Тихая мечта

Жаркое знойное лето. Настроения у Накахары нет, хоть он и пытался расслабился. Недавно Дазай ушел, оставив его с Порчей один на один. И не то, чтобы это сильно расстраивало, не то, чтобы он злился… Накахара просто боялся. Для него это было в новинку, испытывать такие непонятные чувства. Ощущение неизведанного и непредсказуемого не могло не пугать. Все это было неприятно. Как слизь, которую ты не можешь смыть. Это пугало так же из-за того, что он может перестать быть полезным, что о нем вновь забудут, что он нужен всем только из-за своей силы. Он понимал, что все эти опасения детские, но не мог от них избавиться. Мори большую часть заданий оставлял на Черных Ящериц, Чую же он лишь иногда просил принять что-то или пойти на задание вместе с Акутагавой, но одного... Нет, никогда. Это удручало, но Накахара свыкся сидеть в кабинете и работать с бумажками. От скуки он даже освоил пару вещей, которые ему ранее не давались и стал изучать французский. Его покровительница – Озаки Кое, почти не общалась с ним. У нее было много других дел, которые она исправно выполняла по приказу Мори, возвращаясь на базу достаточно поздно, так что даже на пару слов выловить ее было трудно. Так продолжалось бы вечно, но однажды ему сообщили, что Мори и Кое погибли во время переговоров, и теперь у них новый босс – Эйс. Чуе на это было бы все равно, если бы его обязанности оставались такими же. Но блондин решил, что, если Чуя сломлен, его можно уже не учитывать в игре, и это была самая большая ошибка. Накахару начали снижать, начали давать задания по уборке за другими исполнителями, перестали давать хоть какую-то информацию, и это стало настолько раздражать, что Накахара не выдержал.

***

День. Все уже давно работают, только не Мафия. Днем эта организация лишь притворяется юридической компанией, а по факту разбирает все, что было ночью. Это лучшее время. Сейчас большая часть сил спит или не готовы к атаке. Они привыкли, что Эйс уже всех подкупил и никто на них не нападет, они были слишком расслаблены. Чуя – это та переменная, про которую лучше никогда не забывать. Накахара пришел на работу и как обычно зашел к себе в офис, только чтобы снять перчатки и шляпу, после этого он, собравшись с силами, направился к Эйсу. Поднимаясь наверх по лестнице, он уже думал, что будет делать. Рыжий без особого труда смог пройти в кабинет босса, его лицо как было немного грустным, так и осталось, хотя внутри решимость била ключом. – Здравствуй, Чуя-кун, тебе что-то нужно? – Да, я хотел бы узнать, почему вы меня опустили ниже, чем Акутагаву? – Чуя, ты, наверное, понимаешь… – Нет. Я не понимаю, именно потому я здесь, – ручка, лежащая недалеко от Эйса, молниеносно проткнула его горло, – Последние слова? Ах, прости, теперь ты можешь только кряхтеть, – немного животный оскал был на лице Накахары. Ему было хорошо от понимания того, что он только что сделал. Это были одни из самых сладостных минут его жизни, видеть, как тот, кто заслуживает отмщения, лежит на полу и ничего не может сказать, только в предсмертной агонии нажимает кнопку охраны. Легкомысленно. Люди в черном вбегают в кабинет, но осознание того, что это Чуя приходит только перед смертью от своих же пуль. Истеричный смех слышит все здание и только после смерти по меньшей мере пары отрядов, и ранений лучших исполнителей, раздается возглас. – Накахара-сан, мы сдаемся, что вы хотите? Мы может сделать все что угодно. Чуя улыбается еще шире и произносит одну фразу, после которой люди понимают, что идти против не получится. – Выйдите из моего кабинета и уберите весь этот мусор. Кроме Эйса, с ним у меня еще будет беседа. Люди вызвали еще пешек и буквально за пару минут о битве напоминала только кровь на ковре и тело прошлого босса. – Как ты думаешь, что мне сделать с этой организацией? – говорит Чуя, смотря на билборд с картой города. На этой карте Эйс отметил все что