На скользком и сыром пути

„Сегодня был очень дождливый день. Люди падали и спотыкались у меня на пути. Совсем никто не мог дать мне пройти. На этом скользком и сыром пути.“

Я шел с лицом... впрочем, достаточно веселым. Я любил солнце, безусловно, но дождливая погода после стольких дней жары определенно была глотком свежего воздуха. Мне часто напекало голову, было тяжело в такое время. Я ни за что не мог опоздать, ведь, как никак, был приглашен своим дорогим другом на встречу. „Что за встреча?“ — спрошу себя иной раз. Ответ мне удалось получить только по прибытии на назначенное место. Друг мой стоял с зонтом у дверей местного кафе. Что, впрочем, был достаточно дорогим. Порой я удивлялся этому, но вскоре пришлось привыкнуть. Мой старый стих был посвящен тому дню, достаточно дорогому мне. Друг устроил мне не просто встречу, а целое застолье. Не сказать, что мне нравилось, когда меня окутывает столько внимания. В целом, привлекать внимание людей, приковывать к себе взгляды... было его любимым занятием. Сколько бы я не говорил быть тише, меня не слушали. — Ох, приятель сердечный, — улыбнулся тогда мой друг, снимая с головы шляпу и поправляя волосы. — Рад приветствовать тебя, ты все таки пришел! Каково счастье. По такому случаю позволь я закажу тебе все, что тебе захочется. — Я... Не могу позволить себе такую глупость, прошу извинить. Я в целом не любил брать. Его предложение было таким... Странным, на мой взгляд. Ведь он глупец. Мне ничего не нужно, ему оно известно. Удивительный парень, никогда не отпустит. — Что говорите, дорогой друг? Не можете принять? Ох, прошу. — Прошу прощения, я не могу так... — Я вышел из помещения, не решаясь зайти снова, когда на улице дождь, кажется, даже не собирался прекращаться. Напротив, он усиливался с каждым мгновением. — Мне ужасно жаль, Ома, дорогой друг. — Mon cher... — Мой, как казалось, друг, вышел ко мне на улицу, подставляя зонт над головой. — Что..? — Я позвал тебя только за этим. Пойми же, — он улыбнулся, — дорогой Сайхара. Меня всегда одолевали странные чувства, когда я находился с этим человеком, но настолько странно я не ощущал себя никогда в своей жизни. Ома был добр ко мне, это правда. И тогда мне тоже казалось, что это лишь его доброта... Но он правда любил меня. И посмел не скрывать этого. Принять такую правду тяжело. Я держал его за руку всю дорогу до дома. Люди бежали навстречу, торопились, оступались и падали. Ома, укрытый своим плащом, шел подле меня, держа зонт в руках и стараясь накрывать им мою голову. Я так устал.