уберечь от этого всего… И в то утро, когда ты звонил рассказать про Аду, я был с ней. — Я знал! — Крис расплылся в довольной улыбке и хлопнул друга по спине. — Ничего не было. Мы просто разговаривали и пили. Много пили. — Леон улыбнулся воспоминаниям и опустил взгляд в свой стакан. — Проснулся утром на диване, а она у меня на груди спит. Такая беззащитная, спокойная… — Сейчас расплачусь. — Редфилд смахнул невидимую слезу под глазом, едва сдерживая смех. — Пошёл ты. — Кеннеди сам усмехнулся и покачал головой, толкнув друга в плечо, а затем вздохнул, посерьёзнев. — Я не хочу на неё давить. Лучше я ей от этого не сделаю… Конечно, я хочу, чтобы она всё вспомнила, но меня пугает, что на неё обрушится вся лавина. Она вспомнит и те полгода, что провела с Ариасом. Ты видел её глаза, когда мы сняли браслет? Леон вновь обернулся к другу и тот, вспомнив не только этот взгляд, но и треск суставов девушки, поморщился и кивнул. — Я боюсь за неё, Крис. — Но это всё равно может случиться, ты же понимаешь? — Редфилд так же серьёзно посмотрел на друга. — И мы ничего не сможем сделать.

***

Наконец настал и день выписки. Холмс предстояло влиться в жизнь, в работу, свыкнуться с мыслью, что возможно, она и не вспомнит того, что было до того дня, как она очнулась в палате и получалось по началу не плохо. Девушка даже обрадовалась, что сможет вернуться в свою старую квартиру, но это настроение немного омрачилось тем фактом, что какое-то время там жила сообщница психопата, промывшего ей мозги. И убедилась она в том, что эта квартира стала для неё чужой, как только переступила порог. Сама обстановка практически не изменилась, и от вещей Табиты она избавилась быстро, думая, что это поможет привыкнуть быстрее, но увы, чем больше времени она проводила в этих стенах, тем больше росло желание найти другое жилье. Затем потянулись долгие недели расследования. Вивьен таскали по всевозможным допросам, проверяли на полиграфе, но в конце концов доверились результатам многочисленных анализов и диагнозу врачей — ретроградная амнезия, и со скрипом, под ответственность Кеннеди допустили до работы в штабе. Но даже когда она восстановилась после вывиха и с готовностью рвалась в бой, её не допустили до активных операций. Все вокруг относились к ней так, будто она не потеряла память, а тяжело и неизлечимо больна. Каждый считал своим долгом поинтересоваться о её самочувствии, уверенности в готовности к работе в поле, и всем она отвечала одно и то же: «Со мной всё в порядке.» Однако, руководству этого было недостаточно, и даже Леон не смог их переубедить. По началу она удивилась его рвению вернуть Холмс в строй, но затем вспоминала, что это из её памяти выжгли больше года жизни, а не из его. Это для неё он стал напарником лишь два месяца назад, а для него она была нечто большим уже давно. Она вовсе старалась как можно реже пересекаться с мужчиной. Каждый раз, когда они оставались одни по той или иной причине, он смотрел на неё с какой-то нежностью и грустью в голубых глазах, и ей становилось неуютно. В душе что-то ёкало. И нет, это была не жалость, нечто иное… Что-то, чему она пока не могла дать определение, а от этого и старалась загасить это чувство. Срабатывала своеобразная защитная реакция. Но он не давил, держал дистанцию, старался вести диалог исключительно в рамках работы, хотя по нему было видно, с каким исполинским трудом ему это дается. Они даже спорили, ругались и подначивали друг друга. Как раньше для Леона и как обычно для Вивьен. В один из таких дней, когда они в очередной раз сцепились, Крис, наблюдая за этими двумя со стороны, тяжело вздохнул и обернулся к Джилл, передавая ей очередную папку из тех, что накануне привезли из очередной лаборатории Ариаса. — Я ничуть не скучал по временам, когда эти двое собачились по поводу и без. Даже не верится, что они вообще смогли