знал о компаниях в городе, и кого, и чем подкупал. Накахара посадил прошлого босса напротив этого билборда и продолжил спрашивать, в то время как сам отрывал все цифры. Охранники, которые слышали это безумие за дверью, покрывались мурашками. Они, конечно, понимали, на что шли, но еще ни разу не были свидетелями такого. Следующее, что поражает всех Исполнителей – собрание, которое назначили уже через 15 минут после битвы. За эти 15 минут сам Накахара прошел все возможные стадии. Он успел посмеяться, написать кровью Эйса свои следующие планы и имена тех, кого он хочет уничтожить и подумать о том, как он будет возвращать величие, потерянное блондином-придурком. Исполнители не имели права опоздать, это они понимали, хотя и не были готовы увидеть то, что придумал Чуя. На месте босса сидело тело Эйса, Чуя опирался на спину этого стула и, дождавшись, когда все расселись, он начал говорить. – Вы все меня крайне огорчили, так что, – рыжий повернулся к билборду, – до конца недели с этой карты должна пропасть половина точек. Все деньги, которые вы найдете, приносите сюда, а на остальную половину у меня должен лежать компромат, в особенности на Отдел по делам одаренных. У вас есть 4 дня, и мне все равно как, но уложитесь в срок. Отчеты включены в работу, – Чуя остановил свой взгляд на Акутагаве, – От тебя особенно буду ждать большой работоспособности, это повлияет на твою жизнь. Теперь все свободны, и чтобы мой кабинет был чист, когда я вернусь с прогулки. Так что, если я замечу пропажу хоть одного документа или одной иены, то все идут под обстрел, мне никого не будет жаль. А еще, простите, что отвлекаю, весь город должен знать, что это сделала Портовая Мафия. Можете написать об этом на телах. Еще ни разу Мафия не видела такого Чуи и такого босса. Преодолевая страх, вся Мафия собралась, чтобы продумать, как воплотить в жизнь план своего обезумевшего босса. В это время люди в городе, подняв головы, смотрели на летевшего человека. Накахара направлялся в общежитие Вооруженного Детективного Агентства. Он влетел в определенное окно и стал ждать. Чуя знал, что ждать он будет недолго. И да, спустя всего-то несколько минут в комнату вошел ее хозяин – Дазай Осаму. – Какие люди, Чуя. – И тебе привет, Дазай. Ты поможешь этим неженкам или как? Все-таки они не смогут без тебя, ведь ты у нас спасатель. – Чуя, у меня есть обязанности на новом месте работы, так что я не могу. – Хорошо, в понедельник ночью умрет половину города… – начал Накахара – Нет! – прервал его шатен. Он не мог смириться с этим. Он не понимал, что происходит с Накахарой. Смотря на уверенное выражение лица Чуи, Дазай понимал, что он не блефует, так что он не мог не согласиться с этим невыгодным предложением. – Хорошо, я им помогу. Только мне нужно поговорить с директором. – Мне все равно, что ты собираешься делать, главное, чтобы был результат. В этот момент Чуя собрался вернуться в свой новый кабинет, а также помочь найти компромат на Отдел по делам одаренных, что-то да должно быть в файлах Мори. В это же время Дазай взял свой чемоданчик, который помогал ему еще год назад, когда он работал на Мафию. Теперь же он позвонил Акутагаве и начал говорить все, что смог придумать за последние 3 минуты. – Акутагава, собери всех на первом этаже и нарисуйте карту, или покажите про какие организации говорил Чуя. – Дазай-сан… – Ничего не говори, я только что с ним беседовал. Я ваша единственная надежда, уж простите, но без меня вам не справится. Еще соберите все оружие. И сбросив номер, Дазай позвонил директору. – Фукудзава-сан, извините, но мне нужно помочь городу, думаю, что до вас скоро дойдут слухи и факты. – Дазай, ты уверен? – Да, ко мне зашел новый босс Мафии, так что я не могу не помочь. Простите. – Хорошо, если понадобится помощь, обращайся. – Мне нужна Йосано-сенсей, без нее будет трудновато, можно ее тоже взять? – Только если она сама