Глава 7. День шестой, часть 2.
30 сентября 2023 г., 22:38
Он продумал все варианты развития событий, не учтя лишь один: Грейнджер сидела на лавке рядом с рестораном в полном одиночестве и что-то оживленно печатала в телефоне. Скромное нежно-голубое платье безумно шло ей. Драко отметил, что Гермиона может носить любую одежду и выглядеть при этом потрясающе. Почему он не замечал этого раньше? Несмотря на эти размышления злость не исчезла, а подозрения разрывали его на части.
Гермиона так увлеклась, что не замечала ничего вокруг. Кого она ждет и кому строчит послания? Тео? Или, может, Уизли? В принципе, это не имеет значения. Она перешагнула через его желания и требования, а он перешагнет через того, кто здесь появится. Обычно Малфой решал вопросы с помощью переговоров, денег или того и другого одновременно. Но сейчас он был готов поразмяться, проверив силу своих мускулов на потенциальном конкуренте. Ждать далее не имело смысла, и Драко решительно направился к лавке.
— Привет, — сказал он, наклонившись к Гермионе так близко, что почти коснулся губами ушной раковины.
— Что? — Она испуганно отпрянула. — Что ты здесь делаешь?
— Ты не появилась, поэтому я решил прийти сам.
— Как ты узнал, где я? Впрочем, это не имеет значения. Ты должен немедленно отсюда убраться, Малфой! — повысив голос, произнесла Гермиона.
— Ну уж нет, Грейнджер. Ты заставила меня изменить планы, думаю, будет вполне справедливо, если я изменю твои.
— Ты переходишь границы и нарушаешь договор.
— Ты начала первая, — Драко присел рядом и вручил ей роскошный букет — польза современных тенденций во флористике заключалась в том, что он был одинаково уместен как на празднике, так и на похоронах.
Он уселся рядом и положил руку на ее плечо. Рука была моментально сброшена, а Грейнджер нервно посмотрела на окна ресторана.
— Ммм, значит, он ждет тебя внутри? Мне следовало догадаться. Вышла, чтобы и его обмануть, пообщаться со следующим влюбленным идиотом? А ты не такая уж и скромница, как может показаться на первый взгляд!
— Идиот здесь только один — это ты, — Гермиона наградила его злым взглядом. — Ты ничего не знаешь и несешь чушь. Никого я не обманываю. И… меня действительно ждут. Однако, сомневаюсь, что ты захочешь с ними познакомиться.
— О! Даже так. Отчего же, я готов и познакомиться, и пообщаться. — Малфой хрустнул костяшками пальцев, а Гермиона в задумчивости прикусила нижнюю губу.
— Хорошо, давай урегулируем этот вопрос прямо сейчас. Возможно, у тебя есть какие-то мысли на этот счет. Что я должна сделать, чтобы ты уехал?
— Звучит заманчиво, — он хищно улыбнулся, не собираясь упускать такой возможности. — Ладно, тогда… сними трусики.
— Твою мать, — выругалась Гермиона. — Каким образом, интересно? Ты представляешь, сколько людей сейчас пялятся на нас из окон ресторана просто от скуки? Ты решил устроить шоу для всех?
— Ты же хочешь, чтобы я ушел? Не волнуйся, никто ничего не заметит. — Он встал между ней и рестораном, перекрывая своим телом обзор.
Она закатила глаза, потом огляделась по сторонам, задрала юбку, оголив бедра, быстро стянула розовую тряпочку и переступила каблуками через трусики. Скомкав их, Гермиона хотела спрятать белье в сумку, но увидела раскрытую ладонь Драко — он явно намеревался забрать трофей себе.
— Я ненавижу тебя, Малфой! И с нетерпением жду окончания этого дня. Наконец-то я избавлюсь от созерцания твоей самодовольной, наглой физиономии, — процедила она сквозь зубы, отдавая трусики. — А теперь исчезни!
— Не так быстро, Грейнджер, — мягко сказал он и, глядя ей в глаза, поднес руку к лицу и полной грудью вдохнул ее запах.
Гермиона, собиравшаяся отчитать его за эту выходку, поняла, что проигрывает сражение: низ живота болезненно сжался, а во рту пересохло.
«Это всего лишь физиология… Он несколько дней умело разжигал чувства, не давая передышки. Любая, на моем месте, потеряла бы голову».
Надо срочно бежать, иначе семейное торжество окажется под угрозой срыва, а она сама согласится на любое, самое грязное предложение, слетевшее с его красивых губ.
Девушка, борясь со своими желаниями, обогнула мужчину и направилась к дверям. У входа она заметила, что Драко не отстает от нее ни на шаг.
