Лунное затмение

Лунное Древо встретило меня безрадостным серебряным блеском. Ледяные листья сверкали, как и всегда, но прекрасные раньше грани сейчас напоминали острые колья — ещё чуть-чуть, и в белоснежно-прозрачном мареве замерцает алое. Ртутное озеро шло кругами, ни на миг не обретая покой, а кристаллы возвышались мрачными апостолами, больше не отражая свет. Неудивительно, что мой маленький мирок выглядел так сейчас. Я была в бешенстве. Возникнув посередине островка во тьме, я оказалась прямо перед двумя: Шелтером и Элдвином, что сидели на тёмной земле. Хранитель выглядел напряжённым и словно бы предвкушающим. Довольным. Я видела в его красных (они были такими яркими раньше?) глазах небольшую опаску относительно того, что он так бездумно запретил мне доступ, но, кажется, Шелли был абсолютно уверен в том, что мой гнев ему не грозит — в конце концов, я ведь добрая наивная девчонка, думающая лишь о том, как спасти своих близких, в которые Шелтер записал себя с лёгкой руки. А Элдвин… Я чуть не задохнулась, увидев глаза-туннели чернее самой ночи. В них не было света. Словно бы мы встретились впервые — словно бы он вновь не был собой. Шелтер улыбнулся, увидев меня, Элдвин же не двинулся, даже взгляда не поднял, продолжая невидяще смотреть куда-то на бушующую воду за моей спиной. — Моя маленькая леди. — в качестве приветствия произнёс хранитель. Я взглянула на него. Он не вздрогнул, но улыбка его стала чуть более натянутой. — Прости за небольшое… неудобство, что я доставил. — Неудобство. — повторила я медленно. — Нам нужно было поговорить, ты же понимаешь. Оказывается, он знал многое о Тьме… Да и послушать его версию… событий было достаточно полезно. — Шелтер качнул головой, тёмно-зелёные косички по бокам его лица качнулись. — И беседа шла отлично, пока он… Хранитель метнул взгляд на не двигающегося и, кажется, даже не дышащего Элдвина. — …не сделал это. — закончил мужчина и вздохнул. — Я неприятно поражён. — Чем? — я всё ещё смотрела на него, замерев на месте. Шелтер хмыкнул и вдруг изменился в лице — из весёлой его улыбка стала жестокой и холодной. Будто бы не его вовсе. — Он совершил ошибку. — хранитель прикрыл светящиеся глаза. — И теперь отказывается принимать её последствия. Я глубоко вдохнула. Кулаки сжались. — Ты… — Единственное, в чём ты можешь меня обвинить — так это в том, что я закрыл тебе доступ. — неожиданно резко оборвал меня Шелтер. — Я не обязан отчитываться о том, как и с кем я говорил. Тем более, он заслужил всё, что я сделал. — Что ты сделал? Я не хотела знать. Видя застывшего Элдвина и его чёрные глаза, я… я правда не хотела. Шелтер не ответил на это. — Ты дружишь с убийцей. Он не заслуживает сочувствия, что бы ни сказал. Даже я почти обманулся его лживым «сожалением»! — выплюнул он зло. Всё дружелюбие и радость встречи в его голосе вдруг исчезли. — Ты беспокоишься о человеке, что посмел обмануть любовь, обмануть доверие… — А ты, Шелли? — я едва заметно улыбнулась, подрагивая от желания вцепиться в чужую шею, и он замолчал. — Ты — не убийца? Шелтер удивлённо распахнул глаза. — Скажи мне, что ты делал с теми, кто приходил к Древу? Он опешил, но нашёл в себе силы защититься. — Это совсем не важно. — хранитель опасно сощурился. Раньше он никогда так не смотрел на меня. — Мерзкий смертный посчитал себя выше богов. Я ненавижу его, безумно ненавижу! Шелтер вскочил на ноги одним движением, глядя на меня почти с угрозой. Воспоминания о нашей первой встрече, когда он казался мне добрым аристократичным духом с множеством секретов и хитрой ухмылкой, шли трещинами и осыпались песком. Каким же разным ты можешь быть, Шелли. — Если бы я мог, я бы убил его… Элдвин всё так же не двигался. Я не видела в его глазах ни узнавания, ни хотя бы толики сознания. — Почему ты молчишь, Аврора? Словно бы он был всего лишь куклой, забытой на детской площадке. — Ты должна понять меня! Должна… Я должна спасти близнецов, спасти Эплтейл, спасти близких… И Элдвина в том числе. А спасти себя? Вряд ли. В тот день я могла выбрать не участвовать в этом. Могла отправиться на перерождение, забыв обо всех ужасах прошлой жизни. Действительно могла? Я была единственным шансом Шелтера на спасение мира. Был ли у меня выбор на самом деле?.. — Скажи мне, Шелли. — вдруг сказала я, смотря не на него, а на Элдвина, который будто бы и не слышал нас. — Если бы я отказалась становиться хранителем, что бы ты сделал? Он поражённо отступил на шаг назад, не ожидавший такого вопроса. — Заставил бы меня? — плечи опустились. — Не отпустил бы? — Аврора, к чему ты… А я всё смотрела и смотрела. «Будь у меня дочь, я был бы счастлив, если бы она была такой, как ты.» В тот раз Элдвин сказал, что это, возможно, было самым правдивым, что он когда-либо говорил мне… А сейчас он молчит. Я искривила губы от внезапной горечи. Горечи и ярости. Ха… Чёртов ты придурошный смертный. Шелтер не ожидал того, что я кинусь на него — даже щит магический не успел поставить, как я уже оказалась рядом. Разве что