На тему красных очков

Когда Фрэнки под влиянием момента решает вручить Йор свои очки, это не потому, что его самого волнует, как она будет в них выглядеть - хотя, как только она правильно установит их на переносице и они больше не будут кривыми, даже он сможет с готовностью признать в ту же секунду, что толщина оправы на самом деле удивительно хорошо подходит к её лицу, и даже когда он сильно щурится, чёрт возьми, у него не такое уж плохое зрение оказывается. Фальшивая жена Сумрака выглядит...ну...чертовски мило. Не то чтобы у Фрэнки были какие-то сомнения на этот счёт, потому что, хотя смысл этого не в том, чтобы пялиться на Йор в его очках, он не /слепой/. Красный цвет оправы действительно подчёркивает многие её выигрышные черты - например, он делает её глаза визуально больше, а также привлекает внимание как к лёгкому румянцу, покрывающему её высокие скулы, так и к восхитительно пухлым губам персикового цвета. И всё это сочетается с её густой, тяжёлой чёлкой и распущенными волосами, ниспадающими каскадом на одно плечо…Фрэнки переполняют как чувства ревности, так и триумфа. Ревность, потому что как этот чёртов придурок Сумрак всегда в конечном итоге, по чистой случайности, ухаживает за самыми красивыми женщинами на Земле, и при этом имеет привилегию глупого симпатичного мальчика быть слишком сосредоточенным на достижении целей своей миссии, чтобы даже на мгновение задуматься об этом осознании в придачу? Фрэнки всегда бесконечно бесило, что Сумрака, похоже, не заботит это, и он даже в самом деле не замечает, что он встречается с 9-ю или 10-ю женщинами налево и направо ради своих миссий, в то время как сам Фрэнки даже не может заставить ни одну женщину посмотреть в его сторону. В мире действительно нет справедливости. Для протокола, 10 было бы неплохо - потому что парень может только надеяться, верно? Но всё, чего Фрэнки действительно хочет, - это чтобы добрая и симпатичная девушка просто заметила его. И, может быть, полюбила его. Ну, Йор добрая, и к тому же она 10/10. По мнению Фрэнки - очки только подчёркивают то, что там есть. И вот тут-то и начинает возникать чувство чистого триумфа. Нет, он не думает о том, чтобы пригласить Йор на свидание - хотя, если бы он когда-нибудь встретил женщину хотя бы вполовину такую красивую, по-настоящему добросердечную и преданную, как она, он бы буквально никогда больше ни у кого ничего не просил. Что ж, чувство триумфа исходит от того факта, что пока... его импровизированная идея на самом деле реализуется именно так, как он надеялся; он знал, что это, по крайней мере, будет выглядеть мило. Но на самом деле Йор не просто выглядит мило. Она выглядит потрясающе. Как снизошедший на Землю ангел в красном свитере. Его спонтанный план уже складывается лучше, чем он когда-либо мог себе представить...а в чём конкретно заключается план? Ну, Фрэнки мог бы сказать, что это для того, чтобы заставить этого тупого придурка Сумрака ценить его чёртову привилегию хоть раз в его взрослой жизни; чтобы заставить его осознать, как хорошо у него всё складывается прямо сейчас, даже если в конце дня всё это притворство. Он возвращается домой к действительно милой женщине - женщине, которая /явно/ без ума от него, учитывая, как быстро Йор забрала у него очки, как только он небрежно намекнул, что Лойд, вероятно, подумал бы, что она будет мило смотреться в них. Он мог бы также сказать, /возможно/, что он просто пытается помочь своему невероятно тупому, одержимому миссией другу (за неимением лучшего, как его назвать). Чтобы тот осознал, что у него действительно есть либидо где-то в этом роботизированном теле и что у него действительно есть типаж - и имя её Йор Брайер. Фрэнки вполне мог бы сказать всё это и даже больше…но он этого не сделает. Потому что это создало бы у людей впечатление, что он хороший, заботливый, великодушный парень. А Фрэнки вовсе не такой. Нет, честно говоря, эта маленькая идея родилась исключительно из-за вездесущей мелочности и его острой потребности понизить Сумрака на одну-две ступени. Хочет ли он хоть раз увидеть, как обычно невозмутимый