Моя сестра проститутка

Я просыпаюсь от того, что кто-то толкает меня в спину, и с явным намерением испугать, я переворачиваюсь от стены и вижу Эллисон. Твою мать. Если нужно от кого-то получить максимум внимания, то Эллисон не будет исключением. «Ты проспишь весь день, подруга», – она смеется и отталкивается от меня, снимая одеяло. Прохлада тут-же открывает мое тело. Если-бы я могла зашить ей рот и руки, я бы именно и сделала. Моя злость после сна все-еще расплывается по-моему телу, я чувствую себя больной и неспособной идти на всякие вечеринки. Не могу сказать, с чем это связано, но и заболеть я не могла. Я смотрю на подвесные часы, висящие над дверь-выходом, уже день. Как я могла так долго проспать? Я снова бросаю свое тело на кровать, мои волосы всклочены, в душ я идти точно не собираюсь, расчесаться было-бы идеальным решением. Однако та часть меня, которая не может ничего делать, все еще валяется в полусонном состоянии на кровати. «Хэй, вставай!», – снова весело кричит Эллисон. «Ты же не хочешь проспать свой шанс найти красивого парня?», – она бросилась в изножье моей кровати, сев на локти через мои ноги. Почему-то мне показалось, что эта девушка не отстанет от меня, и я встану в любом случае. А вот перспектива о парне меня оттолкнула, я не планировала заводить отношения, тем-более на вечеринках. Там все могли-быть пьяные и много-выпившие, сомневаюсь, что начало моих отношений было-бы положительным с пьяным парнем, который трахает тебя бесплатно, а затем уходит к новой телке. Когда я наконец встаю, Эллисон прихорашивает свое лицо тональными кремами и косметикой, я вздыхаю и подхожу к окну, все куда-то торопятся, на учебу, в столовую и так далее, а только я - тороплюсь на вечеринку. Я чувствовала себя жутко неловко, ведь меня предупреждали о вечеринках, а я не хотела нарушать хорошие отношения с мамой, и тем-более обманывать ее, и плюс к тому-же - обманывать Бекки, она моя сестра, близкая сестра, значит-ли-это, что я не достойна ее сестринской любви? «…Эй, ты слышишь меня?», – Эллисон говорит и смеется. Сказать, что мне снова неловко, было-бы приуменьшением, похоже я пропустила ее слова. «Прости, я… что ты сказала?», – я все так же отвечаю сонным голосом, мой разум блуждал от мысли к мысли, и я не могла заставить это прекратится. «Я сказала, ты не хочешь приготовится? Вечеринка же», – говорит она, а затем снимает с себя свою ночнушку, ее бюстгальтер выглядит лучше чем мой, и это меня немного сводит, но почему я вообще разглядываю Эллисон? Она одевает синее длинное платье, которое сильно обтягивает ее талию. Я понадеялась, что возможно, сейчас кто-нибудь войдет и скажет Эллисон, насколько ей не идут платья так, как ночнушки, и я все приму это как за неудачную шутку, находя мое отвращение юмористическим. Ладно, вечеринка - это шанс отвлечься, и… попробовать завести друзей, если я буду рядом с Эллисон - все будет хорошо. Я беру из шкафа свое любимое платье, и моя рука скользит по ткани, я не рассчитывала, что пойду в нем на вечеринку, но разве были другие варианты? Я взяла с собой немного одежды, если-бы я знала что встречу Эллисон, я бы взяла больше. Она поворачивается на меня, ее глаза расширяются, я не обращаю внимания на ее взгляд и просто одеваю платье, тонкое, длинное. «Ты шутишь, верно?», – она спрашивает меня, и подходит ближе ко мне, проводя своей рукой по моей талии, это меня смущает и я отхожу от нее. «Ты же вправду не собираешься это надевать?», – этот вопрос приводит меня в замешательство, что значит «нет», я не понимала, к чему Эллисон ведет разговор. Ей не нравится мое платье? Так же, как и ее мне, да, в этом с Эллисон мы были похожи. Она отходит