Печать разума

— Х-хорошо... я буду это защищать, и ценить... но только как свою собственную жизнь. Ведь твою жизнь, я никогда не ценила по настоящему, и я не прощу себя за это никогда. — Ответила Борт. — Значит так, спасибо, я так рада. — По лицу Фосс прошло ещё больше трещин, и она начала разрушаться. — И да, я надеюсь, вы не никогда не совершите, моих ошибок в преть. Я рада познакомится с тобой Изура, жаль что я не успела познакомится с остальными, и не увидела Аниту, надеюсь у неё всё будет хорошо. А теперь... моё время... вышло... — Нет... я не хочу... пожалуйста... — Пробормотала Кино, обняв как можно крепче, не желая отпускать. — Прощайте... навсегда... — Сказала Фосс, пустив слезу. После чего почувствовала, как теряет равновесие, погружаясь во тьму. — Я не виню вас. Вы ничего не могли поделать. Вам ничего не основалось кроме как просто наблюдать. Вы не виноваты в произошедшем. Надеюсь всё у вас будет хорошо. Прощайте... Вздрогнув, она проснулась лежа на траве, снова на Земле. На той самой равнине, с которой всё началось, хоть она и выглядела иначе, но она никогда не забудет это чувство, которое было только на ней. Она была опустошена, и единственное что её постепенно наполняло, это чувство несправедливости, и желание остаться с ними еще хоть минуту. Но это было попросту невозможно, и она это знала, от чего это чувство обострялось до невозможности. Она снова оказалась одна, но уже, в буквальном смысле. И только солнце, которое восходило над горизонтом необъятного океана, дарило ей маленькую надежду на будущее, и дарило чувство умиротворения и спокойствия. — Я… так много чего хотела еще сказать. Может и правда, я останусь одна… навсегда. Нет... я должна жить дальше что бы не происходило. Я всё выдержу, теперь я всё смогу… я стала сильнее. Она стала ждать, снова. Ходя по острову, иногда погружаясь в океан. Каждый день ходила к Пуповине, надеясь что появиться хоть кто-то. Занималась делами, которыми возможно заниматься только тогда, когда вообще нечего делать: Рисовала на песке, что-то лепила. Собирала из камней башню, один раз она занималась этим несколько недель, что бы собрать башню в высоту 2 метра из 19 камней. Считала травинки, количество лепестков у цветов. Так же ночью считала звёзды, количество астероидов в кольце Сатурна, разглядывала некоторые планеты. Считала дни, и параллельно она размышляла, она не знала как она может думать о двух разных вещах одновременно, но её это не интересовало. Она размышляла что она могла бы еще сказать, какие чувства она хотела еще подарить тогда, в эти жалкие минуты в Нирване. Но всё уже было кончено, никого из тех кого она так любила, из тех кому она хотела дарить эти чувства, уже не осталось, и она никогда больше их не увидит снова. Она хотела хоть кому нибудь высказаться, разделить свои переживания, и хотела чтоб хоть кто нибудь, разделил с ней эти однообразные дни. Дни, наполненные сплошным одиночеством. — 24 618 430... 25 051 629... 25 327 058... — Фосс вздохнула. — Сколько еще мне нужно ждать? — Сказала она закрыв глаза. Счёт времени начал ускорятся. — Интересно... как они там?... — 25 379 415... — Наверно они всё счастливы... — 67 573 716... — Помнят ли они меня?... — 107 100 468... — Вот бы их увидеть... хотя бы еще раз... — 482 616 937... — Смогу ли я, когда нибудь встретить хоть что нибудь живое?... — 710 834 945... — Как я устала от всего этого... И открыв глаза, всё выглядело абсолютно иначе. Её разум пустил трещину. — 1 471 621 235 дней... Я столько времени уже тут, я знаю каждую травинку, каждую песчинку на берегах. Сосчитала все астероиды в кольце Сатурна, пересчитала невозможное количество звёзд. Может хотя бы сегодня… появится хоть кто нибудь? — Задала она вопрос самой себе. — Заняться все равно нечем. Пойду