Сладкая жизнь Кадзухи

      Пока Тиффани гуляла, Кадзуха времени зря не терял. С помощью фонарика ему все таки удалось найти гантели, которые закатились далеко под кровать. Молодой человек встал на четвереньки, выгнувшись как кошка и пытаясь дотянуться до них, но безуспешно. Кровать была двухместная и весьма широкая, длинны его руки явно не хватало, вдобавок пухлый животик мешал нормально прижаться к полу. Кадзуха разочарованно поднялся и начал отодвигать кровать, благо тут его сил хватило. Добравшись наконец до гантель, самурай поднял их и, придвинув кровать на место, устало опустился на пол, откинувшись на нее спиной. - О Архонты, как же устал. Но я же только отодвинул кровать, почему все так? Неужели с моей выносливостью все совсем плохо стало? - Кадзуха стиснул зубы от осознания своей беспомощности. - Н-нет, мне наверное просто немного нездоровится. Или же.. Я только приехал буквально сегодня утром, и видимо, просто сильно устал... Да, Кадзуха, все в порядке, волноваться не о чем... - инадзумец положил голову на кровать, чувствуя, как его медленно накрывает сонливость. Он почти не спал сегодня ночью из-за того же переезда, но нужно было взять себя в руки и позаниматься, пока Тиффани не вернулась. Другого шанса не будет. Поэтому Кадзуха, преодолевая сам себя, сполз на пол и начал качать пресс, что с его нынешней фигурой было очень даже непросто. Когда Кадзуха сгибался, животик, также сгибаясь, разделялся на две половины, из-за чего и без того сползавшая майка задиралась ещё сильнее. Первые десять упражнений Кадзуха сначала постоянно пытался ее поправить, но скоро кинул эти бессмысленные попытки. Сделав тридцать упражнений, он опустил голову на пол, пытаясь отдышаться. Лицо все покраснело, из-за чего мягкие щёки залились румянцем, волосы взлохматились, вдобавок впитав в себя пот со лба. Сердце бешено стучало, из-за чего дышать стало значительно труднее. - К-какого? Раньше я мог сделать сто за раз и не сильно устать при этом. А сейчас я чувствую себя ужасно! А это же только начало тренировки! - молодой человек несильно выругался, отмечая при этом, что разговаривает сам с собой. Что ж, какая разница. Нужно продолжать работу. Следующим он решил сделать приседания, которые дались ему не легче. Кадзуха заметил, что когда он отпускается вниз, его живот касается бедер и даже ляжек, к тому же майка опять начала слазить, оголяя при этом самую мягкую часть живота. Кадзуха колебался, снять ее или нет, но в конце концов решив не снимать, а то Тиффани могла вернуться в любой момент. Каэдэхара вовсе не хотел, чтобы она видела его вот так вот, а тем более полуголого. Кадзуха вдруг начал очень стесняться своего тела, увидев тогда что набрал ещё больше. Кадзуха продолжал приседать, случайно заметив, что когда он отпускается вниз слишком резко, та самая мягкая складочка внизу шлёпается об его ляжки особенно сильно. Парень смог сделать двадцать пять приседаний, после чего в изнеможении осел на пол. Он сильно устал и вдобавок вспотел от такой нагрузки. Давно он не занимался вот так интенсивно как для него сейчас. "Хорошо, теперь остались ещё гантели и все, для первого раза хватит" - подумал самурай, в то время прикидывая сколько раз он сможет их поднять. Посидев(вернее будет сказать, полежав) на полу минуты три, Кадзуха наконец встал и взял их в руки. Каждая была по пятнадцать килограмм. Молодой человек медленно начал сгибать и разгибать руки, чувствуя при этом такую приятную тянущую боль в мышцах. Он уже и позабыл эти ощущения. Эта часть тренировки была единственной что доставило ему хоть какое то удовольствие. Немного огорчало лишь то, что в этот раз он смог поднять их на десять раз меньше чем обычно. И вот в тот момент, когда парень стоял, пытаясь заставить себя согнуть руки ещё раз, вошла Ти. Она с умилением уставилась на эту живописную картину - ее довольно полненький, вспотевший из-за физических нагрузок Кадзуха с задравшейся майкой, в коротких шортах, с собранными в небрежный пучок волосами, что слегка растрепались и даже выбивались из него, держит в