метнулся в сторону, отчего удар пришёлся не по лицу, а по длинным изогнутым рогам. Кулак не опалило болью, как должно бы, и я постаралась добавить коленом в живот, но Шелтер уже очухался и приложил меня выбросом энергии, отбрасывая в сторону. Я ловко кувыркнулась в воздухе, пружинисто приземляясь на ноги. — Что ты творишь?! — крикнул он, вставая в, кажется, оборонительную стойку. Я нахмурилась, ощущая, как под землёй извиваются подчиняющиеся мне корни. — Я не собираюсь драться с тобой! — А придётся, мать твою-перемать! — рявнула я на него. Зрачки Шелтера расширились, когда я неожиданно телепортировалась, оказываясь в опасной близости от него. На этот раз я всё же попала, куда метила — в солнечное сплетение. Его грёбаный огромный рост мешал. Хранитель шагнул назад, его дыхание сбилось от внезапной боли, и меня вновь было откинуло, но я вцепилась в вышитую серебром чёрную мантию и удержалась на месте, после чего мотнула Шелтера на себя. И казалось, всё замечательно — да только я не заметила его хвоста, который сделал мне подсечку, и в итоге мы оба упали. Я ловко перекатилась со спины на живот и резким движением поднялась, после чего прыгнула на затормозившего Шелтера. Он был совсем не таким быстрым, яростным и сильным, как когда дрался с Элдвином — нет, тогда им двигало безумие, а сейчас… Красные глаза, распахнутые от страха, удивления и словно бы боли, блестели. Шелтер мог бы постараться пересилить меня магической мощью, но почему-то просто защищался и ставил барьеры, пока я сосредоточенно кидала в него заклинаниями и пыталась ко всему прочему ещё и зарядить кулаками. Почему-то он не хотел мне вредить. — Идиот безмозглый! — от бессилия закричала я, и из земли всё-таки вырвались серебряные корни. Шелтер коротко вскрикнул, забившись в попытке вырваться из-под меня, но всё ещё не бил с той силой, с какой был способен. Я была готова обрушить корни на него, заставить пожалеть о том, что он сделал, как вдруг… Поперёк живота меня подхватили чьи-то руки, облачённые в перчатки. Я замерла. Чёрные бездонные глаза всё ещё смотрели куда-то в пустоту. Элдвин поднял меня на ноги, сильнее сжимая в объятиях и оттаскивая от Шелтера. — Эл… — выдохнула я шокировано. Он уткнулся мне в затылок лбом, и я вздрогнула всем телом. Шелтер смотрел беспомощно и как-то потеряно. Хранитель, кажется, только сейчас понял, что произошло, и начал чувствовать за это толику вины. Не он один — я чуть было не задохнулась от острого чувства сожаления, прошившего всё тело. И за то, что напала на Шелтера, и за то, что позволила этому ужасу поучиться с Элдвином, вновь потерявшим себя. Шелтер протянул ко мне руку, и я распахнула слезящиеся глаза. Хотелось упасть на колени, обнять их обоих и разрыдаться. Хотелось, чтобы всё вновь было хорошо. Но я знала, что это невозможно. — Уходи! — мой голос рвался и дрожал, срываясь на крик. Почему я прогоняла его? Он не виноват, это всё из-за меня, всё из-за меня… Мне хотелось сказать «извини», попросить прощения, но вместо этого я лишь… — Прочь! Прочь… Объятия стали ещё крепче. Элдвин, такой глупый, такой бесчувственный сейчас, не хотел меня отпускать. Я бы могла вырваться, но… Но я не стала. Почему не стала? По той же причине, что Шелтер не захотел со мной драться. Хранитель прикрыл глаза, вздохнул и едва заметно кивнул мне. На секунду мне показалось, что в уголках его глаз что-то блеснуло, а потом он исчез. Извернувшись в чужой хватке, я встретила знакомый, но почему-то чужой безразличный взгляд. — Элдвин… Я шмыгнула носом и разревелась, обхватывая его шею руками. — Не плачь. — прошептал бесстрастный голос, но… Я зарыдала лишь сильнее. Пространство вокруг нас безразлично застыло — даже Лунное древо уже не казалось таким ярким и красивым, вместо этого его свет виделся холодным и словно бы жестоким. Я плакала и прижимала к себе безумного друга, гладя его по голове и чувствуя, как постепенно истончается надежда. Элдвин не сопротивлялся, но и не пытался обнять в ответ — словно бы ему было всё равно, что с ним происходит. Словно бы он был всего лишь безвольной куклой. Шелтер… Он имел полное право его ненавидеть… Элдвин убил его дочь — и неважно, что им двигало, он всё равно это сделал. Шелтер, вероятно, всё это время слепо его ненавидел, так как же он мог избавиться от этого чувства из-за пары фраз? Это невозможно, это… Это всё так глупо… И моя привязанность к куску Тьмы, части Древа, сотканной из множества личностей — глупее всего. — Элдвин… — вновь всхлипнула я, пытаясь что-то сказать. Что-то, что сама толком не могла понять. Он не отвечал. Даже, казалось, не дышал под моими руками. Было ощущение, будто его имя теперь не более, чем пустой звук для него самого. Словно бы я зову не его. Или не зову вовсе. Мой отчаянный крик сотряс землю, на которой мы когда-то тренировались, потревожил ртутную воду волнами, отразился от сверкающих кристаллов, чей свет больше не отражался в чёрных — синих, раньше синих… — глазах. Свет белоснежных яблок больше не казался тёплым.