поищу кого нибудь. И приняв решение, Фосс начала просто ходить. Острова уже не существовало, это уже было больше похоже на континент. Пуповины больше не было, как и всего остального что хотя бы немного отсылало на знакомые места. Всё время она думала, что бы она сказала, увидев что-то живое. Но когда прошло еще пару тысяч лет, её ожидания и надежда разбились, о хладнокровную реальность, когда она осознала это стоя на берегу. Трещина в разуме увеличилась. — Сколько я уже ищу что нибудь живое? И абсолютно никого. Я не увидела ничего живого. Я и правда... теперь совсем одна. — Вздыхая сказала Фосс. — На что я надеюсь? Может проще будет уснуть? И желательно навсегда… Тихо. Спокойно. Закат. Облака. Бескрайний океан. Шелест травы, на лёгком ветерку. Звук прибоя. И одиночество. — Очень умиротворяюще. — Уже лежа на траве и слушая окружение сказала Фосс. — Интересно. А мне было так же спокойно, когда я так же беззаботно лежала, без дела, на траве, миллионы лет назад? — Спросила она саму себя. — Я думаю, что да. — Иногда, когда Фосс становилось особо одиноко, она просто начинала говорить сама с собой, чтоб поговорить хоть с кем нибудь. Только она сама, могла быть собеседником для себя же всё это время. — Сейчас мне никто не мешает, проспать десятки, сотни тысяч, а то и миллионы лет. — А тогда, меня всё время кто-то будил, и мешал спать, а я всё время жаловалась на это. — Тогда я была наивная, хрупкая, шумная, и постоянно всем приносила проблемы, и только уверенность и настойчивость была во мне, я отдала бы всё тогда, чтоб мне дали хоть какой-то смысл в жизни. Ну и сейчас, я тоже бы всё отдала, ради этого. — Но и тогда, когда у меня было всё, я не придавала этому значения. — Но была Киноварь, которая тоже была одинока, но в отличии от меня, она практически была совсем одна всё время, и была более замкнутая чем я. Но потом я ей дала обещание, найти достойное занятие. И я предала этому значение. И теперь она счастлива, там… с остальными. — Голос Фосс стал не ровным. — А я сама теперь, счастлива? — Я… думаю что я была счастлива… когда у меня была семья раньше. Как вчера помню это было... Родные лица. Знакомые места. Когда я не была одна.. Я... я не могу признать то... что уже прошло так много времени... это было... так давно. — И я же, всему этому не придавала значения. Я хотела знать всё. Но не хотела знать, что я сама хотела всё это время. — На Фосс нахлынули воспоминания: школа, семья, обещание, беззаботность, и те жалкие минуты в Нирване. После этого на её лице начало появляться что-то, на подобии слёз. — И что в итоге? Я разрушила всё, к чему прикоснулась тогда. — Это моя вина. Я во всём виновата. — Было бы хорошо, всё исправить, и вернутся туда, откуда всё и началось. — Это невозможно физически. Ничего в этом мире не может развернуть время вспять, единственный проводник в прошлое это воспоминания. И я должна их ценить. Ведь благодаря ним, вся моя семья всегда со мной. Там, в глубине души. Дают мне силы жить дальше. — Но, в любом случае, мечтать о невозможном, это не плохо. Хотелось бы просто поговорить, хоть с кем нибудь. Кто поймет меня, или хотя бы, просто выслушает. — … — Я… так… устала… быть одной… И после этого из неё хлынуло всё, что накопилось по её мнению за всю её жалкую и бесполезную жизнь. Выпустив абсолютно всё, что она так сильно хотела скрыть от других, притворяясь сильной, смелой и непоколебимой. Пыталась скрыть всю ту боль, от прожитого, от потери близких, и сделанного в прошлом. Окончательтно разрыдавшись, впервые за всю свою длинную жизнь, в полном одиночестве, и отчаянии. Никто не мог остановить слёзы так называемого «Божества», никто не мог её понять. Ведь уже никого кроме неё, и не было, на этой жалкой Земле. Шли дни, месяцы, а она никак не успокаивалась. И каждый раз как она пыталась успокоится и уснуть, воспоминания били с еще большей силой, как головная боль. Она хотела чтобы хоть кто нибудь услышал еë плачь. Чтобы хоть кто нибудь подошел, и как Адамант успокоил еë, как тогда после того злосчастного зимнего дня. Но никто еë не услышал, никто не пришел. Сам мир будто над ней издевался. Душа, каждую секунду, очень сильно надеялась: "Может я не одна? Может рано или поздно, кто нибудь, услышит и придëт." Но холодные расчёты, так же каждую секунду твердили, не жалея, и говоря прямо: "Никто не придëт".