«Клиффорд». The Revenge

VII

      Внутри класса становилось жарко, хотя погода снаружи оставляла желать лучшего. По окну в кабинете географии стекали тающие от поверхности снежные осадки, а может это происходило от того с какой страстью губы Зака покрывали шею мисс Фернингтон, позабывшей, как она оказалась на коричневом столе, а парень над ней.        Зак осторожно целовал ее телесную кожу, оставляя приятное ощущение прикосновения теплого молока, будто Одри погружалась в теплую ванну всем телом. Она взяла парня за волосы, опуская его ниже и ниже, чтобы он застревал на одной шеи, но Зак хотел сделать все правильно. К тому же, это был его первый раз с опытной и взрослой женщиной.       Он опустился еще ниже, погружаясь ей в грудь и растягивая темную блузку, которая была на ней, с огромной силой, но она показала пальцем перед тем, как ему удалось разорвать ее. Они встретились взглядом с друг другом, на что женщина показала ему вниз, намекая, чтобы парень сделал ей приятное. Поняв этот намек, Зак теплыми руками провел линию по ее ногам и зарылся внутрь ее юбки, стаскивая с нее стринги зубами, погружаясь все глубже и глубже своим языком во внутрь женщины.        Одри почувствовала, как внутри ей становится тепло, а секс с учеником, не достигшим совершеннолетия, почему-то возбуждал женщину и заставлял пробуждаться то, что она не могла ожидать сама от себя, пока Зак умело ориентировался, не теряя хватку из-за недостатка кислорода под летающей в разные стороны юбкой мисс Фернингтон, которая едва затыкала стоны, когда Зак погружался настырнее и сильнее, приближая чувство долгожданной эйфории.       Когда Одри кончила, она поняла, что сотворила. Но чувствовать, что это было ошибкой, для нее было уделом неудачников. Нет, она была довольна тем, как все прошло, а Зак отчетливо справился на «четверку», по крайней мере, так она исправит ему балл, чтобы никто не заметил подвоха, хотя была довольна от секса с парнем.       Зак вытер свое лицо об свою рубашку, сжимая сильные руки, а учительница двинулась к нему, приобнимая за мускулистую грудь парня. Она легким движением пальцев начала щекотать парня, но ему было приятно, к тому же, это был первый раз, когда он видел женский оргазм так близко, а стирать его последствия ему не хотелось вдвойне. Она облокотилась всем телом на него, захватив его своими ногами, которые несколько минут назад Зак бесцеремонно целовал, продолжая гладить парня по голове.       — Никто не должен об этом узнать, ты же понимаешь?! — Зак ничего не произнес, скорее всего, был в шоке после того, что произошло. Мечты парня, наконец, сбылись, ему было не до болтовни. — Иначе меня могут уволить и… — Блондинка не хотела признаться, что не может потерять это место, ведь оно досталось ей не просто так. К тому же, что скажет ее отец… Поэтому она решила надавить на Зака. — Ты же не хочешь, чтобы это прекращалось.       Она забила свои пальцы гуще в голову Зака, а парень резко закивал головой, понимая, что без секса с учительницей ему будет скучно находиться в интернате. Одри усмехнулась.       — К тому же, я обещаю тебе, что к концу года ты выйдешь с «четверкой» по-моему предмету… — Она засмеялась, а Зак обдумал все снова, понимая, что тесный контакт с учительницей ему не помешает.        Он повернул голову к ней, а она медленно поцеловала его в губы, чтобы продолжить второй акт, потянув парня сильнее в свою сторону, снова приняв лежачую позу, пока парень начинал чувствовать, как что-то внутри штанов начинает двигаться…

***

      Мисс Хеппер взяла трубку. На улице было совсем темно, едва можно было различить какое-либо движение в снежном покрове, которым занесло здание «Клиффорда». Неутешительным был и прогноз погоды на эту неделю – синоптики обещали тяжелые дни. И под «тяжелыми» они естественно имели ввиду снежную погоду, а не состояние интерната после «случайной» смерти одной из учениц. Хотя это тоже могло подойти для того, чтобы описать все то, что творилось внутри женщины.       Страх. Бессилие. Волнение… Это всего лишь малый спектр тех эмоций, которые испытывала мисс Хеппер одновременно, несмотря на то, что полиция ничего подозрительного в деле не нашла, Роуз до сих пор не могла придти в себя.        — «Это все не случайность… Он придет за мной.» — Женщина держала трубку от старого телефона в руках, пока звонок не переставал гудеть, думая стоит ли брать трубку.       — Ало, — Тяжело произнесла она, а Голос на конце трубки уже давно научился различать, когда у Роуз плохое настроение. — … Да, они не нашли никаких следов убийцы… — Роуз машинально пересказывала своему собеседнику о результатах дела, на секунду задумавшись… Когда она придумывала свою речь в голове, ей казалось это легче. — … А тебе вообще какое дело? — Спросила женщина так, чтобы в ее голосе не звучали нотки агрессии, но Голос смутился.       — «Видимо, не вышло.» — Подумала она и принялась слушать, что скажет человек на конце линии. — «… Излишки профессии. Или характера.»        Но когда Роуз услышала то, зачем Голос ей звонил, по ее телу пробежали незаметные мурашки. По крайней мере, ей хотелось игнорировать факт, что ей снова страшно, как будто она маленький ребенок, а не директор одного из самых престижных интернатов. Хотя в последнее время она себя так и ощущала.        — А, миссис Паскаль. — Протяженно сказала мисс Хеппер, перебив собеседника, но он сделал вид, что не заметил. — Просила что? — Когда Роуз услышала, что новый глава попечительского совета просит не отменять День Посвящения, который Роуз собиралась устраивать в лучших традициях интерната (В эти традиции не входило падение по карнизам трупа одного из учеников, как в прошлый раз) для новоприбывших учеников, но в последний момент отменила эту затею из-за смерти девушки. Она не знала, что и сказать, но и менять свое решение ей не хотелось.        Через пару минут женщине пришлось перейти на еле заметный крик и беспрерывное перебивание Голоса, отчего тот тяжело вздохнул, но принялся выслушать Роуз.       — Ты просто их не видел… — Роуз говорила об учениках и их реакции на то, что смерть Изабеллы объявили случайностью. — Как будто с цепи сорвались… Нет, они не готовы. — Директор продолжала кивать головой, но собеседник лишь слышал страх в ее голосе. Собственный.       — «Но все же обошлось?» — Еле заметно послышался голос из трубки. Роуз замерла.        Она услышала тот самый холодный и расчетливый голос, который был знаком ей так давно, поэтому на несколько минут потерялась, придаваясь давним воспоминаниям. Когда женщина очнулась, она тут же обратилась к словам собеседника, понимая, что еще ничего не «обошлось»:       — «Что обошлось?» — Подумала Роуз снова. Девушка мертва, и никто, на самом деле, не знает, что с ней произошло… Но почему-то уже сама Роуз начала сомневаться.       — Что ты хочешь, чтобы я сделала?! — Произнесла Роуз, она была на пределе – после того, что ей пришлось ощутить, ей не хотелось продолжать спор. Но она знала, что он так просто не сдастся, пока не добьется своего. Даже если это сломает ее.       Тогда Голос начал говорить Роуз, что ей следует сделать и, как себя вести, чтобы зарекомендовать себя перед мисс Паскаль.       — «Наше положение сейчас.» — Снова через трубку послышался голос человека. — «Полностью зависит от тебя.» — Роуз нервно сглотнула, но лишь положительно покачала головой, показывая, что она все поняла, хотя тот не мог это увидеть.