от меня к своей кровати, на два длинных шага назад. «У меня есть коллекция лучше», – она демонстрирует свой шкаф с кучей платьев. Я пытаюсь скрыть свое раздражение. Это мое любимое платье, может и коллекция у меня не большая, но мне хватает, чтобы быть достаточно идеализированной для себя, но по-моему у Эллисон на этот счет другой выход. «Что не-так с моим платьем?», – я спрашиваю ее, стискивая зубы. Я пытаюсь скрыть свою затаившуюся обиду. Поход в магазин я вчера пропустила, и это все усложняло, может я и могла купить платье лучше, но я не могла просто так променять свое любимое. Я еще раз рассматриваю себя, переходя от груди и к ногам, бордовый, мягкий, но прочный , оно не обтягивает меня, свободное и приятное, сделанное из того-же материала, что и делают для музыкальных групп. Воротник доходит до моей шеи, чуть сжимая, рукава длинной в три четверти, достигая чуть ниже локтей. «Ничего, но ты знаешь, это не подходит для вечеринки», – она криво улыбается и я в очередной раз пытаюсь скрыть свою обиду, не знаю, заметила ли это Эллисон, но мне не хочется, чтобы это действительно произошло. «И все же, не хочешь одолжить что-нибудь мое?», – она предлагает мне во-второй раз и я неприятно дергаюсь, она слишком тактильная, и это даже пугает меня. «Нет, спасибо, я в порядке, пойду в этом», – я быстро говорю ей, и подключая утюг для завивки. Мои волосы идеально завиты на моем лице, я нажимаю на две булавки, по одной с каждой стороны, чтобы держать волосы подальше от лица. «Хочешь использовать мой макияж?», – Эллисон спрашивает, и я смотрю на себя в зеркало. Мои глаза слишком большие для моего лица, но я предпочитаю носить минимальный макияж, обычно я просто подчеркиваю их тушью для ресниц и блеском для губ. Я очень горжусь тем, насколько хорошо ухаживаю за своей кожей, так зачем ее скрывать, если мне это не нужно? «Я… возьму немного подводки для глаз», – я говорю, но все еще неуверенна в своем решении. Она улыбается и протягивает мне три карандаша. Один розовый, один черный и один коричневый. Я верчу их на пальцах, выбирая между черным и коричневым. «Розовый будет отлично смотреться для твоих глубоких светло-серых глаз», – говорит она, но я качаю головой. «Твои глаза настолько уникальны, что хочешь торговать?», – она смеется и я неловко отвожу взгляд. У нее красивые светло-зеленые глаза, зачем ей торговать со мной? Я беру черный карандаш и рисую худшую возможную линию вокруг обоих глаз, заслужив гордую улыбку от Эллисон, наполненную дружеским сарказмом. Ее телефон гудит, и она хватает свою черную сумочку. «Лик здесь», – сообщает она, я беру свою сумочку, разглаживая платье. Лик ждёт перед зданием, рок-музыка рыщит из закрытых окон. Я оборачиваюсь на Эллисон, она интригующе улыбается, представляя запах выпивки и виски. Я опускаю голову, и мой взгляд переходит на рядом подошедших неизвестного мне парня и Эмму. На этот раз она не смотрит на меня насмешливо, а даже улыбается, видимо я действительно поспешила осуждать ее. Парень же, внимательно разглядывал меня, мне показалось, что это именно тот, который приходил в комнату в первый день. Он закатывает на меня глаза и наклоняется, давая дорогу. «Дамы вперед», – улыбается Лик. Я не вижу рядом с ним Бекки и это радует меня. Неизвестный мне парень даже не представляется, ее стреляющая в меня улыбка чувствуется, когда он идет за мной, но я не оборачиваюсь, возможно, это парень Эллисон? Мне кажется, они в чем-то похожи. «Ты же знаешь что мы направляемся не в шоанинский храм, а на вечеринку, верно, Британи?», – спрашивает сзади меня незнакомец. Я отвечаю ему не сразу. «Не называй меня Британи, пожалуйста. Я предпочитаю Бритни», – предупреждаю