Призрак

Это был счастливый день для маленького забитого ребенка. Ребенка, который никогда не ожидал, что у него вообще будет такая возможность. — Урод, мы едем на месяц в Грецию, — с презрением и ненавистью обратился к нему полный мужчина средних лет, — Да. Ты тоже. Мне даже страшно представить, что будет с домом, если мы тебя оставим, паршивец. И да, мальчик… Пока мы будем там… Для твоего же блага выглядеть счастливым всю поездку. Договорив, мужчина вышел из небольшой комнатушки под лестницей, которую на самом деле можно было весьма с натяжкой назвать комнатой, хлопнув дверью, заставив мальчонку вздрогнуть от резкого звука. Маленький Гарри Поттер был рад такой возможности отдохнуть. Может хоть в Греции на него будут меньше обращать внимание и он будет предоставлен самому себе, без необходимости выслушивать постоянные оскорбление от собственного дяди и его семьи. Хотя в основном этим занимался только дядя и его сын, Дадли, тётя же просто относилась к нему настороженно, но никогда не опускалась до оскорблений или рукоприкладства, по сравнению с мужской частью семейства. Тётя Петунья была человеком достаточно суровым, но даже она не могла полностью контролировать супруга и сына, который пытался во всем походить на отца. Частенько после недели оскорблений и побоев, после которых Гарри не попадался тёте на глаза по приказу дяди Вернона, мальчик все же попадался ей на глаза и тогда тётя устраивала дяде настоящий скандал, результатом которого являлось то, что мужская часть семьи на какое-то время забывала о существовании Гарри и мальчик мог вздохнуть спокойно. Дядя Вернон, за неимением лучшего слова, морж. Морж без малейшей капли сострадания, но мозговитый, иначе не смог бы раскрутить свой бизнес по продаже дрелей до приемлемого уровня. Большего об этом человек сказать было нельзя. Дадли, притча во языцех, настоящий папенькин сынок, который ради одобрения отца готов на все. Даже бить более мелкого по сравнению с ним Гарри. Единственным спасением Гарри, был чулан в котором он и жил. Это было его логово, место, где он более менее чувствовал себя в безопасности. — Ну что же… — выдохнул мальчик с грустью, — Надо «приготовиться» к поездке. Если это можно так назвать…

***

Греция. Дельфы. 1987 год. Семейство Дурслей с Гарри приехали в Дельфы в середине июля. Современные Дельфы были построены рядом с руинами древних. Единственное здание отреставрированное архитекторами был храм Аполлона, где в древности Пифия своими пророчествами предсказывала будущее всего греческого мира. Внутренние дела полисов, политика и войны, даже личная жизнь и жизни греков решались одной единственной женщиной, которую уважали и поклонялись все. Было в этом что-то, что пугало юного Гарри, который не мог понять, как можно было доверить свою собственную жизнь совершенно незнакомому человеку, человеку, что могла решать судьбу целого народа. День закончился весьма быстро, а на следующее утро, Дурсли с Гарри отправились в район руин древнего города, чтобы посмотреть наследие древних цивилизаций и это было впечатляюще. Конечно остатки обычных домов не внушали юному мальчику никакого трепета, а вот храм Солнечного Бога захватил весь его ум. Он буквально манил его к себе, будто предлагая войти внутрь и омыться Священным Светом. Время неумолимо текло, а Гарри все никак не решался войти или же наоборот уйти от строения. Не успел мальчик оглянуться, как солнце уже готовилось зайти за горизонт. — Эй ты, — грубо окликнул его дядя, — Нам пора ужинать. Вздохнув, мальчик последовал за дядей к ресторанчику, который был совсем недалеко от руин. На ужин Гарри заказали маленький кусочек мяса с салатом Цезарь и это пожалуй была лучшая трапеза, которая была у мальчика за всю жизнь. Мясо было сочным, а специи, которыми оно было покрыто, вызывали невероятный восторг у неискушенного блюдами Поттера. После еды, тетя с дядей и Дадли решили обсудить свой день, как обычно не особо интересуясь впечатлениями нелюбимой части своей семьи, но все равно речь в итоге зашла о нем. — Все это время, мальчишка просто стоял и пялился на храм, как будто это что-то невероятное, — насмехался дядя над мальчиком, — Если бы Аполлон существовал бы, он непременно захотел бы помыться. — «Откуда тебе знать, что захотел бы Аполлон…» — про себя выдохнул Поттер, раздражаясь тому, как дядя любил говорить за других, после чего обратился уже к дяде, — Простите, дядя Вернон, но мне нужно прогуляться немного после еды. Извините, — после чего встал из-за стола и медленно побрел к тому месту, где он впервые почувствовал себя спокойно и защищенно, помимо своего чулана, к храму.