***

      Утром Мишель и Дейв договорились встретиться в библиотеке до начала занятий, чтобы обговорить об убийстве Изабеллы, Мишель уже ждала парня внутри, когда он разъяренно зашел внутрь, пугая нескольких учеников, которые с утра находились там (Доподлинно нельзя было утверждать, что бедняги не уснули внутри еще ночью, пока корпели над домашним заданием). Но Дейв казался возбужденным и энергичным, поэтому Мишель подумала, что парень впервые выспался за то время, которое он ведет свое расследование, но была неправа.        — Помнишь того журналиста на суде? — Естественно Мишель не могла так быстро забыть того мужчину, который не переставал задавать ей свои вопросы, касаемо «Клиффорда».        — «Кажется, его зовут…» — Мишель попыталась вспомнить, как зовут того парня, но Дейв так энергично рассказывал, что она перестала пытаться.       — Так вот, он недавно связался со мной. Признаться, я ждал, что он сделает это куда быстрее. — Вставки Дейва раздражали девушку и казались лишними, но она продолжала послушно слушать парня, дожидаясь того, что он скажет. — Он пообещал, что на неделе заглянет в отдел, где хранится интервью Карла на допросе. — Мишель все равно не понимала такой обширной радости у парня, разве Карл не рассказал все на суде?! Но Дейв не унимался. — Знаешь, что это значит? — Он посмотрел на Мишель, между ними стоял книжный стеллаж, из-за чего казалось, будто они снимаются в дешевом детективе, что бесило Мишель, ведь приходилось прикладывать усилия вдвойне, чтобы услышать, что говорит парень, но так было драматичнее, поэтому никто не нарушал дистанцию (Особенно, шкаф).        Дейв не дождался, пока Мишель спросит у него, и продолжил говорить:        — Это значит, что мы сможем найти помощника Карла и мисс Холд. — Мишель не хотела внушать парню, что допрос Карла может ничего не дать, а только сильнее запутать их, но воздержалась, увидев лицо парня. — Ну, и убийцу Изабеллы. — Дейв облокотился на стеллаж, из-за чего упала одна из книг, а на них косо посмотрели присутствующие и мадам Фибс через призму своих очков на переносице.        Дейв неловко замолчал, взглянув на Мишель – на ней не было лица, но он знал, что, возможно, это связано с Днем Посвящения, который должен был начаться сегодня, но чуть позже. Если вспомнить прошлый и их первый День Посвящения… Но лучше его не вспоминать, поэтому Дейв умело заблокировал в своей голове воспоминания о том дне, почему-то после этого все смерти воспринимались им спокойнее.        — Переживаешь из-за Дня Посвящения? — Произнес вслух Дейв, смотря из под лба прямо на девушку, которая была поглощена в свои мысли все это время. — Твои родители собираются…? — Дейв не успел спросить, ведь Мишель закивала головой, что означало, что Лорен и Питер Говард не приедут.        — Нет. А твои? — Спросила девушка, чтобы хоть как-то поддержать беседу, но забыла, что родители Дейва отправились на экспедицию в другую страну, из-за чего парень усмехнулся.        — Они в экспедиции, забыла? — Мишель невнятно покивала головой, а Дейв продолжил. — Зато Дирк приедет! — Мишель вновь взглянула на парня, только уже удивленным взглядом.        Она и не знала, что старшему брату Дейва будет интересно какое-то собрание в интернате, но, возможно, он делает это нисколько ради себя, сколько ради Дейва. Прошло много лет, когда Мишель последний раз видела Дирка – в детстве они часто доставали его с Дейвом, из-за чего он разрешал играть им в Call Of Duty на его приставке, пока сам уходил на очередные свидания с девушками. Мишель задумалась, удалось ли парню найти ту самую, или…?       Из мыслей ее снова вытащил Дейв, который явно не заметил, что девушка уже его не слушает.        — Он был в пригороде еще на прошлой неделе по работе. — По голосу Дейва было слышно, что он рад присутствию брата здесь. — Сказал, что заглянет в интернат. — Мишель улыбнулась краем губ и поспешила идти на занятия, которые никто не отменял.       Напротив, их усилили в количестве из-за убийств и тех дней, когда ученики из-за страха или смерти одноклассника не могли чисто физически находиться на занятиях.  Все таки учеба в «Клиффорде» была приоритетом номер один. 

