blind

чимин откладывает тетрадь по корейскому, устало вздыхает и берет телефон в руки спустя долгое время. сообщения от юнги, папа пропущенных от него же, несколько сообщений от хосока и… лайки публикаций в инсте от намджуна.  надоело.  чимин находит среди диалогов в какао хосока и записывает голосовое:  — пойдем гулять сегодня, подготовка к экзамену меня уже доконала. три месяца еще, я не выдерживаю… погода, вроде, хорошая, каштан так красиво цветет… пока ждёт ответа, просматривает сообщения юнги и перезванивает ему. долгих гудков, как и обычно, не следует, юнги берет уже после второго.  — чимин-и, прости, что отвлек, не хотел, правда. просто… в общем, как у тебя дела?  — юнги, у тебя всё нормально? — чимин вздыхает. разговоры по телефоны юнги обожает почему-то, даже приучил к ним за долгое время и самого чимина, но информативность их практически всегда нулевая. — ты звонил мне два раза, написал кучу сообщений только чтобы узнать, как я? — совершенно устало, без наезда.  — прости-прости, хотел прогуляться с тобой, думал, ты сегодня свободен.  чимин молчит несколько секунд, убирает телефон от уха, видит уведомления. хосок в сети, отписал, что уже начинает собираться.  — мы с хосоком сегодня идем гулять… — чимин не успевает договорить, он слышит, как юнги чуть прокашливается, хотя не перебивает, — вы поругались?  — позвони мне, когда вы разойдетесь, я не буду занят, хорошо? — юнги звучит уже не так воодушевленно, как две минуты назад.  — юнги, все… все хорошо?  — маленький, все в порядке, погуляйте хорошо, угу? — пауза, но не длительная, — и возьми тот тонкий шарф, на улице прохладно.  чимин слегка улыбается.  — да, и не обувай те туфли, на улице очень много луж после ночного дождя, у тебя были, кажется, те кроссовки на платформе, — а сам шмыгает носом. не закрыл окно на ночь, вот и всё признаки начинающейся простуды. чимин лучшего друга так не оставит.  — мин юнги, так сложно было закрыть окно, а? сходишь в аптеку и купишь лекарства, которые я тебе скину списком в сообщения, — чимин слышит вздохи на том конце трубки, — не вздыхай так, тебе не три года, кто теперь тебя лечить будет, когда мама уехала?  — ты, — четко, уверенно, без подтекста.  — серьезно, тебе двадцать лет, я не смогу постоянно тебе кидать списки покупок. я даже не хосок, — и снова хосок.  — ну всё-всё, прости, буду думать о своем здоровье. а хосок… не говори ему, что мы разговариваем с тобой за него. мы расстались и это больше не имеет смысла.  — прости.  — все в порядке, мы… мы и не могли быть вместе так долго… — юнги, видимо, о чем-то задумывается, а потом продолжает, — проведи хорошо время, чимин-и, я буду писать, а ты потом не забудь позвонить! — и посмеивается, хотя слышно, что натянуто.  чимин улыбается так же расслабленно, пишет хосоку, что скоро будет готов и начинает собираться.  через полчаса, когда они с хосоком встретились, каждый начинает жаловаться на свою учебу и её напряги, пока обходят любимые места, по которым гуляют вот уже в течение семи лет.  — и я ей говорю: «дорогая, если я захочу, меня ничто не остановит, так что просто…», — активно жестикулируя, хосок в восьмой раз рассказывает очередную историю про свою одногруппницу, с которой у них вечно какие-то разборки. но договорить не успевает, за столиком у магазинчика с быстрой едой они видят своих бывших одноклассников: один допивает кофе, а другой стоит, будто прижатый к машине. намджун и чонгук так изменились с их последней встречи. выросли, накачались…  — какие люди, — громко приветствует хосок парней, после чего подходит и приобнимает каждого.  намджун поглядывает на чимина, а потом, чуть смущаясь, обнимает и его. чонгук, быстро обнявший хосока, мельком оглядывает чимина и тоже обнимает.  — мы так давно вас не видели, в один момент все пропали и все! — возмущается хосок.  — мы поступили в колледж, но сейчас перевелись на заочный формат, — говорит намджун, показывая на стул рядом с собой чимину.  но чимин не успевает присесть, за него это делает хосок. — ну ничего себе, и как, сильно отличается от очного обучения? — расспрашивает хосок.  — ничем не отличается. это информатика, а не медицинский, — безэмоционально отвечает чонгук.  чонгук… так изменился. раньше было не заткнуть. а сейчас, видимо, и слова не вытянешь. еще лицо кирпичом, будто дементор высосал всю душу.  — гук, — одергивает чуть намджун, намекая на легкую грубость в ответе чона, — вы сами-то как? чимин, я слышал, ты собираешься поступать на ландшафтного дизайнера, — все трое смотрят на чимина, который понятия не имеет, откуда намджун вообще знает, куда чимин собирается поступать.  — да, только об этом мало кто знает.  чимин тоже хочет присесть на нагло занятое хосоком место. — я увидел в инсте, ты выкладывал для близких, — отчего-то чимину становится неловко, он слегка теребит свой шарф, который надел, как и сказал юнги.  чонгук подходит к намджуну и, взяв стул из-за соседнего столика, предлагает присесть и чимину, мол «стоишь, как столб, стульев куча». тот не смеет отказываться, ноги уже ноют.  — почему именно ландшафтный? — спрашивает снова намджун.  — не знаю, — просто отвечает чимин, — нравится и всё, — а отвечая, посматривает на чонгука, что стал за намджуном и смотрит кудато на платформу магазинчика.  — понял-понял, а с экзаменами как? справляешься?  — да чего ему не справляться? всегда хорошо учился, не зря заканчивает уже старшую школу, — отвечает за чимина хосок.  намджун кидает осуждающий взгляд на хосока. ему явно не понравилось, что тот перебил и его и чимина, которому намджун задал вопрос.  — все хорошо, намджун, экзамен не сложный, надеюсь, наберу около девяноста баллов.  — удачи тебе с этим, — и улыбается. этими ямочками. и мягким взглядом.  когда-то в средней школе чимин с ума сходил от такого намджуна. это нельзя было назвать влюбленностью. скорее — очень сильным крашем. сейчас чимин только улыбается, когда намджун кидает реакции его историям и делится этим с юнги.  с хосоком не делится. с хосоком он вообще мало чем делится, кроме каких-то посредственных новостей, которые вообще никак не повлияют ни на что.  — да, удачи, — вклинивается чонгук все с тем же лицом, — говорят, выпускной экзамен очень сложен. но у тебя действительно не было с этим проблем, — он кидает взгляд на хосока, как бы, подтверждая его ранее сказанные слова, — так что, я думаю, ты справишься безупречно, — и вот наконец-то виднеется что-то вроде улыбки.  победа.  — ладно, ребята, вы помните сугуна из средней школы? он еще перевелся к нам всего на год, так вот, — хосок начинает снова что-то оживленно рассказывать, перетягивая на себя внимание, а чимин, увидевший пару сообщений от лучшего друга, отвечает, пока не участвует в беседе. он знает, что хосок не даст влезть в разговор, если это не какие-то короткие вставки.  поздно вечером, когда наступает время расходиться, чонгук предлагает развезти всех по домам, при этом предлагает чимину сесть на соседнее пассажирское место, а намджуна и хосока сажает на задние. хосок всю дорогу вспоминает их школьны времена, показывает разные фотографии, которые, честно говоря, никого, кроме него, не интересуют.  — ты ведь не переехал? — вдруг тихо спрашивает чонгук чимина.  — нет, но я не домой, меня, если можно, чуть дальше.  юнги попросил чимина переночевать выходные у него, потому что у последнего все равно выходной, а юнги уже надоело одному сидеть безвылазно. чимин согласился, отпросившись у родителей на ночевку к другу. у юнги в доме всегда запасной комплект одежды и гигиенические средства для чимина на такие случаи.  — кто-то ждёт? — интересуется чонгук, — прости, если не хочешь, не—  — угу, юнги, — опережая чонгука, отвечает чимин. намджун, как и хосок, затихает сзади, оба смотрят на чимина.  — ты общаешься с ним? серьезно, чимин? — замечая непонятливый взгляд чимина и его кивание, хосок не сдерживается, — пиздец.  — а что не так? ты не знал, что он — мой лучший друг? — чимин действительно нихера не понимает.  — ты… ничего, забей, — и отворачивается к окну.  больше никто ничего не говорит до самой высадки чимина у дома юнги.  а что, собственно, происходит? 