— Ты же обещал уйти!
— Разве? Не припомню такого, — он жизнерадостно улыбнулся, пропуская ее вперед.
— Ну, хорошо, сам виноват, — Гермиона опасно сузила глаза. — Пойдем.
— А мне и не нужно твоего разрешения, — беспечно ответил Малфой, помахивая букетом.
***
— Гермиона, солнышко, тебя так долго не было, мы заждались. А кто этот симпатичный молодой человек? «Блять!» — Драко не ожидал увидеть столько похожих на Грейнджер людей в одном месте. Это было лучше, чем встреча с рыжим семейством Уизли, но хуже драки, которую он планировал. Драко покраснел — давно он так сильно не ошибался. Мужчина с удовольствием дал бы в лицо самому себе, лишь бы раствориться немедленно, не знакомясь с родственниками и друзьями Гермионы. Она усмехнулась, заметив его смущение. Ей это даже понравилось — владелец несметного количества галеонов нерешительно топтался на месте и выглядел, как ученик, попавшийся под горячую руку профессора Снейпа. — Знакомьтесь, сэр Драко Люциус Малфой, мы вместе учились. Драко решил перехватить инициативу: — Очень приятно познакомиться. В настоящее время я занят одним интересным проектом, а мисс Грейнджер любезно предложила свою помощь в его разработке и согласовании. Приходится встречаться и в нерабочее время, увы, — он протянул девушке подуставший букет. — Приношу свои извинения… я не хотел помешать. Довольный собой, он уже собирался развернуться и уйти, но импозантный мужчина, сидевший во главе стола, внезапно не дал этого сделать. — И нам очень приятно познакомиться с вами, сэр Малфой. Прошу, присаживайтесь, вы нам не помешаете. Даже наоборот. Я распоряжусь, чтобы вам принесли приборы. Официант! — Его голос звучал спокойно и уверенно, а карие глаза с интересом изучали Драко. Малфой вздохнул. Видимо, детство Гермионы тоже не было безоблачным, а их отцы могли бы посоревноваться друг с другом в авторитарности. Он ненавидел подобного рода посиделки со своими родственниками. А тут — толпа маглов, которые многозначительно переглядывались, улыбаясь, и шептались, обсуждая, как ему казалось, только его. Он присел на пододвинутый кем-то стул и начал отвечать на многочисленные вопросы, постепенно втягиваясь в разговор. Минут через десять он уже шутил, пил виски с отцом и кузеном Гермионы Майклом, погрузившись в теплую атмосферу и невольно сравнивая ее с чопорностью и холодностью бесед в мэноре. Ему было интересно слушать семейные истории, он смеялся над тем, что Гермиона и в детстве была маленькой заучкой, постоянно поправляющей взрослых и не дающей им расслабиться. Вечер проходил спокойно ровно до тех пор, пока он не почувствовал горячую ладошку Грейнджер на своей ноге — чуть выше колена. Драко с недоумением посмотрел на нее: — Зачем ты это делаешь? — Чтобы у тебя появились причины наказать меня, Драко Малфой. Член мгновенно увеличился в размерах, а вилка искривилась от силы сжатия в руке. Гребаная Грейнджер! Он невозмутимо положил в рот кусок мяса, прожевал его и только потом ответил: — Мне не нужны причины для этого.***
В такси Гермиона сказала: — Как ни странно, все прошло отлично, но хотелось бы услышать твои извинения. — Интересно, за что я должен извиняться? — удивленно приподнял бровь Драко. — Сколько раз ты назвал меня шлюхой, пока ехал в ресторан? — Раз двадцать, я точно не помню, — он засмеялся и притянул девушку к себе, нежно поцеловав. — Прости, я действительно был не прав. Она ответила на его поцелуй таким же невесомым касанием губ. — Теперь все думают, что мы вместе, — пробормотала она. — И это не вызывает радости. Ведь мне придется долгие месяцы разубеждать каждого из своих родственников, уверяющих, что мы прекрасно смотримся. Драко промолчал. Ему было что сказать, но только не здесь. Он взял ее за руку и не отпускал до самого дома. Оказавшись в гостиной, он не стал включать огромную люстру под потолком, а нажал пару кнопок на стене, и по периметру комнаты приглушенно засияли синие огоньки, создавая интимную атмосферу. — А я ожидала, что в нашу последнюю ночь ты выдашь нечто, наподобие летающих свечей в обеденном зале Хогвартса. — Настроение создают не свечи. У меня действительно есть одно предложение — провести эту ночь так, чтобы было о чем вспомнить в старости, — сказал он, улыбаясь. — Выпьем шампанского? Гермиона подумала, что никогда