Альтернатива

      После шутки про шестьдесят девять Малфой как-то сдулся и перестал источать пошлости, обратил внимание на остальных гостей, галантно ухаживал за сидящей справа Флёр.       Гарольд сделал вывод: тому неприятно такое общение. Видимо только Поттер вкладывал в эти фразочки какой-то второй смысл, важный для дальнейшего общения. А для Хорька это была всего лишь игра двух бывших врагов на публику.       Шум с другой стороны стола отвлёк Гарри от размышлений: Молли что-то пыталась доказать Чарли и Джорджу, те искали поддержки у Билла и отца. А Перси же пытался объяснить, что именно мама имела в виду. При этом стараясь при начальнике не сильно показывать эмоции.       — Так всё! — Чарли опёрся руками на стол, рывком встал со стула и посмотрел на Поттера, — Гарри, прошу, впусти сейчас через камин одного человека.       Тео подавился соком, Нарцисса с Медой засияли как бриллианты в их украшениях, а Молли хватала ртом воздух:       — Нет! Этого не может быть! — она тоже поднялась из-за стола и тут же села обратно, — а как же… А что же…       Гарри не стал слушать дальше причитания расстроенной миссис Уизли, а первым покинул столовую, кивнув Чарли на выход.       В каминном зале рыжик сначала переговорил с кем-то по сквозному зеркалу (разговор был оживленный и на повышенных тонах), а затем, уточнив адрес для перемещения, оборвал связь. Буквально через пару минут камин полыхнул зелёным, и Гарри словил дежавю: в объятия второго Уизли влетел смутно знакомый парень. Кажется, золотое трио видело его во время передачи Норберта в заповедник.       — Знакомьтесь, господа, — Уизли выпрямился и, обнимая одной рукой за талию своего бойфренда, произнёс, — Хавьер Бруно Марс, наследник рода Марс из Трансильвании. Гарольд Джеймс Поттер, Лорд Поттер-Блэк.       Чарли отпустил Хавьера для рукопожатия и с надеждой посмотрел на Гарри.       — С днём рождения! Рад встрече со столь интересным человеком, — Хавьер говорил искренне, и было видно, что Чарли проинструктировал насчёт «Победителя»: все близкие знали как Гарри ненавидит свою Славу.       — Приятно познакомиться, ну что пойдёмте шокировать «мать вашу» дальше? — Поттер улыбнулся двум влюблённым, схватившимся друг за друга, и направился обратно в столовую, из которой уже слышались нешуточные крики.       — Джордж Фабиан Уизли! Как ты мог так поступить с матерью! Ты понимаешь, что ты наделал! — Молли кричала, Молли была в бешенстве, и Гарри ещё раз порадовался, что не стал её зятем. Он с сочувствием посмотрел на Теодора и на Хавьера. Ой, не просто им будет. Хоть, оба скорее всего выросшие по ту сторону «баррикад», противостояли сейчас всему миру, так что с Молли будет не так сложно.       — Джордж, мама просто переживает за твоё будущее, ты столько времени был один, всё говорил, что у тебя никого нет, и этот скрытый роман, — выступающий в роли переводчика Перси старался сгладить все острые углы.       — Ты вот ей и объясни, что я скрывал отношения, которые у меня уже давно! Это не однодневный роман! — Джо продолжал резать свой ростбиф, периодически наклонялся к Тео и что-то ему шептал на ухо.       — Семья! Знакомьтесь, — Чарли решил влезть в семейные разборки с ноги, — мой жених! Хавьер Марс.       И в гробовом молчании притянул к себе парня и запечатлел на его губах целомудренный, но многообещающий поцелуй.       — Вот видишь, мама! Не я один скрывался! — Джордж встал, отбрасывая салфетку, поднял за подмышки и притянул к себе опешившего от такого Теодора для поцелуя. Страстного, Гарольду даже показалось, что с языком и покусываниями. Он не стал всматриваться, а переключил своё внимание на Малфоя: тот сидел, разинув рот, и с ужасом переводил взгляд с двух целующихся пар на невозмутимую Леди Малфой, которая как будто не замечала явного нарушения всех норм приличия и дальше разрезала на ломтики печеночный торт, разговаривая с Медой. Но стоило Драко посмотреть с болью и потаённой надеждой на Гарольда, как Поттер решился: наклонился вперёд и накрыл губы блондина своими. Всё равно никто ничего не увидит, все слишком заняты разборками в клане Уизли. А он, наконец, поймёт раз и навсегда: нужен Малфою или тот его сейчас оттолкнёт. Гриффиндорец он или так, мимо пробегал?       