Отныне, поцелуи лишь с привкусом ментола

      Этой глубокой ночью никому не спалось. Банда Буччеллати остановилась в окраинах города, для очередного задания. Может, это атака стенда, который не позволяет уснуть, а может не давали мысли, которых накопилось немало. Почему-то в этом месте было как-то неуютно и очень душно. Кто-то сидел у входа в отель, докуривая свои дешевые папиросы, кто-то стирал одежду, кто-то просто сверлил взглядом стенку. —Может, хватит на сегодня? - Миста многозначительно посмотрел на сигарету во рту светловолосого товарища, — это все-таки вредно. И ты слишком часто стал это делать в последнее время.       На это Леоне лишь вздохнул, обдумывая свой ответ, и наклонился, чтобы скрыть свой взгляд от Гвидо. Придумать ничего не удалось, поэтому Аббаккио вообще отвернулся.       Обладатель дурацкой шапки встал со ступенек и, махнув рукой, мол: "спокойной ночи", отправился в свой номер.       А молодой человек так и остался на том же месте. Легкий ветерок обдувал его с ног до головы. Удивительно, но темный костюм с вырезом еще не стал одним целым с его телом, в отличие от причудливого головного убора, поэтому он сейчас находился только в майке и штанах. Хотя, возможно это и плюс - ходить одежде, закрывающей от солнца спину и руки. Хотя бы кожа не обгорает в самые жаркие дни.

***

      Спокойное одиночество, которое так нравилось Аббаккио вновь прервали. На этот раз явился глава сей банды. Он глянул на друга, надеясь на то, что тот бросит взор в ответ, но не дождавшись этого, усмехнулся и присел рядом.       Они оба не были столь многословны, как остальные ребята в команде, и глубоко ценили эти качества в друг друге, но сейчас тишина была слишком неловкая, чтобы продолжать молчать. —Хорошо, когда не жарко, да? - дружелюбно подметил Бруно. —Угу. —Ты курил? - дымом, естественно, несло, но пачка сигарет была уже в кармане. Собеседник кивнул. Буччеллати что-то держал в руках, а после поднес к носу и сделал пару вдохов, зажмурив глаза. Это заинтересовало Аббаккио. Он уставился на друга в недоумении. Язык, наверное, променял на сигареты, поэтому вопросов первым не задавал. —Ты чего? - в легком смущении от такого пристального взгляда, Бруно вскинул бровь. —Что это? —Ментоловый ингалятор. Нос часто заложен. Леоне протянул ладонь, дабы взять в руки и рассмотреть лечебный препарат. Бруно понял жест и отдал ингалятор. —Можно? —Можно. Аббаккио повторил за ним.  В нос ударило сильное ощущение холода, а после оно приятно расползлось от головы до груди, мягко пропадая, спустя несколько секунд. Парень возвратил вещь обратно. —Будто жвачку в нос засунул. —У меня и жвачка, кстати, есть. Хочешь? —Да, спасибо. Бруно закинул одну себе в рот, а другую отдал другу. —Она тоже с ментолом, - улыбнулся Буччеллати. —Я заметил. —Видал, как луна высоко уже? - вздыхая и глядя на нее, задрал голову Бруно, с каким-то загадочным видом. —Видал. Красивая. —Звучит как признание в любви какой-то школьницы, - закрыв рот от смешка, заявил лидер банды. —Ты первый про луну говорить начал. —Знаю. Абаккио не понял, что имеет ввиду приятель, отчего нахмурил брови и промямлил что-то под нос. Бруно же выглядел спокойным и даже обаятельным, говоря такие неоднозначные слова, он все продолжал смотреть в небо, а на щеках появился чуть заметный румянец.       Аббаккио итак казалось, что за последнее время стал уж больно разговорчив, поэтому выманить еще больше лишних слов и вопросов от себя тот пытался не позволить.       Буччеллати хитро улыбнулся, закрыв глаза, и встал на ноги, собираясь идти к себе, но после него поднялся и Леоне, хватая того за запястье. Он заглянул в глаза лидера, требуя объяснений. Зная, что Аббаккио готов молчать и сверлить взглядом Бруно часами, Буччеллати не стал медлить и наклонил к себе гангстера, чуть приблизился.       Свободной рукой он дотронулся до ладони человека, стоящего напротив, после чего аккуратно, будто боязно, взял ее в замок. Закрыл глаза, а своими губами еле коснулся чужих губ. Да с такой нежностью, без единого намека на пошлость. От него до сих пор веяло ментолом. Мгновение, и Бруно оторвался от Аббаккио и, ничего не говоря, отошел в сторону, приближаясь ко входу в здание.       Губ уже никто не целовал, но чувство, будто их касаются чужие до сих пор осталось. Леоне, в замешательстве от происходящего, торопливо сделал шаг к парню, подарившему ему поцелуй. Абаккио глядел ему в спину, ожидая чего-то большего, но упустил момент. Бруно скрылся за дверью.