сойтись… Валентайн усмехнулась, бросая взгляд на парочку на другом конце кабинета, а затем возвращаясь к папке с документами, в надежде найти хоть что-то полезное. — От ненависти до любви… — Тут будет минимум 10 000 шагов, если к Холмс не вернется память. Причиной сегодняшней склоки послужил новый гардероб Холмс, в котором с момента расследования и её возвращения к работе преобладал классический стиль. Леон, пробежавшись по напарнице взглядом, одобрительно кивнул и уселся на край стола, откладывая очередной бесполезный документ. — Обновила гардероб? Не плохо. — Хоть что-то полезное осталось от жизни в золотой клетке Ариаса. — Вивьен даже не взглянула на него, листая что-то в планшете. — Купальник не забыла прихватить? Она устало выдохнула и закатила глаза на комментарий Кеннеди, а затем повернулась к нему, постепенно сокращая их расстояние. — Нет. А знаешь, что ещё не забыла? — Тон ее голоса сменился на какой-то томный полушепот и Леон так же повернувшись к ней, замер, блуждая взглядом по её лицу. — Что? — Его сердце забилось чаще, когда она сократила их расстояние до неприлично минимального. — Несколько комплектов безумно дорогого, красивого, тонкого кружевного белья. — Она практически простонала это в его губы и он поднял руки, укладывая их на её талию, совершенно забывая где они находятся, что они не одни, готовый бросить её на этот стол и любить до потери памяти, но она быстро спустила его с небес на землю. – Которое ты никогда не увидишь. Она отстранилась, как ни в чём не бывало, а Кеннеди прочистил горло и обведя взглядом кабинет, убедившись, что все заняты своими делами, шумно выдохнул и оттолкнулся от стола, отходя подальше и зарываясь в очередную кипу бумаг, старательно выбрасывая из головы этот томный шёпот. Это было жестоко и Холмс осознала это уже через секунду, бросив взгляд на напарника, который нервно перебирал стопку документов, больше не взглянув на девушку. Но извиняться за это она, конечно, не собиралась. Не сейчас, по крайней мере. Но эта тишина не продлилась долго. Они снова сцепились в споре посреди общего обсуждения дальнейшей стратегии, и на очередную реплику напарника Вивьен тяжело вздохнула, закатила глаза, и спрятала ладони в карманы широких черных брюк, разворачиваясь к Леону и одаряя его натянутой улыбкой. — Тебе я надеру зад даже в этом костюме и не снимая каблуков, Кеннеди. — Проверим? — Его губы изогнулись в усмешке. — С радостью. Когда Крис снова повернулся к паре, тех уже и след простыл. — Что, серьезно? Прямо сейчас? — Захлопнув папку с документами, он бросил её на стол и упёр руки в бока. Валентайн так же подняла взгляд и обвела им кабинет, а после развернулась к мужчине, вопросительно вздернув бровь. — Они правда будут драться? — Да. — Вздохнул Редфилд, сверля взглядом дверь. — Не переживай. Для этих двоих — это нормально. — Ингрид даже не отвлеклась от компьютера. — Раньше они постоянно выплёскивали свою взаимную неприязнь на матах. Хватало примерно до следующей стычки, или задания, где можно было выпустить целую обойму в кого-нибудь… неживого. — Я хочу на это взглянуть. — Глаза Джилл загорелись неподдельным интересом, и отложив папку, она двинулась к выходу, так же быстро скрываясь за дверью. — Куда… — Ставлю полсотни на Вивьен. — Показавшись из-за двери, Валентайн хитро улыбнулась и снова скрылась. — Ты в деле? — Он обратился к Ханниган. — Нет, спасибо, я с тобой больше не спорю. Одного раза хватило, предатель. — Усмехнувшись, девушка качнула головой, и поднялась со своего места. — Пойду схожу за кофе лучше. Закатив глаза, Редфилд тоже усмехнулся и вместе с Ханниган вышел из кабинета. Спустившись по ступеням в спортивный зал, Холмс стянула с плеч пиджак и повесила его на одну из груш, оставаясь в чёрном топе и брюках. Туфли она так же не сняла. Леон, последовав её примеру, снял куртку, оставшись в