руках гантели и при этом испуганно на нее смотрит, словно она застала его за чем то стыдным или неприличным. Кадзухе и впрямь было стыдно - он не хотел, чтобы кто нибудь видел его таким. Он знал, что его вид во время занятий спортом далёк от всеми возносимого идеала. Тиффани в это время открыла рот от восхищения. Ее Кадзуха... Он выглядел таким изнеможденным и уставшим, что Ти захотелось обнять его и заласкать в кровати, пока он не уснет. Самурай тем временем был очень смущён и взирал на девушку с некой долей досады и неловкости во взгляде. "Как же... Стыдно..." - подумал он, нервно опуская гантели на пол и как бы невзначай отодвинув их носком ступни́ подальше. - "Я же думал, что она вернётся немного позже. Я опять просчитался". Тиффани тем временем подошла поближе и шлёпнула по его немаленькой заднице. - Кадзушка, ты даже не представляешь настолько ты сейчас сексуально выглядишь. Нет, ты даже и близко об этом не догадываешься! Красавец мой! Ты так устал, бедняжка... Насколько сильно? Не правда ли, это... - девушка провела рукой по его большим грудям, животу и ляжкам сверху вниз. - ...так мешает заниматься спортом? Кадзуха покраснел. - Ты права. Поэтому я и хочу сбросить хотя бы двадцать килограмм. Для меня так будет лучше, пойми... - он опустил взгляд, уже предвидя ее реакцию, которая внезапно его ошеломила. - Хорошо, Кадзуха, как скажешь. Если ты все таки решил худеть, я не буду вставлять тебе палки в колеса, а наоборот, помогу. С этого дня я буду готовить тебе только низкокалорийную еду и следить за тем чтобы ты занимался спортом. На самом деле, Тиффани вовсе не хотела чтобы Кадзуха худел, но решила поставить его в максимально неудобные и непривычные по совету Ёимии, условия, чтобы он сам бросил эту затею. "Скоро он сам задолбается худеть и будет кушать сладенькое как раньше" - подступно думала она, в голове уже потирая руки от предвкушения будущей победы. Но откуда же Кадзухе было это знать?       Со следующего утра для молодого человека начался сущий кошмар, о котором он пока что не подавал виду. Тиффани разбудила его в шесть утра, говоря что то про пробежку, на что сонный, почти не соображающий ничего Кадзуха лишь махнул рукой и перевернулся на другой бок. Ти была настойчивой, и в итоге в пол седьмого оба вышли на улицу. Большинство людей ещё спали, но примерно через полчаса жизнь в Инадзуме должна была потихоньку пробудиться. Моросил лёгкий, неприятный дождь, что, конечно, не могло их порадовать. - Ти, давай уже завтра? Ты так хочешь промокнуть? - Нет, Кадза. Тебе самому не жалко, что тебя зря разбудили в такую рань? - Ти тоже была не в восторге от погоды, но решила действовать до конца. Парень подавленно посмотрел сначала на город, где среди невысоких домов, деревьев между ними и торговых лавок возвышались резкие очертания резиденции сёгуна, затем переведя взгляд на пригородные поля с ещё клубившимся туманом и только пробивающимся наружу рисом. На красоты его родной Инадзумы можно было смотреть вечно, и Кадзуха застыл в умиротворённом созерцании. Из сладких грез его вырвала Тиффани. - На что смотришь, мечтатель ты мой? Давай, возьми себя в руки и побежали. Каэдэхара бросил последний взгляд на ещё не проснувшуюся природу и они начали пробежку. Кадзуха выдохся уже через двести метров, когда как Тиффани казалась весьма бодрой. Он попросил сбавить темп, но все равно к концу занятия Кадзухе хотелось умереть. Дыхание давным давно сбилось, началась сильная одышка, колени тряслись, и лёгкие, естественно, горели от недостатка кислорода. Ляжки во время бега сильно тёрлись друг об друга, что не могло не оставить красные отметины на внутренней стороне бедра. Он опять весь раскраснелся, вдобавок из-за пота и дождя его одежда и волосы стали мокрыми. Кадзуха буквально молился чтобы никто из жителей не увидел его в таком жалком виде. Тиффани тоже было очень жаль его, но свой план нужно было выполнить обязательно. Она обняла парня, который казалось сейчас мечтал только о том чтобы прийти домой и опять заснуть. Дома Кадзуха сразу пошел в душ, пока Тиффани осталась ждать своей очереди в комнате. Она тоже хотела пойти туда вместе с ним, но Кадзуха не позволил. Проговорив что-то вроде "я слишком жирный для этого", хотя это было не так, молодой человек исчез в ванной. Тиффани хотела возразить, что по сути, он набрал всего пять кило, но Кадзуха ее уже не слышал.       