***

      Джастин очень плохо спал оставшуюся ночь: во-первых, он думал о том человеке, который оставил ему странную записку в душевой раздевалки, во-вторых, он не переставал представлять то, что было бы, если бы его поймали с враньем.        — «Повесили клеймо убийцы? Или отпустили?» — На ходу думал парень, понимая, что не имеет шанса так «лажать» еще раз. На кону стоит все до тех пор, пока он не найдет того, кто пытается шантажировать его. — «Все равно случай с Изабеллой приняли за несчастный случай…» — Джастин уже начал сомневаться, что не сказал правду полиции в том, что не был приглашен на церемонию учителя истории, но дело ведь закрыли… Почему-то по этому поводу у парня тоже были сомнения.        Джастин засунул руки в пиджак и зашел внутрь класса истории, игнорируя одноклассников – не было настроения ни с кем здороваться, а его девушка, Ариана, все равно занимается организацией «Дня Посвящения», поэтому в планах парня было выспаться на первом уроке под истории мистера Стинмана. Когда Джастин обошел большую часть класса и уже был готов занять свое место, он увидел то, что привело его в шок.        Парень был напуган, ведь на парте было незаметно выгравировано «Думаешь, я оставлю все так?». Не было никаких сомнений, что человек, который оставил это сообщение, связан с предыдущим. Если только их не несколько… Глаза Джастина были готовы выпрыгнуть из орбит, но никому не было дела до парня – в классе одноклассники продолжали бурно обсуждать любые вещи, дожидаясь начала занятия. По крайней мере, он успел осмотреть каждого.        Тогда, заметно нервничая, парень сел на место, сначала пытаясь закрыть своим локтем надпись, чтобы никто не смог прочитать или заметить, но с каждым разом ему становилось неудобно это делать, поэтому он принялся яростно стирать и ковырять по парте, пытаясь не привлечь внимание остальных. Страх моментально сменил гнев, и Джастин был готов накинуться на любого, кто был в этой комнате даже без доли нужных доказательств. Но что значит это сообщение?        «…, Оставлю все так?» — Постоянно повторялось в голове парня, пока он насильственно стирал сообщение со своей парты. — «Значит ли это, что тот, кто владеет информацией, обратится в полицию? И, как понять, может он уже обратился?» — Джастин начал мысленно рыдать, углубляясь внутрь своего стула, пытаясь там спрятаться ото всех глаз. В этот момент ему казалось, что все смотрят на него, хоть это было не так. Он уже давно живет в страшном сне, когда связался с…        — «И тогда они свяжут это с убийством Изабеллы…» — Парень уже начал воспроизводить самые ужасные варианты сюжета, которые могли с ним произойти, если тот «кто-то» все расскажет полиции. — «И они посадят меня, хотя я не убивал Изабеллу.» — Джастину становилось хуже и хуже с каждым разом, а до начала урока оставалось еще пять минут. Он начинал чувствовать тошноту и головокружение одновременно, понимая, будто все еще находится во сне, и все это нереально.        Но это была реальность, та реальность, которую он выбрал сам. И он уже успел сожалеть об этом, но разве кому-то есть дело до этого?        Внутри находились уже все, да даже сам мистер Стинман, который тихо читал какую-то книжку про себя, скорее всего, дожидаясь начала урока, как и ученики. Но Джастину от этого не становилось легче, он знает, что кто-то в этой комнате знает, что натворил парень, и теперь мучает его за это. Осталось только узнать кто, и, желательно, быстрее.        Парень посмотрел по сторонам, он нервно двигал своими глазами, пытаясь не встречаться с одноклассниками взглядом, ведь это доказывало, что он виновен и напуган до чертиков, а это не то, что нужно было ему. Его глаза быстро сменялись с одного одноклассника на другого, пока он пытался понять, кто оставляет ему записки.  — «…Зейн… Зейн.» — Он обратил свое внимание на парня, который спокойно слушал музыку до начала урока, подумав, что Зейн может знать что-то… — «Это глупо: он не такой плохой, как кажется.» — Тогда Джастин сменил свой фокус дальше, останавливаясь на других. — «Не думаю, что это кто-то из девочек…» — Джастину не хотелось признаваться, что сейчас его за яйца (причем вспотевшие) «держит» девушка. — «Так, а вот он…» — Джастин обратил внимание на Дейва, который занимался чем угодно только не историей, хотя записывал что-то в листок. — «Задумал поиграть в детектива, да?» — Джастин разъяренно взглянул на парня, понимая, что только он мог это сделать.        Чтобы не прыгнуть и не разбить лицо Дейву, его остановило начало урока. Мистер Стинман встал и закрыл книгу, которую читал, оставляя ее на столе.        — Сегодня мы с вами поговорим о преступлении и наказании, а точнее о, не побоюсь такого слова, — Мужчина засмеялся и залился розовым румяном. — великой книге российского классика Федора Достоевского. — Мужчина начал что-то чирикать на доске мелом, на одной стороне было написано «Преступление», а на другой «Наказание», а ученики дожидались, что он скажет дальше, кроме Джастина…        В этот момент парню стало плохо: он был готов вывернуть весь завтрак и вчерашний ужас прямо на стол, с которого так яро стирал странное сообщение. Он понимал, что это просто совпадение, а по программе эту книгу задавали прочитать на каникулах (что Джастин не сделал), но из-за этого ему стало еще хуже, ведь это, как никогда, подходило и напоминало ему то, из-за чего он получает эти дебильные записки.        — Как думаете, за каждое ли преступление человек должен понести наказание? — Джастин старался ровно до того момента, когда мистер Стинман перестал писать на доске и повернулся к классу, спрашивая свой вопрос.       — Мистер Сниман, — Джастин поднял руку и встал, придерживая рот. — Можно выйти? — Мистер Стинман вопросительно посмотрел на Бибера и разрешил ему выйти внутрь, продолжая урок для остальных. 