Тем самым еще сильнее давя на больное. Она чувствовала себя как в той, жалкой деревяной коробке. Где так же, никто еë не слышал, и никто тогда не пришел. Где еë оставили гнить в полном одиночестве, разъедаемой собственным гневом и желанием мести. Но в отличии от этой коробки, было только то, что роль коробки играл уже весь мир. И никого и ничего, небыло за стенками этой "коробки". Потом она потеряла счет времени, и ей казалось, что с каждым мгновением время ускорялось. Дошло до того, что Солнце и луны настолько быстро сменялись, что они образовывали светящуюся дугу проходящую через всё небо. А времена года менялись за мгновения. — Зачем мне уже сейчас эмоции? Если никто… кроме меня, не видит моих слёз? — Эмоции – это часть воспоминаний. Ничего, страшного. Я… я просто подожду, еще немного. И тогда всё само пройдёт. Она ждала долго. Но слёзы как текли, так и текут дальше. А самые яркие и счастливые, а также грустные и травмирующие воспоминания начали показываться обрывками. — Я... я не могу больше ждать. Когда... когда всё это наконец то закончится? Когда я смогу просто... стать счастливой? Появились голоса в голове: — Ты ни на что не способна; — Тебе не измениться; — Ты всё делала неправильно; — Всё было впустую; — Никто тебя не любит. — Твердили без умолку. — Хватит... пожалуйста. Голоса не слушали, и продолжали говорить. — ДА ЗАМОЛЧИТЕ ВЫ УЖЕ! — Опустив голову прокричала Фосс. Внезапно голоса замолчали, и Фосс окутала полная тишина и тьма. И через несколько секунд послышался один единственный голос. Её же собственный, но сильно искаженный. — Все жили себе, защищались от лунян, занимались своими делами. Оно было у каждого, все были нужны, каждый был практически незаменим. Так было тысячелетиями, всё было своим чередом. Но появилась ты, «3,5». Которая ничего не могла, и тебе даже Адамант занятие не смог найти. Но ладно только это, но нет. Всё время всем мешала, создавала проблемы, назойливая, зачастую не послушная, вела себя как ребёнок. Все были и так, счастливы своему положению... — Все были счастливы своему положению? А как же Киноварь? — Задала вопрос Фосс, но голос напротив её не слушал и даже не остановился. — ...но так же нет. Тебе обязательно нужно было доверится моллюску, в итоге потеряла ноги – всем проблемы, из-за твоего слепого доверия. Ты даже самый лёгкий меч не могла держать, но как получила ноги из агата, ты почему то решила, что можешь сражаться – в итоге разбили Аметистов, прямо на твоих глазах. А ты даже не встала и не достала меч. Похоже только на словах ты сильная и смелая? Послушала лёд, и в итоге потеряла руки – Анита начала испытывать сильную вину за то, что позволила такому случится. Хотя это из-за того, что ты не умеешь думать, снова. Попробовала вставить сплав, и что в итоге? Правильно, ты потеряла Аниту, ну ведь и правда, «С таким трудом появился – и зря». Решила... Внезапно этот голос рассмеялся, смехом который как будто давил на голову Фосс. Он продолжил: — Как это смешно, я не могу просто! Решила поговорить с лунянами!? Ты серьёзно!? Из-за твоих лунян, ты потеряла Призрак, но тебя это вообще не смущало, и ты даже не остановилась подумать: «делаешь ли ты всё правильно?»