***

Кора Древа была шершавой, но не причиняла дискомфорта. Я лежала в скоплении ветвей, скрытая от окружающего мира полотном зелёных листьев. Где-то у основания ствола сидел Найтмер, читающий книгу — одну из тех, что мы вместе выбирали в библиотеке. Я видела его, а он меня — нет. Вероятно, настолько увлёкся, что вовсе меня не замечал. Я же задумчиво считала листочки и попадающие в поле зрения цветные яблоки, стараясь подавить зарождающуюся внутри дрожь. Я боялась лазать по деревьям — ведь, в конце концов, именно из-за того, что я когда-то решила повеселиться таким способом, моя сестра погибла, когда пыталась меня снять и в итоге упала с высоты. Воспоминания об этом вспыхивали перед глазами, но я пыталась не обращать на них внимание. Выходило скверно. Дыхание иногда сбивалось, и, кажется, я была близка к тому, чтобы дёрнуться и свалиться на землю, но присутствие Найтмера неподалёку помогало взять себя в руки — не хотелось бы заставлять его переживать. Я, честно, до конца не понимала, зачем я залезла сюда. То ли действительно пыталась побороть давний страх, то ли таким образом очень изобретательно истязала себя за всё то, что не смогла предотвратить. Или просто пыталась отвлечься от одной боли с помощью другой. Я едва слышно хмыкнула, прикрывая глаза. Дрим убежал в деревню — кажется, его всё не отпускало то обронённое Инком шутливое предложение «в картишки», и он решил во что бы то ни стало узнать, что же всё-таки имел в виду чернильный, а сейчас была прекрасная возможность, ведь Найтмер был благополучно потерян для общества. И хорошо, что хранителя Позитива не было — уж он-то бы, наверное, не смог бы настолько сильно чем-то увлечься, чтобы не заметить моих поползновений вверх по веткам. Вздохнув, я качнула головой. Думать на отвлечённые темы не получалось. Прошло несколько дней с момента, когда Шелтер наконец пустил меня к Лунному древу. По ночам я перемещалась к Элдвину и каждый чёртов раз с ужасом обнаруживала его в том же самом месте, где оставляла — будто бы он совсем не двигался с места. Я брала его за руку и вела за собой, гуляя вокруг дерева, озера и кристаллов — тихим мягким голосом рассказывая истории, в которых не было ничего злого или грустного. Напоминала о том, как мы вместе занимались магией, как он поведал мне о внутренних мирах. Говорила и говорила, не пуская в голос дрожь приближающихся слёз. Элдвин никогда не отвечал мне. Кроме того самого первого «не плачь» я не услышала от него ни слова. Но я не сдавалась. Я знала, что Шелтер где-то рядом. Он не мог спокойно попасть к нам — помятуя о собственной ошибке, я поставила барьеры, чтобы полностью контролировать своё пространство. Но и пробиться силой он не пробовал — лишь напоминал о себе присутствием где-то там, вдалеке. Нам обоим было совестно. Я знала — я не смогу его простить. Не сейчас. Но также я знала, что не должна была бросаться на него, словно ненормальная, но… Глядя в чёрные глаза Элдвина, я не могла быть уверена, что не сделала бы это снова. Я обнимала его, пыталась даже достучаться с помощью имени Ним. Колдовала, показывая разнообразные иллюзии. Пела те же песни, что по вечерам — перед духами леса или жителями деревни, которые сами научились разводить магические синие костры и тем самым позволяли мне вновь быть рядом, несмотря ни на что. Ничего. Ничего не получалось. Но… Но мне казалось, что я просто должна постараться ещё немного. За это время нам удалось найти ещё несколько… не лабораторий, а скорее личных кабинетов. Удивительно, но все они находились в заброшенных домах, чьи обладатели давно умерли, о чём мы, будучи под маскировкой, узнавали от соседей нужных нам учёных, чьи фамилии мелькали тут и там. Вероятно, это было последствиями той самой «Жатвы». Санден… Кем была та девушка, которую Харви соединил с собственной дочерью и женой? Почему её звали так же, как и Старосту?.. Я нахмурилась. Меня беспокоило ещё кое-что. Дрим. С недавних пор он стал как-то… странно реагировать на лаборатории, в которые мы попадали. Я не могла сказать, что именно, но что-то определённо казалось мне неправильным. То ли его взгляд, то ли то, как резво и быстро он находил те самые ловушки (они были гораздо менее опасными, чем та, что была у Харви, но в них тоже была эта поганая Омега-энергия) и избавлялся от них так стремительно, будто от этого зависели наши жизни. Возможно, конечно, что это были последствия того, что сам Дрим попался на эту уловку однажды, но всё равно, что-то не так… По глазам Найтмера я видела, что он хочет мне что-то рассказать. Но почему-то не решается. Что эти двое успели учудить, пока я не видела? Впрочем… Об Омега-энергии, да. Несмотря на протесты Дрима, мне удалось взять что-то вроде образца. Тут помогло моё хирургически-точное умение воздействовать на души, которые являются своего рода скоплением и хранилищем энергии существ. У мальчишек тоже такое было, но у меня получалось более… изящно, что-ли? Почти разобрав «кусок» этой энергии на части, мы с ужасом поняли, что она очень похожа… на нашу собственную. Ни у кого из смертных — неважно, монстр или человек — магия не могла быть настолько подобной нашей. Мы были существами другого типа, другого порядка. И, что самое ужасное, тип этой энергии был нацелен на подчинение. Я поняла это потому, что однажды уже приказывала жителям — я сказала им забыть о том, что они видели нашу с Найтмером ссору, и они забыли. Это была похожая магия. Где учёные её взяли? Синтезировали?! Очень вряд ли. Будто бы… Будто бы у них откуда-то был источник энергии хранителей. И, судя по тому, как давно это было, источник этот