Сумрак теряет своё самообладание, и посмотреть, как мистер Симпатичный Блондинистый Супер-шпион испытает это - одну очень специфическую вещь, которую он и все другие неудачники без свиданий в мире постоянно испытывают в присутствии красивой женщины, к которой они явно (и безнадёжно) испытывают влечение. Грубо говоря, Фрэнки просто хочет увидеть, как Великий Шпион окончательно поддастся своему первобытному желанию и возбуждённой стороне. Только представьте, как он будет выкладываться по полной ради своей безумно горячей жены. Тот факт, что эта ситуация не будет такой чрезмерно театральной, как в мультфильмах, немного огорчает, ведь каким смешным был бы Сумрак с глазами-сердечками. Невероятное зрелище. Но всё же, для Фрэнки достаточно просто знать, что это застигнет Сумрака врасплох, тем самым вызвав искреннюю реакцию у мужчины. Входная дверь со скрипом открывается ровно в 6 вечера. — Я дома, — устало объявляет Лойд, заходя в квартиру. Он рассеянно машет в их сторону, но в то же время он так занят тем, что снимает своё тяжёлое пальто и шляпу, должным образом вешает их на вешалку, что не до конца заметил Фрэнки на диване. Или Йор, если уж на то пошло. Фрэнки ухмыляется. Идеально. Он лукаво наклоняется и подталкивает Йор локтём. "Давай же, покажи", - шепчет он. Щёки Йор сиюминутно порозовели, она кивает, застенчиво теребя очки, когда встаёт и подходит к Лойду, чтобы помочь ему с пальто. — Добро пожаловать домой, Лойд-сан, как прошёл день? Её голос такой мягкий, такой скромный, когда она спрашивает, что Фрэнки почти ликует. Чёрт, она действительно делает это место домом, даже не осознавая этого. — О, ты знаешь... - небрежно продолжает Лойд, всё ещё не обращая особого внимания, поскольку он сосредоточен на процессе снятия своих многочисленных слоёв слишком тёплой одежды, намереваясь устроиться поудобнее на диване. Должно быть, это действительно приятно, невольно думает Фрэнки, иметь женщину, которая так охотно помогает тебе раздеться после долгого дня. Это никоим образом не соблазнительно и не сексуально по своей сути; просто небольшой жест, призванный помочь немного снять груз усталости. Чтобы показать, что ей не всё равно. И с того места, где он сидит, Фрэнки может сказать, как сильно Лойд небезразличен Йор. Чёрт возьми, отсюда они выглядят почти как настоящие муж и жена, учитывая то, как Йор гладит Лойда по плечам, словно делала это миллион раз до этого, ловя складки его блейзера как раз в тот момент, когда Сумрак начинает его снимать. Это совсем не сексуально, но пока он наблюдает за ними, становится трудно игнорировать внезапное и всепоглощающее чувство, что он вторгается во что-то невероятно интимное - до такой степени, что Фрэнки чувствует его возбуждение. Щёки внезапно загораются, и его охватывает желание отвести взгляд, чтобы дать им двоим немного уединения. С глубоким, тяжёлым вздохом и негромким словом благодарности Лойд позволяет Йор аккуратно стянуть с него блейзер, явно просто благодарный за её помощь. Он, должно быть, чертовски зол. Пятничные миссии всегда особенно тяжёлые по какой-то причине; Сумрак вечно ноет о том, что ему нужен хороший и долгий отпуск, когда операция «Неясыть» наконец завершится - большая часть упомянутого нытья происходит в пятничные вечера. "И всё же... - думает Фрэнки, – всё не может быть настолько плохо". Потому что, в конце концов, есть вещи и похуже, к которым можно вернуться домой, чем хорошенькая жена, /иногда/ очаровательный маленький ребёнок (Фрэнки никогда бы не признался в этом вслух), и гигантский пушистый комок собаки - все перечисленные явно обожают Сумрака до безумия. Грязная койка, спрятанная в углу пустой квартиры, окруженная частично разобранным оружием и штабелями радиоприемников с наушниками и приёмниками, подключёнными к любому доступному порту, фотографиями предполагаемых целей, лицевыми протезами и различной униформой, даже пола не было видно - вот то, что раньше было стандартной установкой Сумрака. Даже если он будет держать дверь запертой, с женой и очень развитым не по годам и любопытным ребёнком, постоянно ошивающимся