! Ну хотя бы Каирн тебя на место потом поставила, жаль что не на долго. И из-за того что ты не послушав, и ОПЯТЬ не подумав, ты потеряла голову. Но тебе поставили голову Ляпис, хотя лучше бы оставили тебя уже и всё. Многие надеялись что с новой головой, ты наконец-то станешь умнее, начнёшь думать, но этого не произошло. Потом тебя забрали на луну. Это был блестящий план. План по тому, как стать марионеткой в руках другого. Но для тебя это выглядело так, что ты хочешь всем помочь. Лучше бы ты это отпустила тогда, когда ты потеряла призрак. Но ты не остановилась. Из-за чего тебя потом разбили, на долгие 220 лет. Но Адамант решил тебя собрать, а лучше бы этого не делал. Потом, ты разбила всех, преследуя цель, которую тебе навязали. Но опять же, ты это делала всё что бы помочь всем. — Я правда хотела всем помочь... Голос замолчал на пару секунд, после чего продолжил: — Ты всегда пыталась всем помочь, но всегда... абсолютно всегда, ты делала только хуже. — Это не правда... Голос продолжал говорить не слушая: — Ты ни на что никогда не была способна. Тебе никогда не измениться. Ты всегда всё делала неправильно. Всё что ты сделала было впустую. Никто тебя не любит, и не любил по настоящему. Ты решила обменять знания о лунянах, пожертвовав всеми, очень эгоистично, не так ли? Никто бы никогда не страдал... Если бы тебя, никогда не было. — Это... не правда... Голос продолжал игнорируя всё: — Так подними же голову и ответь мне, что ты думаешь на этот счёт? Повисла тишина. Фосс не хотела подымать свою голову, из-за чувства вины. — Лучше бы… меня и правда… никогда… не было. — После этого тишина и тьма начали несоизмеримо давить на Фосс. — Отлично… теперь я могу исполнить твою просьбу. Хотя нет... свою просьбу. — Внезапно голос изменился, от чего Фосс подняла голову. И увидела себя, ту хрупкую, беззаботную Фосфофиллит, когда все части тела были еще на месте. Но её лицо было без эмоциональное, и немного жуткое, а взгляд был пустым, будто там была бездна. Фосс не осознавая потянулась к ней, будто желая всё вернуть. Но через мгновение, на лице стоящей перед ней Фосфофиллит, растянулась безумная, практически от уха до уха улыбка, а глаза впились в Фосс, сверля её своим пустым взглядом, смотря ей прямо в душу. Фосс замерла в ужасе, который никогда не испытывала. — Эмоции – это часть воспоминаний, еще немного и всё закончится… для тебя. — Сказала Фосфофиллит. Потом по её лицу и телу пробежались трещины, потом более крупные, потом начали откалываться кусочки, один за другим. Сплав хлынул через трещины, а лицо оставалось неизменно жутким. И с каждой трещиной Фосс чувствовала резкую головную боль. Фосс закрыла глаза, боясь смотреть что будет. Потом по звукам, что-то с треском разорвалось. А после, с грохотом разбилось об пол, разлетевшись на мельчайшие кусочки, из-за чего в голове Фосс появилась очень сильная боль. Повисла зловещая тишина. Она понимала что произошло, но она никак не могла осмелится открыть глаза. Но потом послышался знакомый голос: — Я сделаю тебя… по настоящему счастливой. — Услышав это, Фосс открыла глаза, и на мгновение перед ней предстала та картина, то что она видела в Нирване: Кино, которая стояла перед ней, в слезах. И за это мгновение перед глазами Фосс пробегали абсолютно все воспоминания, и на каждом как будто появлялась трещина. Хоть и она и чувствовала несоизмеримое чувство вины, во всех бедах. Но поняв что произойдёт она не захотела потерять последнее, что оставалось и связывало её с той юной, счастливой Фосс, самое дорогое и важное для неё – воспоминания. Но было уже поздно. — Я... просто хочу... что бы всë... стало как прежде... — Через мгновение, Фосс почувствовала настолько невообразимо сильную головную боль, как будто её голову просто разорвали на части, после чего она потеряла сознание. И тогда «Божество», которое на протяжении многих лет, будто извергало из себя слёзы, наконец, обрело покой. А истощенный, и без того повреждённый разум, став жертвой самого себя же, окончательно отстранился от травмирующих воспоминаний, запечатав их в самом дальнем, и тёмном уголке сознания. А Фосс была полностью поглощена тьмой воспоминаний, запечатав которые, практически ничего не осталось. Она выполнила её просьбу, теперь её как «Фосс» не существует, и не существовало. Ведь без воспоминаний, это будет совершенно другое существо. Которое не будет терзать себя за то, чего уже не изменить. Она наконец уснула. Но что-то прервало её бесконечно долгий сон. — Надеюсь сегодня, кто-то да и появится на свет! Да, учитель? — Да, было бы замечательно. — Послышался монотонный ответ. Мост не сгорел до конца. В одном существе всё еще осталось что-то от человека. **************************************** Школа. Яркое солнце восходит над горизонтом. Звуки занятости других самоцветов. Медузы в пруду. И Фосс которая сидя на террасе разглядывает их, как обычно из-за того, что ей попросту нечем заняться. — Даже у медуз есть занятие, а у меня нет. Может тогда мне стать медузой? Буду плавать, красиво светится и светить всем, хотя бы тогда я стану полезной. Как думаете? Фосс задав этот вопрос замолчала, как будто ожидая ответа от медуз. — Что такого должно произойти, что бы мне наконец то дали занятие, хоть какое не будь? Конец света что ли? — Сказала она откинувшись назад. — Как я посмотрю, ты занята очень важным делом. — Послышался сзади голос Морги. — Ну уж извини. У меня не такой большой выбор. — Даже не разворачиваясь ответила Фосс. — А, ну ничего не поделаешь. Никто в этом виноват. — Это прозвучало как будто я в этом виновата. — Возмутилась Фосс — Кто бы в этом не был виноват, но нам пора идти на патруль. Так что заканчивай. — Послышался голос Гоше. — Ну, ты сиди дальше занимайся своими очень важными делами. А нам пора идти. — Ну вот и идите по своим делам! — Развернувшись сказала Фосс вдогонку. И через пару секунд Гоше и Морга скрылись за поворотом, а Фосс всё это время провожала их взглядом. — Как же я устала от всего этого... — Сказала Фосс поворачиваясь обратно к пруду, и посмотрев в воду, ожидая увидеть своё отражение. Но она увидела белое существо, без лица, и с нимбом за спиной. Фосс в недоумении смотрела пару секунд, потом немного помахала рукой, а существо так же помахало рукой повторяя за ней, как будто это её собственное отражение. Она медленно встала и отошла от пруда. — Так. Кажется, с меня хватит разговоров с медузами, всякая чушь уже чудится. — Сказала она помахав рукой перед лицом. — Но наверное мне просто показалось. — Продолжила она, обратно подходя и наклоняясь к воде, но в этот раз она вообще не увидела своего отражения. Она снова отошла от пруда. — Нет, походу с меня реально этого хватит. — Что-то случилось? — Внезапно послышался голос Рутил, от которого Фосс немного подпрыгнула испугавшись. — А можно так не подкрадываться?! — Возмущенно сказала Фосс, разворачиваясь. В руках Рутил была тара с пудрой. — Да, извини. Так что случилось? — Да... я и сама не знаю. — Ответила она, еще раз посмотрев в воду, отражение уже было нормальным. — Ну как будто моё отражение в воде было другим, там как будто было что-то похожее на лунян, наверно. А когда я посмотрела второй раз, отражения не было вовсе. И вот я подумала, может ты проверишь у меня глаза, на всякий. — Интересный случай. — Сказала Рутил, так же подходя и смотря в воду. — Ну, сейчас у меня нет особых дел, так что можно проверить. А по поводу лунян подойдёшь к Алек потом. ********** — Как бы ты не жаловалась, но с глазами у тебя всё в порядке. — Сказала Рутил убирая инструменты. — Мда... Странно это. — Я конечно мало уверена в том что