согласиться, так что позвони ей. Шатен набрал номер Йосано и, кратко объяснив ситуацию, попросил приехать в главное здание Мафии. Осаму еще не успел отойти от смерти Оды, он не приспособился к новой жизни. Теперь же у него есть 4 дня, чтобы спасти город от человека, которого он знал не таким. Уже на месте Дазай предложил несколько тактик, которые Исполнители вынуждены были принять. Их план состоял в вырезании самых крайних группировок, которые могли что-то сделать Мафии. Когда-то Чуя и Дазай могли это сделать за одну ночь, но не сейчас. Пока Исполнители, Черные ящеры и несколько отрядов уехали к нескольким группировкам, Дазай поднялся наверх в кабинет Чуи. Кабинет выглядел чисто, Накахара сидел за столом, и на нем были разбросаны самые разные бумаги. Шляпы и перчаток все еще не было на рыжем, а сам он был необычайно прям и серьезен, хотя его лицо вновь стало грустным, а плечи опустились. – Дазай, не мешай. – Чем ты занят? – Я помогаю этим дебилам. Ищу компромат. Видимо, придется самому наведаться в понедельник, когда все узнают на что способна Мафия. – Ради чего ты это делаешь? – А ты ради чего ушел из Мафии? – Чуя взглянул на шатена, а Дазай не знал, что ответить, смотря в эти тусклые глаза, в которых еще оставалось немного яркости и искорок жизни. – Я делаю это ради друга, который оставил мне это пожелание. – Я тоже делаю это ради друга, который умер. А теперь вон. – Накахара, можно войти в ваш архив? – Нет, брысь. Осаму пришлось уйти, так как он видел, на что способен отчаявшийся Чуя.

***

Каждый документ, лежащий на столе, что-то да говорил, только этого было мало. Пока его подчиненных не было в здании, Накахара не хотел уходить. Хотя… – Кью, привет, не хочешь поиграть? – Чуя-сан, здравствуйте. А где Мори-сан? – Он, умер, теперь я босс. Пойдем со мной, ты мне поможешь. – Конечно! Мы будем заниматься чем-то вместе, как интересно! Они вышли из здания и, схватив мальчика, Накахара поднялся в воздух, полетев в одно здание, отмеченное на карте словами «НЕ ТРОГАТЬ» – здание Отдела. – Здравствуйте. Я думаю, что вы знаете, кто я, и кто этот мальчик, так что нам нужен Танеда. Через несколько секунд их окружили. – Кью, нас здесь не любят. – Они сделают мне больно? – Нет, я не дам, – и правда, когда какой-то смельчак выстрелил в мальчика, Накахара закрылся гравитационным щитом, тем самым защитив мальчика. – Здравствуй, Накахара-сан, – к ним все же вышел Танеда. – Слышал, что тебе нужен был я. Давайте пройдем ко мне в кабинет, и там уже поговорим обо всем. Окружение было снято, а они прошли в кабинет главы. Чуе и Кью предложили чая, но Чуя, поблагодарив, отказался, а сам, достав откуда-то термос, дал его в руки мальчику, сказав, что этим чаем они могли сделать ему больно. – Зачем вы прибегли к таким мерам? – произнес глава, смотря на мальчика, который отчаянно цеплялся за Накахару и не отпускал его. – Мы хотим удостовериться, что вы не пойдете против Мафии, и объясните это политикам. Если что, я могу сам прийти и подтвердить ваши слова. – Хорошо, что мы получим? – Помощь в любую секунду. – Я согласен, – Сантока легко согласился на это, потому что Осаму, позвонивший ему пару минут назад, сказал соглашаться. Видя, в каком состоянии его гости, видя, что это два сломанных мальчика, которым уже нечего терять, что они всегда могут сделать что-то непредсказуемое, что они могут разрушить три столба их политики, он не мог отказать такой сделке. Все это только в пользу городу, который нужно спасти от странных решений Мафии. «Странных, но действенных.» – думал Чуя, буквально читая мысли. И на радостях он спокойно ушел, даже не убив глупца, стрелявшего в него, а ведь мог. Легкая улыбка стала наконец появляться на устах Чуи. Теперь это был не оскал, а просто желание успокоится и ждать людей, которые покажут, почему они исполнители. – Не хочешь мороженое? – предложил Чуя, и сразу услышал радостное согласие.