еще не видела его таким — простым и близким, без пафоса и желания раздавать указания. В полумраке его серые глаза смотрели на нее с нежностью. «Просто игра воображения. Не ведись. И всегда помни, что Малфой готов на всё ради получения желаемого. А получить он хочет явно не тебя, а разрешение на строительство». Предупреждение, которое выдал ее рациональный ум, не понравилось Гермионе так сильно, что чуть не испортило настроение. Драко сразу заметил мрачную тень на ее лице. Он разлил шампанское по бокалам, управляя бутылкой с помощью волшебной палочки, и поинтереслвался, отпив ледяного напитка: — Тебя что-то беспокоит? — Немного не по себе. Вечер пошел не по плану, и я не знаю… Он присел рядом с ней. — Не надо слов. Они не нужны. Его пальцы расстегнули верхнюю пуговицу на ее платье. Драко дождался, когда она сделает глоток, и расстегнул вторую пуговицу. Потом залпом допил шампанское и провел тыльной стороной ладони по ее предплечью. Девушка вздрогнула, но ничего не сказала. Драко помедлил и произнес: — Помнишь… мы говорили, что секса не будет… Гермиона готова была ответить, что ей плевать на то, о чем они говорили в самом начале. Что она хочет его сейчас, прямо на неудобном диване с подозрительно тонкими ножками, готовыми подломиться под их весом. И виновато в этом совсем не шампанское. Но его глаза смотрели серьезно, а пальцы перестали гладить ее кожу. — Я много думал. И понял, что нам с тобой нужно на самом деле. Гермиона скептически посмотрела на мужчину. — Ты уверен, что это нужно именно нам, а не только тебе? — Уверен. Он отодвинулся, откинулся на спинку дивана и уставился в пространство перед собой. — Всегда знал, чего именно хочу я, а теперь думаю за нас обоих. Ты должна кое-что узнать. Это важно… Я разрываю контракт. Ты больше не должна находиться в этом доме со мной, не должна выполнять мои просьбы и требования. Если хочешь — переночуй здесь, если нет — допьем шампанское, и я вызову такси. Гермиона хотела возразить, но он жестко посмотрел на нее, и она закрыла рот, даже не начав протестовать. — Так будет лучше. Мысль о том, что завтра ты покинешь мои владения, а я уверен, что именно так и будет, довольно-таки болезненна. Я не знал, что меня это заденет и не хочу больше этих игр. И просто отдаю тебе выигрыш. Бери — мне не жаль. В мире существует масса других привлекательных территорий для строительства. Так и быть, твой зоопарк останется в целости и сохранности. Алчный сэр Малфой отступает. Наверное, в первый и последний раз в своей жизни. Ты свободна и от меня, и от моих эксцентричных идей. Гермиона тоже облокотилась на мягкую спинку дивана и назидательно сообщила: — В пункте девятом нашего контракта сказано, что он может быть расторгнут до окончания его действия только по соглашению сторон. Одностороннее расторжение невозможно. Хорошо, что не все в этом мире решает один из представителей семейства Малфоев. Есть и буква закона. — Ты шутишь? — Драко не знал, как ему реагировать. — Нет. Я действительно хочу провести хотя бы этот вечер так, как ты и предлагал перед тем, как шампанское ударило тебе в голову. Ты ведь приготовил что-то особенное… для нас? И не разочаруешь мои ожидания.***
— Ты должна полностью довериться мне. Понимаю, что это непросто, и ты не привыкла к подчинению. Расслабься. Шибари — это один из способов познания себя и окружающего мира. Восточная философия. Я должен задать тебе несколько вопросов. Они не очень сексуальны, но ответы на них необходимы для дальнейшего взаимодействия — не всем подходят подобные развлечения. Он подробно расспрашивал о состоянии здоровья, склонности к образованию синяков и кровоподтеков, изучал ее тело, словно опытный массажист перед сеансом, и добился того, что она расслабилась, находясь на грани сна и яви. В небольшой комнате, в которую он в итоге привел Гермиону, стоял тонкий аромат вишни и туберозы. Драко неторопливо раздевал ее, снимая один предмет одежды за другим. Она хотела обнять его, но он не позволил. — Доверие и подчинение. Безоговорочное. Только так ты сможешь узнать меня и принять окончательное решение завтра, а точнее уже сегодня — полночь давно наступила. Сам процесс постепенного обнажения ее тела возбуждал и оказался приятнее, чем она ожидала. Пока веревки не начали опутывать ее тело, она