*** 

      Зак скучно переворачивался с одной стороны кровати на другую, вспоминая изгибы на теле мисс Фернингтон, размышляя, как было бы замечательно очутиться с ней на одной кровати… Из потока мыслей удалось его вернуть Зейну, который прихорашивался в отражении зеркала – вот-вот начнется День Посвящения, а это означало, что ученики должны были выглядеть прилично, хотя бы сегодня       — Ты вообще собираешься? — Зейн поправлял галстук, который то и дело выпирал из под жилетки. В такие моменты он понимал, что Карл бы понадобился здесь им обоим…        — Зейн, кажется, я влюбился. — Зак тяжело лег на кровать, не переставая думать о блондинке, а Зейн усмехнулся, впервые слыша подобное от Эфрона. Он думал, что если Зак когда-нибудь и влюбится, то только в собственное отражение в зеркале, хотя доподлинно не было известно, есть ли у парня сердце вообще.        Зейн сел на кровать, стараясь не задеть друга, но тот интуитивно подвинулся, а парень начал гадать.        — И, как ее зовут? — Спросил Зейн, хотя резко остановил парня. — Хотя нет, дай я угадаю! — Зак усмехнулся, ведь он не собирался никому говорить о его связи с учительницей, даже лучшему другу, понимая чем это может закончиться. — Белла Торн? — Парень вспомнил, что у девушки с Заком были довольно непростые отношения в прошлом семестре, на что Зак покивал головой, обнимая подушку своими огромными и сильными руками.        Зейн удивился, но продолжил гадать дальше.        — … Эмма Робертс? — Зак скривил лицо, она никогда не была в его вкусе, к тому же она…        — Стерва! — Парни в унисон и громко сказали это, залившись смехом, а через пару минут Зейн уже совсем сбился с толку кого он называл, а кого нет, поэтому подумал, что, возможно, Зак вообще влюбился в порно-звезду, а такое было возможно.        — Получается, что Мишель? — Девушка была последней из десятых классов, кого не называл Зейн, а Зак разъяренно посмотрел на него и привстал, опираясь на стенку кровати.        — Кто? «Неформалка»? — Скривил лицо Зак, но Зейн сказал, что перечислил всех девушек на потоке, что заставило Зака быстро поменять свое мнение, понимая, что парень не должен узнать об учительнице, иначе Зак лишится всего этого. — Да, да «неформалка». — Зак неуверенно закивал головой, а Зейн продолжал недоверчиво глядеть на парня, не понимая его точной реакции на этот счет, но Зак начал оправдываться, объясняя, что вел себя, как «полный придурок»  по отношению к ней в прошлом семестре только, потому что не хотел признавать свои чувства.       Зейн вздохнул, эта игра казалась ему куда интереснее в начале, но тут же в комнату зашел Кэмерон.        — Чего это все собираются? — Кажется, парень не слышал о сегодняшнем Дне Посвящения, а Зейн начал ему объяснять.        За последнее время они здорово сдружились, Зейн не хотел это признавать, но Кэмерон начинал ему нравиться, хоть он и был уверен, что парень «убежденный натурал», поэтому старался относиться к нему больше по-дружески… Как к Заку, к слову, о парне…        Как только Зейн рассказал Кэмерону о том, что такое День Посвящения и для чего он введен в «Клиффорде», Зак, все еще обижавшийся на своего соседа и подозревающего его в начале убийств, начал снова огрызаться и провоцировать парня:        — Круто, — Произнес Кэмерон, дослушав рассказ Зейна.        — Да, особенно, когда прямо перед тобой с карниз падает труп твоего хорошего приятеля… — Громко сказал Зак, а Зейн снова закатил глаза, вспоминая, что тот даже не общался с погибшим парнем. — Только знай, я буду следить за тобой. — Яростно направил два пальца на Кэмерона, из-за чего тот покатился чуть назад, а Зейн вздохнул. 

*** 

      Эмма ковыляла на своих ногах по интернату, заранее приготовившись ко Дню Посвящения, нацепив на себя красивое светлое платье, которое сегодня ждал неутешительный прогноз… Девушка собиралась подговорить своего «напарника», Эндрю, облить ее газированным напитком или чем-нибудь еще во время Дня Посвящения, чтобы под этим предлогом поменять платье и сбежать… Но, на самом деле, она собиралась продолжить поиски еще одной потайной двери, чтобы уделать нос мадам Заунгерг и, может быть, поймать третьего убийцу. Хотя, она итак знала, что третьим убийцей является «старая карга», оставалось только это доказать.        — «Бьюсь об заклад, что, когда старая сука впервые увидела мисс Холд, то узнала в ней повзрослевшую Луизу Дахнер, присоединяясь к ней убивать, чтобы получить кресло директора.» — В своей голове это звучало разумно, но она не спешила ни с кем делиться догадками. — «И теперь она не остановится, пока не получит то, что хочет.» — Эмма была уверена, что это Заунгерг столкнула Изабеллу и пыталась это доказать, а доказательства могли находиться только в одном месте. И, это место – подземелье.        Девушка свернула направо по коридору, в котором пыталась сбежать от маньяка, вспоминая свой страх перед неминуемой смертью. Но она все еще здесь, и Заунгерг не удастся ее остановить, хотя она понимала, что для женщины она цель номер «Один» после того, как та пыталась разузнать о потайном входе.        — «Это было глупо.» — Смутилась девушка и не заметила, как столкнулась об кого-то, учуяв знакомый одеколон и ткань черной рубашки, она сразу же догадалась. Стайлс.        — Что ты тут делаешь? — Спросил парень, смотря сверху вниз на нее, будто позабыв, что они вообще-то учатся в одном интернате.        Девушка ничего не ответила, а парень понял, насколько глупо звучал его вопрос, поэтому, засунув руки в карман, спросил у нее.        — Твой отец приедет? — Он имел ввиду День Посвящения, а Эмма покачала головой, для мистера Робертса это был первый День Посвящения с момента, когда его дочь начала учиться в интернате, на которой он не приедет. К тому же, это был первое мероприятие, на котором в качестве председателя попечительского фонда выступает кто-то другой.        — А твои? — Спросила Эмма, хотя прекрасно знала ответ, основываясь на отношении отца Гарри к нему.        — Нет, — Усмехнулся парень. — Мама пьет текилу в клубе по четвергам. — Эмма покачала головой, понимая, что по-моему Гарри больше не ранит это.        — Знаешь, пошли их к черту. — Произнесла девушка, а они оба засмеялись, смотря друг другу в глаза, наверное, впервые с момента приезда.        — Так, что ты тут делаешь? — Поинтересовался парень снова, а Эмма улыбнулась, нервно щекотал себя за локоть.        — Знаешь, я кое-кого ищу, но не могу… — Девушка задумалась, так и не увидев Эндрю, с которым договаривалась встретиться в это время, а Гарри это заметил. Видимо, парень забыл. — Забей… — Девушка смутилась и повернулась назад, надеясь найти парня где-нибудь еще, так и не попрощавшись с Гарри, который расстроенно остался стоять на месте.        — Эмма, — Произнес парень, а девушка, отошедшая на несколько метров вперед, обернулась. — Ты выглядишь потрясно в этом платье. — Девушка улыбнулась, убрав прядь волос за ухо, подумывая о том, что вряд ли уже захочет облить это платье чем-нибудь сладким. 

