Немного не сдержался

      Поэна — невозможный город. Из-за особенности междумирья нельзя было сказать какое сейчас время суток, но улицы были почти пустые.       Лололошка возвращался после очередной вылазки в Ведомнию. Контрабандист медленно переставлял ноги, он никуда не торопился. Его уже давно потухшие глаза, которые он скрывал под тёмными очками, выглядели в этот момент ещё более мертвыми.       Могло показаться, что мироходец направляется к себе в комнату, чтобы как следует отдохнуть перед завтрашним, не менее напряженным и насыщенным событиями, днём, но нет. Как только до входа в район контрабандистов оставалось несколько десятков метров Лололошка свернул к набережной и остановился на пристани. Его пустой взгляд был прикован к причудливым отражениям света на воде.       — Вы что-то хотели от меня? — эхом прозвучал голос мироходца. Бездействие продолжалось некоторое время, после чего на пристани появилось еще пять фигур, одетых в черно-красные мантии.       — Как давно ты заметил? — человек в центре медленно переместил свою руку на рукоять кинжала, но не торопился оголить лезвие.       — Как только вошёл в город. — Лололошка повернул голову, приспустив очки так, чтобы собеседник четко увидел его глаза, и впился взглядом в, судя по всему, лидера группы.       Пустота в его глазах затягивала, не давая возможности оторваться; холодок прошёлся по затылку убийцы, а тело покрылось мурашками. Чем дольше ты всматриваешься в пустоту, тем больше тебе начинает казаться, что пустота начинает всматриваться в тебя, словно видит тебя насквозь, словно знает все твоё прошлое и будущее, словно все твои мысли вперемешку со страхами и переживаниями находятся у неё на ладони.       Рука на рукояти кинжала еле заметно задрожала; начало казаться, что воздуха вокруг не хватает, будто ты погружаешься все глубже и глубже в пучину этих мертвых глаз, будто эта густая вязкая, словно дёготь, пустота заполняет твои лёгкие и прожигает тебя изнутри; стук сердца становился все медленнее и медленнее, но каждый удар эхом отдавался в ушах, что привело к отвратительному писку, сопровождающему каждое сокращение. Картинка перед глазами будто покрылась рябью, тем не менее отвести взгляд было невозможно, ты уже полностью во власти этих глубоких очей; стоит расслабиться хоть на мгновение и тебя занятен так далеко, что обратной дороги уже не будет.       Лололошка неспешно поправил очки на своё место и отвернулся. В этот момент убийца словно отошёл от глубокого сна, его ноги подкосились, однако тот лишь сделал небольшой шаг назад и принял боевую позу. Его компаньоны, по совместительству подчиненные, тут же среагировали и завершили позицию.       Их мышцы были напряжены до предела; если бы Ло сделал бы хоть малейшее движение они сиюминутно вонзили бы свои кинжалы в его жизненноважные органы. И им были не важны последствия; каждая клеточка их тел кричала, что мироходец перед ними — нечто, пострашнее Ведомнии.       — Так что вы от меня хотели? — послышался уставший голос мироходца. В ответ лишь молчание. Удручённый вздох. — Ясно, Пуговица видимо нам… мне совсем не доверяет. Она послала следить за мной?       — Устранить.       — В Поэне запрещается убивать.       — Поэтому мы ждали когда ты телепортируешься из междумирьмя.       Лололошка некоторое время молчал. Напротив него стояли мироходцы, которые только что признались, что «устранят» его, как только тот покинет междумирье. Это угнетало. Он делает все возможное, дабы избавить их от главной угрозы — Ведомнии; хочет им помочь и не просит ничего взамен; проходить через кошмары незнакомцев, в которых его убили не один раз; ПОДВЕРГАЕТ СЕБЯ БОЛЬШОЙ ОПАСНОСТИ В КОНЦЕ КОНЦОВ! А ему не доверяют! Им нагло пользуются в своих интересах, а как только перестанет приносить пользы выкинут, словно ненужную вещицу! И так было всегда.       Что-то сжалось в груди. Неописуемая обида накрыла Ло с головой. Ему вспомнились все моменты, когда на его чувства не обращали внимания, когда всем был нужен лишь результат, когда в итоге крайним оставался он. Огонёк гнева начинал разгораться, но Лололошка понимал, что если позволит ему погладить себя, то обратного пути уже не будет. Доминирующее положение в спектре его чувств заняло бессилие; он чувствовал себя необычайно жалким, никчемным мироходцем, который в таких ситуациях лишь проглатывает оскорбления и пренебрежительное отношение к себе, только из-за того, что нужно быть хорошим. Но почему? Почему он? Почему именно он должен быть хорошим? Потому что так сказало общество? Но что это самое общество делает хорошего? Разрешает определенным лицам убивать? Закрывает глаза на подвергнутых жестоким пыткам в Ведомнии мироходцев, которые по сути ничем не отличаются от остальных, их лишь нужно поддержать и помочь им начать нормально существовать? Что само общество знает о хороших поступках, чтобы осуждать его за каждый промах? Как они вообще смеют ему что-то предъявлять?!       