***

Храм был окутан ночной тьмой, но все равно выглядел все также внушительно, как и при дневном свете. — «Ну, было бы странно, если бы он выглядел иначе в зависимости от времени суток», — хмыкнул себе под нос Гарри, медленно, будто с опаской заходя внутрь строения. Место поклонения божеству встретило его ровным счетом никак. Чувство света и защиты будто пропало, после того, как солнце скрылось за горизонтом. Статуя Аполлона же у дальней стены выглядела весьма пугающе. Переборов страх, мальчик приблизился к ней и положил руку. — ПрИдИ… Холодный равнодушный голос позвал юного Поттера, отчего у него зашевелились волосы на голове. — К… Кто здесь?! — испуганно воскликнул Гарри, озираясь вокруг и напрягаясь до предела. — ПрИдИ… Ко… МнЕ… ЧеЛоВеК… Взгляд Гарри сосредоточился на статуе Бога и мальчик мог поклясться, что глаза статуи светились золотым светом. Ответ пришел оттуда, откуда Поттер точно не ожидал. Подзатыльник прилетевший ему сзади, буквально снес его на пол. — Поганый мальчишка, — яростно надвигался на него злой Вернон, позади которого мерзко улыбался Дадли, — Как ты посмел покинуть стол без моего разрешения?! — румянец на щеках мужчины и ошалевший взгляд явно показывали, что тот был не совсем трезв. — П-прости, дядя, — повинился мальчик, привыкший тому, что порой нужно было спрятать свою гордость, чтобы быть в безопасности, — Но ты не поверишь мне, что только что произошло! Это магия! Статуя говорила со мной, она… Резкая пощечина оборвала впечатлительный и испуганный лепет ребенка, отчего тот опять упал на пол. — Как ты смеешь! — прошипел дядя, — Как ты смеешь говорить при мне слово на «М»! И что за бред?! Как статья могла говорить? Маленький лжец! — Н-но, дядя, — прижимая руку к щеке со слезами на глазах хотел оправдаться Поттер, — Я… Я говорю тебе правду! Статуя говорила со мной! Маленькие поросячьи глазки мужчины наливались багрянцем от ярости. — Ах говорила она с тобой! — закричал мужчина, потрясая кулаками, — Ну погоди, я вытрясу из тебя всю дурь! — Эй, паааап, — подал голос Дадли, — Может запрем его вон в той двери? Пусть посидит? — А это идея, — злорадно оскалился Вернон, схватив мальчика за руку и поднимая над землей, — Сынок, будь добр, открой дверь. — Ага! — радостно оскалился подпевала отца, подбежав к двери и открыв ее, куда мужчина всунул Поттера и запер дверь, подперев ее толстой палкой, после чего мужчина с мальчиком довольные ушли.

***

Несомненно это было ужасно для маленького Гарри. Он стучал в дверь, умолял его выпустить, стучал и снова умолял. Но ему так никто и не ответил. Решив, что стоят и кричать делу не поможет, мальчик решил на ощупь исследовать свое временное пристанище. Долгое время только тишина была его спутником пока. — Двуногий! — услышал он шипения у себя под ногами и даже не знал что ему чувствовать, ужас от того, что шипение принадлежит змее или ужас от того, что он змею понимает, — Давно тут не было двуногих. Сахаэтис было так одиноко без вкусных двуногих… Что точно было понятно Поттеру, так это то, что змея явно хотела перекусить им, от этого понимания у мальчика окоченели кончики пальцев на руках. — Н…Нет, только не так, — взмолился Гарри всем известным Богам, не сдерживая слез, — Я не хочу умереть так! — Двуногий! Двуногий говорит на наречии благородных! — взволнованное шипение уже без того гастрономического тона немного удивило Гарри, — Двуногий понимает Сахаэтис? — Д…Да, — от удивления, мальчик перестал плакать, — Я тебя понимаю. — Слава матери-Змее! Сахаэтис так давно не говорила с двуногими, только ела их. Последней была госпожа. О как она была прекрасна, госпожа даже скармливала Сахаэтис людей. Ты новый господин Сахаэтис? — Н… Наверное, — все еще всхлипывая неуверенно сказал Гарри. — Оооо, тогда Сахаэтис тебе покажет все, — взволнованно прошипела змея, радуясь новому хозяину, — Следуй за Словом Сахаэтис и она проведет тебя к Святилищу. Выбора не было, или довериться змее, или сидеть тут до тех пор, пока не умрет от жажды или голода, так что Гарри неуверенно последовал за своей новой ползущей знакомой, все еще сжимаясь в комок от ужаса, когда змея что-то у него спрашивала. Постепенно тьма отступала пока Гарри не оказался в просторном зале с огромной змеей, свисающей с потолка и он не увидел нечто, что заставило его забыть на страхе и в восхищении смотреть на то, что находилось под клыками змеиной статуи. Постамент, на котором стояла светящаяся золотым светом пирамида. — Не бойся, хозяин, подойди ближе к Святилищу, — подбадоивала его змея. Робко, Гарри двинулся к захватившему его внимание предмету и уставился на него, увлекаясь прекрасными золотыми переливами, исходившими от пирамидки. — КоСнИсЬ… КоСнИсЬ… Её… ГоВоРи… Вновь ровный холодный голос послышался мальчику, которая сжался, вновь оглядываясь по сторонам. — Что это за голос был только что? — нервно спросил мальчик у змеи. — О, ты слышишь госпожу, — задумчиво печально ответила пресмыкающаяся, — Сахаэтис завидует хозяину. — Кто это? Что за госпожа? — Коснись пирамиды, хозяин, и ты все узнаешь. Гарри нерешительно вытянул руку и потянул ее к постаменту. Тот, будто зная рост мальчика, втянулся в пол на сантиметров тридцать, чтобы пирамида оказалась перед глазами Поттера. Наконец, Гарри дотронулся до нее и резко вскрикнул, отдергивая руку, когда что-то укололо его палец. На пирамиде осталась капелька его крови, а ранка на пальце, тут же затянулась. Капля будто растягивалась, покрывая всю поверхность геометрической фигуры, после чего яркая вспышка золотого света на мгновение ослепила ребенка, а когда он их открыл, он шумно втянул воздух, так как перед ним появилась невообразимая женщина, явно имеющая отношения к чему то божественному. — ПрИвЕтСтВуЮ тЕбЯ, НаСлЕдНиК ДрЕвНиХ. МеНя ЗоВут, АлЕтЕйЯ, рАдА вИдЕтЬ оРуДиЕ пЕрВоЙ ВоЛи, ПрЕд СоБоЙ. СлУшАй. СлУшАй И пОвИнУйСя. ИбО тЫ сТаНеШь ПрЕдВеСтНиКоМ НоВоГо МиРа!