***

      До начала Дня Посвящения оставалось совсем чуть-чуть и, пока кто-то из родителей учеников и главных спонсоров уже подъезжал к фасаду «Клиффорда», внутри Торжественного зала во всю трудился комитет организации вечеринок интерната во главе с его председателем, Арианой Гранде. Девушка в привычной манере просила одноклассников перевесить пару шариков согласно цветовой гамме, а также не подъедать с буфета еду, пока позади нее Белла расправлялась с музыкальной группой учеников средних классов.        Количество людей, которые входили в комитет, резко сократилось, и это было связано с тем, что большую часть из них перекосил убийца, поэтому пришлось набрать огромное число новых ребят, в том числе и из новеньких, для которых этот праздник был предназначен, ведь многие старшеклассники отказались помогать, ссылаясь на «проклятие» клуба или то, что будут заняты общением со своими предками.        На такие заявления Ариана и Белла закатывали глаза, хоть последняя сама ненавидела организацию праздников, но соглашалась помочь подруге.        — Странно, что Джастин не пришел… Он обещал придти. — Остановилась Белла, встав в серьезную позу. Последнее время, девушка чувствовала бешеную ревность по отношению к Ариане из-за того, что та проводит больше времени с парнем, чем с ней.        — Я знаю, но ему стало плохо прямо на уроке мистера Стинмана. — Белла закатила глаза, а Ариана начала беспокоиться о состоянии парня снова. Белла хотела сказать, что парень просто обманывает ее, но остановилась, ведь прямо перед ними один из новеньких спросил у девушек, правильно ли он развесил шарики.        — Да! — В унисон сказали они, только Белла с легким ощущением нервозности.        — Не хочу обвинять Джастина ни в чем, но тебе не кажется странным, что полиция поймала его у трупа Изабеллы. — Тихо произнесла Белла, она переживала и была на чеку по отношению к парню, а Ариана вздохнула.        — На что ты намекаешь? — Ариана повернулась, но тихо сделать это не получилось, теперь все обсуждали загадочную смерть девушки, которая, к слову, состояла в комитете.        — В том, что вся эта «дичь» про проклятие – просто дичь! — Белла размахнула руками, чуть не задев торт, который несли сразу два ученика, согласившись с девушкой. — Это сделал человек. И нужно понять, кто! — Белле не симпатизировала Изабелла, но она считала, что девушка не заслужила закончить так, а то, что ее убили, она не сомневалась, и, кажется, это как-то связано с Джастином…        — Я тоже думаю, что Изабелла не кидалась с окна, а ее столкнули. — Неуверенно сказала подруга девушки, а Белла показала на нее, обрадовавшись, что не одна так считает.        Ариана вздохнула, она была согласна с подростками, но понимала, что обвинения Джастина беспочвенны и не имеют никакого смысла, ведь парень сам пострадал от рук убийцы, а его бывшую вовсе украли и убили.        — Хорошо, тогда кто это может быть. — Произнесла девушка, пока помогала одному парню прикрутить праздничную гирлянду.       — Джастин.        — Мистер Робердс.        Белла вопросительно посмотрела на одноклассницу, разрешая ей выговориться, а остальные закатили глаза, услышав их подозрения.        — Ты реально думаешь, что мистер Робердс способен на это? — Произнесла Белла, скептически посмотрев на девушку, а та процедила «Да» и начала рассказывать о своих домыслах.        — Последнее время он как-то странно смотрел на Изабеллу, ему не нравилось, что она говорила про него и новую училку по географии. — Белла задумалась, а Ариана и вовсе перестала слушать, ведь времени до начала оставалось немного. —… А те переписки? В которых его обвиняли. — Белла тут же остановила ее, вспоминая, что сама стала жертвой того «розыгрыша».        — Но это был не он. Это же уже доказали. — Одноклассница снова закатила глаза. — Даже фотография торса оказались Райна Рейнольдса. — Белла задумалась, вспоминая то, как мужчину чуть не посадили за решетку из-за этого.        — А как вам то, что он встречался с сумасшедшей мисс Холд? — Она звучала убедительно. — Откуда нам не знать, что он влюбился в нее и теперь мстит за то, что она мертва? — Белла уже начала ей верить, как резко заговорила Ариана.        — Стойте. — Ариана повернулась, перестав помогать парню, из-за чего тот чуть не ударил молотком себе по пальцу, но всем было плевать.        Белла и одноклассница обратили внимание на Ариану, которая кое-что поняла.        — Кажется, я знаю, кто мог убить Изабеллу. — Они умирали от нетерпения, пока Ариана анализировала в своей голове. К слову, девушка делала это очень медленно, будто на зло.        — Ну? — Одновременно произнесли девушки.        — Мишель Говард. — Произнесла Ариана, аргументируя это тем, что после того, как они нашли нужный артефакт, Мишель растворилась и не появлялась до момента, пока не нашли тело Джессики, а девушки взглянули на друга друга, понимая, что это подозрительно. 