серой футболке. Остановившись, он пробежался взглядом по брюнетке, заостряя внимание на открытых участках подтянутого тела, и затем, сдержанно вздохнув, убрал одну руку за спину, второй хлопнув себя по плечу и ухмыльнувшись, на мгновение отвёл взгляд. — Так уж и быть… Одна рука за спиной. — Как это великодушно. Она сразу перешла в наступление. Поочередно девушка пыталась нанести удары по его лицу, но даже одной рукой он их заблокировал, и сам ударил её в область под грудью, заставляя охнуть и немного отступить. Вивьен качнула головой и в её взгляде загорелось пламя злости. Кеннеди лишь усмехнулся и ладонью приманил её обратно. И когда она подошла, сам сделал выпад и замахнулся, но Вивьен, ловко проскочив под его рукой, перехватила ту, локтем ударяя его под рёбра и отталкиваясь назад, своим телом прижала мужчину спиной к стойке с грушей. — Уровняем счёт? — Тяжело дыша, не выпуская его руки, она чуть задрала голову к его плечу и подняла взгляд на мужчину. Он даже не шелохнулся. Второй раз за день, и это больше, чем за всё время после её возвращения, она была так близко, что достаточно было наклониться, и он мог коснуться её губ. Он чувствовал тепло её тела, аромат парфюма, и всё внутри переворачивалось. Такая родная и чужая одновременно. Вивьен тоже на какое-то мгновение замерла, блуждая взглядом по лицу мужчины и чувствуя, как нечто иное, совсем не злоба к этому человеку, разливается внутри. Что-то очень тёплое, родное… И в памяти промелькнули неясные обрывочные картинки: он улыбается ей, наклоняется, чтобы поцеловать, обнимает и ведёт куда-то, на все вопросы отвечая «это сюрприз». Быстро моргнув, сгоняя это чувство, она отвела взгляд и хотела уже сделать бросок, отправляя Кеннеди на маты, но он так же быстро пришёл в себя и резко выдохнул, сопротивляясь. — Уровняем. — Он ударил её под колено, развернул к себе, потянув за руку и подножкой сбил с ног. Теперь Вивьен сама оказалась на матах, а он навис сверху, опираясь руками о мягкую поверхность и замирая в жалких сантиметрах от её лица. Ощущая сбивчивое дыхание друг друга на коже, смотря прямо в глаза, они вновь замерли. Ей достаточно было чуть приподнять голову, и она могла коснуться его губ. И внезапно все мысли закрутились вокруг этого странного, необъяснимого, но невероятно сильного желания. Леон и сам с трудом сдерживался, уж слишком близко она была, слишком манили эти губы, на которые он силился не смотреть. — 1:1? — Хрипло выдал он, всё же сдавшись и опустив взгляд, когда девушка, тяжело дыша, обвела кончиком языка нижнюю губу и тут же поджала её. Она только кивнула на его вопрос, молча дожидаясь, пока мужчина поднимется. — Обувь всё-таки стоит сменить. — Леон протянул ей руку, чтобы помочь подняться. Но Вивьен, посмотрев на его раскрытую ладонь усмехнулась. В следующую секунду, она ударила его по ногам, сбивая мужчину и быстро перевернувшись набок, как только он приподнялся, обхватила ногами его шею, несильно сдавливая её и укладывая мужчину обратно на мат. — Слишком много болтаешь. — Передразнив его ухмылку, она выпустила его из захвата, а затем сама поднялась на ноги и отошла, выбрасывая окончательно не те мысли о Леоне из своей головы. Надевая пиджак и выправляя волосы из ворота, она снова развернулась к Кеннеди и хотела было что-то сказать, может даже извиниться за то, что сделала в кабинете, но её перебил раздосадованный Редфилд: — Я в коем-то веке поставил на тебя, Леон! — Он вытащил купюру из бумажника и протянул её улыбающейся Джилл. — Ты что… — Холмс резко развернулась, уставившись на мужчину, — тотализатор на нас устроил? — Не смотри на меня так, в этот раз идея была её. — Крис с потрохами сдавший Валентайн, развернулся и торопливо ушёл. — Вот ты гад, Редфилд! — Джилл проводив мужчину испепеляющим взглядом, шагнула следом за ним. В недоумении посмотрев им вслед, Вивьен