поблизости, Фрэнки просто не может себе представить: выглядит ли спальня Сумрака по-прежнему такой же мрачной и негостеприимной. Честно говоря, он больше не может представить Сумрака таким, каким он был. Потому что, когда он поворачивается к ним спиной, впитывая удивительную (на его взгляд) невероятно /не/ поддельную нежность момента, вспышки холодных глаз Сумрака и ожесточенное выражение лица говорят о том, что его разум просчитывает в уме планы и непредвиденные обстоятельства, достойные энциклопедии, сидя посреди своей скудной комнаты, лениво чистя оружие и разрабатывая маскировку. И чем больше Фрэнки зацикливается на этом, попеременно перескакивая между воспоминаниями и сценой перед ним, тем более, кажется, что это абсолютно другой человек. Это было не так давно; едва прошёл год с тех пор, как закончилась последняя миссия Сумрака, и он пришёл к стенду Фрэнки в поисках информации об «Эдеме», он был уже обременённый новым заданием. Но Фрэнки кажется, что прошло полторы вечности с тех пор, как он в последний раз видел Сумрака "по-настоящему в своей стихии", и чем дольше продолжается операция «Неясыть», тем больше кажется, что парень с дикими глазами, который чуть не вышиб ему мозги в лесу в тот день, постепенно становится никем иным как призраком из прошлого. В наши дни это сплошная игра в семьянина, к которой время от времени примешиваются шпионские интриги. Поэтому, когда Сумрак жалуется, Фрэнки иногда трудно воспринимать его всерьёз - потому что даже со всеми дополнительными заданиями, изнурительной работой и постоянное мысленное жонглирование персонажами, с того места, где он сидит - Лойд Форджер, доктор медицинских наук, похоже, не возражает против всего этого. Когда она аккуратно перекидывает блейзер Лойда через предплечье, Йор приподнимается на цыпочки, чтобы перегнуться через плечо Лойда и сказать что-то, чего Фрэнки не может расслышать со своего места на диване. Но Сумрак-Лойд - смеётся. Ему нравится /он искренне смеётся/. И, боже, это тоже чертовски резкий звук; в основном потому, что до этого самого момента Фрэнки слышал только "отработанные версии", те, которые практически сочились фальшью и скрытыми мотивами. И если уж на то пошло, он не может вспомнить ни одного случая, когда бы он раньше видел Сумрака улыбающимся так, как будто он это имел в виду. По правде говоря, он не думал, что этот человек способен ни на то, ни на другое. По крайней мере, искренне. И всё же он здесь другой, глаза горят и тихо посмеивается над общей шуткой со своей женой...и / наконец/ поворачивается, чтобы посмотреть на неё. Фрэнки садится немного прямее, борясь с желанием довольно потереть свои ручки. Погружённый в свои мысли о давно минувших днях, он почти забыл о своей собственной цели: увидеть, как этот мужчина, с жёсткими голубыми глазами и расчётливым умом, буквально помешается на своей жене. — Да, конечно, - говорит Лойд, всё ещё смеясь про себя. — И тогда я бы…я... я бы... Это похоже на момент прямиком из кинофильма. На мгновение кажется, что вся комната застывает вместе с Лойдом, когда он наконец-то как следует разглядывает свою жену впервые с тех пор, как вошёл в дверь. И в ту секунду, когда он это делает, выражение его лица, чёрт возьми, язык его тела — всё это меняется. Если бы он в ту секунду держал в руках свой портфель, то уронил бы его прямо себе на ногу. "Конечно, жаль", - сокрушается Фрэнки, но на данный момент нет причин жадничать - не тогда, когда реакция Сумрака уже лучше, чем он мог себе представить. — Я... э-э-э... - голос Лойда постепенно затихает, опускаясь чуть выше шёпота. Затем, медленно, голубые глаза начинают расширяться с беззастенчивым благоговением, перемещаясь по разным точкам лица Йор, прежде чем снова остановиться на красной оправе очков, украшающей её лицо. В этот самый момент, в эту наносекунду, разум Величайшего Шпиона Весталиса загорелся, как взорвавшийся ядерный реактор, совершенно восхитительно пустой, вероятно, впервые за всю его жизнь, думает Фрэнки, сдерживая фырканье. И, временно лишённый какой-либо убедительной мысли, мужчина может