***

—Есть у кого-то жвачка? Я зубы забыл почистить, - раздался голос Наранчи в машине. В ней сидело все пятеро членов банды. Это завтра наступило быстрее, чем ожидали мафиози. Ночь точно длилась не меньше недели, но стоило лишь сомкнуть глаза на миг - уже утро, часов девять. —Ну ты грязнулся, - ухмыльнулся Гвидо, обшаривая карманы, — у меня нет ничего. —Кто бы говорил, - сквозь зубы шепнул Фуго. За рулем сидел Аббакио, а рядом с ним на переднем сидении - Бруно, который уже кинул желаемую пачку Наранче, за что тот его поблагодарил.       Атмосфера была прямо семейная, что тут говорить. Будто они не на задание едут, а на выходную прогулку. Безмятежна была вся орава, кроме двух лиц, что сидели впереди. Бруно выглядел так, будто затеял какую-то очень странную игру, а Леоне старался лишний раз не смотреть на негодяя. Напряжение то ли росло, то ли наоборот растворялось из-за своей несерьёзности, а характерные раздражающие звуки изо рта семнадцатилетнего великого математика превращали всю ситуацию в полнейший сюр. —Гирга, хватит чавкать, бесишь, - у нервного Фуго уже глаз дергался. —Я старше тебя, а ты мне тут замечания делаешь. Паннакотта уже был готов придушить его за столь оскорбительное высказывание, но все же смог совладать со своей агрессией. —Блин, она с ментолом! —И что? - спросил Миста. —Помню, я такую однажды жевал и подавился, чуть не помер! Щас от такого даже дышать трудно стало. —Ассоциации, - подметил Бруно. —Они самые. И вот почему так? Пытаюсь не думать, но так только хуже! - Гирга застонал от досады. —Ну смотри. Скажу я тебе не думать о слонах. Что перед глазами? Слон. Так и с жвачкой твоей, - блеснул знаниями Миста.       Подслушивая разговор, Аббаккио провел аналогию и со своими ассоциациями. Ведь ментоловая жвачка тоже теперь заставляла всплыть некоторые его воспоминания. —А у меня два слона, - задумчиво протянул Наранча. —С чего вдруг? —Так ты сказал думать о слонах, а не о слоне, поэтому у меня их перед глазами больше, чем один. —Мы на месте, - прерывая Мисту, который успел только открыть рот для ответа на очень важный разговор, мрачно сообщил Леоне. —Grazie, друзья. А теперь, выдвигаемся, - вышел из машины и задорно хлопнул дверью, заботливый лидер банды.

***

      Аббаккио и Фуго со своими стендами не были полезны для этого задания, поэтому оба остались в машине. Им даже не сказали его сути. Может, чтобы избежать утечки информации? Кто знает. Фуго это немного обижало, а Леоне все прекрасно понимал и был как всегда полностью согласен с решением Бруно.       Прошел час, может, два. Единственное, о чем доложил Буччеллати - это операция займет часа четыре, поэтому стоит подождать. Мисте, естественно, такой расклад совсем не нравился, из-за этого он стремился выполнить работу побыстрее. С ним был согласен и Наранча, ведь столько времени тратить ему совсем не хотелось.       Абаккио слушал музыку и все продолжал обдумывать недавние действия Бруно, искать в них скрытый смысл. Этот человек и не на такое способен. Якобы развратные действия могут нести за собой некоторый смысл. Например, умение вычислять лжеца по наличию пота. Бруно при этом может и облизнуть подозреваемого. Но ведь это не просто ради шутки, так? Может, это способ запугать или хотя-бы ввести в ступор? Леоне не знал. Возможно, он просто успокаивал себя поисками скрытого смысла. —Эй, Абаккио. Его мысли и прекрасную музыку вынудили прерваться, отчего у него аж лицо скривилось. —Долго ждать придётся, но из машины нам велено не выходить. Может, в дурачка обычного? Я взял с собой колоду на такой случай. —Ну давай. Только смотри мне, эмоции сдерживай. Фуго закатил глаза, уж очень он не любил эту свою черту и не хотел, чтобы другие о ней упоминали. Сам все знал. Паннакотта размешал карты, раздал, перевернул последнюю. —Козырь - пики. —Отлично. Есть что-то мелкое? - прижимая поближе к себе карты, спросил Леоне. —Не-а. Кстати. Будем на что-то играть? —У меня денег то с собой нет, - сбросив две десятки, Леоне вздохнул, — бей. —Бью, - Фуго покрыл карты. —Твой ход. —Мой. Тогда, Абаккио, раз нет денег, может на правду или действие? - Фуго сходил трефовым вальтом. —Ты что маленький? Чушь какая, - Леоне раздраженно посмотрел на свои карты и взял вальта, которого выбросил Фуго. —Крести нет, значит? - сделав ход сначала шестеркой, а потом и семеркой этой же масти, усмехнулся Паннакота, но его физиономия быстро стала недовольной, как только его карты были побиты восьмеркой треф и восьмеркой пики.       Сыграли они в итоге раз десять с перерывами. Фуго был красный как помидор от злости, он нервно постукивал ногой. "Как можно было проиграть восемь раз подряд?" - думал он. При Аббаккио тот обычно не психовал так шибко, как в кругу Наранчи или Мисты, но сейчас досада давала о себе знать. —Правда или действие? - шутя спросил Леоне. —Да пошел ты. Старший лишь посмеялся. Честно, он даже был рад отвлечься от мыслей о Буччеллати, но в последние минут десять представлял, что играл в карты не с Фуго, а Бруно. Видно, даже это не помогло. —Смотри-ка. Наши идут. —Джентльмены, мы идеально уложились по времени! - Довольно объявил Бруно, садясь в машину. —Да, а теперь давайте-ка в какой-нибудь рестораньчик и обратно в отель, - уже предсталяя как будет закладывать себе в рот что-нибудь вкусненькое, протянул Миста. —Отлично! Тогда поехали. Нам, кстати, нужно еще заехать в гостиницу, да собрать вещи, нас выселяют ведь. Я уже снял нам комнаты, правда, в двух разных отелях, но это и не проблема? Отдохнем друг от дружки, - посмеялся Буччеллати. —Замечательно. Кто где? —Два номера в первом доме, три - в другом. Выбирайте сами. Я буду в первом. —Я тоже, - резко раздался голос Абаккио. Этой ночью он планировал победить в игре Бруно. Буччеллати глянул на Леоне и, нахмурив брови, будто принимая какой-то вызов, слегка улыбнулся. По крайней мере так показалось Абаккио.