***

Сидеть перед панорамным окном, слыша возню ребенка сзади, наблюдая за взрывами прямо перед твоими глазами, зная, что твои подчиненные и враги пытаются угодить тебе. Это все очень приятно. Мысли о захвате власти и раньше были в рыжей голове, но до этого они никак не выбирались, не реализовывались как план, не принимались здравым разумом, но в какой-то момент каждому терпению приходит конец. В особенности, когда ты понимаешь, что кто-то, кто в разы слабее тебя, занимает высокую должность, управляет тобой и занижает твои способности. Когда Мори не отпускал его на одиночные миссии, Чуя понимал, почему он это делал и не злился из-за этого, но когда Эйс думал, что Накахара ни на что не способен, когда он думал, что Чуя сломлен настолько, что не пойдет против несправедливой, подкупной власти, начал не уважать Накахару даже как боевую единицу, Чуя понял, что в его жизни что-то пошло не так, раз такие, как Эйс, могут управлять его жизнью. Это стало последней каплей в терпении. А когда кровь и превосходство ударили в голову, и труп ненавистного человека был прямо перед ним, Чуя решил, что нужно действовать решительно. Портовая Мафия показала себя слишком «ванильной» в последнее время, а значит, что нужно было применять грубую силу. Накахаре это было не в новинку, из нового было только управление людьми. Это немного веселило его. Видеть, как люди пытаются угодить тебе, как только видят в тебе опасность для своей жизни. Никакой уверенности в своем будущем в Портовой Мафии, а при Чуе и в своем настоящем. Сейчас все люди подрывают здания, убивают людей пачками, заявляют о том, что может Портовая Мафия, находят себе союзников и отбирают деньги. Они это делают не потому, что хотят помочь организации или городу, а потому что боятся за свою шкуру, и исключение из всех – Дазай Осаму. Дазай всегда имеет некоторые рычаги давления. Но после негромкой истерики Чуи после того, как он поставил свои интересы ниже интересов организации, с этого моменты даже смерть не пугала Накахару. Он понимал, что на этом месте она за ним обязательно придет, просто Чуя еще не знал в каком воплощении. Мафиози сидел и смотрел, какой беспредел устраивают игрушки Дазая, способности исполнителей и куча пешек. Безумная улыбка не отпускала разум Накахары. Что ж, он должен признаться хотя бы себе, что сходит с ума. В этот момент немного истеричный смех заполнил кабинет босса. Кью не обращал на это внимание, он был на него похож. – Чуя-сан, можно вашу шляпку? – глазки мальчика горели. – Конечно, дорогой, бери, – они улыбнулись друг другу самыми милыми улыбками, но как только кто-то вошел после стука и «входите», улыбки стали зловещими, так что один из подчиненных, который вошел, чуть не отшатнулся, а страх от него витал неприятным шлейфом, так что босс и его маленький друг вновь переглянулись и немного поморщились. – Что ж вы вошли и ничего не говорите, – начал первым Чуя. – Накахара-сан, простите, я хотел сказать, что ваши подчинённые разбили первые две группировки с вашей карты. Все активы главы организаций отдали нам, а главарей убили. – Прекрасно. Скажи, какие это группировки, и можешь идти. После наскоро произнесенных названий парень откланялся и вышел, закрыв за собой дверь. – Чуя… – Да, Юмено. – А можно мне помочь им? – Конечно, золотце, пойдем к ним. Заодно я хочу посмотреть, как они работают. Выйдя из здания, и сказав охранникам, что одно неловкое движение в сторону его кабинета будет жестоко караться, они с Кью, взяв машину, поехали к предполагаемому месту действия. И они не ошиблись. Открыв дверь для Юмено, Чуя, улыбнувшись, разрешил ему пойти поиграть, а сам босс прошел ко двери, возле которой были его люди и боялись кого-то спугнуть. – Здравствуйте. Извините за моих подчиненных, но я хотел с вами поговорить о сделке. Дверь не открыли, так что Чуя решил взять все в свои руки и, как только зашел, остановил пулю, которая была нацелена прямо в его голову. – Что вы, не нужно убиваться. Я же всего лишь предлагаю сделку. – К-какую? – проговорил испуганный голос, и ровно в этот момент снизу