существовал ещё во времена Ним, если не раньше. Детская сказка, детская сказка… Кошмарная загадка, которую я не хочу разгадывать. Но, видимо, должна. Чёрт… За размышлениями я чуть не прозевала момент приближения к Древу пятерых существ. Найтмер тоже их почувствовал — напрягся и закрыл книгу, поднимая голову вперёд. Я чуть было не вывернула шею, выглядывая из-за листьев. Деревня очень быстро разрасталась в сторону Древа, но не переступала границы погодного барьера, которые мы очень чётко обозначили. Но даже несмотря на то, что ближайшие дома были достаточно далеко, это всё равно было гораздо ближе, чем раньше (в конце концов, иначе бы строители, которых лесоруб Осборн подрядил на постройку нашего дома (он, кстати, был почти закончен и располагался совсем рядом с Древом, но нас туда пока не пускали) и с которыми, соответственно, таскался туда-сюда и сам, задолбались бы к нам бегать). И вот сейчас к нам шли пятеро… Подростков. Двое человеческих мальчишек и три монстра. Две девушки — одна зайцеподобная, что шла впереди всех, и вторая, похожая на какого-то грызуна (белка, наверное…). Третий монстр был, кажется, смесью быка и ещё кого-то пушистого. Всё бы ничего, но лица у них были уж больно предвкушающие. Да и эмоциональный фон казался опасным, каким-то хищным и злым. Да и Найтмер ведь неспроста так вздрогнул, когда рассмотрел девчонку-зайца? Я подобралась, готовая к худшему. Найт оставался сидеть неподвижно и, кажется, старался делать вид, будто продолжает читать книгу, а пятёрка подошла уж больно близко. — Здорово, демонёнок. — панибратски хохотнул низенький парень с вытянутым лицом. — Чего такой кислый? Он сказал «демонёнок»? Найтмер не ответил, и зайчиха, которая, видимо, была главной, пренебрежительно цокнула языком. Она наклонилась, заслоняя собой свет солнца и тем самым бросая тень на книгу. — Грубо игнорировать своих друзей, которые пришли к тебе на порог. — её поучительно-снисходительный тон резанул по ушам. Остальная компания заулюлюкала. Найтмер передёрнул плечами и приподнял книгу, словно бы закрываясь ею от неприятной девчонки. Она притворно-возмущённо ахнула и вдруг вцепилась в обложку. — Пусти! — прошипел Найтмер с затаённым страхом. — И не подумаю! — весело ответила зайчиха и рванула книгу на себя. Чтобы не повредить страницы, Найтмер отпустил её. Напрасно — девчонка резво крутанула книгу в руках и принялась рвать её на части. Помятые листы бумаги медленно опадали на землю. Монстры засмеялись, видя ошарашенное выражение лица хранителя. Я сжала кулаки. — Что, думаешь, если будешь много читать, станешь умным, белым и пушистым? — скривившись, усмехнулась белка, выглядывая из-за плеча подруги. — Держу пари, Дрим и Аврора тебя терпят только потому, что… Тут она вдруг осеклась и посмотрела на троих парней. — А почему, интересно? — мерзко хихикнула белка, продолжая мысль. — Да понятия не имею! — прогудел быкоподобный монстр. — Может, из жалости? — Да-да! — поддакнул юноша с хитро прищуренными глазами. — Какое великодушие! Так на них похоже! — Великодушие, ага. — фыркнул второй человеческий подросток. — Только бессмысленное! — Это как взять к себе драную кошку с поломанными лапами. — убеждённо кивнула зайчиха. — Мышей ловить не может, и глаз не порадует. Никакого проку! Они вновь рассмеялись. Найтмер, который с каждым произнесённым словом всё бледнел и бледнел, рвано вздохнул, не отрывая взгляда от истерзанной книги. Зайчиха это заметила и расплылась в ухмылке. Откуда… — О, посмотрите, демонёнок расстроился из-за своей игрушки. — просюсюкала она. Откуда в детях столько злости?.. Зайчиха с размаху швырнула книгу — точнее то, что от неё осталось — на землю, и под ней тут же появилась лужа грязной воды, смешанной с землёй. Судя по весёлому оскалу белки, это была работа её магии. Найтмер сцепил зубы и встал. Подростки заинтересованно что-то защебетали. — Да ладно тебе. — издевательски улыбнулась зайчиха. — Всё равно ведь не сможешь. — Слабак! — выкрикнул низкий мальчишка. — Слабак! Слабак! — вторили ему остальные. Найтмер глубоко вздохнул, на его руках заплясала угрожающим огнём магия и… потухла. Нет! Нет, почему?! — Ну вот. Какой позор! — довольно оскалилась зайчиха. — Ты не нужен нашим хранителям! Я уверена, они хотят избавиться от тебя как можно скорее! Она протянула руку, чтобы, видимо, схватить несопротивляющегося Найтмера за чёрные волосы. Под моей рукой громко хрустнула ветка Древа. Подростки тут же все, как один, подняли взгляды вверх — только Найтмер остался стоять, склонив в смирении голову. Зайчиха меня заметила — её расширившиеся в удивлении зрачки явственно об этом говорили, — но всё равно не успела отскочить достаточно далеко, когда я прыгнула на неё сверху. Упавшая на землю девчонка взвыла — палка, которую я неосознанно отломала, оказалась очень крепкой, и весьма ощутимо (однако, я уверена, что никаких травм это не нанесло. Не сказать, что я не сожалела об этом) приложила её по рёбрам. Моими, естественно, стараниями. — Ав… Авр… — заикаясь, пролепетала зайчиха, отползая от меня по земле, даже не пытаясь встать. — Аврора и Дрим, — с нажимом произнесла я, до побеления костяшек сжимая ветку в руках и невольно вливая в неё магию. — сами могут определить, чего они хотят. И в этот список точно не входит избавление от Найтмера. — Сестра! — вскрикнул хранитель Негатива, который, кажется, только сейчас отошёл от шока, вызванного моим появлением. — Найтмер мог бы вам всем головы оторвать. — я угрожающе прищурилась, обводя побледневших подростков. — Но не стал. Пожалел. Что-то мне подсказывает, что зря. Первой не выдержала белка. Может, дело