обернулась на уже поднявшегося Кеннеди, что приближался к ней, закидывая куртку на плечо и разминая шейные позвонки. — Ты привыкнешь. — Поравнявшись с напарницей, он едва сдержал новый порыв обнять её, убирая свободную ладонь в карман джинсов и улыбаясь краем губ. — Каждый раз, когда он становится свидетелем наших разногласий, он делает ставки. И ставит на тебя почти всегда, между прочим. — Почему? — Вопросительно изогнув бровь, Вивьен склонила голову к плечу. — Не знаю. — Мужчина пожал плечами, улыбаясь шире. — Наверное ему нравится смотреть, как ты надираешь мне зад. Вивьен усмехнулась и покачала головой. — И часто он выигрывает? Кеннеди, что-то прикидывая в голове, возвёл взгляд к потолку, а затем вернулся к девушке, чуть склоняясь вперёд и с заговорщицкой улыбкой заговорил: — Не особо, вообще-то… И ты чаще всего жульничала. — Да ну тебя. — Закатив глаза, Холмс толкнула напарника в плечо с усмешкой, а затем развернулась и поднявшись по ступеням двинулась к выходу из спортзала. — Я всё равно уделала тебя даже на каблуках! От напряжения, скачущего между этими двумя почти не осталось и следа, и остаток дня прошёл относительно спокойно. Лишь иногда это спокойствие нарушалось их спорами, активным обсуждением и взаимными безобидными шуточками. Теперь не только Леон откатился в памяти на полтора года назад. Слушая парочку, все остальные присутствующие в этом кабинете порой отвлекались от своих дел. Их взгляды метались от Вивьен к Леону и обратно, словно они отслеживали полёт мяча в теннисной партии. Но стоило кому-то из этих двоих обратить внимание на слишком пристальные взгляды, все тут же, имитируя бурную деятельность, сосредотачивались на документах или других делах.

***

Бывали такие дни, когда круговорот мыслей уносил её в дебри вопросов. Эмоции, переживания, что она так тщательно прятала за маской «всё в порядке, живём дальше» рвались наружу. И способ их хоть немного выплеснуть, она нашла быстро — в спортзале Отдела. Время уже близилось к ночи, но девушку это не волновало. Удар за ударом Вивьен выбивала из несчастного манекена дурь, выплескивая все терзающие её эмоции: гнев, боль, обиду. Кеннеди наблюдал издалека, обращая внимание на то, что её руки даже не были защищены перчатками, а костяшки уже сильно покраснели. — Не спится? — Он вышел из тени, облокачиваясь на перила, привлекая к себе внимание Холмс. Сработало. Удары стихли и, тяжело дыша, девушка развернулась. — Не могу уснуть. — Сухо констатировала она, возвращаясь к манекену, нанося удар ногой. — А ты что здесь делаешь? — Я хотел завезти тебе вещи, но дома тебя не оказалось. Подумал, что найду тебя здесь, угадал. — Он улыбнулся краем губ, отталкиваясь от перил и спускаясь по лестнице не спеша. — Как хорошо ты меня знаешь. — С язвительной усмешкой отозвалась Вивьен, вкладывая больше сил в новый удар. Она злилась и это четко прослеживалось в каждом её ударе, в каждой напряжённой мышце тела. — Было время выучить… Так почему ты не дома? — Он ещё сократил их расстояние, пока наблюдая. — Дай-ка подумать. — Наигранно задумчивый тон и пауза в словах, но не в движениях, что становились только яростнее. — Потому что не могу там находиться. Там всё пропитано этой стервой. Потому что какой-то псих промыл мне мозги. Потому что я не помню целый долбаный год и четыре месяца своей жизни. И тебя в ней! С последними словами, её голос дрогнул, и она на столько вложилась в удар, что костяшки всё же не выдержали натиска, сбиваясь в кровь окончательно. Кеннеди моментально оказался рядом, перехватывая её руку, которую она занесла для очередного удара и мягко развернул к себе. — На сегодня с него хватит. — Бросив взгляд на манекен, он опустил его на руку девушки. — И с тебя тоже. Это нужно обработать, идем. Он взял её за руку и потянул в сторону раздевалки. Вивьен и не сопротивлялась. Не было сил. Она