я его. И откуда он вообще знает, что меня зовут Британи? Ненавижу, когда меня зовут Британи. «Конечно, Британи», – усмехается он, и я закатываю глаза. Вечеринка будет нелегкой, но отказываться уже поздно. И я не буду шутить с ним туда-сюда, он не стоит моего внимания. После того, что кажется годами, мы наконец подъехали к трехэтажному дому. RETHA TI написано черными буквами на студенческом братстве. Мне это напоминает Wednesday. «Это здание такое огромное, сколько людей будет здесь», – я ахаю и оборачиваюсь к Эллисон в поисках ответа. «Полный дом, поторопитесь», – вместо Эллисон отвечает незнакомец, я снова смотрю на дом. Из некоторых окон видно танцующих людей, громкая музыка разносится по кампусу, ударяя мои перепонки. Я смотрю, как кто-то под кайфом пожимает мне руку, незнакомец проходит между мной и пьяным человеком, разделяя наше рукопожатие. «Да, это мне нравиться», – Эллисон облизывается, незнакомец с Эммой уже скрылись в доме, и я облегченно выдыхаю, надеясь, что не вижу хотя-бы незнакомца до конца ночи, глядя на количество людей, вероятно я его здесь не увижу. Я следую за Ликом и Эллисон в переполненный дом, и кто-то протягивает мне красный стакан с напитком. Я пытаюсь сказать «нет», но они уже уходят и я продолжаю бродить по дому. Мы достигаем группы людей, которые, как я автоматический полагаю, являются друзьями Эллисон. Эмма и незнакомец сидят в этой группе людей и меня передергивает, половина из них татуированы, и пирсинг занимает половину их тела. «Это Бритни, моя соседка по комнате. Она приехала сюда позавчера, так-что, я подумала, покажу ей лучшее время для первых выходных дней в ВУЗ», – Эллисон представляет меня компании, и я смотрю на всех, избегая взгляда незнакомца. Они все такие дружелюбные, кроме этого… конечно. Казалось бы, красивый мальчик с оттенком кожи слоновьей кости протягивает мне руку, его улыбка теплая и доброжелательная, рука немного холодная от красного стакана, которого держал в руках. «Я Рикки, что ты изучаешь?», – он спрашивает меня, и я замечаю, что его глаза рассматривают мое платье. «Я профессионал в сфере литературного искусства», – я с гордостью улыбаюсь и слышу как незнакомец усмехается, и переглядывается с Эллисон, но я игнорирую его. «Потрясающе, а я специалист по итальянскому языку», – он восхищенно говорит, и я чувствую в его речи нотки итальянского акцента. «Хочешь согреться?», – предлагает Эллисон, от ее слов мое тело дёргается, почему она не может не говорить с интригой? «Согреться?», – я неловко переспрашиваю, поворачиваясь к ее улыбающемуся лицу. «Ну… выпить?», – она смеется и некоторые из ее друзей тоже. Видимо Эллисон совсем не знает, что такое стыд, в этом я ей даже немного завидую. «Нет, спасибо, я не пью», – я говорю ей, и на этот раз Эллисон пытается скрыть свою улыбку, или скорее… ухмылку? «Ой, оставьте это Элл, у нее явное намерение вставиться», – говорит маленькая девочка с ярко-розовыми волосами. Я притворилась, что не слышу ее, чтобы мне не пришлось думать о пьяной Эллисон. Я не хочу быть вовлеченной в эту банду-пьяницу, я много работала, чтобы добиться успеха, и моя мать тоже много работала, что убедиться, что мое будущее не подвергается этому. «Я пойду… мне нужно подышать воздухом», – говорю я и поворачиваюсь, чтобы уйти. «Ты не хочешь, чтобы я пошла с тобой?», – Эллисон окликает меня. Я качаю головой и быстро пробираюсь сквозь толпы. Я знала, что идея с вечеринкой была глупой, но все равно пошла, мне было противно от самой себя сейчас я бы просто хотела уснуть в комнате, в одиночестве, или общаясь с Бекки, она тоже пила, но не в таких количествах. Я решила написать ей, надеясь, что она