Лицемер из Конохи | Konoha Hypocrite

Учиха Мадара смог определить направление голоса. Его алые глаза, казалось, могли видеть сквозь тьму. Он сердито крикнул: — Кто это! Кхм-кхм… Раздался чёткий и ритмичный звук шагов. В темноте засветилась пара алых и завораживающих Мангекьё Шаринганов. Сразу после этого из темноты вышел Учиха Тонан, одетый в черный плащ. Однако, когда Учиха Тонан посмотрел на выражение лица Учихи Мадары, на его лице отразилась некая взволнованность, смешанная с небольшой долей нервозности. — Это был... Мангекьё. Учиха Мадара посмотрел прямо в глаза Учихе Тонану, выражение его лица сразу стало серьёзней. Никто лучше него не знал, насколько сильны эти глаза. Увидев, что Учиха Тонан идет к нему, Учиха Мадара тихо сказал: — Ты смог избежать моего восприятия и проникнуть сюда незамеченным. Более того, ты смог пробудить свой Мангекьё Шаринган. Ты, должно быть, Учиха Тонан. Не обращая внимания на слабое тело Обито на земле, Учиха Тонан быстро подошел к Учихе Мадаре и встал перед ним. С извиняющимся выражением лица он положил руки на колени и низко поклонился. — Я случайно подслушал ваш разговор с Обито. Вы... действительно мой предок. Учиха Мадара, да? Учиха Мадара посмотрел на Учиху Тонана, который почтительно поклонился нему, и холодно сказал: — Малыш, хватит притворяться. Учиха Тонан на мгновение был ошеломлен. Затем он поднял голову и сказал с растерянным выражением лица: — Притворяться? В смысле притворяться? Мадара издал холодный смешок. Глаза его были холодны. Он спокойно начал: — Давным-давно я начал следить за тобой. Изначально я думал, что ты добрый и талантливый член клана. Однако это оказалось не так. Я знаю всё, что ты сделал в столице Огня. Ты был абсолютно безжалостен. Ты убил своих спутников. Учиха Тонан был ошеломлен. Выражение его лица стало одиноким и расстроенным. Он опустил голову и сжал кулаки, как будто перенес большую обиду и горечь. Спустя долгое время, Учиха Тонан глубоко вздохнул, поднял голову и заставил себя грустно улыбнуться. — Вы говорите об этом… Дедушка Мадара, вы меня неправильно поняли. Учиха Тонан подошел к месту Учихи Мадары. Он положил руки ему на плечи. Учиха Мадара почувствовал сильное давление на плечи. Он перестал сопротивляться, и Учиха Тонан прижал его к сидению. Учиха Тонан нежно ущипнул Мадару за плечо и сказал с растерянным видом: — На самом деле, для этого есть очень серьёзная причина. Однако я никогда не осмеливался озвучивать её. Я не знаю, прав ли я, поэтому мне нужно услышать ваше мнение. Учиха Мадара понимал, что он уже слишком истощен и ничего не сможет сделать с Учихой Тонаном, пробудившим Мангекьё. Он тут же небрежно ответил: — О? Может у тебя не было выбора? Учиха Тонан тяжело вздохнул и поджал губы. — В то время я случайно узнал, что Хокаге хотел использовать Шинноске и Асуму, чтобы подчинить Двенадцать Ниндзя Защитников. Это должно было дать ему полный контроль над Даймё и удовлетворить его необъятные амбиции. Между страной и деревней, я выбрал страну. Кроме того, Шинноске и Асума сговорились убить Даймё и совершили непростительное преступление. Вот почему я убил их. Выражение лица Учихи Мадары было холодным. Он дважды кашлянул и сказал: —Кхм-кхм. Это правда? Учиха Тонан искренне кивнул. Потом он огляделся и нахмурился. Сделав глубокий вздох, он сказал: — Вам, должно быть, здесь одиноко. Я построил дом престарелых в Конохе, вам лучше переехать туда, чем одному сидеть в этой пещере. Мадара холодно рассмеялся, закрыл глаза и