послышался крик мужчины. Этот крик заставил Чую поморщиться. – Почему у вас все такие горластые? Извините за лирическое отступление. Я хотел спросить, не переложите ли вы все свои активы на Портовую Мафию? – А что будет мне? – Быстрая смерть… Либо долгая и мучительная. – Х-хорошо, дайте минуту. Всю минуту, которую потребовал мужчина, Накахара стоял сзади него и смотрел, как активы перетекают на счет их компании. Когда последняя операция была проведена, то Чуя почти ласково сказал: – Спасибо, с вами была приятно работать, – и одним движением свернул голову боссу уже разваленной организации. Приятный хруст и смех мальчика на фоне вызывали лишь легкую улыбку на устах рыжего. – Найдите Осаму. Парни побежали выполнять этот приказ, пока остальные закладывали взрывчатку, а Кью играл на чьем-то подсознании. – Юмено, дорогой, пойдем. У меня есть для тебе сладкое. – Да, что именно?! – А что ты хочешь? – Шоколад. – Давай я его тебе дам, как только ты поешь немного мисо супа и риса. Согласен? – Нет! – сзади них послышался очередной громкий крик мужчины, которому не повезло оказаться под способность парня. – Иначе я скажу Дазаю, что ты плохо себя ведешь. – Ну, Чуя-сан. – Время обеда, я с тобой вместе поем. Я тебя даже не заставляю есть мясо. – Хорошо, – крики прекратились, мужчина получил кучу психологических травм, но из физических только пуля в его голове от него самого. Что ж, это было весело по мнению Накахары, но война войной, а обед по расписанию. Как только они выходили из здания, навстречу к ним вышел Дазай. Как только он увидел, какой компанией обзавелся Чуя, он был удивлен и шокирован настолько, что не смог сдержаться. – Чуя, ты издеваешься?! – Видишь, какой он злой? Так что давай покушаем, и он тебя не тронет, – тихо сказал Накахара на ушко Кью, а после и Дазаю ответил, – Как у вас продвигаются дела? Вы успеваете? – Чуя, ты не ответил на вопрос! – Не кричи, ты начинаешь мне действовать на нервы. Я не издеваюсь, просто мера предосторожности, если кто-то решит, что может занять мое место по какой-либо причине. – Чуя… – Осаму, разговор окончен, мы идем есть. Собственное имя от Чуи звучало как бальзам на душу, так что Дазай просто посмотрел на удаляющуюся компашку, и сам пошел есть после 4-х часов непрекращающейся битвы. Сейчас шатен мало задумывался о жизни, он больше думал о смерти, о друге, который уже не с ним, о том, как прекрасно было бы умереть сразу же после спасения города. А почему его нужно спасать? Причина таких радикальных действий со стороны Чуи? Его это мало интересовало, Ода занимал все его мысли. Чуя и Кью с горем пополам покушали, и следующее предложение было еще интереснее. – Не хочешь новой одежды? – Я буду таким же, как и в журналах? – Ты будешь лучше. Дети – цветы жизни, и Накахара может понять Мори, у которого Элис была маленькой девочкой. Без детей, которые приносят некоторые хлопоты, которых можно баловать, было бы совсем скучно, так что купить новую красивую одежду было интересным занятием. Легкая черная ветровка с белыми пятнышками подходила под цвет волос, а футболочка и шорты были частью этого незамысловатого костюма. – Ну как тебе? – Чуя, это прекрасно! – в честь этого старшего даже обняли, а Накахара неловко приобнял ребенка, понимая, что иногда так не хватает любви, легкой заботы и поддержки. Грусть снова появилась на лице босса, но показывать ее такому милому созданию, как ребенок, Чуя не хотел, так что он просто расплатился, и они вернулись в штаб. В штаб, где появилось много работы. Айтишники занимались тем, что укрепляли предыдущие защиты и шифровали все что можно было, бухгалтеры разбирались со старыми и новыми доходами, которые не вписывались в картину таблиц и отчетов налоговой. Все же часть их дохода, особенно такого, должна показываться налоговой, ведь они же часть легальной компании. Чуя это понимал, старался не отвлекать их. Он прошел в свой кабинет, оставив Юмено сидеть с раскрасками и игрушками, а сам занялся разбором того, что у них есть на первый взгляд. Как он и предполагал, расходов пока больше, чем доходов, но