послушно следовала за мужчиной и также послушно присела на лавочку, только теперь ощутив, как засаднили царапины. Сжав и разжав пальцы, она тихо шикнула и поморщилась. — Это твой способ избавиться от ненужного груза. — Кеннеди присел напротив, не поднимая взгляда, открывая аптечку и доставая перекись и ватные диски. — Тяжёлые миссии, потери, неудачи. Иногда просто скука. И ты здесь. Так было… Тяжело вздохнув, он замолчал и поджал губы. Вивьен же напротив смотрела на него неотрывно, и снова без сопротивления позволила взять себя за руку, слушая его и едва не переставая дышать. — У тебя есть ещё один способ, но ты очень редко к нему прибегаешь… — Виски. Они произнесли это одновременно и Вивьен усмехнулась, а Леон кивнул и просто улыбнулся, аккуратно прикладывая ватный диск с перекисью к повреждённой коже. Закончив с обрабатыванием, он метко бросил ватный диск в урну и отодвинув аптечку, присел рядом с девушкой на лавочку. — Спасибо. — Как-то робко улыбнувшись, она повернулась к мужчине, встречая тот самый полный нежности и грусти взгляд голубых глаз, и тут же поспешила отвести свой. — Не за что. — Кеннеди, тоже отводя взгляд, посмотрел прямо перед собой. Какое-то время они молчали, задумавшись о своем. — Ты знаешь меня лучше, чем я сама. — Хмыкнула Вивьен, прерывая эту затянувшуюся паузу. — Это так странно… — Не страннее того, что мы сидим в женской раздевалке и беседуем по душам. — Леон усмехнулся и обвёл помещение взглядом, а затем повернулся к девушке. — Будет неловко, если зайдет уборщица. Холмс повторила за ним, тихо рассмеялась и качнула головой, подтолкнув мужчину плечом. — Было бы неловко, если бы кто-то из нас был раздет. — Раздевалка женская, так что… — Изогнув губы в ехидной ухмылке, Кеннеди пожал плечом, поворачиваясь к девушке. И встретившись с ним взглядом, Вивьен проглотила своё шуточное возмущение, на какие-то секунды утопая в этом омуте голубых глаз. За эти секунды, её сердце сделало кульбит, а воображение подкинуло очень красочную и неприличную картину, значительно учащая пульс. Ей вновь безумно сильно захотелось его поцеловать, захотелось ощутить его крепкие руки на своей талии и дыхание на коже. И это наваждение как-то нужно было прогнать. — Ты прав, — она прочистила горло и собравшись с мыслями, бросила взгляд на его губы, но быстро вернулась к глазам, — мы в женской раздевалке. А теперь выметайся отсюда и дай мне переодеться, нахал. Вивьен улыбнулась, а Леон кивнул и усмехнулся, поднимая ладони в капитулирующем жесте, вставая с лавочки, а затем удаляясь и оставляя напарницу одну. Когда она вышла из раздевалки, накидывая привычную кожанку, но не обнаружила Леона нигде, подумала, что он вовсе уехал домой. Но обнаружив мужчину у входа в здание, рядом со своей машиной, она невольно выдохнула с неким облегчением. — Я думала, ты уехал. — Подойдя к нему, девушка сложила руки на груди. — Вышел подышать, пока ты переодевалась. — В его многозначительном взгляде промелькнули искры, и он дёрнул уголки губ в кратковременной улыбке. Она даже представить боялась, что творилось в его светлой голове, что он чувствовал, но может оно и к лучшему. — Тебя подвезти? — Не надо, спасибо. Я уже вызвала такси. На сегодня контакта с Кеннеди было слишком много, она боялась, что проведи она наедине с ним ещё пару минут, ещё и в машине, и они непременно бы свернули с дороги на полпути. Уж слишком сильные, пугающие девушку, эмоции он вызывал. — А вещи? — Он кивнул на свой салон и Вивьен машинально бросила взгляд на коробки, аккуратно сложенные на заднем сидении. — В следующий раз завезешь. — Подмигнув ему, она развернулась, шагнув к подъезжающему такси. — Спокойной ночи, напарник. — Спокойной ночи, Вивьен. Проводив девушку взглядом, он вздохнул, уже садясь за руль, но заметил, как она остановилась на полпути и развернувшись, направилась к нему. Какая-то