ты не высыпаешься, зная тебя. Но всё же наверно это из-за этого. Но вроде такое происходит впервые. — Ладно, я пойду тогда. — Сказала Фосс вставая с операционного стола. — Хорошо, и не забудь зайти к Алек. — Начиная лазить по ящикам сказала Рутил. — Ага. — Сказала Фосс уходя из комнаты. Весь путь до комнаты Алек, Фосс чувствовала себя странно, вспоминая что было у пруда. — Эй Алек! Ты тут? — Спросила Фосс заглядывая в комнату. Никто не ответил, после чего Фосс зашла в комнату. Все бумаги были разбросаны, а по середине комнаты была огромная куча из всяких документов. — Что тут произошло? Хотя... тут это обычное дело. — Эй Алек, у меня тут вопрос про лунян. — ПРО ЛУНЯН?! — Внезапно из кучи по середине вскочила Алек. А Фосс испугавшись чуть не упала. — ДА ВЫ ЧТО СГОВОРИЛИСЬ ЧТО ЛИ ПУГАТЬ МЕНЯ СЕГОДНЯ?! КАК ТЫ ВООБЩЕ ОКАЗАЛАСЬ ПОД ЭТОЙ КУЧЕЙ!? — Ну-у-у, это как то само получилось. — Осматривая комнату сказала Алек. — Так что там за вопрос? — Подходя практически в притык, а её глаза будто засветились от ожидания. — А-а... я хотела спросить про лунянина который мне померещился. И можешь отойти, а то как то не приятно говорить так. — Ну, помогу чем смогу. — Отходя к куче бумажек сказала Алек. — Вот нарисуй тут, а я поищу, а позже расскажу результат поисков. — Продолжила она подходя обратно и протягивая листок с карандашом. — Х-хорошо... — Неловко проговорила Фосс взяв листок с карандашом. После чего подошла к столу, и присев начала рисовать. — Можешь не спешить. Сейчас главное нарисовать всё до мельчайших подробностей. Спустя пол часа Фосс закончила рисовать. — Вот. — Протягивая листок с рисунком сказала Фосс. — Ага ну что там. — Отвлекаясь от документов произнесла Алек. — О-о-о! Вроде я ни разу ничего подобного не видела! Но всё равно сверюсь с бумагами, а ты пока что можешь идти. — Хорошо. — Выходя из комнаты сказала Фосс. — Очень всё это странно. С глазами всё в порядке, но чудится всякое. А не высыпаться я не могу, я сплю больше всех. Ладно, надеюсь Алек сможет мне ответить что было в этом отражении.— Размышляла она уходя по коридору. — И чем мне заняться пока я жду? На пруду с медузами говорить снова? Как то не хочется после произошедшего. И тем более это выглядит будто у меня с головой что то не в порядке. — Говорила она сама с собой выходя к террасе. И выйдя на террасу, она немного засмотрелась на открывшийся пейзаж равнин. — А может прогуляться немного тогда? Хотя в принципе мне и нечем заняться. Фосс начала гулять по острову. Иногда останавливалась у разных растений и рассматривала их. Иногда натыкалась на других самоцветов. Спускалась к берегу разглядывала разные ракушки. И примерно через 2 часа ничего не деланья, она пришла на большую равнину. И просто стояла наслаждаясь окружением. Яркое солнце в зените. Голубое небо. Трава покачивающаяся на лёгком ветру. И никаких посторонних звуков. Только природа. — Сколько живу, и ни разу как будто тут не была. Так умиротворяюще и спокойно. Аж спать захотелось. Хотя... заняться всё равно нечем, что мне сейчас мешает поспать? — Ложась на траву пробормотала Фосс. — Как же хорошо... — Лёгкий ветер... — Яркое солнце... — Никто не мешает... немного... поспать... ********** Вдруг Фосс почувствовала тень на себе. Из-за чего она проснулась, и по немногу начала открывать глаза. — Ой. Извини наверно я тебя разбудила? Наверно не нужно было создавать тень. — Послышался голос, но Фосс его никогда не слышала. — Я так хорошо спала. У меня нет обязанностей. Зачем меня будить? — Подымая голову, сонно жаловалась Фосс. — Ну кто еще? — Да, извини что разбудила, еще раз. — Снова послышался голос. — Да ничего. В чём дел… — Открыв глаза Фосс увидела белое существо, которое она видела в отражении, а лицо было буквально в 30 сантиметрах от неё. — Чаво?...