Черноволосый парень.

Гоголь идёт в школу, а ведь он так хотел ещё поспать дома и опоздать в школу. Ему всё равно скучно там, а только дома можно поспать. Вдруг подходит Шибудзава, он шёл какой-то грустный, своей рукой дёргая нижний край рубашки. Николай это заметил и быстро подошёл к нему. — Хэй, Тацухико, что случилось? — спросил Гоголь, его голос был весёлым. Шибудзава только молчал. —Ну, блин, чего молчишь-то? — Просто меня надоели спрашивать: «Хэй, у тебя ногти чёрные? Ты что, гей?», — он спокойно говорил, даже не плакал, ни одной слезинки не появилось. Коля был, конечно, удивлён выражению его чувств. — Не обращай на них внимания, если кто-то будет говорить про тебя гадости, то зови меня, я с ними разберусь ииииии всё будет чики пуки!~ Шибудзава слегка улыбнулся, сказав: — Спасибо, но я сам. Он ушёл от него в здание школы. Сигма рядом был и всё слышал, внимательно смотря на них. Он подошёл к Коле. — Хэй, Коль, ты, пожалуйста, можешь быть аккуратнее в школе. — Что? — не понял фразы Сигмы Николай. — Что случилось? — Видишь ту девочку с бежевыми волосами? Гоголь посмотрел туда, куда указал любитель карт, увидев девушку с большой компанией девочек, она весело разговаривала и фотографировала каждого. Зачем она это делает? Гоголю реально было интересно, нахер фоткать всех. — Которая фоткает всех? — спросил Николай. — Да. — А что с ней не так? — Извини, но она дура, — сказал тихо Сигма, скривив лицо. — Может, скажешь? — Чего мне объяснять? Она новенькая нашей школы и думает, что она такая милая, фоткает всех нахуй. Вот, к примеру, она такая видит меня, фоткает и говорит: «Хэй, мальчишка! Можно мне с тобой сфоткаться?». Я спросил у неё: «Зачем?». «Для моего блога, но и хотя бы найти в этой школе нового парня. Ну, ты не в моём вкусе, ваще ты стремный». Сигма закончил свой рассказ. Гоголь над ним посмеялся. Сигма разозлился на него: — Чего смешного? — Просто смеюсь над твоей историей~ — Я тебе правду говорю, сам попробуй с ней хоть раз поговорить! — Ладно, ладно, я пойду в школу!~ Николай быстро уходит от него. *** В школе было полно народа, некоторые стояли около шкафчиков, где стояла сменная обувь. Гоголь переодевался, как вдруг чей-то голос сказал: — Николай, ты, пожалуйста, будь аккуратен с новыми людьми. Гоголь уже понял, кто это. Повернув свою голову, он посмотрел на Гончарова. Он стоял перед ним и что-то объяснял. — Да понял я, — пробубнил блондин, одев свою обувь. Он взял свою сумку, на которой были значки ужасающих монстров. Гоголь уходит в класс, и к нему снова подходит Гончаров. — Ты не знаешь, почему Сигма-кун такой? — спросил он, поглядев издалека на любителя карт, который быстро куда-то уходил. Гоголь улыбнулся, ответив: — Не обращай на него внимания, он просто не любит чужих людей. — Вот как, тогда без вопросов, — уходит седоволосый в класс. Блондин увидел, как черноволосый идёт с книгой, он не мог оторвать глаза от неё. Гоголь подходит к нему. — Привет, Федь! — Привет, — тихий голос от крыски, он направил взгляд на блондина. — Слушай, давай после этого урока с тобой поговорим на перемене, а то мне скучно. Ты не против? — Хорошо, поговорим, — улыбнулся любитель книг, заправив за ухо прядь волос. — Отлично! — весёлый и звонкий голос Гоголя, словно балалайка. Прозвенел звонок. Гоголь и Достоевский попрощались, уходя каждый на свой урок. *** На крыше было не так много людей. Николай сидит рядом с Федей и разговаривает с ним. — Коль, а ты сейчас что-нибудь читаешь? — вопрос от крыски, он смотрел своими тёмно-фиолетовым глазами на него. — Нет, у меня времени не так уж много. — А что ты делаешь? — спросил Фёдор. — Я хожу на спорт, потому что моя мама говорит, что я должен быть в хорошей форме. Тренировки и усталость, всегда ложусь спать. — Понятно, мои родители недавно купили новые книги про убийства, это очень интересно. Хочешь, дам? — Нет, спасибо, не