надежда в полной мере отразилась во взгляде, но девушка что-то достала из кармана. — Чуть не забыла. — Встав напротив, она протянула Кеннеди ключ. — Он был с моим ключом от квартиры, я подумала… — Не надо. — Отрицательно мотнув головой, мужчина поднял взгляд, осторожно обхватил её ладонь своей и «закрыл» её. — Пусть будет у тебя. — Леон… — Это ни к чему тебя не обязывает. Это не способ надавить и заставить вспомнить. — Он вздохнул. — Я просто хочу, чтобы ты знала, что мой дом — это то место, куда ты всегда можешь приехать, даже без предупреждения. И я всегда буду ждать. С каждым его словом, она чувствовала, как в душе снова растекается знакомое тепло, а сердце замирает от его спокойного, уверенного тона. — Это нечестно… — Сойдя на шепот, силясь сдержать подступившие так некстати слёзы, она мотнула головой. — Нечестно — это то, как ты порой играешь со мной. — Мужчина улыбнулся. — Я не железный, Вивьен Холмс… Она невольно улыбнулась ему в ответ и вздохнув, убрала ключ обратно в карман, оборачиваясь на такси. — Езжай, пока за ожидание счёт не выставили. — Мужчина кивнул на жёлтое авто и с еще более обворожительной улыбкой посмотрел на девушку. — Или передумала? — Нет. — Она сморщила нос и всё же зашагала к ожидающей её машине. — Тебя сегодня уже слишком много, а мне ещё и завтра тебя лицезреть. — И до конца своих дней… — В той же манере ответил Кеннеди, провожая её взглядом и не переставая улыбаться. С того дня их отношения стали менее натянутыми. Лёд тронулся. Сегодняшний день выдался не менее тяжёлый. Недели ушли у них на то, чтобы отследить Ариаса со своей подружкой, но ему снова удалось сбежать. К тому же они потеряли нескольких агентов и бойцов Альянса, и шанс забрать оставшуюся у торговца вакцину. Вивьен и Ингрид координировали работу из штаба, однако устали не меньше тех, кто всё же вернулся с задания. На столько выбившись из сил, Вивьен изменила своей привычке вымещать эмоции в спортзале и мечтала лишь о том, что, вернувшись домой, буквально рухнет в кровать и забудется сном. Но сегодня, как назло, ей снова не спалось. Стены квартиры давили на неё, она не чувствовала себя здесь как дома с момента возвращения. Ворочаясь на жутко неудобной, как ей казалось, кровати, Вивьен в какой-то момент всё же бросила попытки уснуть. В сотый раз взгляд упал на мобильный телефон, и рука потянулась к гаджету. Девушке хотелось поговорить с кем-то, кто не насел бы на неё с ненужными расспросами. И почему-то она подумала именно о своём напарнике. — Нет. — Вивьен одёрнула саму себя и оставив телефон на подушке, вышла из спальни, решив прибегнуть к другому способу: просто выпить. Остановившись посреди гостиной, она упёрла руки в бока, закусив край губы и обведя комнату взглядом. — Да к чёрту. — Выдохнув, брюнетка резко развернулась и нырнула обратно в спальню. Присев на край кровати, она взяла телефон и проведя по экрану большим пальцем, следом крепко сжала его. Мечась ещё какое-то время, она отыскала нужный номер в телефонной книге и помедлив, нажала кнопку вызова. В те недолгие секунды, что шло соединение, она успела пожалеть о своём решении, ведь время уже давно было не детское и мужчина наверняка спал после тяжелого дня. К её удивлению не прошло и двух гудков, как совершенно бодрый, хотя и удивленный голос Кеннеди послышался на том конце. — Привет. — Прозвучало это как-то неуверенно, и Вивьен тут же зажмурилась и приложила ко лбу ладонь. — Не разбудила? «Дура, зачем ты это вообще делаешь?!» — ругался внутренний голос, но она едва-ли не вслух старалась его заткнуть звучным «Тшшш!» — Нет, я не ложусь так рано. — В его голосе послышалась улыбка. — Тебе тоже не спится? — Не могу уснуть, снова. — Поджав губы, Холмс поднялась с кровати и неспешно вышла из спальни, принимаясь нарезать круги по небольшой гостиной. — Сегодня был какой-то сумасшедший день… Проходя