🪞

когда чимин выходит из машины чонгука и прощается с остальными, в груди таится неприятное ощущение.  так бывает каждый раз, когда у хосока остальное проводимое время с их общими знакомыми выдается куда лучше, чем с чимином.  бесит, потому что ощущение, будто именно при отсутствии чимина начинается самое интересное. скоро ему напишет хосок, который расскажет, как шикарно он провёл время с намджуном и чонгуком.  потому что каждый раз, когда чимин рассказывает о том, что намджун лайкает его инстаграм, хосок говорит «да-а, мой тоже! такой лапочка». когда говорит, что намджун посмеялся над его шуткой, которую он выложил или похвалил его рисунок, хосок отвечает «да-а, он тоже отвечает мне на каждую историю!».  и вроде ничего не происходит, намджун волен отвечать и писать кому угодно, лайкать кого угодно. но так неприятно слышать от хосока всю их дружбу вот эти «да, меня тоже», «да, со мной так же», «и меня он тоже подвез!».  чимин чувствует себя паршиво.  хосок его друг, он с ним прошел так много и проходит до сих пор, но… хосок всегда в центре внимания. он знает хосока, как никто другой и это пугает. пугает и раздражает, потому что он всегда знает, чего ждать от хо. и хотя он однажды сказал чимину, что «ни за что не положит глаз и не будет лезть к человеку, который понравится его друзьям», чимин не верит ему. не верит, не хочет верить, потому что знает, что тот лжет.  как иначе объяснить то, что хосок каждый гребанный раз привлекает внимание после того, как чимин говорит о своей симпатии к этому человеку?  чимин устал.  когда черный автомобиль исчезает из поля зрения, чимин зарывается в свои волосы, закрывает глаза и спускается вниз по входной двери в дом юнги.  он не замечает, сколько он так сидит, пока на телефон не приходит уведомление очередное уведомление и… подписка от чонгука в инсте.  аккаунт закрытый, поэтому чимин принимает заявку и подписывается сам.  чимин слышит, как юнги шуршит за дверью и встает. приходит еще одно уведомление, но чимин ставит телефон на беззвучный режим и ерошит волосы.  — маленький, все в порядке? — юнги обеспокоен. чимин никогда его не видел таким. — иди сюда, — тянет за локоть и обнимает крепко.  — почему всегда он? почему, юнги? — чимин не сдерживается, ревет на плече лучшего друга, хочет вылить все, что в нем копится. весь этот бесконечный замкнутый круг.  — холодно, идем домой, — хрипловатым голосом говорит юнги, когда чимин начинает успокаиваться, хотя не отстраняется.  — почему всегда он, юнги, почему? почему даже с тобой это был он, почему не кто-то другой? почему, юнги, почему? — у чимина истерика, он сжимает талию юнги со всей силы, но тот не издает и звука.  теперь он хотя бы понимает о чем речь. но чимин никогда с ним не делился подобным.  — он что-то сделал? он обидел тебя? расстроил? чимин, не молчи, — голос все еще хриплый, но более громкий, он не хочет кричать, но хочет успокоить друга.  — мы… мы, ах… — чимин почти захлебывается. хочет успокоиться, но не получается, — пить… хочу пить.  юнги реагирует моментально, он подхватывает чимина за талию, ведет в дом и держит его за руку, чтоб тот сжимал её как антистресс игрушку.  усадив чимина на диван, он убегает в кухню и приносит оттуда бутылку и стакан воды, протягивая его паку.  — мы сегодня видели наших одноклассников, — начинает чимин, более-менее успокоившись. юнги сидит напротив него, внимательно слушая, — намджуна и чонгука, я тебе как-то рассказывал про намджуна.  — это тот, который как-то оказывал тебе знаки внимания? — юнги чуть поджимает губы, но чимин не замечает этого, шмыгая носом и отпивая глоток воды.  — да, — вздыхает, — намджун спрашивал постоянно о чем-то только меня, он хотел узнать про будущее, про поступление, а он… — чимин скрипит зубами и закатывает глаза, — а хосок постоянно перебивал меня, когда я отвечал намджуну. потом… потом чонгук тоже вклинивался пару раз. но и тут хосок не закрывал свой рот!  — я понимаю, хосок, он… — знаешь, у меня такие противоречивые чувства. я не имею права злиться на кого-либо в этой истории. но так неприятно, когда хосока видят все, а я — словно пустое место.  — это не так, чимин-и. для меня точно нет, — он тянет его за руку и обнимает, укладывая его голову у себя на плече. — ты вовсе непустое место, слышишь? может… намджун нерешительный, поэтому он не показывает свою симпатию так явно?  чимин усмехается и чуть улыбается.  — симпатию? — бросает скептически.  — конечно, ты ведь красивый. очень красивый, чимин, — юнги чуть отстраняет чимина от себя, чтобы вытереть осторожно заплаканное лицо, — очень-очень красивый, чимин-и, — звучит неожиданно нежно. — так что выбрось из головы всяких хосоков и знай, что ты привлекательный до умопомрачения.  — юнги-и-и, — тянет чимин и обнимает друга за шею, — спасибо тебе.  юнги грустно смотрит куда-то в окно, нежно обнимая чимина за тонкую талию.  уведомление от чонгука в инстаграме: «мы могли бы сходить куда-нибудь на днях» так и висит не прочитанным. добавляется только уведомление от хосока: «нам нужно поговорить» и от намджуна: «не хочешь погулять без никого на этих выходных, если не занят?».