еще не спит. *Привет, что с тобой? Мне сейчас не так весело, как я думала*, – я отправляю ей сообщение и сижу на асфальте, у каменной стены в ожидании ее ответа. Группы пьяных людей ходят, хихикая и спотыкаются о собственные ноги. Как отвратительна. Я не так представляла себя колледж. *Почему нет? Я бы пошла к тебе*, – отвечает Бекки и я улыбаюсь, видя ее сообщение. «О господи, извини!», – мужской голос кричит, и через секунду я чувствую, как холодная жидкость впитывает переднюю часть моего платья. Парень спотыкается и подтягивается. «Моя вина, правда», – он вытирает потные глаза и сползает на траву. Эта вечеринка могла быть еще достойной, если бы в который раз мне не испортили одежду. Я издаю раздражающий звук, осматривая себя. Чем пропитано мой платье, мне даже не на что меняться. Вздыхая, я беру телефон и захожу внутрь, чтобы найти ванную комнату. Я еле пробилась через переполненный зал, кто знает, как он будет выглядеть завтра и пытаюсь открыть каждую дверь по пути, но я даже не знаю, что люди могут делать в комнатах, на вечеринках, пытаясь не думать об этом, я поднимаюсь наверх и продолжаю охоту на ванную. Наконец, открывается одна дверь, к моему сожалению, это не ванная комната, а спальня, и, что еще более жаль, незнакомец лежит на кровати с розововолосой девушкой, оседлавшей его. Девушка поворачивается и смотрит на меня, когда я пытаюсь пошевелить ногами, они просто не двигаются. «Тебе что-то нужно?», – она ухмыляется. Незнакомец поднимается на локтях, удерживая партнершу на себе. Его лицо разглядывает меня, забавно, но он даже не смущается, наверное, он делает такие вещи постоянно. «Мы с Нэйтоном тебя не звали», – она говорит, ритмично двигаясь у него на коленях. «Так тебя зовут Нэйтон?», – я спрашиваю, он отрицательно качает головой, сжимая зубами нижнюю губу. Его уголки губ дёргаются, он хочет улыбнутся, но всего лишь неловко подмигивает мне, показывая язык, и это смущает меня еще больше, но больше я чувствую, что это выглядит глупо. Я отвожу взгляд на розоволосую. «О… нет, простите. Я просто искала ванную и случайно зашла…», – я заикаюсь. Это так неудобно. И я не удивляюсь, когда розоволосая бросается на шею Нэйтону, целуясь с ним. Да, они идеально подходят друг другу. И татуированные, и оба грубые. «Да? Ну тогда иди и ищи ванную», – она грубо отвечает мне, показывая рукой выйти из комнаты и я киваю, не забывая закрыть за собой дверь под стон этой розоволосой. Дни идут, а в колледже я все еще не чувствую себя как дома, завтра учебный день, может это разбавит мои неудачные выходные? И я просто не могу понять, как такие вечеринки можно считать веселыми. Вместо того, чтобы пытаться найти ванную комнату, я иду на кухню, чтобы немного выпить. Я забыла обо всех правилах, о которых себе напоминала. Последнее, чего я сейчас не хочу, это открыть еще одну дверь и увидеть там пьяных гормональных подростков друг на друге. Кухню найти не трудно, она даже не слишком переполнена, я вижу как куча людей буквально обливает себя алкоголем, от этого зрелища я жмурю глаза, а голова от громкой музыки начинает стонать. «Веселишься?», – подходит на кухню Лик, я немного вздрагиваю, но с облегчением вижу знакомое лицо. Он берет бутылку, кажется, виски и наливает себе в бокал, делая глоток он все еще смотрит на меня, я беру бутылку крепкого мартелла, стоящую у холодильника и прямо из нее делаю огромный глоток, Лик впечатляющее смотрит на меня. А я кривлю лицо от количества алкоголя. «Хах», – он улыбается. «Вообще-то, это ужасная вечеринка», – я говорю и улыбаюсь, сама удивляясь своей откровенности. Возможно это мгновенное действие алкоголя, ведь горечь, растекающая по-моему телу