Одержимость

Aloha nui loa*

В переводе с Гавайского: С большой любовью и наилучшими пожеланиями.

А я снова прощаюсь с Вами на неопределённый срок.

Всем спасибо за внимание к данным работам и ваши лайки (это и смотивировало вернуться и дописать начатое 3 года назад).

Тем, кто был со мной с самого начала истории, вернулся дочитать особая благодарность за терпение, обратную связь, которую вы давали, вдохновение и просто, что были со мной.

Приятного чтения!

Целую сто тысяч раз.

И, может быть, до скорых встреч. <3

Всё закончилось. Заражённых устранили, Ариаса провели по уцелевшим коридорам Отдела в качестве демонстрации для тех, кто решился на предательство и встал на его сторону, а затем заперли в точно такую же камеру. Он не оказал сопротивления, но и не проронил ни единого слова, давая понять, что к сотрудничеству готов он будет не скоро. Спустя час по этим же коридорам шёл уже Кеннеди. Он мало что видел перед собой и не обращал внимания ни на взгляды направленные в его сторону, ни на то, что кто-то пытался его позвать. «— Леон, — Крис убрал руки с её груди и покачал головой, — Все кончено… — Качай!» Шаг. Ещё шаг. Кто-то в него врезался, извинился, но Кеннеди продолжал идти. «Медик отрицательно кивает, откладывая дефибриллятор и с сожалением смотрит на агентов. Джилл едва не оседает на пол, он слышит её звучный всхлип, Крис закрывает лицо окровавленной ладонью. Леон не верит.» Ему было плевать, что его футболка пропиталась кровью Вивьен, что руки и лицо были в её крови, он двигался будто в забытьи, но точно знал свою конечную цель. «— Я знаю, что ты меня слышишь… Не смей оставлять меня, Вивьен… Вернись ко мне… Давай же, Холмс! Твою мать! Дыши!» Она только вернулась к нему. Это была чудесная неделя, которую они провели вдвоём. А потом всё закончилось. Когда медик констатировал время смерти. Когда Крис сбросил маску сдержанности и ткнулся носом в макушку плачущей у него на груди Джилл. Когда Леон прижал бездыханное тело к груди. Они так и не побывали на Гавайях, а билеты всё ещё лежали во внутреннем кармане его потёртой, видавшей виды, её любимой кожаной куртки. «— Я люблю тебя. — Повторишь это в субботу?» Его остановили напротив железной двери и Кеннеди не сразу понял, что от него хотят. Его пустой взгляд едва не заставил мужчину в форме B.S.S.A. отшатнуться. — Пожалуйста, сдайте оружие, мистер Кеннеди. — Повторил он и протянул руку. Леон опустил взгляд на кобуру и вытащив пистолет, вложил его в руку солдата. Дверь открылась и он шагнул в камеру. Взглянул на ещё двух охранников, а затем на Гленна, что не поднимал головы и изучал взглядом слив в полу. Сейчас Леону подумалось, что вся эта охрана здесь не для того, чтобы не дать Ариасу сбежать, а для таких вот посетителей, как Леон. — Оставьте нас. Голос немного просел. Он продолжал сверлить взглядом торговца и тот, будто почувствовав это, поднял голову. — У нас есть чёткий… — Я говорю здесь от имени президента. У вас новый приказ. — Он впервые выказал свой статус перед бойцами Альянса и сейчас в голосе проскользнула командирская сталь. Подняв взгляд он снова окинул им солдат. — Я без оружия. Он не умрёт. Мне просто нужна пара минут. Переглянувшись, бойцы кивнули и покинули помещение, оставляя Кеннеди наедине с тем, кого он готов был убить сейчас голыми руками, наплевать на приказ и отправить ублюдка к праотцам раньше, чем ему пророчило правительство. — Ты плохо врёшь, Леон. — Ариас хрипло усмехнулся и покачал головой, снова опуская взгляд. — Давай, начинай, я готов. — Ты скажешь, где вакцина и сдашь мне даже родную мать, если потребуется. Гленн поднял взгляд и, кажется, только сейчас обратил внимание на то, что Кеннеди стоял перед ним в крови. Не в своей крови. — Я не хотел, чтобы так всё закончилось. — Он проговорил это с непритворным сожалением, что заставило Кеннеди усмехнуться. — Либо твоя, либо ничья. И твоя сучка с этим справилась. — Голос Кеннеди надломился, а пальцы сжались в кулаки. — Говори. — Я думал, что успел. Без неё всё это не имеет смысла. И знаешь, что? — Теперь на губах торговца нарисовалась ухмылка. — Я готов умереть и найти её там. И Кеннеди начал. Повалив стул с торговцем на пол, он вбивал кулак в его лицо до тех пор, пока костяшки не сбились, смешивая свою, кровь Вивьен с кровью Ариаса, пока его лицо не превратилось в кровавое месиво. Он вкладывал в эти удары всю боль, всю злость, что переполняли его в данную минуту. И наконец, выбил хриплое, шипящее, булькающее кровью признание. Вакцина в Мексике. В том самом доме, где он держал Вивьен когда-то. Тяжело дыша, Кеннеди поднялся и пнул торговца под рёбра, а затем шагнул к выходу. Открыв дверь встретил выжидательный взгляд Криса и обернулся, напоследок взглянув на мычащего, корчащегося от боли очередного «непобедимого» ублюдка. Теперь всё было точно кончено. И он выдохнул даже с каким-то облегчением. — Вивьен сейчас борется за свою жизнь. И когда она победит, я передам от тебя привет. Или нет. Адьос, мудила! Вернувшись к Редфилду, он устало кивнул. — Керетаро. Вакцина там. Теперь он ваш. Хлопнув друга по плечу, Кеннеди обошёл его и направился к своей следующей цели. Медицинское крыло. Реанимационное отделение.