чувствовала себя маленькой девочкой, которую раздевают перед тем, как уложить спать. Только Драко не был похож на того, кто просто включит ей ночник и тихо выйдет из комнаты, пока она засыпает. Звучала тихая мелодия, и Гермиона погрузилась в состояние, близкое к трансу. Когда веревка сделала первый виток вокруг ее талии, она напряглась. — Не бойся, больно не будет, — сказал Драко. — Если почувствуешь дискомфорт или панику — скажи мне. Ты не под Империусом. Гермиона посмотрела наверх — туда, где виднелись крюки и какие-то перекладины. — Ты хочешь подвесить меня? — Нет. Не стоит это делать в первую сессию. А будет ли вторая, можешь сказать только ты. Я хочу, чтобы ты почувствовала зависимость от меня и моих действий, но была уверена, что все прекратится в тот момент, когда перестанет приносить удовольствие. — Он завел ее руки назад, надежно связывая их веревкой. Гермионе показалось, что она слишком сильно впивается в запястья, но говорить об этом пока не хотелось — лучше полностью отдаться своим ощущениям, раз сама этого хотела. Между тем его пальцы ловко создавали петли и вязали узлы. Он ходил вокруг нее, а веревка скользила то под грудью, то гораздо ниже. Это происходило не быстро и завораживало. Хотелось рассмотреть каждый узор, который он создавал на ее теле. Когда один из узелков дотронулся до клитора и плотно прижался к нему, девушка тихо застонала. Она никогда не испытывала ничего подобного. Стеснение постепенно уходило, уступая место дикому желанию. Малфой сбросил пиджак и остался в джинсах. И это возбуждало сильнее, чем полностью обнаженное тело. Она видела, как стоял его член, и думала о том, что не сможет дотронуться до него, как бы ни хотелось. А Малфой хочет этого не меньше. Последний виток веревки стянул ее волосы в хвост. Ее конец Малфой закинул на крюк и подтянул так, что она встала почти на цыпочки, с трудом удерживая равновесие. Веревка стягивала кожу, узелки впивались в определенные точки, прикосновение к которым приносило одновременно и боль, и эйфорию. Пока что было непонятно, чего именно больше. Драко отошел на шаг назад, разглядывая ее, как произведение искусства. Потом открыл дверь шкафа и сказал: — Посмотри. На дверце внутри размещалось зеркало, в котором девушка увидела себя. Она уже почти не ощущала свое тело, как будто это был кто-то другой, а Гермиона наблюдала со стороны за красивой обнаженной девушкой, опутанной веревками и покачивающейся на пальцах ног. Малфой слегка потянул, и ее ноги оторвались от земли. Это длилось секунд пятнадцать, но из-за этого натяжения, узел на клиторе погрузил в предоргазменное состояние. Она закрыла глаза и вскрикнула. Ей показалось, что она кричит на весь дом, и Малфой обязательно закроет уши руками. Но, открыв глаза, она увидела, что он стоит, скрестив руки на груди, а от его взгляда она почти перестала дышать. Драко аккуратно опустил ее вниз и провел рукой по всей длине веревки, останавливаясь на узлах и вдавливая их в кожу. Гермиона потеряла счет времени, и когда он коснулся ее сосков, забилась в его руках от мощнейшего оргазма. И в этот раз ее крик утонул в поцелуе. Он обхватил лицо девушки руками и засасывал ее язык и губы так неистово, что их начало покалывать. Гермиона не думала, что фиксация, делающая ее беспомощной, может стирать ненужные мысли и высвобождать инстинкты. Она уже сама кусала губы Малфоя в ответ, представляя момент, когда он войдёт в нее и кончит — ей хотелось стать причиной его криков и стонов. То, что этот мужчина может спустить тихо, не издав ни звука, было невозможно представить. Так же невозможно, как-то, что он прервет их опасные игры, с большой осторожностью распутает узлы и, подхватив обессилевшую Гермиону на руки, отнесет в спальню, где она проводила предыдущие ночи, помассирует онемевшие руки и ноги, смазав загадочной жидкостью, пожелает сладких снов и уйдет. Но именно это и произошло. Тело еще саднило от шибари, а на губах остался его вкус. Дом погрузился в тишину, от которой зазвенело в ушах. Это так несправедливо… И так правильно. По щекам потекли слезы. Чёртов садист! Он развлекался с ней, как кот с глупым мышонком, был свидетелем ее оргазмов, так и не кончив сам. Она покинет это место с первыми лучами солнца. И больше никогда не увидит Драко Малфоя.