Но Драко не оттолкнул, сначала замер (Слизеринская осторожность! Шоб её!), а потом развернулся корпусом к Гарольду и ухватил за лацканы пиджака. И в полной тишине раздался спокойный будничный голос Артура:       — Вот так посидели, вот так отпраздновали! — и попросил Кричера принести ему виски. Кингсли на это крякнул и угукнул.       — Всем неси! — скомандовал Меда, смотря на припухшие губы отцепившихся друг от друга трёх пар.       — Меда, дорогая, попроси Кричера принести пару бутылочек из личных запасов тётушки Вальбурги, я знаю, что её «алкобогатство» досталось тебе. — Молли положила руку поверх ладони мужа и с каким-то интересом рассматривала своих сыновей и их женихов. Гарри и Драко успели отлипнуть друг от друга ещё до того, как на них обратили внимание (лишь Андромеда и, скорее всего, Нарцисса всё заметили). Миссис Тонкс хихикнула и что-то шепнула появившемуся Кричеру. Эльф заломил уши, но потом посмотрел на улыбающегося хозяина и исчез. Явно будем с утра давить на жалость к своей обожаемой Хозяюшке.       Когда виски был разлит по бокалам, разбавлен льдом, заеден лимоном и разлит повторно, тогда разговор пошел более мирно. А Гарри был очень рад: всеобщее внимание ему всё ещё было в тягость.       — Хавьер, расскажите, пожалуйста, что же вас так привлекло в моём сыне? — Молли вспомнила все уроки этикета из детства и чинно резала свой десерт, выспрашивая подробности то у одного, то у другого будущего зятя.       — Его бесстрашие. Я в силу своего роста не смог пробиться в погонщики, а вот летуном и местным зельеваром стал. И однажды привезли дикого дракона, которого надо было лечить индивидуальными зельями, — мистер Марс держался хорошо. «Допрос» длился уже с полчаса, Молли переключалась с одного жениха на другого, а счастливый Гарольд тискал коленку Малфоя под столом, облизывал ложечку после мороженного слишком тщательно и следил, чтобы этого никто кроме самого Малфоя не заметил.       — Лорд Нотт, а как же Джордж сумел отхватить такого шикарного партнёра себе в личное пользование?! — Артур с доброй усмешкой смотрел на сына и его бойфренда.       — Он просто покорил меня! — Тео уже расслабился и понимал, что буря под названием Молли Уизли миновала, оставался разговор со слишком улыбающимся Поттером. Улыбка была какой-то странной, искусственной, и выросший в среде интриг и подхалимажа Нотт был уверен, что Поттер что-то задумал в его адрес. Явно устроит допрос и не такой безобидный как миссис Уизли.       — И чем же конкретно вас покорил мой сын? Он же рыжий балагур. — Молли, уже для себя что-то решившая, спокойно смотрела на обнимающихся парней.       — Поверьте мне, миссис Уизли, у вашего сына много талантов. — Теодор посмотрел на Джорджа и стрельнул взглядом на его шею. Это заметил Билл, судя по тому, что он подавился, подтекст данного взгляда он понял.       — Ой, да он лучший бизнесмен по версии Ведьмополитена за прошлый год! — урождённая Прюэтт тоже была не промах, и все взгляды и ужимки видела, а темперамент своих сыновей знала. И для неё не было ничего необычного в том, что сыновья выбрали себе таких же темпераментных любовников. А вот перерастут ли отношения во что-то большее, покажет время.       — Мелинда, у тебя сыновья удались на славу! И дочка умница! Каких наследников подарила нашему имениннику! — Нарцисса с нескрываемой радостью смотрела на ворковавших детей, за столом воцарился мир, одно омрачало её настроение, совсем чуть-чуть, но всё же: Люциус не смог присутствовать, ещё хотя бы пару лет во Франции и уже можно будет перемещаться в закрытые поместья, не привлекая внимания. Ей конечно грех жаловаться, за поместьем следит прорва эльфов, сын занят любимым делом, муж через пролив, а это значит никакого быта, лишь романтика и ночные прогулки по Парижу в то время, когда ей! удобно!       — Чарли, сынок, ты, пожалуйста, будь осторожен в своём этом заповеднике! — Молли с лаской смотрела на взрослого и влюбленного по уши сына, который, не стесняясь, тискал своего утончённого худенького жениха. И даже не сразу сообразил, что обращаются к нему:       — А? — расфокусированный взгляд от спавшего напряжения и изрядной доли выпивки говорил о многом.       — Мама говорит, чтобы вы не затягивали с официальной помолвкой, так как в закрытом заповеднике есть вероятность, что такое сокровище как твой Хавьер могут увести. — Перси на автомате перевел с яжматерного на обычный, понятный парням язык. Привычка, что уж поделать. Поработай первым секретарем при третьем по счету министре, и не такое будешь уметь делать. Кингсли, уловив взгляд направленный на себя, поднял бокал и подмигнул своему помощнику.       — А! Понял, мама не переживай, я заявил свои права на Марсика, никто его не тронет, да и он хоть и кажется тростиночкой, имеет девятый дан. — Чарли поцеловал кисть жениха, который ничуть не смутился, а даже наоборот захлопал ресничками и сложил губы уточкой.       — Мама, Чарли говорит, что они уже объявили о светской помолвке, проведя вечеринку, да и Хавьер владеет магловскими единоборствами и достиг в этом высокого уровня. — Перси поднял бокал, обращая на себя внимание, — и вообще у меня тост! За Гарольда, ты избавил мир от Тирана, ты смог сделать так, что сейчас за этим столом собрались совершенно разные люди, которые тебя уважают и ценят! С днём рождения!       — С днём рождения! — дружный хор голосов в зале заставил хрустальную люстру немного позвякивать, а молодой эльфенок Люкке даже подпрыгнул от резкого многоголосия. Гарри встал со своего места, отпуская коленку Драко, и, улыбнувшись на вздох разочарования, произнёс всего несколько слов, которые больше всяких длинных речей сказали о многом:       — Спасибо вам всем! — взгляд на Нарциссу и Андромеду, — я вас обожаю!       Зазвучал хрустальный звон бокалов, и все наперебой стали выкрикивать короткие пожелания: любви, счастья, денег, терпения и много чего ещё. Джордж в конце добавил, что жаждет нянчить ещё парочку племянников, на что получил ответ «поживём, увидим».       Когда все десерты были слопаны, гости перешли к вручению подарков. Изначально прибывающие складывали свои красиво упакованные презенты на специальном столике в бальном зале. И теперь, когда Гарри как ребенок, усевшись в кресло около этого столика, выхватывал из общей массы какой-то цветастый свёрток, дарители обозначались.       — О! Это от нас! — Перси сидел на одном из многочисленных диванов в обнимку со своей женой, которая весь вечер была молчалива, но чувствовалось, что ей комфортно, а периодически появляющаяся Хюгге сообщала, что с детками всё хорошо (поели-играют-смотрят мультики). Гарри разорвал красную со снитчами упаковку, и его взору предстал кожаный прямоугольный чехол.       — Это итальянский набор артефактора? — Поттер был поражен, ведь никто из Уизли (Джо и Джин не считаются) не знали, где именно работает Гарольд: артефактором и только.       — Да, у нас на днях в Министерстве была делегация оттуда. И я попросил секретаря итальянского посла прислать мне этот набор. — Перси немного задрал нос, оно и понятно: связи многое решают, даже достать заказной набор с очередью в несколько лет могут. Кинг перемигнулись с Мионой, что не укрылось от именинника, видимо тоже приложили руку к подарку.       — Перси, Одри! Это шикарный подарок! — Гарри на самом деле был искренне рад, даже не смотря на то, что сам ожидал через год такой набор: через гоблинов и в порядке общей очереди. Но тот факт, что Персиваль принял его жизненную позицию быть артефактором, о многом говорил.       — Тогда, Гарри, солнышко, открой сразу и наш подарок, от меня, Артура и Рона.— Молли указала на два подарка в золотой обёртке с мелкими молниями. Тётушка всё не оставляла мысли помирить двух школьных друзей, но старалась это делать ненавязчиво. Поттер кивнул и придвинул к себе оба свёртка. В одном безошибочно угадывался свитер ручной вязки от тётушки Молли, а во втором был увесистый фолиант с эмблемой Прюэттов. — Это дневник одного из моих прадедов, никто из сыновей не унаследовал дар Артефактора, вон лишь Джордж занимается изготовлением шуточных.       — Молли, я не могу принять такой дар! Это же реликвия рода! — Гарри с благоговением листал страницы и собирался уже захлопнуть книгу, чтобы вернуть, но миссис Уизли подняла руки вверх и поспешила прервать именинника.       — Гарри, не переживай! Это официальная копия, изготовленная через гоблинов, оригинал как раз ждёт своего часа в нашей библиотеке! Если Джордж соизволит хоть на пару часиков заглянуть в гости, он его получит! — и взгляд с надеждой на блудного сына, который как переселился после войны к себе в магазин, а затем сюда в Грифон, так в родительском доме и не появлялся (к себе в магазин приглашал, да и только).       Дальше последовали подарки от Билла с Флёр, и от Чарли с Хавьером. Они тоже составили комплект, но не для артефактора, а для игрока в квиддич: ведь все знали, что Гарри продолжал играть в любительской сборной Министерства и уже числился там вторым тренером. Шикарный набор защитной амуниции из драконьей кожи и лёгкая невесомая спортивная мантия из шелка акромантула.       — Ну что, Уизли закончились? — Малфой сидел в одном из кресел и наблюдал, как радостный Поттер разрывает обертки и чуть ли не визжит от восторга, разглядывая подарки. Драко старался убедить себя, что его не гложет ревность: такое внимание со стороны дорогого человека хотелось видеть только направленным на свою тушку. И чтобы как-то сбить с себя напряжение Драко поднялся, подошёл к столику с подарками и взял небольшой свёрток в истинно слизеринских цветах. Зелёный матовый пергамент и серебряная ленточка скрывали бархатный футляр дорогого ювелирного дома. Гарольд с трепетом открыл его и с широко распахнутыми глазами посмотрел на Драко, который всё ещё стоял около него. На черном бархате блестел не хуже бриллианта, красивый утонченный браслет из платины без камней в форме кобры, на капюшоне которой была гравировка с очень говорящей надписью.       — Драко… Я… — Гарри растерял все слова, мысли в голове путались, он понимал, что сейчас, наверное, не сможет принять одно из важнейших решений в своей жизни, поэтому закрыл футляр и спрятал его в карман брюк. А чтобы не вызывать лишнего подозрения у гостей, поблагодарил Малфоя, — Спасибо это очень ценный и дорогой подарок, я потом ещё раз его рассмотрю, правильно я понимаю, что это заготовка для артефакта?       Последняя фраза была сказана для всех гостей, чтобы нежелание показывать украшение стало более логичным. Ведь такие артефакты после создания делают сразу скрытыми от посторонних глаз. Малфой понял подтекст и, кивнув, вернулся в свое кресло:       — Всё верно, этот браслет делали мастера ювелиры-маглы, ни один маг к нему не притрагивался. — Увидев понимающие взгляды от всех присутствующих, Драко немного расслабился и уже спокойней стал ждать разговора с Поттером наедине. Ещё за столом, после того как его сомнения были развеяны коротким, но жарким поцелуем, Драко уже не стремился сбежать с праздника, а понял, что задержится тут надолго.       — Хорёчек, ещё не все Уизли закончились, так как Джинни на сборах и не смогла присутствовать, — Джордж выудил откуда-то из-за спины плотный конверт и отлевитировал его другу. — Она попросила меня вручить Гарри свой подарок.       — Это билеты на финал Лиги! Круто! Я её расцелую обязательно при встрече! Умница моя! Только благодаря ей Гарпии вышли в финал! — Гарри прижал именной билет в вип-ложу к груди и зажмурил глаза, он видел яростный блеск во взгляде холодного слизеринца, и ему это чертовски понравилось.       — Билеты в вип достались только тебе Поттер, нам же всем сестрёнка смогла выбить места в первой ложе, так что будем соседями. — Умник перебросил всему семейству по похожему конверту и подмигнул Малфою, — вот теперь, Дракуся, все Уизли закончились.       Драко не удержался и показал язык, услышав возмущенный вздох матери откуда-то слева.       — Мы с Гарри договорились, что будем без подарка, — Меда поднялась со своего диванчика, на котором сидела в объятиях мужа, — но я так не могу, так что мы всё же совместно с Джорджем приготовили для тебя небольшое представление. Давайте все дружно пройдем в сад. Хюгге, приведи детей, только проследи, чтобы все были тепло одеты, на улице уже вечереет, июльская жара спала.