безразлично сказал: — Ты действительно хороший ребенок. Учиха Тонан не стал продолжать разговор. Он умело жал на акупунктурные точки на плечах Учихи Мадары. Он погрузился в размышления: — По логике вещей, получить признание этого старика можно только через силу, однако он уже слишком измотан и истощен, из-за чего банально не сможет со мной драться. Остаётся положиться на мои эмоции и идеалы. Пожилые люди обычно легко на них поддаются. Учиха Тонан сузил глаза и сказал с ласковым лицом: — На самом деле, я изучал свою родословную. Я очень близок к тебе, дедушка Мадара. Услышав это, Учиха Мадара, казалось, заинтересовался. Уголки его рта изогнулись в необъяснимой улыбке.  — О? И насколько же ты близок ко мне? Учиха Тонан убрал руки с плеч Мадары и сел на корточки перед ним. Он легонько приподнялся на руках и заговорил, приблизившись к лицу Мадары: — Вы мой кровный прадедушка. — Ха-ха-ха. Учиха Мадара громко рассмеялся, словно был очень счастлив. Учиха Тонан сузил глаза и продолжил: — Улыбка дедушки Мадары очень добрая и любезная. Вам следует чаще улыбаться. Это хорошо для вашего тела, а также вы начинаете выглядеть гораздо моложе. Учиха Мадара медленно опустил голову и посмотрел на Учиху Тонана. Улыбка с его лица исчезла, и он холодно сказал: — Если ты закончил, то уходи. Учиха Тонан не ответил. Вместо этого он продолжал прятать голову и сосредоточился на массаже ног Мадары. Он снова погрузился в свои мысли: — Кажется, что эмоции бесполезны против этого полумертвого старика. Правильно, у него даже места для семьи в сердце не было. Пожалуй, единственный кто действительно был ему дорог, это Хаширама. Спустя продолжительное время выражение лица Учихи Тонана стало торжественным. Он медленно поднял голову и посмотрел на Мадару. — Вообще-то, есть ещё одна причина, почему я пришёл к вам. Когда я пробудил свой Мангекьё Шаринган, я увидел каменную скрижаль в Храме Нака. Выражение лица Учихи Мадары осталось неизменным, его губы слегка шевельнулись, и он тихо сказал: — А потом? На лице Учихи Тонана появилось выражение воспоминаний, а его глаза наполнились беспомощностью, горечью и непониманием. — Я прожил всю жизнь в окружении боли и страданий. Когда мне было шесть лет, мои родители отправились на поле боя и не вернулись. Человек, которого я любил, лично убил моего одноклассника. Узнав правду, я впал в отчаяние. Я боялся и страдал. С одной стороны правосудие и законы деревни, а с другой жизнь любимого человека. В конце концов, я решил взять на себя вину за неё, одна жизнь за одну жизнь. Но моя попытка провалилась. Я видел, как ей было больно, когда копались в её воспоминаниях. Я убил её своими руками и освободил от страданий. Выслушав историю Учихи Тонана, Учихи Мадара, казалось, сильно расслабился и успокоился. — Шанс ещё есть! — Пронеслось в голове Тонана. Увидев это, Учиха Тонан опустился на колени и протянул руки, чтобы взять иссохшую руку Мадары. Он погладил её и сказал: — Дедушка Мадара! Ты понимаешь? Боль от убийства любимого человека своими руками. Каждую ночь я закрывал глаза, и её голос с улыбкой появлялись в моём сознании. Она говорила, что больше всего любит цветы сирени, но я уже не мог показать их ей хотя бы ещё раз... В этот момент Учиха Тонан опустил голову, все его тело дрожало. Он стиснул зубы, казалось, сдерживая слёзы из последних сил. Когда Учиха Мадара услышал это, он ничего не сказал. Он также погрузился в свои воспоминания. Постепенно в его сознании появилась фигура. — Хаширама Сенджу…