говорит сама-за-себя. «А сколько обычно ведутся такие вечеринки?», – я спрашиваю, надеясь на желаемый ответ, что она скоро закончатся. «Ты знаешь, вообще-то всю ночь и полдня завтра», – он неловко смеется и отводит взгляд. Моя челюсть падает. Когда Эллисон захочет уйти? Надеюсь, скоро. «Подожди, а кто отвезет меня завтра назад?», – я начинаю паниковать. «Кто отвезет меня обратно в общежитие?», – я спрашиваю его, и он кажется, задумывается. «Я не знаю, ты можешь повести машину, если хочешь», – предлагает он, поправляя свою футболку. Я вздыхаю. «Ты понимаешь, я не могу водить машину, если я разобьюсь или съезжу с трассы, убью кого-нибудь и у меня будут неприятности», – я не могу себе представить, лицо своей матери, когда она будет вытаскивать меня из тюрьмы. «Это недалеко, ты можешь просто взять мою малину. Ты даже почти не пила. В противном случае тебе придется остаться здесь или… я могу спросить, может ли тебя кто-нибудь…» «Нет!», – я выкрикиваю, я не хочу, чтобы меня отвозили Эмма или Нэйтон, а тем-более кто-то чужой. «Все в-порядке, я что-нибудь придумаю», – эта вечеринка с каждой минутой становится все проблематичной, мои нервы поднимаются с каждой неудачей в этом ужасном месте. «О, ладно. Дай знать, если тебе что-нибудь понадобится», – он допивает свой бокал и ставит его на стол. Лик действительно милый парень, почему он тусуется с Нэйтоном? «Ты можешь… помочь мне найти Эллисон?», – я неловко спрашиваю его и он начинает смеяться. А затем указывает в соседний зал. Она вместе с другими девушками танцует на столе для пинг-понга, обливая себя алкоголем, ее волосы мокрые, а на лице улыбка, открытая в смехе. Я слышу свое тяжелое дыхание через громкую музыку, когда вижу, насколько она пьяна. Еще один пьяный парень поднимается на стол и хватает ее за бедра, поворачивая к себе. Я жду, когда она оттолкнет его, но она только еще больше улыбается и засовывает свой указательный палец ему в рот, а затем вцепляется руками в его волосы, жадно целуя. Мои глаза падают, и я чувствую, что сейчас тоже упаду. Что, твою мать, она делает? «Хэй, они просто танцуют…», – улыбается Лик и трогает меня за плечо. Просто танцуют? Они не просто танцуют, они целуются и шлифуют друг-друга. «Я… п-пойду», – говорю я, заикаясь еще больше. Для меня это ужас, Эллисон целуется совершенно с незнакомым парнем, конечно, я не могла утверждать что он ей не знаком, но разве это вообще считается нормальным? Я радуюсь, что Бекки так никогда не делала, все ее… Бекки! Я чувствую себя невероятно виноватой, она не приходила мне в голову, с тех пор как я приехала, и с тех пор как меня облили. Когда я достаю свой телефон, я вижу, что у меня пропущенные сообщения. *Ты там, Бритни?* *Привеет? Ты в-порядке?* *Тебя нет в комнате! Где ты? Мне нужно звонить маме?* Я набираю ей так быстро, насколько это возможно для моих пальцев, чтобы она не позвонила маме и она не устроила все-масштабный скандал. Я пишу ей, заверяя, что в-порядке, и мамин контроль не требуется. Она не отвечает. Думаю, она потеряет мои сообщения после того, как позвонит маме, но я надеюсь, что этого не произойдет. И еще я надеюсь, что она не потеряет голову, если узнает о том, что я нахожусь на братской вечеринке. «Эй… Брит!», – кричит Эллисон и падает с пинг-понг стола, полностью мокрая, она подходит ко мне, из ее рта чувствуется неприятный запах смешанного алкоголя. Она берет меня за плечи и сжимает, а затем прижимает к своему плечу, тяжело дыша. Я пытаюсь отстранится, но ее сверхчеловеческая сила после опьянения не дает этого сделать. «Ты… веселишься на этой вечеринке?», – она хихикает и целует меня в голову, поглаживая спину, я не могу сказать, что