Накахара на это и рассчитывал. Скорее всего, новые доходы будут работать как сложный процент, а это означает, что прибыль будет, но небольшая. Однако после года она будет достаточной, чтобы обеспечить всех в Мафии и остаться в прибыли. Чуя еще рассчитывал на поднятие планки конкурентов. Сейчас они за 4 дня разрушают всех конкурентов, а потом к ним никто не захочет подходить, зная какая у них мощь. За это же время сыграет сложный процент акций, и подняв свою прибыль, они увеличили боевую мощь, что даст им преимущество перед врагами. А пока… Пока Накахара убирается на столе, смотрит отчеты и заключает крупные сделки, которые сыграют на руку. Как союз с одной бандой, поставляющей оружие и патроны. Чуя сел за свой расчищенный стол, на котором остались важные документы и вещи Кью, чтобы придумать, что делать дальше. Он понимал, что некоторые люди не должны стоять в Исполкоме. А если они хотят, то пусть делают хоть что-то полезное. Они все должны приносить пользу, иначе Портовая Мафия загнется. Придумывать стратегии не было его стезей, но при этом Чуя понимал, на что он шел, когда убивал Эйса. Сейчас же в нем говорил остаточный адреналин и радость за то, что все получилось так, как он хотел. Он хотел, чтобы все его боялись, хотел, чтобы его воспринимали всерьез и без Осаму, чтобы люди понимали, что вся власть у него, он сильнее. На этом моменте небольшой смех вырвался из его рта. Чуя с этим ничего не мог поделать. Он прекрасно понимал, что происходит, но останавливаться он не хотел. Еще несколько дней рутины. Рутины, в которой он и Кью проводили достаточно много времени, чтобы начать понимать друг друга чуть ли не с одного взгляда. За эти несколько дней было уничтожено половину точек на карте, и сейчас все участники собрались в кабинете босса и отчитываются. Накахара же просто делает вид, что не замечает их. Иногда смотрит, что-то помечает в блокноте, но ничего не говорит, пока один за одним выкладывают отчеты на стол в стопку и рассказывают о лично проделанных операциях. В конце Чуя произносится только один вопрос. – Сколько вы потратили на эту операцию? И как человек, который вообще помог лишь для спасения города Осаму, ему отвечает. – Мы потратили 1 миллион долларов, если считать стоимость оружия и пуль, взятых из запаса, всю информацию подробнее Акутагава написал в своем отчете. – Хорошо, тогда Акутагава остается, а все отпускаются. Дазай-сан, вам отдельная благодарность от всего Исполкома, который даже не удосужился поклониться, хотя вы сделали всю работу. До свидания, надеюсь, что у меня с Детективным Агентством не будет разногласий. Передайте это, – Чуя достал бутылку дорого вина, – Йосано, она заслужила. – Накахара-сан, я даже не буду спрашивать откуда у вас такая информация, я обязательно передам. До свиданья, – Двойной Черный кинул друг другу небольшие улыбки, Исполнительный комитет под суровым взглядом Накахары поклонился и все разошлись, кроме Акутагавы. – Рюноскэ, что ты можешь сказать о моих методах? Ты бы применил такие же, или как бы ты поступил? – Ваши методы безупречны. – А если без лицемерия? – Я бы так не поступил, но это был один из способов показать превосходство. – Так как бы ты поступил? – Я не знаю, но в критической ситуации скорее всего, как и вы. – Ну хорошо. Даю тебе день, чтобы придумать другой путь решения проблемы. Я прочту твой отчет, надеюсь, что он мне понравится. Свободны. Рюноскэ ушел почти ни с чем. Единственное, что он понял, так то, что нужно самим придумать план действий. Это было задачей не из легких, особенно если на раздумья есть только сутки. Дазай тем временем отнес бутылку вина Акико и остался у нее, чтобы распить алкоголь. Конечно, они проверили на яды, и там их не оказалось, поле чего эта бутылка быстро ушла за понимающим молчание. Они вспоминали свое детство, ушедших людей и просто смотрели друг на друга, безмолвно понимая друг друга, пытаясь помочь друг другу. Дни и дальше летели, Акутагава представил свой план: – Нужно взять лучшего разведчика и послать его в тыл к другим влиятельным компаниям, чтобы найти на