«О личных границах и синяках»

Грохот двери и звук брошенных на пол ботинок. Кавех пришел с тренировки позже обычно, но Хайтам мог объяснить это для себя лишь тем, что соревнования не за горами. А команда Кавеха всегда много старалась и часто проводила тренировки. Их работа и вложенные часы казались безграничными. Аль-Хайтам предпочел перевод текста больше, чем встретить возлюбленного. В последнее время оба были загружены не только спортом, но и учебой. Они не могли поставить обучение ниже всех жизненных аспектов, поэтому оба всегда понимали друг друга. Правда сегодня Кавех казался более нервным чем обычно, как минимум потому что стал чаще хлопать дверьми. После пары тройки не самых приятных звуков, Хайтам отложил свои задания и решил проверить Кавеха. Он уже в голове прокручивал пару различных вариантов, как снять стресс и напряжение у возлюбленного. Самое лучшее, что пришло в его голову - массаж. Он смог бы размять мышцы, заодно сделать Кавеху приятно и выслушать его жалобы (а таковые обычно имеются). Долгих вычислений ему не понадобилось, чтоб догаться о местонахождении блондина. Аль-Хайтам постучал в дверь и после второго стука вошел внутрь. Он знал, что дверь у Кавеха не была закрыта, да и тот дергаться не станет, привыкли уже. Хайтам понимал, что блондину нужна встряска и отдых, особенно, если его сможет обеспечить или организовать сам Хайтам. Аль-Хайтам заметил, что Кавех сидел в ванной, с набранной водой, и поджал колени к себе, утыкаясь лицом в них. Похоже заснул - первая мысль, что посетила светлую голову парня. Поэтому он аккуратно положил руки ему на плечи и начал потихоньку растирать. Это заставило блондина встрепенуться и резко развернуться к возлюбленному, после чего охнуть. — Хайтам? — послышался сиплый голос. Как только Кавех его увидел, то сразу же откашлялся. Ему казалось, что именно это заставило Хайтама смотреть такими обеспокоенными и удивленными глазами. Брови сразу свелись и изображали всю строгость взгляда. Рука парня легла на щеку Кавеха, начав медленно проводить по большому синяку. После чего взгляд начал в спешке осматривать всего блондина и как оказалось синяки были не только на его лице. Аль-Хайтам успел даже найти пару царапин. Он тяжело выдохнул и уже мысленно приготовился обрабатывать ранения. — Снова ввязался в драку? Только уже сразу один на троих? — тон звучал серьезно, но достаточно обеспокоено. Кавех не любил этот тон, так как он заставлял чувствовать себя ужасно за содеянное. — Молчание мне ничего не даст. — Нет, все от одного.. Но в этот раз причина крайне весомая. — Кавех тяжело выдохнул и почувствовал руки Хайтама на голове. Он массировал кожу головы, втирая нужные средства, дабы заодно и помыть. Кавеху хотелось просто закрыть глаза и уснуть, отдавая все свое тело в руки возлюбленного. Но аль-Хайтам уже готов своим взглядом прожигать дырку в его затылке. — Кто? — резко выпалил аль-Хайтам, заставляя Кавеха сжать губы, зажмурить глаза и неловко свести брови. — Ты ведь прекрасно знаешь, что если это кто-то из моей команды, то.. — похоже, договорить ему не дали. Кавех успел опровергнуть мысль возлюбленного. — Нет. Это.. Из моей команды. — Кавех уже предвкушал смену взволнованного взгляда на удивленный. Как он вскидывает бровями, а губы изображают букву «о». Рука Хайтама остановилась, а вторая спустилась на плечо и легко гладила, словно выражая сожаление. — Тренировка закончилась и по обыкновению мы пошли в раздевалку. Когда многие вышли и остались только двое, я услышал, как они начали обсуждать вашу команду. Изначально я не придал значения, ну знаешь, говорят наверное о том, как вы плохо играете в последнее время. Но проходя мимо, я услышал то, чего хотелось меньше всего.. — резко Кавех затих, раздраженно выдыхая. Хайтам приготовился слушать и уже успел подумать о том, что они каким-то образом посягнули на самого Кавеха. — Они обсуждали тебя. И резко начали впутывать в обсуждение твою личную жизнь. Они начали оскорблять.. Твою бабушку. — Кавех свел брови и прикусил губу. Аль-Хайтам лишь тяжело выдохнул, кладя уже обе руки на плечи возлюбленного. Он даже слегка нагнулся и приобнял Кавеха, так как почувствовал, что тот мог вот вот заплакать. — Когда дела переходят личные границы соперника, я не могу стоять в стороне. Тем более, когда речь шла о твоих.. И я ему как врезал! Чтоб точно запомнил, что можно говорить, а что нельзя! — сказал Кавех, переходя на более озлобленный тон. Хайтам не стал его перебивать или как либо словесно успокаивать. Он и сам был не в полном восторге от ситуации. — Тогда и началась драка. Он решил, что я предаю команду, раз смею заступаться за противников. Вот и получил в глаз, ха-ха. — Кавех усмехнулся себе под нос, чувствуя, как пульсирует под глазом. — Потом я ударил еще раз. И еще раз. И еще раз. Казалось, что мы будем драться до утра, пока нас не разделил его дружок. Они вышли и оставили меня в раздевалке, хлопнув дверью. Тогда я просто сел на пол, прижался спиной к шкафчику и... задумался. Возможно, если бы я не очнулся от мыслей, меня бы так и закрыли тут. Поэтому я пришел позже обычного. — в этот момент он ощутил успокаивающий поцелуй за ухом. От него действительно стало слегка легче. — Больше не подвергай себя опасности из-за подобного. Правда. Все впорядке. Обделенные мозгом не меняются. Я не вправе их исправить. Меня не было, я бы не слышал. — Я понимаю, Хайтам, — начал было Кавех. — Но я не могу просто стоять в стороне, когда про тебя и твою семью говорят такие вещи. Я готов заступаться за тебя и то, что дорого тебе. — За себя тоже, ведь ты являешься мне дорогим. — Ну точно от Сайно набрался, честное слово. — ванная комната залилась приглушенным смехом. Напряжение постепенно снялось, оставляя за собой лишь спокойствие. Хайтам начал медленно смывать шампунь с головы Кавеха, мысленно благодаря Архонтов за то, что блондина не забили до смерти. И за то, с каким отважным сердцем был его возлюбленный.