в том, что я задержалась на ней взглядом. Девчонка пронзительно взвизгнула и сорвалась с места. Хочет скрыться на голой местности без деревьев? Увидев, что примерно то же собираются провернуть остальные, кроме, разве что, зайчихи, что всё ещё лежала на земле, я безрадостно усмехнулась и, набрав побольше воздуха в лёгкие, рявкнула: — СТОЯТЬ! Белка остановилась, как вкопанная. Она крупно тряслась всем телом, не в силах сдвинуться. Примерно так же выглядели остальные. Зайчиха — единственная, на кого приказ не распространился, так как она не пыталась убежать — закрыла ладонями лицо. — Вернись. — пародируя их же весёлый тон, ласково позвала я. Деревянной походкой девчонка вернулась назад, глядя на меня огромными глазами. — Итак, господа и дамы. — улыбнулась я, наклоняя голову набок. — Вы, кажется, немного неправильно воспринимаете своё место, я права? Я опёрлась веткой об землю, облокачиваясь на неё. — Ну-ну, не стоит плакать. — вздохнула я, видя катящиеся по испуганным лицам слёзы. — Что я, убивать вас буду, что-ли? Так, проведу воспитательную беседу… Наверное. Зайчиха взвыла, когда я сделала шаг вперёд. Неужели настолько страшно? — Просто мне почему-то кажется, что с вами бесполезно разговаривать. — поговорила я так, будто бы открывала великую тайну. — В конце концов, мы многое сделали для деревни, а в ответ попросили лишь уважения и дружбы. И что вы делаете сейчас? Человеческие юноши пытались что-то мне сказать — оправдаться, наверное, — но я махнула в их сторону рукой, призывая к молчанию. Это был риторический вопрос. — Найтмер слишком мягок. — качнула головой я. — А я — нет. Тем не менее, почему-то вы называли демоном именно его. А он и не говорил ничего — ведь нам, хранителям, нельзя обижать братьев наших меньших! Последнее предложение я практически выплюнула. — А знаешь, я тебя помню. — вдруг сказала я, глядя на зайчиху. — Кажется, твоя бабушка недавно заболела, верно? Она молчала, продолжая всхлипывать. — Ты можешь говорить. — намекнула я, вновь улыбнувшись. — Д… Д-да, заб… заболела… — Вот как. — я прикоснулась к подбородку, задумчиво поглаживая пальцами ветку, которая почему-то казалась гладкой. — А ведь завтра мы должны были пойти по деревне с золотыми яблоками, чтобы помочь больным и старым жителям их энергией… Девчонка охнула, поняв, к чему я. — Как жаль, что твоей бабушке попалась такая непутёвая внучка. — с деланным сожалением вздохнула я. Зайчиха зарыдала сильнее. Она перекатилась на земле и села на колени, опираясь руками о землю. Кажется, она хотела закричать что-то вроде «нет, пожалуйста, простите!», но я хмыкнула и щёлкнула пальцами, накладывая на неё заклятие временной немоты. — Не передо мной вам нужно держать ответ. — я обвела подростков, последовавших примеру старшей подруги и тоже вставших в просящую позу, мрачным взглядом. К моему плечу вдруг прикоснулась тёплая рука. Я обернулась. Найтмер смотрел с решимостью до последнего отговаривать меня от кары и скрытой надеждой на то, что я не серьёзно. Я улыбнулась ему — нормально, а не так, как этим идиотам — и подмигнула. Он облегчённо выдохнул. Конечно, я не собиралась обрекать несчастную старушку на смерть от болезни. Да и как-либо наказывать этих пятерых тоже не собиралась — только напугать и наговорить страшных слов. В конце концов, это просто дети, которые выбрали неправильный путь. Надо всего лишь провести небольшую шоковую терапию, и дело в шляпе, кот в мешке. Что я, монстр, что-ли? — Аврора, пожалуйста, не надо. — произнёс Найтмер твёрдо, раскусив мой план и решив немного подсобить. Его рука всё ещё тряслась, и я бережно положила на неё ладонь, слегка сжав. «Всё будет хорошо.» — пообещала я мысленно и резко развернулась к пятерым поскуливающим подросткам. — Вот, что я говорила… — фыркнула я. — Найтмер просит за вас! Подумать только! Я присела на корточки перед зайчихой и положила руку на её голову. Она сжалась и будто бы уменьшилась. — Ну ладно, он прав. Предки не должны отвечать за ошибки своих глупых потомков. Девчонка подняла на меня неверящий взгляд. Да ладно, из меня такая хорошая актриса? Или это из-за духовного давления? — Я отпускаю вас только потому, что этого попросил Найтмер. — вкрадчиво произнесла я. — Если вы посмеете забыть о его доброте… Если подумаете вновь поднять руку на него или кого-нибудь из жителей деревни, кто покажется вам слабым и беспомощным… Будьте уверены — я узнаю об этом. Всё поняли? Подростки закивали вразнобой. Я осклабилась и поднялась на ноги. — Отлично. — промурлыкала я. — А теперь пошли вон! Ещё некоторое время мы молча наблюдали за удирающими забияками, после чего я на носках повернулась к прячущему глаза Найтмеру. — Какого хрена только что было? — произнесла я с прищуром. Я ткнула в его сторону навершием посоха, в который под воздействием моей магии превратилась ветка волшебного Древа. Отметив факт внезапной обновки, я решила обратить внимание на палку-копалку чуть позже. Когда разберусь с этим самоотверженным придурком! — Правда, не стоило, я… — Найтмер скрестил руки на груди, будто бы защищаясь. — Я бы сам… — «Сам» что? — я вздохнула, поморщившись. — Найт, я прекрасно знаю, насколько ты силён — чёрт, да ты мог даже не атаковать их, а просто окутать себя щитом, чтобы эти… эти уроды не смогли к тебе прикоснуться! Почему ты?.. — Я испугался! Испугался, ясно?! — рявкнул в ответ хранитель и спрятал лицо в ладонях. — Я просто… был напуган… — Не ими. — поняла я. — Да. — Найт дёрнул головой в подобии кивка. — Я испугался, что, если дам отпор, всё то, над чем вы с Дримом старались… Я всё разрушу… — В смысле?.. — от удивления