***

      Когда все взрослые разобрали своих деток и уместились на больших плотных покрывалах прямо на прогретом газоне, в небо взлетел первый фейерверк. Меда и Джордж нашли одну из старинных легенд, которую Гарольд ещё не читал (он продолжал вместе с детьми изучать то, что все чистокровные знали и слышали в детстве). И в небе под усиленный сонорусом голос Андромеды гости и именинник смогли увидеть жизнь юного Мерлина, его приключения с сестрой и их первые шаги в изучении алхимии.       После представления гости засобиралась по домам. Первыми распрощались Билл и Флёр, оба работали, и завтрашняя пятница по закону подлости была загружена задачами. Следом откланялись Перси с Одри и Чарли с Хавьером. Молли на прощание затискала бедного драконолога, так что тот даже побледнел. А Гарри с улыбкой ему позавидовал: объятия тётушки Молли дорогого стоят. Ему, конечно, тоже перепало, когда Уизли старшие исчезали в камине, но таких моментов чуланному жителю Гарри будет всегда мало. Миона утащила практически не сопротивляющегося мужа после «ещё пары бокалов» и, пообещав забежать в артефакторский отдел после отпуска, исчезла в зелёном пламени.       К десяти вечера в Грифоне остались только его хозяева, Теодор и Малфои. Скорпиус был уложен вместе с Тэдди в комнате, из которой не хотел уходить в гостевую. Да и сам Тэдди не возражал, бегая весь вечер с блондинистыми кудрями. Близнецы тоже, наигравшись с близняшками Перси, умиротворенно видели не первый сон, так что всё взрослое семейство перебралось в гостиную, скинув галстуки и пиджаки. Мантии уже давно были сняты, Гарри не любил весь этот официоз, и Меда при встрече гостей сразу предлагала избавиться от парадных верхних одежд.       — Ну, молодые люди, нам-то вы можете показать, что за браслет преподнесли Малфои, — Меда раздавала бокалы с безалкогольными коктейлями, хватит на сегодня выпивки, надо уже отдыхать.       — Неа! Это Вам месть, дорогие мои сводницы, за влезание туда, куда не надо! — Гарри плюхнулся в кресло, специально дистанцируясь от Драко, они успели договориться о приватной беседе, когда всех остальных отправят по спальням. А сейчас можно изобразить незаинтересованность. Малфой, узнавший, что во всей эпопее с артефактом замешаны мама и тётя, был солидарен в таком решении.       — Теодор, не обращай внимания и привыкай, — отсалютовав бокалом, проговорил Гарри и подмигнул Джорджу. — Здесь немного проще, чем в Норе, но всё же вот эти две Леди! будут забывать заветы мисс Пейдж-Хардман и лезть куда не стоит.       При упоминании фамилии известного частного педагога Андромеда, Нарцисса, Драко и Теодор вздрогнули и выпрямили осанку: леди расправили юбки, а юноши одернули рукава рубашек.       — Не поминай это имя всуе! А то сейчас появится и начнется: «Дракусичка, дорогой, ты немножечко неправильно поставил ручки, давай я тихонько подправлю».       — Ага, или: «Тео, лучик мой, ты вот тут немножечко не так режешь листья салата, их надо сложить вот так этим маленьким ножичком, и вооот так вилочкой наколоть и отрезать». — Нотт очень точно изобразил широко известную в узких кругах старушку с зубодробительным именем Френсис Маргарет Пейдж-Хардман и слишком добрым характером. Она своим кудахтаньем и миллионным повторением одного и того же раздражала больше, чем Амбридж притворными улыбочками и покашливаниями. Но не было ничего хуже, чем это вот «немножечко»!       — Вам ещё повезло, вы все хотя бы общались с ней в детстве, и такое обращение было нормальным. А я эти вот лапочка мой, лучик и котик выслушивал уже после Хогвартса. Так что нечего тут жаловаться! — сказал именинник и, нарушая все приличия, зевнул и потянулся. Привыкшие к такой домашней обстановке Тонксы и Уизли продолжили общение, а Теодор попытался встать (ведь такая открытая реакция не то что намекала, а вопила, что именинник устал и хочет отдохнуть от гостей), но был пойман в крепкие объятия Джорджа.       — Сиди! Я тоже учился у этой Френсис Маргарет! И знаю этикет, но Гарри никого не гонит. Ты теперь в моей семье.       — Ты единственный кактус в цветнике его жизни, — парадируя Гомеса Аддамса, проговорил Гарри и потянулся к воображаемой ручке «Мартиши», чтобы поцелуями выложить дорожку до локтя.       Все засмеялись, и общение перешло в более дружеское. Нарцисса с Медой о чем-то шушукались, Тэд откланялся со словами, что завтра на очередное внеочередное дежурство, а Джордж и Тео подсели ближе к Драко и втроём оказались в креслах напротив Гарольда, который что-то объяснял Кричеру, отгородившись куполом.       Когда домовой исчез с тихим хлопком, Гарри откинулся в своём кресле и внимательно посмотрел на Теодора:       — А вот теперь рассказывай. «Как ты докатился до жизни такой?» Угораздило же связаться с этим шутом. — Поттер был предельно собран и лишь искорки в уголках глаз говорили, что он не так серьёзен как хочет казаться.       — А что тут рассказывать, он просто не устоял перед покупкой полного набора шуток от Умников Уизли! — Джо поиграл бровями и потянулся к закускам, появившимся на журнальном столике между ними. А Драко чуть не подавился своим напитком, так как что-то в уме подсчитал:       — Подожди, так вы уже два года вместе? Это же про тот невъебически большой полный набор с доставкой на дом? — Драко вспомнил, как на очередном мальчишнике Тео хвастался своим приобретением.       — Ага! — синхронно прозвучало от Нотта и Уизли. Ведь только для тех, кто читает мелкий шрифт, становилось понятно, в чем фишка набора. Гарри, помнивший этот пункт, вытаращил глаза на друга, затем на довольного Теодора, а затем вкрадчиво спросил у Драко:       — Малфой, ты читал правила доставки этого набора? — и после отрицательного мотания головой пояснил: — Я про один неприметный пункт мелким шрифтом помню, так как гоблины из-за него вызвали меня тогда в банк, формулировка была не точная, и в образе греческого бога мог выступать не только Джордж, а любой из владельцев, а это и я, и Джин. Вот тогда-то мне и рассказали про очередную шутку Умника: «Доставка осуществляется Мистером Джорджем Уизли в костюме греческого бога на выбор».       Теперь настал черед Малфоя выпучивать свои ясные очи. А Джордж и Теодор заржали в голос.       — Ой, не могу…       — Ребята, вам бы в театре…       — Представления давать…       — С такой-то мимикой!       Поттер повел плечами, такие перебрасывания фраз друг за другом он не слышал уже давно. И то, с какой лёгкостью Форджи сейчас улыбался и прижимал к себе любимого, о многом говорило. И в голове у Поттера что-то щелкнуло: как будто пазл сложился, всё встало на свои места и такое спокойствие настало. Не то состояние холодной ярости, когда спокойный ясный мозг готов к атаке, а уютное ощущение, как тогда на первом курсе в Хоге на Рождество: ёлка, первые подарки от друзей, вязаный свитер от тётушки Моли. Вот сейчас, сидя вчетвером у камина, болтая не о войне, не о прошлом и даже не о работе, было хорошо, уютно и по-домашнему: было так, как надо!       