***

      К фасаду интерната подъезжали машины различных марок и цветов, в этот раз их собралось куда больше. Нельзя не сказать, что после такой трагедии у интерната появилось куда больше спонсоров, а все родители хотели увидеться со своими детьми еще раз, пока кого-нибудь из них не убили. Потенциально. Ведь случай с Изабеллой был представлен, как случайность, но от этого мисс Хеппер не становилось легче, ведь предстояло что-то объяснять родителям и, куда хуже, новому председателю комитета попечителей, с которой ей предстояло еще встретиться.        Мисс Хеппер заметно для всех нервничала, пока спускалась по лестнице вниз, чтобы первой встретить Мередит Паскаль. Со стороны ее походка напоминала обычного пьянчугу, наверное, она приняла львиную долю алкоголя, чтобы не сойти с ума, вспоминая, что на этот раз она не должна так обломаться.        — «Главное, чтобы никто не умер.» — Подумала она, как только оказалась на месте. На удивление, стоять на двух ногах помогало ей чувствовать себя трезвее, чем это было на самом деле. А может виной всему постоянно открывающаяся дверь, которая приносила с собой воздух, и «забирала» уверенность Роуз, потому что она боялась, что вот-вот появится женщина.        И она не ошиблась. Сразу же после парочки родителей, зашедших под руки своих отпрысков, обсуждающих успехи тех в учебе, в помещение зашла Мередит Паскаль, которая была теневым участником фонда, то есть лично с ней Роуз не удавалось пообщаться никогда, но она попыталась вспомнить все то, что говорил ей Голос из трубки, чтобы сделать все «правильно».        — «Какая я послушная… Даже самой тошно.» — Она понимала, что если ей хочется удержать власть в своих руках, то она должна играть по правилам, написанным еще до ее рождения.        — Здравствуйте. — Тут же поздоровалась Мередит, как зашла во внутрь интерната, снимая с себя солнцезащитные очки и перчатки. Она выглядела элегантно и довольно хорошо для своего возраста, Роуз заметила несколько следов косметической хирургии и, скорее, всего здорового образа, понимая, что если не перестанет «запивать» страх и боль алкоголем, то через несколько лет будет выглядеть старше женщины.        — «Жаль, не попросишь у нее номерок хирурга.» — Подумала Роуз, подойдя вплотную и пожав руку новому председателю фонда.        — Я так рада вас видеть. — Роуз улыбнулась и почувствовала, как мускулы на ее лице начинают покалывать от неискренности сего действия, надеясь, что миссис Паскаль не обратит на это внимание. — Миссис Паскаль. — Та улыбнулась, забирая инициативу общения на себя.        — Просто Мередит, прочь формальности. — Она улыбнулась, и Роуз улыбнулась в ответ, уже по-настоящему, оставшись довольной от общения с женщиной еще полчаса, которые она показывала ей мемориал, посвященный мертвым ученикам, и новое оборудование в классе химии, извиняясь, когда ей пришлось покинуть общество женщины, чтобы успеть переговорить с оставшимися попечителями и спонсорами, а та ее прекрасно поняла.        — Не беспокойтесь, я прекрасно ориентируюсь здесь. — Сказала она, а Роуз лишь вопросительно закивала.       Роуз и не знала, что сказать, она чувствовала себя дурой, устроив Мередит экскурсию, но та не показывала виду, поэтому, задумавшись, Роуз оправилась дальше, оставив женщину наедине. 

***

      Внутри было тесновато, особенно, сели сравнивать с прошлым разом – неужели все ждут «кровавое» шоу? Стив не думал об этом, он крепко сжал в руке стакан с напитком, ища глазами мистера Филлиона в толпе, чтобы попробовать убедить мужчину снова. Он планировал делать это, пока не достанет его, но не знал получится ли у него.        Стив закатил рукав рубашки, и разъяренно смотрел по сторонам, одаривая одноклассников безумным взглядом. Из-за щетины, которую парень перестал сбривать, он выглядел еще суровее, напоминая древнего викинга, который был готов наброситься мертвой хваткой, поэтому любой, кто подходил к столу с напитками, старался уйти оттуда, как можно быстрее, чувствуя на себе гнев парня.        В толпе он увидел Мартина Флетчера, который занял его место, он весело общался с Арианой Гранде все это время, о чем-то перешептываясь. Стив и не думал, что возненавидит Мартина настолько, что захочет убить его. Он мог бы подбросить наркотик ему в комнату, как собирался расправиться с Лиамом, но не стыковка: главный поставщик нелегальных веществ умер одним из первых, а где брать запрещенные вещества вне интерната Стив не знал, поэтому убийство парня казалось ему единственным решением, которое могло спасти его положение…       Во внутрь зашли мистер Филлион и Каулмэн, мужчины что-то обсуждали, а затем разделились, направляясь по разные стороны буфетных столов. Мистер Каулмэн пошел в сторону, в которой находился Стив, чтобы наполнить свой стакан лимонадом, но Стиву было плевать, он лишь грозно посмотрел на мужчину, направляясь в сторону мистера Филлиона.        — Вам помочь, мистер Филлион? — Стив решил играть в «хорошего мальчика», ведь именно такие добиваются всех своих целях, даже если не являются ими. Естественно, не являются.       Мужчина не доверчиво взглянул на Стива, держа в руках тарелку, практически пустую, но согласился.        — Помогаешь волонтерам на празднике? — Заинтересованно спросил он, показывая Стиву на закуски и десерты, которые хочет попробовать, а парень и не понимал, что делает.        — Да, надо же чем-то заняться, чтобы поступить в университет. — Он специально произнес это с некой обидой, намекая на свое заведомо проигрышное положение, чтобы выдавить из мужчины хоть капельку жалости, пока тот придирчиво выбирал еду.        — И, вот, это, пожалуй… — Мистер Филлион набрал свою тарелку и, поблагодарив Стива, собирался уйти, как только парень сразу же направился за ним, оказавшись прямо перед его глазами.        — Разве вы не видите, что я заслуживаю шанс? — Он испугал мужчину, из-за чего он чуть не уронил содержимое на ботинки Стива. — Помогаю людям, стараюсь стать лучше… — Мистер Филлион взял и поместил вишенку, покорно расположившуюся на пирожном, которое он взял, в рот и похлопал плечами. — Верните меня в состав… — Мужчина закатил глаза, ему казалось он понятно разъяснил парню, почему не может ему помочь.        — Мне казалось, мы уже обсуждали это, Стив. — Он посмотрел на него, а терпение заканчивалось. — Я не могу взять тебя снова. Этого недостаточно. — Но Стив не собирался унывать, он стоял на своем.        — Я изменился, записался волонтером на День Посвящения. — Парень быстрым хватом совершил круговое движения, заставив мужчину повернуться, показывая на буфетный стол, за которым вновь стоял ученик, раздающий еду.        — Серьезно?! — Мистер Филлион начал показывать пальцем на Стива и того парня, который, видимо, отлучился, пока Стив нагло обманывал его… Кажется, все тало только хуже.        Стив разъяренно посмотрел на одноклассника, а мистер Филлион уже собирался уходить, сделав свои выводы о Стиве, не собираясь возвращать его в команду ни при каких условиях! Только через его труп.        — Ну же, — Стив побежал за ним, взяв его за плечо, чтобы объясниться, но это разозлило мистера Филлиона не на шутку, из-за чего он пригрозил парню директором:        — Еще раз потревожишь меня, будешь иметь дело с директором. — Мистер Филлион показал парню палец, а тот раздраженно вздохнул, понимая, что закапывает себя и свои шансы, куда ниже, чем погребены могилы на кладбище. — Или с полицией! — На этих словах мужчина ушел, надеясь, что Стив все понял.       Но парень не собирался так быстро сдаваться, он знал, что если в «Клиффорде» больше не останется игроков, то мистер Филлион будет обязан попросить его вновь вступить в команду. Поэтому парень не мог скрывать свою злую ухмылку, ведь знал, что убийца ему с этим поможет. 