мне нравилось то, что она делает, однако сильного дискомфорта мне это не доставляло. Она обхватывает меня своей рукой, и еще крепче сжимает в объятиях, сейчас мне действительно было страшно, зачем ей это? Неужели алкоголь правда действует с такой силой? Она издает рвотный позыв, и я успеваю отстранится от нее раньше, прежде чем ее вырвет на меня. «Думаю, мне надо… идти в комнату… я имею ввиду, вращение…», – она слабо смеется и ее тело ведется вперед. «Она сейчас отключится», – начинаю паниковать я Лику. Он кивает и поднимает ее на руки, закидывая себе на плечи. «Следуй за мной», – инструктирует он и направляется вверх. Мы идеи в комнату наверху, которая оказывается ванной комнатой, конечно. Конечно, ту, которую я не могла найти, когда она была мне нужна. Он кладет ее на пол возле туалета, и ее тут-же начинает рвать, я быстро хватаю ее светлые волосы в кулак, и держу их подальше от головы. После той рвоты, это то, с чем я могу справится. Эллисон останавливается, а затем падает прямо спиной на свою же рвоту, кажется, меня сейчас тоже стошнит, как же мне жаль ее. Лик протягивает мне полотенце. «Нам нужно доставить ее в комнату и положить на кровать. Ей нужно выспаться», – говорит он, я киваю. Я в любом случае не могу оставить ее здесь одну, и через пару секунд Эллисон теряет сознание. «Ты тоже можешь остаться там», – говорит он улыбаясь, читая мои мысли. «Спасибо», – говорю я, неловко смеясь и он выходит из ванной. Мне удается помочь Лику донести Эллисон в комнату. Дверь открывается в спальню, моя глаза сразу же переходят к книжным полкам. Мы кладем сквозь-сон стонущую Эллисон на кровать, а затем я подхожу к шкафам с книгами, есть много классики, включая мои любимые, я пролистываю страницы книги Wuthering Heights, и это занимает меня, до тех пор пока не пугает резко открывающейся дверь в комнату. «Что, блять, ты делаешь в моей комнате?», – разъяренный голос осматривается, и переводит взгляд на меня. Я уже знаю этот голос. Это Нэйтон. «Я спросил тебя, что, блять, ты делаешь в моей комнате?», – Нэйтон повторяет, так же жестко, как в первый раз. Его ноги направляются ко мне, и он вырывает книгу из моей руки, кладя ее обратно на полку. Моя голова начинает кружится. Он грубо смотрит на меня и машет рукой перед моим лицом. «Лик сказал привести сюда Эллисон», – мой голос едва слышен. Он приближается на шаг и делает глубокий вдох. Я отстраняюсь от него, и чуть-ли не падаю на кровать, где лежит Эллисон. «Она слишком много выпила и Лик сказал…» «Я услышал тебя в первый раз», – грубо прерывает он. Он проводит рукой по своим волосам, явно расстроенный, а затем смотрит на храпящую Эллисон. Почему его так волнует, что мы в его комнате? Подожди… «Ты часть этого братства?», – я спрашиваю его. «Да…так», – он отвечает и делает еще более близкие шаги, пространство между нами менее двух футов. Я пытаюсь отойти в сторону, но моя спина попадает в книжный шкаф. «Тебя это удивляет, Британи?» «Хватит называть меня Британи!», – он загоняет меня в угол. «Это же твое имя, не так ли?», – он ухмыляется, его настроение слегка осветляется. Я вздыхаю и отворачиваюсь от него, понятия не имею, куда мне идти, но мне нужно уйти от него, прежде чем я дам ему пощечину или расплачусь. Эти два варианта были сложными для меня, но сегодняшняя ночь была тяжелой, поэтому вероятно, я просто расплачусь. «Я не хочу, чтобы она оставалась здесь», – говорит он, когда я подхожу к двери. Когда я оборачиваюсь, он с надеждой смотрит на меня, что я заберу Эллисон с собой. «Разве вы не друзья?», – я спрашиваю его, подходя чуть ближе. «Мы», – его голос становится раздраженным. «Никто не остаётся в моей комнате», – он