Вашингтон. Арлингтонское кладбище.

Две недели спустя.

Это была пышная церемония. С выстрелами, сложенными флагами, длинными речами президента с пьедестала, репортёрами, и всё как положено, чтобы отдать дань уважения падшим в той мясорубке, что устроил Ариас в стенах D.S.O. Леон насчитал несколько десятков гробов, а может и больше. Сбился на миниатюрном белом. С венком таких же белых роз. И тогда же отделился от общей толпы, что пришла почтить память погибших. Он не осмелился подойти ближе и оставался в стороне, наблюдал, привалившись плечом к дереву, сжимая в руке одну красную розу и скрывая глаза за тёмными очками. Острое, давно забытое желание закурить пронзило его, но в кармане чёрного пиджака нашлась только зажигалка, оставленная там лет дцать назад. Невесело усмехнувшись, он огляделся и встретившись взглядом с одним из офицеров полиции, что сопровождали кортеж президента, жестом спросил сигарету. Тот кивнул и вот, спустя минуту, желаемая доза никотина и смолы наполнила лёгкие агента и он блаженно выдохнул едкий дым. — Ты даже не подойдёшь? Она возникла из ниоткуда и Кеннеди зажмурился и едва-ли не сжался в плечах, как школьник, пойманный с поличным за школой. — Тебя здесь не должно быть. — Голос дрогнул, и он снова затянулся, а затем повернулся к брюнетке. — Мы должны попрощаться. — Обхватив плечи руками, Вивьен шагнула к нему. Медленно, осторожно, чуть прихрамывая. — Не могу. — Леон отрицательно покачал головой и затянулся снова, возвращая взгляд к прощальной церемонии. — Они были нашими коллегами… Вивьен всё ещё была бледной, а в эти шаги к нему явно вкладывала больше усилий, чем обычно. — Я знаю. — Он оборвал её на полуфразе и обернулся, поджав губы. — Просто… Я устал терять людей. Хочешь спасти одну жизнь, а в итоге гибнет сотня других. — Но спас ты тысячи, — её голос стал ещё мягче, — даже миллионы. Леон вздохнул и, выкинув недокуренную сигарету и взглянув на девушку, вытянул руку. Она с охотой нырнула в его объятия, а он ткнулся носом в её макушку и мягко, даже осторожно погладил её по спине, не решаясь прижимать, вопреки желанию. — Ты опять выписалась под мою ответственность? — Да. Но не волнуйся, всего на пару часов. Вернёшь меня обратно, если захочешь. Леон усмехнулся в её волосы. Не захочет. Сегодня он хочет спать, обнимая её, пусть и как хрупкую вазу. Если потребуется, будет спать возле кровати, на полу. Будет носить завтрак, обед и ужин в постель. Но ни дня больше не проведёт без неё. И ей хотелось того же и больше всего на свете. Церемония подходила к концу и Вивьен всё же удалось уговорить напарника подойти ближе и попрощаться. Он возложил розу на тот самый миниатюрный белый гроб для Хейли Брукс. Новенькой, что только начала свою стажировку в координаторы у Ханниган. Когда они шли к машине, их встретили Крис