них компроматы. Чуя, прослушав, задал всего пару вопросов по отчету и сказав, что план не так уж и плох, отпустил его, дав пару заданий и повысив немного зарплату. Все же парень не зря старался. Кью же познавал мир. Ему было интересно образование, особенно математика, так что, закупив несколько учебников, Накахара стал проводить значительное время с ребенком, не забывая про боевую подготовку. Правда с этим было немного трудно из-за его способности, но, в общем и целом, он справлялся. Накахара был готов и на свое совершенствование, правда это было трудно из-за постоянных собраний в отделе, на которых он должен был появляться. Истерический смех, синяки под глазами и расхлябанный внешний вид пугали людей, принося еще больше очков страха Портовой Мафии. Развитая жестокость, которая могла проявлять и за пределами пыточной. Моменты, когда он мог пойти и найти мелкого воришку и пытать его полчаса. Юмено тоже отпускался на прогулку. Чуя не мог не поддаваться этим глазкам. Это правда, единственный, кто не получал ежедневных нагоняев. Мальчик спасся, став при этом единственным светлым лучиком в жизни Накахары. Действия его организации стали еще рискованнее, но при это они были обдуманы. Все, что происходило за пределами территории, было жестоко, все каралось, но все это было в рамках справедливости. Все было прекрасно. Только с первого взгляда. Чуя не мог порой справиться с раздражением. Все, кто начинал его оскорблять, даже важные люди на шахматной доске, все без исключения убивались. Различалось лишь время их страданий. На собраниях все умирали быстро и безболезненно. А если это было в Портовой Мафии, то ты навсегда оставался на ровне с пешками, несмотря насколько ты силен. Но все же остальное прекрасно? Экономика организации была выше, чем когда-либо. Оружие было. Власть была. Работники получали большую зарплату, взамен на соблюдение всего-то нескольких правил. Но… Но сам Накахара страдал, и это видели все, кто хоть раз мог пересечься с ним взглядом. Ночью, когда Кью спал, Чуя придумывал стратегии, привлекал много людей ради благополучия Мафии. Это видели даже те, кто и не был в мафии. Такие, как Дазай Осаму. Зная раздражительность своего бывшего партнера, Осаму старался иногда носить ему кофе, вкусняшки и не забывал приносить что-то и для Юмено, раз уж Чуя пожелал, чтобы мальчик был рядом. Дазай мог принести обед или ужин, так как знал, что Накахара забывал про приемы пищи. Мог взять за руку. Однако все это было уже поздно. Чуя все больше и больше думал о том, что он сделал все что мог. Но при этом его внутренний голос говорил, что он не должен сдаваться, только и такое забывалось под трудными мыслительными действиями. Милую улыбку Чуи можно было увидеть, только когда Кью сидел на его коленях и что-то спрашивал, или Накахара читал ему книгу. Только тогда, и это стало одной из причин почему он не готов. Даже Осаму стал замечать, что его партнер, несмотря на все его старания, смог добиться лишь сухого «спасибо», и ничего более. Он видел, как искорка внутри Накахары становиться все меньше и меньше. Раньше можно было увидеть огонь в сердце. Огонь, который поражал тебя молниеносно, а сейчас только небольшая искра, разгорающаяся только при Кью. Попытка была лишь одна. Юмено был отдан в добрые руки со словами «Дазай, присмотри за ним, пожалуйста, пока я отойду», на все остальное мафиози было все равно. Шаг и еще шаг, резкий порыв холодного ветра мог бы его остановить, но не сегодня. Только сейчас и только сегодня у него есть одна попытка. Он не хочет резать себе вены или травится, он хочет всего лишь в последний раз в своей жизни полетать, и как приятно, что в запасах Мори он еще давно обнаружил склянку с подпись «аннулирование способности на час». Шприц аккуратно введен в кожу, и он уже готов, но пару моментов все же заставляют его остановиться. До первого порыва ветра. Его расслабленную улыбку видит Дазай из кабинета. Хорошо, что Юмено смотрит в другую сторону. Последние, что помнит Накахара – испуганное лицо Дазая. Это самое лучшее, что можно было себе представить.