мой голос словно бы осип. — Вы так хотели поладить с деревней! — сорвался на крик Найтмер, всё так же не смотря на меня. — Так старались, помогали им… Я бы никогда не простил себе, если бы всё испортил! Вы бы… Вы бы меня возненавиде… — Кто тебе сказал этот бред?! — рядом со мной мелькнуло что-то жёлтое, и я с удивлением поняла, что это Дрим, стремительно сокративший расстояние между нами и схвативший опешившего Найтмера за воротник. Кажется, мы так сильно орали, что через нашу связь до Дрима долетели мыслеобразы, и несчастный юноша ломанулся телепортационными прыжками к нам. — Дрим, но я… — Думаешь, чёртова деревня для нас важнее, чем ты?! — Дрим встряхнул старшего брата, словно тряпичную куклу. Его лицо было перекошено гневом и… болью. — Если эти неблагодарные отродья, за отношения с которыми мы, по-твоему, так печёмся, отвернутся от тебя просто потому, что ты им не понравился, клянусь, я сожгу это место дотла! Мы с Найтмером смотрели на хранителя Позитива примерно с одинаковым шоком на лицах. Дрим выглядел так, будто его тяжёлым мешком по голове стукнули — глаза распахнуты, тяжело дышит, а руки, цепляющиеся за фиолетовую ткань, трясутся. — Мы же любим тебя… — как-то жалобно закончил Дрим. — Почему ты так не уверен в этом?.. Я охнула и, отправив палку-посох в карманное пространство, шагнула к близнецам, чтобы обхватить их руками и обнять. — Найтмер. — сказала я твёрдо, когда поняла, что Дрим, уткнувшийся в его плечо, говорить больше не будет. — Мы всегда есть друг у друга. Помните, как я стремилась в деревню в первые месяцы жизни? Я делала это только потому, что хотела лучшего вам двоим. Хотела, чтобы ничто не угрожало Древу, не угрожало нам. И сейчас ничего не поменялось — никакие «хорошие взаимоотношения» с кем-то другим не стоят твоей боли. — Я… Простите меня… — Найтмер всхлипнул и закрыл глаза. — Всё хорошо. — я улыбнулась и погладила его по буйной голове. — Хорошо. Хорошо, да… Вот только… «Дрим.» — позвала я мысленно. — «Ты в порядке?» «Я не знаю…» — прозвучал у меня в голове его растерянный голос. — «Я был так… Так зол! Я никогда… Никогда не испытывал настолько… Настолько страшное чувство…» Я едва заметно вздрогнула. «Ничего.» — приободрила его я, сама толком не уверенная. — «Просто ты переживал за старшего брата.» Он, кажется, успокоился. Но… Разве хранитель Позитива чисто физически может ощущать столь сильную злость? Меня это беспокоило…

***

Дом Эланора казался безжизненным. Вся радость, вся искра ушла из него вслед за весёлым смехом и счастьем, излучаемым одной маленькой девочкой. Я стояла в гостиной, пустым взглядом смотря на пляшущее в камине голубое пламя. За стеной не было слышно ничего — даже дыхания. Я не слышала их, но чувствовала — две души, пульсирующие от горечи и боли. Мелисса всё не просыпалась… Дверь резко распахнулась, и в коридор выскочил мужчина, как всегда замотанный в чёрные одежды. Я глубоко вздохнула, когда он быстрым шагом направился вперёд, но не ко мне, а к выходу. — Куда ты, Эланор? — позвала я тихо, когда человек прошёл мимо меня. — Это не твоё дело. — резко ответил он мне, тем не менее, останавливаясь. Я услышала, как затрещала ткань его перчаток. — Почему ты вечно лезешь, куда тебя не просят? Мы стояли друг к другу спинами, и я всё не могла оторвать взгляд от огня. Эланор был, очевидно, в душевном раздрае. Был зол, опустошён — насколько вообще мог быть. Но он всё равно зажёг именно это магическое пламя. — Потому что иногда это необходимо. — ответила я спокойно. — Кому необходимо? Тебе? — усмехнулся он бесстрастно. — Ты не понимаешь, что со мной происходит, даже я не понимаю. Проклятие не позволяло мне испытывать такую боль, но теперь… Хотя, зачем я рассказываю это? Ты и не сможешь меня понять. Ты никогда не теряла. Я прикрыла глаза, стараясь удержать себя от злых слов, которые готовы были сорваться с языка. Эланор действительно злился. Но не на меня, пусть и не понимал этого сам. Откуда, в конце концов, ему было знать, что я потеряла всё? — Ты не один, Эланор. — поджимая губы, сказала я. Да, я потеряла своего ребёнка, когда он ещё не успел родиться, но всё-таки это была другая потеря. Эланор считал Мелиссу своей дочерью, которую он растил. Я действительно не знала, каково это. — И я, и близнецы, и дети готовы разделить твоё горе. Мы есть друг у дру… — ЭТО НЕ ОДНО И ТО ЖЕ! — закричал Эланор так, что у меня чуть было не заложило уши. Я пошатнулась и вздрогнула, когда мужчина в два шага преодолел расстояние между нами и навис надо мной. По его лицу текли слёзы. Я охнула. Эланор при мне никогда раньше не кричал… — Ты, маленькая!.. — он проглотил ругательство. Жёлтые глаза яростно блестели. — Хранители никогда не думали о смертных, как о равных, для тебя наши жизни — просто грёбаная игра! Что, считаешь своим долгом всё всегда знать и отметиться в жизни у каждого, даже когда этого не просят?! Я не отводила взгляда, выслушивая это. — Пошла прочь! Никогда больше не появляйся в моём доме! — рявкнул он, вздрагивая всем телом. Сомкнув ладони за спиной, я постаралась улыбнуться. — Хорошо, Эланор. — мягко произнесла я, глядя на взбешённого человека. — Только позволь мне прийти ещё раз позже. Мы с близнецами хотели попробовать помочь Мелиссе при помощи золотого яблока. Это несколько рискованно, но, вероятно, это последняя мера — в конце концов, проклятие было наложено хранителем, следовательно, силой Древа, и, возможно, мы сможем ослабить его ей же. Эланор рвано выдохнул и сделал шаг назад, когда я плавно направилась к двери. — Аврора… — прошептал он потерянно. — Я… — Всё в порядке. — я пожала плечами, оглядываясь