***

— Спасибо. — За что? — спросил Кавех, когда сидел на кухне и уплетал за обе щеки любимые бутерброды. Его синяки начали заботливо мазать кремом, царапины - заклеивать пластырями. Конечным штрихом являлся лед, что был приложен к глазу. Нежно и аккуратно. Хайтам сел на соседний стул и придерживал лед. — За то, что заступился за бабушку. Если бы она застала тебя.. — Уверяю, она бы перекрестилась и отправила куда подальше. — наигранно фыркнул Кавех, хватаясь за третий бутерброд. — Это сначала. — То есть, ты не отрицаешь? — Слушай, когда на тебя у всех бабушек такая реакция, то очень сложно ответить иначе. — и снова аль-Хайтам получает легкий удар в плечо. Отчего оба начинают тихо смеяться. — Мой отец, если услышал бы такое, дал б тебе пендаль. — засмеялся Кавех, чувствуя, как теплая улыбка медленно появлялась на лице аль-Хайтама. — Ты улыбаешься так от того, что мой отец не сможет этого сделать? — Я улыбаясь, потому что смотрю на тебя и мне сразу смешнее становится. — Да брось ты, много кто улыбается, когда видит меня. Видимо, настолько очарователен. — Так это ли не потому что им всем тоже смешно? — Кавех что-то буркнул в ответ, на что получил утешительный поцелуй в синяк под глазом. Кончики ушей медленно покраснели и Кавех глупо улыбнулся. — Ладно, ты прав. Ты поистине очарователен. — Хоть в чем то я прав. — сказал Кавех и гордо поднял голову, отчего аль-Хайтам щелкнул его по носу. — И то верно. — после этих слов последовали осторожные объятия. Тяжело было отпустить друг друга и лечь спать, а особенно, когда один уже уснул. Прям на чужом плече. Хайтам на смог заставить себя разбудить Кавеха, особенно раненого, поэтому он так же аккуратно поднял его на руки и отнес к себе в комнату. — Отдыхай, защитник чужих личных границ. Спокойной ночи. — шепнул аль-Хайтам, когда уложил Кавеха на кровать. Сам он как всегда ляжет позже...