выдавить только пару натужных мычаний, ужасно похожих на пещерных людей, когда он делает неуверенный шаг в направлении Йор. Поистине восхитительный момент для придурков и неудачников всего мира - увидеть мистера Красавчика Шпиона, совершенно потерявшего дар речи, всё ещё пытающегося собраться с мыслями и подобрать слова, когда он, шатаясь, как пьяный, приближается к своей жене, даже после того, как целых тридцать секунд смотрел на неё, ни разу не мигнув. А вишенка на торте? Сумрак краснеет. Он на самом деле краснеет! Конечно, это далеко не так заметно, как румянец Йор, который легко оттеняет как очки Фрэнки, так и её платье-свитер, но он есть; слабая розовая полоска, которая горит на переносице, щеках и кончиках ушей. Боже, если бы только он додумался до этой маленькой уловки по дороге сюда. Он мог бы взять с собой фотоаппарат. Но, наверное, и к лучшему, что он этого не сделал, предполагает кучерявый, поразмыслив несколько секунд. Потому что, если бы Сумрак застукал его за этим занятием, Фрэнки уверен, что в ближайшие дни он попал бы на первую полосу утренней газеты. Но это нормально, потому что вся сцена уже идеально запечатлена в его сознании во всех мельчайших подробностях, чтобы он мог наслаждаться ею снова и снова и для какого-нибудь пикантного, смущающего шантажа, который можно использовать против шпиона, когда он станет слишком требовательным. Тем не менее, ничто хорошее не может длиться вечно. Принимая его подавляющее молчание за негативную реакцию, очевидно, что Йор начинает испытывать беспокойство. Застенчиво опустив взгляд в пол, не в силах больше выдерживать жар его пристального взгляда, Йор сцепляет руки перед собой, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Как тебе? - едва слышно пробормотала Йор. При звуке её голоса к Сумраку, кажется, наконец-то немного вернулось самообладание. С очень нехарактерным для него заиканием в голосе и горящими кончиками ушей, Лойд прочищает горло, затем спрашивает: "Ты… ты носишь...очки?". И самым тонким голоском, который он когда-либо слышал в своей жизни, Фрэнки слышит, как Йор ответила: "У-угу...". Она по-прежнему отказывается поднимать взгляд от пола, явно сожалея, что позволила себе пойти на эту авантюру. И из-за этого Фрэнки правда чувствует себя немного неловко, потому что это никоим образом не должно было её смущать - да и на это нет причин, потому что она выглядит очень, очень мило. Красный - определённо цвет Йор. Но Йор - один из тех чрезвычайно редких типов симпатичных девушек, которые понятия не имеют, насколько они безумно хороши на самом деле, и поэтому воспринимают любую нетипичную реакцию как автоматический негатив в свою сторону. И, как всегда, после очередной паузы неловкого молчания Йор вздыхает, неловко потирая руку. — Я, эм...я просто с-сниму это, - в конце концов бормочет она, протягивая руку, чтобы снять очки, и на долю секунды Фрэнки чувствует себя ужасно, потому что её голос немного дрожит, как будто она изо всех сил старается не заплакать. — Почему? Этот маленький, но искренний вопрос застаёт их обоих врасплох. — Ха?! — Почему? - повторяет Лойд, подходя ближе. Склонив голову набок, чтобы заглянуть ей в лицо из-под густой чёлки, Лойд одаривает её лёгкой улыбкой. — Ты так мило выглядишь в них. — Я? П-правда?! Йор ошарашена. Бедная девушка представляет собой настоящую мешанину эмоций в красном свитере. Она поспешно пытается отвернуться, чтобы скрыть своё теперь уже очевидное унижение, но прежде чем она успевает сбежать, Лойд осторожно хватает её за подбородок пальцем. — Да, это правда, - он приподнимает её подбородок, заставляя встретиться с ним взглядом. При виде её глаз на мокром месте улыбка Лойда немного тускнеет. — Извини, я не хотел заставлять тебя паниковать. Это просто застало меня врасплох на секунду, - говорит он, осторожно вытирая набежавшую слезу с её лица. Один палец, поглаживающий её по щеке, быстро превращается в целую ладонь, нежно обхватывающую её щеку, не давая ей отвести взгляд. — Ну же, дай мне посмотреть на тебя. — Л-лойд-сан! - Йор почти визжит, как только выражение лица