через плечо. — Ты был прав, это действительно не моё дело, куда ты идёшь, но я предполагаю, что там не будет ничего хорошего. Что-то, чтобы забыться, чтобы отвлечься от горя и от боли, которые вдруг затопили тебя, долгое время безэмоционального. Ты напуган, но, пожалуйста, не позволяй этому страху влиять на твою жизнь. Иначе я не смогу объяснить Мелиссе, куда делся её дядя, когда она очнётся. Развернувшись, я переступила через порог, уже не увидев, как Эланор, протягивая дрожащую руку в мою сторону, привалился плечом к стене и сполз на пол, обессиленный нахлынувшими эмоциями. Что ж… Я шла по улицам, стараясь выбирать те, где меньше людей. Очень не хотелось сейчас заводить с кем-то весёлую беседу. Кроме, разве что… «Ну как там?» — взбудоражено позвал Дрим через связь. «Ты в порядке?» — обеспокоенно уточнил Найтмер. «Да. Он накричал и прогнал меня из дома.» — фыркнула я мысленно. — «Сказал, чтобы я больше не приходила.» «ЧТО?!» — Дрим, вероятно, навернулся с места, даже если сидел. «Я его убью.» — мрачно пообещал Найт. «Не кипятитесь.» — посоветовала я. — «Эланор, возможно, возьмёт свои слова назад. А может, и нет. Он уже натерпелся от хранителей, вы же знаете. В любом случае…» «Аврора, чёрт дери, хватит быть такой доброй!» — провыл Найтмер, по ощущениям, особенно громко и протяжно. Я вздохнула и не ответила. Будь я по-настоящему доброй… Не уверена, что всё сложилось бы так. Быть хорошим со всеми может только дурень — или святой… А я никогда святой не была. Усмехнувшись, я пожала плечами, пусть мальчишки этого не видели. «Я ещё раз прошвырнусь по заброшкам в этом секторе, вы не возражаете?» — максимально, насколько могла, весело спросила я. «Я против.» — предостерегающе произнёс Дрим, у которого это вообще было больной темой. — «Только если мы идём с тобой.» «Не хочу напирать, но у вас вообще-то учёба.» — с ноткой злорадства произнесла я. Близнецы совершенствовались в пространственной магии медленнее, чем я, а оттого в ультимативной форме заявили, что устраивают себе дополнительный день занятий. Я тогда, конечно, со смехом согласилась, предложила помощь, но те гордо отказались. Вот пусть теперь сами продираются через трактаты! В конце концов, некоторые из них нам дал Эланор, а он любил максимально зубодробительные книги и формулы, как и его брат, так что… Я взгрустнула. Ой, да ладно тебе, несчастный и правда настрадался, отстань от него. А что касается Элдвина — один раз откачали, и второй раз получится! Надеюсь… Глаза защипало. «Мы тут уже всё проверили, даже нашли подвал одного из этих ненормальных учёных. Если вдруг мы не заметили что-то важное, и я найду что-нибудь новое, обязательно скажу!» — пообещала я. «Ладно.» — с заминкой согласился Найтмер. — «Дрим тоже согласен.» «Эй! Я!..» «Он согласен.» — с нажимом произнёс Найтмер. Я фыркнула от смеха и отключилась от ментального разговора. И вновь окраина. До сих пор непонятно, откуда в этом городе… Пардон, деревне, столько заброшек. Я толкнула дверь одного из неприметных домов, который на проверку оказался брошенным гнездом одного из экспериментаторов низкого полёта — была разве что пара записей, какие-то поломанные приборы и прочая бесполезная дрянь. Словно бы отсюда всё вынесли. И вот, снова этот подвал. Магии тут почти и не было — в один ряд не стоит с домом Харви, где ею было пропитано буквально всё. — Я проверяла этот стол… И эти шкафы тоже… — бубнила я под нос, машинально открывая то один ящик, то другой. — Ничего нет, и тут нет… Очень хотелось отвлечься, но не получалось. В один момент я излишне резко дёрнула ручку, вырывая из стола ящичек, так сказать, с мясом. С глухим стуком он ударился об пол, и этот звук отдался в самой черепной коробке. Я вцепилась одной рукой в многострадальный стол, почти перемалывая его в труху, а второй с силой провела по лицу, будто бы пытаясь сорвать маску наваждения. — Ч… чёрт… — прошипела я в кулак и ударила по гладкой поверхности, окончательно доламывая её. — Твою же мать! Быть такой спокойной, как хотелось, не получалось… Я швырнула кусок дерева в сторону и подпрыгнула, услышав сдавленное ойканье. Резко развернувшись в сторону звука, я поняла, что своеобразный снаряд прошёл буквально в нескольких сантиметрах от головы того, кого я точно не ожидала здесь увидеть. Санден. Он махнул массивным чешуйчатым хвостом, глядя на меня, а я в это время отчаянно пыталась ощутить его эмоции. Не было! Вообще ничего! Я чувствовала магию и присутствие, но они были настолько слабыми, что я умудрилась его не заметить! Нахмурившись, я волком взглянула на вздохнувшего Старосту. Санден Морте, так он мне представился тогда. Но было ли это имя настоящим? — Ты, кажется, чем-то взволнована. — глубокий голос, который я ещё в первую встречу сравнивала со звучанием орга́на, показался слегка уставшим. Судя по синяками «панда-стайл» под глазами, уставшим голос был скорее из-за физической нагрузки… Хотя, может, и моральной тоже. — Я не знал, где вы трое появитесь в следующий раз… — он оглянулся по сторонам, сверкая бирюзовыми глазами в полумраке. — Или ты одна. И не знал, когда появитесь… К твоему сведению, мне пришлось сорваться с собрания, чтобы поговорить с тобой. Я недружелюбно скривилась. — К чему такое стремление? — произнесла я ровно, готовясь в любой момент либо атаковать, либо телепортироваться. — А, Санден? Или на самом деле тебя зовут по-другому? На секунду — лишь на одну жалкую секунду — глаза Старосты раскрылись больше положенного, но он тут же вернул самообладание. — У тебя есть вопросы. — кивнул он. — Но я тебе не враг. — Да что ты… — издевательски