и Джилл, ни разу не удивившиеся появлению Вивьен. Их амнистировали сразу, как только Ариас подтвердил, что они находились под воздействием P-30. Подтвердил с трудом, так как способность внятно говорить после визита Кеннеди к нему пока не вернулась. Перекинувшись парой фраз и договорившись встретиться в баре неподалёку, они уже были готовы разойтись к машинам, но их окружила охрана президента. Вивьен инстинктивно крепче прижалась к Леону, взяв его за руку, а Крис приобнял Джилл, готовый задвинуть её за мощную спину, если потребуется. Но сам президент, вышедший к команде выглядел более дружелюбно, чем окружившие их охранники. — Я хотел поблагодарить вас за службу, агенты. На секунду все расслабились, но мужчина изменился в лице и от добродушия не осталось и следа. — Но кто-нибудь из вас, — он окинул взглядом всех, но остановился почему-то на Кеннеди, — может мне объяснить, почему заключённый был едва живой, когда его доставили в Интерпол? Все переглянулись и, прежде, чем Кеннеди успел сознаться, спрятав руку со сбитыми костяшками в карман, Крис его опередил: — Он выпал при транспортировке из фургона. Пытался сбежать. — Крис явно сочинял на ходу, но остальные подхватили, согласно кивая на его слова. — И сколько же раз он падал? — Мужчина вопросительно вскинул бровь, переведя взгляд на Редфилда. — Пять, или шесть… — Задумчиво протянула Джилл и тут же прикусила край губы, скрывая за этим жестом улыбку. — Может восемь. — Похвальный энтузиазм. — На лице президента вновь нарисовалась улыбка и он кивнул, тихо посмеявшись. Обстановка разрядилась и после нескольких слов благодарности, агенты продолжили свой путь. — Знаете, кто куда, а мы, наверное, в отпуск. Что скажешь? — Он опустил взгляд на обнимающую его Вивьен, — Как только ты окончательно встанешь на ноги, разумеется. — Я согласна. — Кивнула Холмс и прижалась к его груди. — Я всё ещё жду свои сувениры! — Подхватил Редфилд, открывая дверь пикапа и дожидаясь, пока Джилл сядет на пассажирское. — Я помню про юбку из пальмовых листьев. — Усмехнулся Кеннеди и так же открыл пассажирскую дверь для Холмс. — Кокосы прихватить? — Пошёл ты. — Обиженно фыркнул Крис и обошёл авто, чтобы сесть за руль, но затем улыбнулся. — Встретимся «У Бенни». — Мы тоже тебя любим. — Махнув другу рукой, Леон так же сел за руль и обернулся к Вивьен, вытянув руку и погладив её пальцами по щеке. — Как ты? — Убила бы за картошку фри. — Она прикрыла глаза на секунду, выдыхая и ластясь к его руке. — Значит, будет картошка фри. — Леон усмехнулся и перегнулся через подлокотник, а Вивьен подалась ему на встречу, чтобы поцеловать. Впереди у них был вечер с друзьями. Затем реабилитация Вивьен и долгожданный отпуск на Гавайях. До тех самых пор, пока телефон снова не начнёт разрываться от непредотвратимой угрозы человечеству.