***

      Мишель согласилась помочь Дейву встретить его старшего брата, к тому же, она сама сгорала от интереса, как изменился Дирк за то время, которое она не видела его. Каждый раз, когда она навещала Дейва в больнице, единственным, с кем ей не удалось встретиться, был Дирк, а до этого парень довольно часто разъезживал по стране и маленьким городам, скупая некую недвижимость, чтобы потом построить новый жилой дом или кафе на месте «развалины». Поэтому Мишель было интересно, помнит ли мужчина ее, но, скорее всего, да, ведь они частенько с Дейвом донимали его, когда тот был в их возрасте.        Они ждали его на первом этаже, оба волнуясь, но по разным причинам: Дейв боялся, что брату не понравится в интернате, а Мишель просто не знала, что ожидать от его приезда, она всегда относилась тепло к Дирку, даже раньше, в детстве, думая, что влюблена в парня по-старше, пытаясь сейчас разгонять эти глупые мысли и воспоминания о нем, понимая, что была маленькой дурой. К слову, Дейв не знал об этом, да и никто не догадывался, что те, оставленные девушкой, любовные записки были не просто шуткой над подростком, а настоящими и первыми чувствами Мишель. Поэтому она и нервничала, не хотелось бы, чтобы Дирк относился к ней, как к маленькой, ведь она изменилась, а от прежней симпатии ничего не осталось.        Мужчина зашел внутрь, а Дейв потянулся к нему, практически прыгая на брата, из-за чего тот, теряясь, чуть не упал и не сшиб какую-то женщину, позади них, возмущающуюся про себя. Мишель взглянула на «взрослую» версию Дирка Хасскеля, понимая, что представляла его таким: на его лице образовалась густая щетина, при встрече с которой Дейв укололся, а взгляд стал серьезнее и хмурее, он как будто был на чеку, чтобы уберечь брата от всех напастей. Когда Дейв отцепился от него и пожал ему руку, Мишель удалось лучше увидеть мужчину: он был подтянутым и спортивным, с темными волосами и темно-зеленого цвета глазами. Увидев их вдвоем где-нибудь, не зная, что они братья, Мишель бы и не поверила в это, настолько отличались парень с мужчиной.        Мишель примерзла к полу, а Дейв и Дирк двинулись к ней, естественно, мужчина узнал в девушке давнюю подругу парня, заметив, что, вырастив, Мишель стала выглядеть еще лучше.        — Здравствуй, Мишель. — Он потянул ей свою теплую руку, а она ответила взаимностью, растерявшись, не понимая, как стоит ей обращаться к Дирку, но ей и не пришлось, ведь Дейв перетянул все внимание на себя.        — Дирк, представляешь, у нас снова произошло убийство. — Парень так восторженно начал об этом говорить, заставляя некоторых людей поворачиваться и презрительно на него глядеть, хотя парень не замечал взгляды. Мишель стало некомфортно.        Дирк закусил губу и стал слушать, как брат раскидывается своими версиями и теориями с ним, поглядывая на Мишель, которой становилось неловко с каждым разом все сильнее и сильнее.        — Устаешь от моего брата? — Усмехнулся Дирк, обратившись к ней, а Дейв закатил свои глаза, не обижаясь на брата, ведь он знал, что Дирк его любит и бережно относится к нему. — Он иногда бывает навязчивым. — Дирк погладил небрежными движениями Дейва по каштановым волосам парня, а тот перестал на него дуться.        — Иногда. — Ответила Мишель, отчего те улыбнулись, а Дейв замолчал, продолжая идти между девушкой и братом до Торжественного зала.        — Ты надолго здесь? — Произнес парень, пытаясь занять чем-то пустую и неловкую минуту молчания между ними.        — Да, в пригороде пока, по работе. — Мишель задумалась, она подумала, что это хорошо для Дейва, иметь здесь кого-то рядом. 