***

      Вечером, когда солнце уже село, вся банда была накормлена отличной едой и распределена по комнатам.       Аббаккио стоял у входа в номер Буччеллати. Леоне провел на своей кровати, вновь выкуривая сигарету, достаточно времени, для осознания того, что не может до конца понять свои чувства. Какие-то зачатки симпатии к Бруно у него определенно были, но после вчерашнего инцидента они разрослись, словно огромный кустарник. Но вот только он не чувствовал ни тоски, ни злости и непринятия, ни сомнений. Что-то девственное, настолько детское и такое родное ожило в его душе. Наивность? Нет, не наивность. Скорее доверие самому себе. Это напоминает о прошлом. Но это не делает больно. Подвоха больше быть не может.       Ему открыли, парень зашел внутрь. Они оба переглянулись, не зная что говорить. Бруно закрыл дверь на замок.       Что-то внутри живота Леоне сжалось, запорхало, щекоча все внутренности. Он безмолвно сделал шаг к Бруно. От него и сейчас пахло ментолом, а от Абаккио дымом. Сразу вспомнился разговор в машине, про ассоциации. Этот человек, Бруно, спас и дал родиться Абаккио заново. Вроде, чувства должны быть глубокими, но Леоне становится забавно, легкое смущение, словно у подростка, заставляет его чувствовать себя глупо. —Абаккио, ты ведь вчера меня правильно понял? - подходя ближе, спросил Бруно.       Взглянув на него, все мысли о том, что Буччеллати лишь играет или замышляет что-то серьёзнее, чем обычные поцелуйчики пропали окончательно. Он выглядел так невинно, заботливо. Какая-то часть Леоне просто не хотела принимать факт того, что в любви может быть все так просто, поэтому все искала какой-то обман. Но Буччеллати всего навсего не был готов напрямую говорить о своих чувствах, он боялся, что пока Аббаккио слишком разбит, но где-то в душе, догадываясь о взаимности, Бруно решился начать действовать. -Думаю, да, - Леоне закрыл глаза и поцеловал собеседника в губы. Мягко и нежно. Обнял, прижимая невесомыми, слегка холодными от волнения, руками. Буччеллати улыбнулся в поцелуй. —Ты не ошибся, говоря о маленьких девочках, - вдруг сказал Абаккио, почти не отрываясь от ментолового парня. —Ты к чему? —Эта вся романтика... Мы будто дети, даже стыдно. —Я не вижу в этом ничего плохого, - не дав Абаккио ответить на эти слова, Бруно вновь коснулся губ, смазывая темную помаду, а после, проявляя инициативу, Леоне углубил поцелуй. Аббаккио отстранился от лица возлюбленного и, чмокнув его в мочку уха, продолжил разговор, но уже шёпотом. —Хорошо. Знаешь, это и делает меня счастливым. —Что же? —Глупость. Когда все просто. Наверное, я все еще ребенок. —Неправда. Дети не могут так страстно целоваться. —Но ты не... —Я не вижу в этом ничего плохого. —Читаешь мысли, Бруно, - Леоне коснулся носом шеи Буччеллати и покрыл ее нежную кожу влажной дорожкой поцелуев, изредка покусывая ее. —Леоне, - тихо и слека посмееваясь от прятных, но до жути щекотных ощущений, Бруно привлек внимание Абаккио, - курил бы ты поменьше, ‐ Бруно перебирал прямые светлые пряди волос. —От меня несет, да? - - Посмеялся Леоне, а затем вздрогнул от неожиданности - Бруно слегка дернул его за волосы, словно делая замечание. —Нет. И я серьёзно, Аббаккио. Стоит бросить. —Сказать просто. Но я постараюсь. "Отныне, поцелуи лишь с привкусом ментола" прозвучало в голове Аббаккио.