еще раз смотрит на Эллисон. Я уже давно поняла, что он не был ее парнем, и от этого мне становилось лучше, но я не собиралась тащить на себе Эллисон. Чувствуя себя храброй и раздраженной, я засмеялась. «О, я поняла. Значит девушки, которые едины с тобой, могут войти в твою комнату?», – когда слова покидают мои уста, его улыбка растет, он опирается на бортик кровати и смотрит на Эллисон. «Это была не моя комната. Ты хочешь сказать, что ты теперь моя девушка? Извини, ты не в моем вкусе», – он смеется и переводит взгляд на меня и это почему-то ранит мои чувства. Нэйтон далек от моего типа, но я бы никогда не сказала ему это. «Ты… ты…», – я не могу найти слова. Мои чувства обижены, я смущена, и я ужасно устала от вечеринки. Я пытаюсь перестать говорить с ним, все это того не стоит. «Ну… тогда ты отведешь ее в другую комнату, а я найду дорогу обратно в общежитие», – я говорю и направляюсь к двери. «Спокойной ночи, Британи», – говорит Нэйтон, когда я хлопаю его дверью. Танцевальная музыка разрывает меня. Я не могу удержать слезы, которые падают с моих щек, когда я дохожу до лестницы. Я пока ненавижу колледж, занятия еще даже не начались. Почему я просто не могу найти себе соседа, похожего на меня? Сейчас я должна спать, готовясь к завтрашним занятиям. Я просто не принадлежу таким вечеринкам, это не то, о чем я мечтала, когда радовалась колледжу, мне безусловно не стоило тусоваться с такими людьми. Мне нравится Эллисон, но если она действительно будет каждые выходные зависать на вечеринках, я не вижу дальше смысла пытаться наладить с ней отношения. И Нэйтон. Нэйтон для меня загадка, почему он всегда должен быть таким грубым? И почему у него есть все эти книги? Ни-в-коем-случае, грубый, неуважительный, татуированный придурок не стал бы читать «Повелителя грома» или наслаждаться «8 принцами», эти удивительные книги просто не подходили ему. Единственное, что я могу представить, как он читает, это задняя этикетка пивной бутылки. Я даже не уверена, смогу ли я вернутся в общежитие, я понятия не имела где находится этот дом и эйдетическая память у меня плохая. Чем больше я думаю о своих решением сегодня вечером, тем более я расстраиваюсь и нервничаю. Я действительно не знала, что мне нужно будет так планировать свой отход назад, но и эти вещи со мной еще не происходили. Заблудиться в кампусе и пропустить занятия - было моим страхом, очевидно, я не могла сделать для себя больше, как… например Рикки. Итальянский… но изучение языков не давалось мне легко, я каждое второе слово по-английский искала в словаре, это был плюс ко всем моим неудачам. Может быть? Мне стоит заночевать здесь? Там вроде более двадцати комнат, может мне повезет, большая часть все равно отрывается. Однако я не могу. Я знаю, что кто-нибудь зайдет, а закрываться я боялась еще с детства. Несмотря на все мои усилия, скрыть эмоции, этого не получается, я возвращаюсь обратно наверх в ванную комнату, где была Эллисон, и выключая свет, сажусь в ванную в платье, закрывая за собой штору. Слезы снимают мои подводку для глаз, и я вытираю их, не замечая, что делаю себе еще хуже, размазывая подводку по лицу. Достав телефон, я набираю Бекки. «Боже мой, уже поздно, ты чего звонишь?», – она говорит, ее голос не выглядит высоким, он скорее вялый и уставший. «Мне плохо, Бек», – я тяжелым голосом говорю, прижимая голову к кафельной стене, закрывая глаза. «Я пошла на вечеринку вместе с Эллисон, а тебе не сказала, твой сосед тоже здесь, и теперь я застряла в братском доме, вместе со своими врагами, а Эллисон вообще отключилась», – ною я. Я знаю, что моя проблема не в жизни или смерти, но я очень расстроена из-за того, что попала