хмыкнула я. «А что насчёт Жатвы?» — хотела спросить я, но пока что не стала. С руки сорвалось заклинание, которое должно было парализовать Сандена, но оно просто… Прошло сквозь. Я недоумённо моргнула. Староста развёл руками. — Неплохой бросок. — заметил он почти что весело. — Какого дьявола? — Физически. Меня здесь. Нет. — с непонятными паузами произнёс Санден и сделал шаг в сторону, после чего, казалось, хотел прикоснуться к стене, но его рука просто прошла сквозь неё. — Феерически. — обалдела я, во все глаза глядя на… На кого? Учёного? Жертву? Кто ты, мать твою? И кто такая «Санден», чей труп мы нашли? — Я хочу поговорить с тобой с глазу на глаз. Рассказать кое-что. Показать. — вкрадчиво сказал Староста, взъерошивая каштановые волосы. — Это очень важно. — Рассказывай сейчас. — рыкнула я. Он хмыкнул и безрадостно улыбнулся, оголяя острые зубы. — Ты не поверишь мне. — Откуда такая уверенность? — Я… наблюдал за тобой. — сказал Санден медленно, подбирая слова. Прежде чем я успела возмутиться, он продолжил. — За вами тремя. Вы были не очень аккуратны в своих попытках докопаться до истины. Я фыркнула. Ещё один сталкер на мою голову, прости Господи… — И что? Не нравится, что кто-то роется в твоих тёмных делишках? Санден дёрнулся, презрительно скривившись. — В моих? — переспросил он. — От всего этого я лишь пострадал. Скрестив руки на груди, я не переставала внимательно следить за его передвижениями. Магическая голограмма или нет — Староста всё ещё может быть опасен. — Ты должна прийти ко мне завтра. Все трое должны. — Санден слегка наклонил голову, и я неудовольствием ответила, что он прилично выше меня. — Ты ведь хочешь понять, что происходит с хранителем Позитива? Я аж подскочила. Он говорит про Дрима и его странное поведение? Откуда он?!.. — Приходите в ратушу. — произнёс он со смешком, словно бы отдаляясь. — Я буду ждать вас завтра. И его силуэт растворился в темноте подвала. Твою ж пионерскую мать…

***

Опираясь на посох, чьи свойства я всё никак не могла разобрать (да и рассмотреть его как следует возможности до сих пор не было, я использовала его буквально как палку), я тяжёлым взглядом смотрела на Найтмера, сидящего в ветвях. — Иди сюда. — позвала я бескомпромиссно. Он насупился и отвернулся, прячась в листве. — Да что ж ты… Откуда-то сбоку донёсся весёлый смех — Дрим, пока ждал нас, решил докопаться до тех несчастных рабочих, что занимались нашим будущим домом. Я подошла к ветке и ткнула Найтмера в бок посохом, который вдруг растянулся, словно телескопическая антенна, а потом вернулся обратно к своей длине. Юноша покачнулся и чуть было не свалился, как переспелая груша, но, вцепившись в ствол, всё-таки смог удержаться. Глубоко вздохнув, я переместила посох в пространственный карман (да когда ж я тебя, падла, разберу?!) и, на всякий случай мысленно перекрестившись, полезла на Древо. — Всё, всё, я слезаю! — тут же торопливо воскликнул Найтмер, прекрасно зная о том, что я очень не люблю залезать на деревья. Ну, бороться со страхом нужно, да и я уже на полпути, так что… В последний раз подтянувшись, я уместилась на ветку рядом с хлопающим глазами Найтмером. — Ну и? — требовательно скрестила руки на груди я. — Чего ты тут забыл? Он потупил взгляд, пряча глаза за тёмной чёлкой. — Я… Я не знаю, я просто хотел быть ближе к маме, мне не хотелось уходить… — Найтмер поджал губы. — Именно сегодня, я вдруг… Я вдруг ощутил себя таким беспомощным… Маме? Ну да, Ним. Как я могла забыть, что они до сих пор считают матерью ту, кто практически принесла их в жертву. — Почему, Найт? — Я очень переживал. Из-за тебя, ты в последнее время очень грустная. Из-за Дрима. Из-за Мелиссы. Из-за Эланора. Будто бы весь наш мир… Он на секунду замолчал, и я продолжила за него. — Рушится. Хранитель кивнул, а я привалилась спиной к Древу. Интересно, физически Элдвин где-то там? Хотя, какое физически, он ведь что угодно, но не человек, чёрт побери… — Я должен кое-что тебе сказать. — Найтмер вдруг схватил меня за руку. — Насчёт Дрима. Это очень важно. Я удивлённо уставилась в его сверкающие серьёзностью глаза. Санден вчера тоже что-то такое нёс. — Когда мы уходили вдвоём, помнишь? Мы нашли лабораторию… Точнее, не совсем, но… Там практически ничего не было, кроме… — он затораторил, сжавшись будто бы от боли. — Я никогда не видел Дрима таким. — Хей, вы там скоро? — окликнул нас весёлый голос снизу, и мы с Найтмером чуть было оба не полегли от инфаркта. Найт чертыхнулся. — Он просил не говорить тебе, но я вижу, что это не прошло бесследно… — Найтмер… — Спроси у него, прошу тебя. Я… Я бы показал тебе это воспоминание, но… Но мне кажется, что Дрим… «Разлюбит тебя?» — вздохнула я про себя, помятуя об этой черте Найтмера, что он считает, что достоин ненависти. Тем не менее, я мягко кивнула, сжав его руку. — Спасибо, что заботишься о нём. Я узнаю. Я легонько соскользнула с Древа, замерев рядом с улыбающимся Дримом. Казалось, ничего не случилось, но его изменившееся в других вещах поведение не позволяло сомневаться. — Блин! — подорвался он прежде, чем я раскрыла рот. — Я про яблоки забыл! Я еле сдержалась, чтобы не хлопнуть рукой по лбу (не факт, что своему). Пошли, называется, жителям помогать… Тем не менее, по лицу против воли расползлась улыбка. Нет, это всё ещё наш Дрим, просто… — Сейчас. — раздался голос Найтмера, и я чуть было не свернула шею, резко к нему развернувшись. Нет, нет, подожди, не делай этого! «Я очень переживал…» — вспомнились недавние слова. Найтмер держал в руке отливающее золотом яблоко Позитива. Я ощутила, как из лёгких выбивает весь воздух. Не может быть…