Лойда показывает хитрую ухмылку. — О, нет, нет, нет, - упрекает Лойд, игриво смеясь, когда свободной рукой заправляет её прядь волос за ухо. — Ты не можешь просто так застать меня врасплох, а потом попытаться спрятаться. Дай мне взглянуть на тебя, любимая. Каким-то образом это одновременно и впечатляет, и приводит в бешенство, насколько легко этот парень втягивается в это. На самом деле всё настолько гладко, что если бы Фрэнки не был там и не стал свидетелем его временного и очаровательно недостойного грехопадения, даже он бы не поверил, что это произошло. Но Сумрак, похоже, никогда надолго не выходит из строя, даже перед лицом хорошенькой женщины. Тем не менее, Фрэнки получил то, что хотел, так что это всё равно считается победой. После небольшого игривого толчка Лойд в конце концов уговаривает Йор обратиться к нему по собственному желанию. Хотя выражение её лица определённо довольно смущённое, она тоже смеётся и улыбается. Её щёки покрылись очаровательным румянцем, когда она замирает, чтобы Лойд как следует посмотрел на неё. — Хм, мм-мм, - Лойд на мгновение поворачивает голову то в одну, то в другую сторону, просто рассматривая свою жену. Через мгновение он ухмыляется. — Именно так я и думал. Невероятно милая. Йор хватает его за запястья, в её глазах читается сильное удивление. — Лойд-сан! — Я думаю, Фрэнки придётся идти домой вслепую, потому что эти очки определённо подходят тебе гораздо больше. — Эй! - кричит Фрэнки. — Они мне нужны! — Ой, правда что ли? Последовавший за этим уничтожающий взгляд является отрезвляющим напоминанием о том, что, несмотря на всю его предполагаемую домашнюю игру, тень Сумрака по-прежнему очень сильно присутствует в Лойде Форджере, и что он с самого начала хорошо осведомлён о намерениях Фрэнки с этой уловкой. Фрэнки, безусловно, должен рассчитывать на своё благословение прямо сейчас, потому что, если чувства Йор были задеты в результате его игры, власти найдут его где-нибудь в канаве ещё до выходных. Фрэнки нервно смеётся, поднимая руки в знак защиты. Молчаливая капитуляция. Через некоторое время, удовлетворённый должным страхом маленького человека перед ним, Сумрак отводит от него взгляд и фокусирует внимание на своей жене, которая буквально светится от счастья. — Ты правда думаешь, что они хорошо смотрятся на мне? - переспрашивает она, едва сдерживая широкую, беззаботную улыбку, которая угрожает расползтись по всему её лицу. — Да. Красный - это действительно твой цвет, Йор. Ты так прелестно выглядишь. Как Йор смущённо захихикала...Мы её потеряли. Они оба уже где-то не здесь. //Боже, эти двое так влюблены друг в друга, что это чертовски тошнотворно// Внезапная тяжесть на его бедре служит определённо желанным отвлечением от разворачивающейся перед ним любовной сцены. С отвращением вздохнув, Фрэнки поворачивается, чтобы увидеть большие зелёные глаза Ани, которые с любопытством смотрели на него снизу вверх, всё это время она пыталась вскарабкаться по его ноге. — Привет, малявка. — Привет, Лохматик, - она машет ему в ответ своей маленькой ручкой. В конце концов Фрэнки наклоняется и поднимает маленькую девочку, аккуратно укладывая её на диван рядом с собой, чтобы она не упала. Она несколько секунд смотрит на своих родителей, поджимая губы, прежде чем повернуться и посмотреть на него. — Эй, Лохматик? — Хм? — Мама и папа флиртуют? Фрэнки кладёт руку ей на макушку и несколько раз нежно поглаживает. — Я бы сказал, что да. — А почему на маме твои очки? — Потому что она хочет, чтобы твой папа сказал ей, как красиво она в них выглядит. — Мама и правда выглядит очень мило. — Мм. Да, точно. Возможно, мне не вернут мои очки. — Папа сейчас так проникновенно смотрит на маму. На самом деле, довольно проницательное наблюдение. Оглядываясь назад на эту пару, Фрэнки практически видит отсюда маленькие красные сердечки, танцующие на радужках глаз Лойда. //Тьфу, боже// — Малышка, - говорит он затем, взъерошивая ей волосы, — Давай просто договоримся, что если к этому времени в следующем году ты станешь старшей сестрой, ты должна поблагодарить меня за это. — Оки-доки!