мимо дивана, она кончиками пальцев свободной руки провела по обивке, отслеживая их движение и затем осматривая сам диван. Неясные обрывки воспоминаний, внезапно промелькнувших перед глазами, заставили девушку резко остановиться и замолчать. — Ну всё, сама напросилась… — Леон навис над ней, начиная щекотать и заваливая на диван. — Нет-нет-нет! — Пытаясь убежать от этой безжалостной пытки, едва не задыхаясь от смеха, Вивьен, извивалась под ним. — Остановись! Она почти сошла на визг, и мужчина и впрямь остановился, отстраняясь и теперь уже с лукавой улыбкой блуждая взглядом по её лицу. — Странно, ночью ты меня просила об обратном… — Ну ты и засранец. — Резко, с наигранным возмущением вдохнув, затем она всё же улыбнулась ему в ответ. И в следующую секунду он сократил их мизерное расстояние и накрыл её губы поцелуем, на который она с охотой ответила, обвивая его шею руками. — Вивьен? — В голосе напарника послышались нотки беспокойства. Кажется, она молчала слишком долго. Моргнув, девушка одёрнула руку от дивана и нахмурившись, продолжила свой путь по небольшой квартире. — Слушай… Я не знаю кто мы друг другу, или кем должны быть, но… — Вздохнув, она снова остановилась, теперь у окна, вглядываясь в огни ночного города. — Сегодня был просто ужасный день, и я хочу тебя увидеть. Слова вырвались сами собой и дались на удивление легко, а уголки губ дернулись в мимолетной улыбке. — Выходи. Я у твоего дома… — Что? — Машинально она опустила взгляд и действительно под её окнами стоял Леон. — Выходи, прогуляемся. — Хорошо… — Вивьен как-то растеряно кивнула, и сама собой на губах нарисовалась более счастливая улыбка. Собралась она в рекордные сроки. Выбор на вечерний променад был проще некуда: свободный свитер с открытым плечом и джинсы. Наспех натянув простые кроссовки, она выпорхнула из квартиры. Но на выходе из подъезда, затормозила, привела немного сбившееся дыхание в норму и уже более спокойным шагом вышла на улицу. Кеннеди сегодня тоже отказался от любимой кожаной куртки в пользу серого пуловера с V-образным вырезом, из-под которого проглядывала белая футболка, а светлые джинсы и белоснежные кроссовки дополнили простой образ. Увидев его, Вивьен конечно же не смогла удержаться от того, чтобы не пошутить в отместку за его цепляние к её классическим костюмам, в которых она иногда появлялась в стенах Отдела. — Надо же, а я думала, что эта потёртая, повидавшая виды куртка — неотъемлемая часть тебя. — Приближаясь, она сверкнула взглядом, сцепляя пальцы в замок и тут же размыкая их и улыбаясь мужчине. — Засчитано, Холмс. — Он кивнул, закатывая глаза и тут же расплываясь в ответной улыбке. Они гуляли, разговаривали на отстранённые темы, заново узнавали друг друга, не затрагивая тему их отношений. Если случались споры, то решались они не на повышенных тонах, а со смехом и каким-то компромиссом. Иногда на Вивьен накатывало ощущение дежавю, но она старательно не придавала этому значения. Девушка улыбалась, задавала вопросы о жизни Леона, с интересом слушала его рассказы. А внутри у него всё переворачивалось от понимания, что ей действительно интересно. И в этот момент мир стал чуточку ярче, и он искренне улыбался в ответ. Слушая какую-то знакомую ему историю, мужчина не перебивал, не дополнял. Он так сильно соскучился по моментам с ней, что готов был хоть сто раз послушать одно и то же, лишь бы только она больше никогда не исчезала. Они совершенно потеряли счёт времени. И в какой-то момент опомнившись, Вивьен сначала посмотрела на часы в смартфоне, а потом и заметила, как постепенно на улице начинает светать. — Нам уже скоро на работу, пора закругляться. — Поджав губы, она перевела взгляд на мужчину и вздохнула. — Зайдем кое-куда и я провожу тебя домой. — Мужчина как-то заговорщицки улыбнулся и вытянул к ней раскрытую ладонь. Несколько секунд она смотрела