в эту ситуацию. «Вечеринка?!», – голос Бекки мгновенно становится светлым и ярко-выраженный вопросительно. «Ты пошла на вечеринку с этой светловолосой козой?», – она удивлена, и в ее голосе слышится отвращение. «Да… но она потеряла сознание», – еще раз говорю я. «Так… ты… не сказала о том, что… пойдешь на вечеринку, ты не…», – кажется у нее было слов, для того чтобы высказать мне все. «И… почему, сука… я думала, мы все всегда друг-другу рассказываем», – я чувствую ее сильное напряжение через телефон. «Я просто… я не знаю, я не хотела втягивать тебя, ты же… ну в смысле…», – я не успеваю договорить, кто-то дёргает закрытую ванную комнату и я вздрагиваю. «Я… потом тебе перезвоню, тут кому-то нужна ванная комната», – я быстро говорю и отключаю голосовой звонок. Я включаю свет и подходу к зеркалу, вытирая туалетной бумагой свои жуткие заплаканные, грязные глаза. Нетерпеливый стук в дверь повторяется, и я про себя стону, когда я наконец смогу побыть одна? «Подождите минуту», – я выдавливаю свой голос, и это скорее получается стоном. Я еще раз смотрю в зеркало, чтобы убедится, что выгляжу не ужасно, и еще раз, более настойчиво стучат в дверь. «Я же сказала, всего-лишь минуту…», – я раздраженно говорю и открываю дверь, и вопиющие темно-карие глаза встречаются с моими. Его глаза встречаются с моими, и теперь я точно замечаю, что его глаза темно-карие, а не темно-серые, до этого я мало контактировала с ним, и это не позволяло мне рассмотреть еще близко. Он отводит от меня взгляд, и я быстро прохожу мимо него, но он резко хватает меня за руку и тянет назад. «Не трогай меня!», – я кричу и выхватываю руку из его хватки. «Тебе плохо?», – он спрашивает, внимательно разглядывая мои глаза, его тон кажется обеспокоенным, и если бы это был не Нэйтон, я бы вправду подумала, что за меня беспокоятся. «Просто оставь меня в покое, Нэйтон», – когда я снова пытаюсь идти, он преграждает меня дорогу, его рост на голову выше меня, он смотрит на меня сверху, и это смущает меня. Как-же мне надоели эти игры. «Нэйтон, пожалуйста. Умоляю, если в тебе есть хоть одна не циничная кость, ты оставишь меня в покое и дашь пройти», – я буквально умоляю его об этом. Вспышка недоумения вспыхивает в его глазах, прежде чем он заговорит. «Внизу коридора есть комната, в которой ты можешь спать. Элл уже там», – говорит он. Я жду секунду, пока он скажет что-то другое, но он этого не-делает. Он просто смотрит на меня «Хорошо», – я говорю, и он сходит с моего пути. «Это первая дверь слева», – инструктирует он и направляется вниз по-коридору. «Спокойной ночи, Бритни». Я слышу как он захлопывает дверь в свою спальню. Что-это было черт-возьми? Нэйтон. Без каких-либо грубых комментариев? Я уже готовлюсь к завтрашнему дню, если увижу его. Вероятно, он уже планирует все грубые комментарии в своем планировщике, которые он мне сделает. Первая комната слева - это простая, неприметная комната, чем у Нэйтона, с двумя кроватями и огромными потолками. Вероятно, он лидер или что-то в этом роде, раз живет в роскоши, еще и с лучшими книгами, которые я читала. Но более вероятное объяснение заключается к том, что здесь его все-бояться, и он запугивал их, для того чтобы жить в самой лучшей комнате братства. Моя же комната не выглядит большой, Эллисон жутко храпела, но полагаю, Нэйтон не стал предупреждать меня об этом, это было-бы обидны для его репутации. Тут две кровати, и это скорее похоже на общежитие, чем на комнату. Я вижу, что Эллисон свернута калачиком, поэтому я снимаю обувь и накрываю ее одеялом, прежде чем запереть дверь и лечь на другую кровать. Мои мысли путаются повсюду, надеясь, что я успею завтра на учебу, я засыпаю.