Череда вопросов настигла сознание Ло, одеяло на себя снова стал перетягивать гнев. Он разрастался все сильнее и сильнее, пока не достиг своего апогея. Жгучее чувство несправедливости сжигало его изнутри, заставляло его внутренности плавится от сдерживаемых эмоций. Он понимал, что если даст им выйти, то на его плечи ляжет груз ответственности ещё за пять, а может и более смертей.       — Пуговица отдала приказ устранить тебя, как только ты закончишь вытаскивать мироходцев из Ведомнии. — Выдавил из себя убийца, надеясь, что большее количество информации успокоит стоящего перед ним человека.       Устранить после того как закончу? ВЫКИНУТЬ ЗА НЕНАДОБНОСТЬЮ?! Эти слова были последней каплей в, и так уже переполненном, кувшине чувств.       Повисла гробовая тишина, время словно застыло. Даже живность за стенами Поэны перестала издавать какие-либо звуки. Секунда. Удар. Глухой стук, будто что-то упало. Это была голова лидера группы.       Тело ещё некоторое время оставалось неподвижно, затем мышцы расслабились, и оно рухнуло на холодную плитку набережной. Лололошки на пристани уже не было. Оставшиеся четверо начали взглядом искать пропавшего из их поля зрения Ло. Ещё удар. Такой же звук. На землю полетела голова второго убийцы. Осталось трое. Они начали в панике искать противника. Никого нет. Словно смерть притаилась и дышит им в затылок. Один из них поднял голову.       — СВЕРХУ…! — Удар. Он не успел договорить.       Лололошка наконец появился в зоне видимости.       Звук метала. Это столкнулись лезвия клинков. Убийца сумел заблокировать удар и даже парировал его. Последовала череда ещё пары ударов. Удар. Очки Ло упали на землю. За ними открылся вид на наполненные злобой глаза. Глухой стук. Ещё одна голова покатилась по земле.       Ло медленно перевёл взгляд на последнего. Тот начал плакать. Он никогда в жизни не чувствовал себя более беспомощно.       — Теперь вы поняли мои чувства. — еле слышно прошептал мироходец и стал медленно приближаться к убийце. Ноги того подкосились и он рухнул наземь. Шаг. Ещё шаг. Смерть приближается. Ло встаёт вплотную. Он замахивается.       — ЛОЛОЛОШКА!       Рука вздрагивает, и меч останавливается в миллиметре от шеи убийцы. Это был Сан-Фран.       — Лололошка, что здесь происходит?! Это ты их…? — Фран видит лицо друга, а в особенности его глаза и ужасается. Ло отворачивается и снова замахивается. — НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО!       Удар. Голова откатилась к ногам ныряльщика.       — Чт… что ты творишь.? — голос слегка подрагивает и он инстинктивно делает шаг назад. — Тебя же теперь казнят!       — Фран, — хриплым шёпотом произносит Лололошка и медленно поворачивается в сторону эльфа, — сейчас тебе лучше помолчать.       Мироходец делает пару шагов навстречу «другу», но видя как тот начинает пятиться, направляется сначала за своими упавшими очками. «Боится» — промелькнуло в голове Лошки. Он поднимает очки, как и ожидалось — линзы треснули. Ло с досадой кладёт их в свой карман. Он опять все испортил. Снова позволил эмоциям взять над собой верх. Ло сжимает пальцы в кулак так, что на ладонях появляются ранки, а между пальцев начала просачиваться кровь. Глубокий вздох.       Тишина, слышен лишь звук капель крови, стекающих с плотно сжатых ладоней на холодную плитку набережной. Фран хотел было что-то сказать, но Лололошка уже направился в противоположном направлении от него.       Не оборачиваясь Ло произнес:       — Он похитил вашу звезду не на спор, причина была намного более серьёзной.       Фран в немом ужасе смотрел вслед удаляющемуся другу. Неужели это был ты, Лололошка? Но… почему ты плачешь?

· · • • • ✤ • • • · ·

      На следующий день Лололошки нигде не было; он исчез так же внезапно, как и появился. Лишь величественная исполинская ива заменила собой Ведомнию. Все находившиеся в башне мироходцы дремали в мягких, покрытых мхом, корнях. Ивовые ветви непринуждённо покачивались на ветру и внушали в душу каждого смотрящего невероятное спокойствие. Никто так и не смог понять куда пропал мироходец по имени Лололошка; он ушёл, выполнив всё, для чего приходил.