Видимо Джордж что-то уловил и, потянув возлюбленного за руку, потащил прочь из гостиной, в которой оставались лишь двое: Гарри и Драко. Леди уже разбрелись по своим будуарам, а верный Кричер скорее всего гремел на кухне, готовя что-нибудь изысканное на завтра.       — Поттер, Гарри, — Малфой развернулся в пол оборота, чтобы лучше видеть собеседника, но увидел прислоненный к губам палец.       — Малфой, пойдем, я тебя провожу до гостевых комнат, уже за полночь, надо выспаться. Детки обычно рано встают, и Скорпиус с непривычки может потеряться в чужом мэноре, — хозяин поместья рывком встал из кресла и поманил гостя за собой.       Поднимались по лестнице в гробовом молчании, Драко не уверенный в правильности взглядов и намеков старался проанализировать весь вечер ещё раз. А Гарольд просто знал, что шебутной Уизли их подслушивает, и не хотел раскрывать все карты заранее, да и его отношения это сугубо его дело.       Когда они прошли мимо пролета второго гостевого этажа, Малфой ощутимо выдохнул и чуть ближе придвинулся к Гарри: чтобы ощущать плечом тепло любимого мужчины.       Поттер маневр оценил, и стоило только двери в гостевую комнату Малфоя открыться, толкнул его вовнутрь и зашёл сам.       — Мы не можем вот так взять и быть вместе, — не это ожидал услышать Драко после серии наложенных защитных и звукоизолирующих заклинаний. А Поттер тем временем прошёл глубже в комнату и остановился посреди пушистого ковра, до него можно было дотянуться рукой, но Малфой оставался на месте, вслушиваясь в произносимый приговор:       — У тебя сын, у меня трое. Мы должны понять, что это на всю жизнь и никак иначе. Либо даже не пытаться. А с нашим прошлым…       — Это будет не просто, я бы даже сказал — посложнее, чем убить Тёмного Лорда, но мы ведь справимся? — Драко физически ощущал эмоции любимого, ощущал и понимал их: ему тоже страшно. От банального: а что скажут люди (Герой войны и бывший Упс), до сокровенного. Они оба уже состоявшиеся взрослые мужчины со своими мозгошмыгами и устоявшимся бытом. Даже выбор мэнора, в котором жить, и то будет головной болью.       — И у меня первое правило! Никаких Тёмных лордов в спальне! Нахрена ты его вспомнил! — Гарри услышал для себя главное, а эмоции, считываемые поверхностной легилименцией, кричали громче слов. Он развернулся и раскрыл объятия: давая последний шанс отказаться от своих слов, и надеясь, что этого не случиться.       Драко сделал шаг назад, чтобы скинул на кресло рубашку, но, уловив боль в зелёных глазах, плюнул на привычки и влетел в такие желанные и горячие руки.       — Я принимаю твой подарок, — Гарри выудил из кармана футляр и, не отпуская любимого, вытащил браслет и прочитал сокровенную надпись:       — Amor omnia vincit , — вокруг заискрилась магия, ведь хоть и сказанная не у алтаря, но фраза сама по себе была частью ритуала обещания. Древнего и забытого в современном магическом мире. Ритуала единения души, разума и магии. Им ещё предстоит придумать и подготовить фразы обещания друг для друга, но начало уже было положено.       — Гарри, я… — Поттер даже отстранился, чтобы увидеть лицо Драко, который вдруг растерял всё своё красноречие. И это было так мило, что Гарри не удержался и поцеловал немного приоткрытые губы.       — Классный прикид. Жалко будет его снимать, — когда дыхания уже не хватало, парни отстранились друг от друга, и фразочка от Наоми, произнесенная Поттером, оказалась уместной и настраивающей на более интересное время препровождение.