***

      Дэниель все пыталась игнорировать Джо, даже пришлось сесть за разные парты на занятиях. Она чувствовала вину перед парнем из-за того, что рассказала Кейву Шелдону, что Джо не было с ними, когда тело Изабеллы упало вниз, и понимала, что в случае, если убийства повторятся, на него могут обрушиться полицейские силы и… Ей не хотелось представлять то, что будет дальше, но она не могла иначе… Изабелла была ее одноклассницей, все таки.        Она держала в руках напиток, но ей не хотелось ни пить, ни есть. Ком в горле продолжал расти, а сухость не проходила, хотя мероприятие только начиналось, в душе девушки все зажалось.        — «А вдруг за ширмой опять чей-то труп?» — Дэниель была довольно умна, ее балл уступал лишь Гарри Стайлсу, но она часто читала детективные истории и пересмотрела несколько раз все части «Крик», угадав убийцу в «Крик 3» через пару минут просмотра, поэтому она могла допускать то, что раз убийца хочет шоу, он не остановится не перед чем… А если это ее парень, ей надо быть уверенной…        Она повернула голову по сторонам, увидев, что каждый, кто находился в зале был занят переговорами со своими родителями или общением со спонсорами или друзьями, поэтому никто не обратит на нее внимание, если она пройдет чуть вперед и посмотрит, что находится за ширмой краем глаза.        Девушка двинулась вперед, поставив стакан на стол, чтобы никого случайно не облить, постоянно проверяя, что за ней никто не следит, ведь ее могут заподозрить в чем-то неладном, а этого ей не хотелось. К тому же, организаторы мероприятия могли остановить ее, чтобы она никому не испортила сюрприз, но Дэниель не могла просто так стоять, пока ее одноклассники умирают один за одним. В прошлом семестре у нее получалось удерживать холодный разум и ум, сфокусировавшись на учебе, но на этот раз она чувствует, что больше не может делать вид, будто ничего не происходит вокруг.        Когда Дэниель ненароком оказалась у коричневой шторки и потянулась, чтобы маленько заглянуть внутрь, она почувствовала чье-то холодное прикосновение на ее плече. Девушка тут же повернулась, боясь увидеть перед собой мадам Заунгерг или какого-нибудь волонтера, но это был Джо.        — Джо, — Девушка выдохнула, обратившись, увидев парня, а не завуча, но тут же скрестила руки у груди. — Ну и зачем?       Ответа на вопрос не последовало, видимо, парень хотел просто напугать девушку, что безумно ее разозлило, учитывая то, что она хотела сделать, но Джо задал встречный вопрос:        — Что ты делаешь? — Дэниель не знала, стоит ли доверять парню, и причастен ли он к смерти Изабеллы, но под гнетом его карих глаз и обаяния решилась признаться, ссылаясь на то, что зря оговорила его.        — Хочу знать, не висит ли там чей-нибудь труп. — Джо засмеялся, что заставило разозлиться девушку еще сильнее, закусив губу от злости.        — Ты серьезно так думаешь? — Джо поправил выпирающий волос из своей прически и выгнулся от смеха. Признаться, он думал, что Дэниель – одна из самых умных на потоке, но чтобы так…        — Знаешь,… — Девушка хотела послать Джо куда подальше, но воспитание не давало ей это сделать при толпе людей, находящихся в зале сейчас, поэтому Дэниель просто прошла дальше, оставляя парня наедине, который начинал осознавать то, как обидно это могло звучать.        Он повернулся и побежал за ней, оказавшись в центре зала, произнеся ее имя.        — Дэниель… Я не это имел ввиду. — Девушка повернулась и вздохнула, она понимала, что у парня проблемы с эмоциями, но уже начинала уставать от его характера. — Прости меня. — Произнес Джо, а Дэниель подвинулась к нему ближе, давая парню еще один шанс. — Начнем сначала? — Она обвила руками его шею, а он засмеялся. Признаться, в этом коричневом платье в цветочек Дэниель выглядела очень красиво и сексуально, заставляя в Джо пробуждаться таким чувствам, которые до этого он не испытывал к девушке.        Она усмехнулась, отводя взгляд от парня, на сторону сцены, к которой подходила мисс Хеппер, держа в руках микрофон, который ей подал один из учеников, обходя всех, чтобы из-за огромного провода, тянущегося по полу, никого не сбить. Кажется, пришло время, чтобы сказать тост и раскрыть ширму с «сюрпризом».        — Черт. — Произносит вслух Дэниель, понимая, что совсем забыла о том, что хотела сделать. 

***

      Мисс Хеппер чувствовала на себе сотни глаз всех тех людей, кто находился внутри зала, чувствуя исходящее теплое чувство страха от учеников и некоторых родителей. Она мысленно попыталась посчитать всех учеников, чтобы прикинуть кто мог находиться за ширмой, повешенным на карнизе, но не смогла, так как в глазах двоилось из-за дополнительных рюмок алкоголя. Она ненавидела это правило, когда на мероприятиях приходилось пить с партнерами, чтобы расположить их, а не казаться лучше, хотя в большинстве случаях она уже была пьяна, поэтом приходилось следить за своим языком.        Внутри нее был страх, даже сильнее, чем в сердцах подростках, которые здесь учились, ведь, скорее всего, интернат распустят, их отправят домой, а ее уволят и выкинут на улицу, оставив огромный и грязный след на ее репутации. Им же убийства выйдут на руку: может, возьмут в какой-нибудь университет по квоте или можно будет винить во всех своих неудачах «влияние интерната». И, на самом деле, это все о чем могла думать не трезвая голова мисс Хеппер, но говорить такое означало смерть карьеры даже, если внутри ширмы никого нет, кроме дурацкого трехъярусного торта.        — «К черту!» — Подумала женщина, когда оказалась прямо перед ширмой, чувствуя на себе огненные взгляды остальных. Особенно Мередит, которая гордо стояла у края, попивая что-то из своего бокала.        — Я рада привествовать попечителей и родителей тех учеников, которые смогли сегодня приехать, не смотря на загруженное расписание каждых из нас. — Этот укол в сторону таких родителей, как Джейсон Робертс, с которым у Роуз не складывались отношения до этого, был многим по нраву, поэтому Роуз начала чувствовать себя увереннее, хоть на чуть-чуть.        Она посмотрела вокруг себя, каждый ожидал, что скажет женщина после, а она чувствовала, как алкоголь начинает брать вверх, а это значит, что надо бы заканчивать.        — Я буду кратка сегодня: интернат рад видеть новых учеников. — Родители стали аплодировать, заразившись симпатией к Роуз. — Я думаю, это было правильное решение, а те, чью место вы заняли, несомненно рады, что после них осталось такое наследие. — Роуз и не совсем понимала, что хотела этим сказать, но толпе понравилось, они безостановочно хлопали, дожидаясь самого главного. — А теперь сюрприз! — Сказала Роуз в микрофон, давая сигнал одному ученику, жестом руки, чтобы он открывал ширму, а все в зале заострили свое внимание и задержали дыхание, вспоминая подробности прошлого года.        Какое удивление для всех было, что за ширмой находился всего лишь торт с шоколадной начинкой, и только торт.