надо... — сказал Гоголь, у него начала появляться печаль внутри. Федя сразу заметил его состояние. — Коль, ты чего? — Просто задумался о плохом, извини. — Зачем извиняться? Ты даже мне ничего не сделал, может, скажешь, что случилось? — прозвучал ласковый голос Достоевского, он смотрел на грустное лицо Николая. — Когда ты сказал про родителей, то мне стало грустно. — Что с ними случилось? — с любопытством спрашивает тот. — Мой отец ушёл от меня, когда я родился, сказав при этом, что я урод со своими глазами... — Нормальные у тебя глаза. — Спасибо, Федь, — поблагодарил Гоголь. — Моя мама ухаживать за мной пыталась, чтобы у меня было хоть какое-то нормальное воспитание, ей было тяжело и тётя, она была сестрой моей матери, помогала ей. Когда мне было три года, моя мать не выдержала и покончила жизнь самоубийством. После этого момента моя тётя воспитывала меня и я называю её «мамой», она стала для меня как родная мать. — Коль, мне тебя жалко, — сказал Дост, он правда не ожидал услышать от своего друга такое прошлое. — Ничего, ничего, всё нормально. Неожиданно пришла та девочка, она начала всех фоткать. Чёрт, пришла та самая, о которой говорил Сигма. Девочка с бежевыми волосами посмотрела на Гоголя, улыбнувшись и сказав: — Привет, знаешь, я тебя увидела, ты такой симпатичный, может, с тобой познакомимся?~ «Значит, это она, про которую говорил Сигма» — подумал он, потом усмехнулся. — Серьёзно? Где я симпатичный? Неожиданно начал собираться маленький народ, глядя на происходящее. Почему они собрались? Увидев Сигму, он только ударил своей рукой по лицу, он понял, что сейчас начнётся что-то ужасное. Гоголю было плевать на это. — Знаешь, у тебя прекрасные глаза, сам, наверное, ходишь на какой-то спорт, так что можно с тобой познакомиться? — говорила она, крутя бежевую прядь на пальце. — Нет, — отрезал Николай. — Почему? Причины же есть? Все только галдели, им было интересно, что будет дальше. Гоголь видел, как Шибудзава смотрел вместе с Сигмой, Гончаров только скрестил руки. Пушкин сидел в телефоне, ему было пофиг на всё. — Потому что такие, как ты, меня не интересуют, — сказал блондин, усмехнувшись. — Вот как, а какие тебе нравятся девушки, если я не такая? «Ёбаный в рот, она просто издевается надо мной. Ну и ладно люблю ссориться. Пизда будет, ноооо зато весело~». Коля посмеялся, все посмотрели на него. Девочка смотрела на него вопросительно. — Никакие, я, в отличие от тебя, хожу в школу, чтобы учиться, получать знания. — Да ты что? — Да, у меня есть один удивительный дружбан, его зовут Сигма. Он рассказал, что ты переводишься в школу лишь для того, чтобы найти парня, но, — он сделал небольшую паузу, — ты мерзкая. Все ужаснулись от слов блондина, даже сам Пушкин поднял голову от телефона. Девочка только сжала кулаки, посмотрев на него злым взглядом. — Что ты сказал? — злой голос от неё.— Ты что себе позволяешь, пидор? — Минуту назад ты говорила какие-то прелестные слова, что хочется блевать от них. Может, скажешь, почему вся школа только и липнет к тебе, как к ленте для мух? Что в тебе нашли? — Ха! Меня зовут Нэнси, я популярная модель. Все хвастаются мною, хотят автографы от меня, — говорит эта девушка, подходя к нему. — Знаешь, твои слова, которые ты сам говорил, они не те. — Зачем тогда говорила, даже твердила, что хочешь прям найти парня милого, ути пути, — начал он передразнивать Нэнси. — И что с того? Мне хотя бы какая-то любовь в жизни нужна, но оказалось, что ты против моего предложения. Прозвенел звонок на урок, но никто не уходил. — Сама шляха, которая хочет потрахаться, не так ли? — Что за бред?! — Нэнси наорала на него. Гоголь встал, уже оказавшись за её спиной. — По твоему виду видно, что трахалась недавно, — говорит он, смеётся и уходит на урок. Все остальные тоже ушли на свои уроки, только Нэнси стояла молча и плакала.