на него с прищуром и наигранным сомнением. — Это всё было прикрытием, чтобы завести меня в какое-нибудь тёмное место и убить? — Идея конечно не плохая, но нет. Обещаю, и пальцем тебя не трону. — Он не сводил с неё взгляда и продолжал улыбаться. — Здесь недалеко, но времени мало, ты слишком долго сопротивляешься. — Ну хорошо, веди. — Вложив свою ладонь в его, она согласно кивнула. Он потянул её дальше по улице, затем завёл в многоэтажный дом, и спокойно миновав консьержа, проследовал к лифту. — Мы что, к тебе домой пришли? — Только сейчас, когда они зашли в лифт, она поняла, что не помнила точного адреса напарника. — Нет. — Усмехнувшись, мужчина нажал кнопку самого верхнего этажа. — А что мы делаем в чужом доме? — Увидишь. — Позвоним в квартиру Редфилда и убежим? — Нет, это не дом Криса. — Кеннеди хохотнул, качнув головой. И наконец, когда лифт остановился, он вывел Вивьен в небольшой коридор, а затем уверено провёл к лестнице и выходу на крышу. Дверь оказалась не заперта. — Успели. — Тихо проговорив, он, не выпуская руки девушки, вышел первым. — Осторожно, тут высокий порог. Крепче сжав ладонь брюнетки, он вывел её, а затем не спеша направился к парапету. — Кеннеди, я справедливо опасаюсь. Ты решил сбросить меня с крыши? — Неуверенно она шагала следом, не сводя взгляда с его затылка, но не переставая улыбаться. Но Леон не ответил, лишь качнул головой и остановился, выведя Вивьен чуть вперед. Девушка тут же потеряла дар речи от красоты открывшегося вида: над сонным городом распростерлось лилово-розовое небо, и постепенно из-за горизонта начинало выплывать солнце. Она любовалась рассветом, а он любовался ей. — Я не знала, что ты романтик. — Вивьен повернулась к мужчине, и её глаза блеснули. Леон затаил дыхание. Впервые в её взгляде мелькнуло что-то, кроме равнодушия, ярости и простого интереса. — И многих ты уже сюда приводил? — Откровенно говоря… — Он прочистил горло, отводя взгляд, — Это ты показала мне это место. И я задал тебе тот же вопрос. Она снова отвернулась, и улыбка на её губах тут же померкла. Обводя взглядом город, девушка сделала глубокий вдох, а затем медленно выдохнула, о чём-то напряженно думая. Она не могла вспомнить это место. Ни малейшего намека, тоненькой ниточки, за которую можно было бы зацепиться. Как она не старалась: пустота. — Это, наверное, тяжело, — её взгляд заметно погрустнел. — Когда любимый человек тебя не помнит. — Главное, что ты сейчас рядом. — Леон постарался улыбнуться как можно более ободряюще и снова взял её за руку, несильно сжимая пальцы. Вивьен качнула головой и невесело усмехнулась, слабо дернув рукой. Но он не выпустил и аккуратно подошел ближе, останавливаясь за её спиной. Нерешительно подняв другую руку, самыми кончиками пальцев он коснулся её кисти и провел ими вверх, до открытого плеча. Вивьен не шелохнулась. Закрыв глаза, она ощутила приятную волну мурашек, посылаемую его ненавязчивыми, такими лёгкими касаниями, и полностью погрузилась в эти ощущения. Леон убрал волосы с её плеча и всё так же, касаясь самыми кончиками, провел по нему и склонился, едва коснувшись бархатной кожи губами и с наслаждением вдохнув любимый аромат. Едва ощутимо девушка вздрогнула и развернулась к нему, выпустив его ладонь, и заглянув в голубые глаза. Подняв руку, он снова коснулся её и почти невесомо провел пальцами по щеке девушки. Она молчала. На глаза навернулись слёзы, а грудную клетку сдавило невидимым обручем. Ей сейчас было ничуть не легче, чем Леону. — Прости… — Голос предательски задрожал, и она отрицательно качнула головой. — Я очень хочу вспомнить, но не могу… Трещины в защитном барьере, пробитые Кеннеди, начали стягиваться снова. Перехватив его ладонь, сжав, она опустила её, а затем отступила от мужчины и развернувшись, зашагала прочь, стирая с щёк слёзы и ругая себя за решение позвонить ему в этот вечер.