После душа, самурай сразу завалился отсыпаться, когда как Тиффани пошла на кухню чтобы начать что-либо готовить. Она решила сделать овсянку с фруктами, благо готовилось это все очень легко. Когда Кадзуха проснулся через пару часов, он был сильно голодный. Ещё бы, вчера парень довольно плохо питался, что было крайне непривычно для него. Тиффани ехидно наблюдала, как ее привыкший к жирным и огромным порциям пищи Кадзуха быстро ест овсянку. Закончив, он невинно на нее взглянул. - Тиффани, может ты мне дашь ещё одну тарелочку? - как бы невзначай спросил самурай, смотря куда то поверх ее головы. - Нет. Каша закончилась. Я пойду куплю ещё немного днём, а пока иди тренируйся. Будешь так лежать, растолстеешь ещё больше. Ты на свои ляжки посмотри! Они уже при ходьбе трутся. Как же тебя разнесло, Кадзуха, на целых пять килограмм! - Тиффани еле-еле сдержала возбуждение в голосе когда выговаривала последние слова. Кадзуха выглядел несколько погрустневшим из-за голода.       Так и прошли эти четыре дня. Кадзуха исправно занимался спортом и ел правильную пищу. Хотя ему это не нравилось, никаких желаний остановиться у него не возникало, по крайней мере молодой человек не говорил это вслух. Ти считала, что пора бы уже и закончить. Она не знала когда Кадзуха все же решит сдаться, но, помня прогноз Ёимии насчёт одной недели, пока решила не волноваться. В целом, Кадзуха худел же всего пять дней! Но ускорить события бы не помешало, поэтому на следущий день Тиффани купила большой шоколадный торт. Она поставила его в холодильник, сказав, что ей резко захотелось сладкого. Конечно же, есть она его не собиралась, но подразнить и соблазнить им Кадзуху было легче лёгкого. Правды ради, сначала парень терпел как мог, когда как Тиффани притворно огорчалась, почему же она забыла поесть его до шести вечера, а после шести все, ни-ни. Глядя на сосредоточенное лицо Кадзухи, смотрящего на холодильник, Ти догадалась что в его душе идёт борьба с самим собой. Но вот молодой человек окончательно развернулся спиной к холодильнику и пошел в спальню, куда направилась и Тиффани, всю дорогу довольно улыбаясь и предвкушая скорое прекращение его диеты.       В полтретьего ночи ее разбудил какой то шум на кухне. Приглядевшись, она поняла что ее Кадзухи нет рядом. Девушка еле смогла скрыть победную улыбку когда зашла поглядеть на источник звука. М-да, картина была живописной - сидящий на полу с в позе "w", весь измазанный шоколадным кремом Кадзуха, уже наполовину съеденный торт перед ним и тусклый свет фонаря. Кадзуха ел торт руками, жадно отрывая от него большие куски. Следы сладости были повсюду - на пухлых щеках, губах, на одежде, на ногах, куда падали крошки вместе с густым, невероятно сладким кремом. Ночное кимоно сползло, оголяя мягкие, округлые плечи и сочные груди самурая. Пояс был завязан снизу живота, который "слегка" лег на шикарные бедра и ляжки. Молодой человек вздрогнул от неожиданности, из-за чего изо рта выпал небольшой кусочек, что приземлился на его колени. - Я...я... Н-не хотел... Я не виноват... С-случайно... Получилось... - Кадзуха начал слегка заикаться от страха, ожидая, что сейчас на него польется гора упрёков. Как же он был удивлен когда вместо этого Тиффани наклонилась к нему, ласково утирая шоколадный крем с его щеки. - Мой ты сладкоежка... Кушать захотелось? Ну ничего, я все понимаю. Все отлично. Давая я покормлю тебя тем что осталось? Инадзумец не верил своим ушам. Это правда та Тиффани, что столько дней строго следила за его диетой? Девушка тем временем взяла в руки большую ложку, зачерпнула пропитанный бисквит и с любовью поднесла к его губам. - Кушай, Кадзушка... Все скушай. Чего уж добру пропадать? Ну же, открой свой ротик.       Ложка за ложкой, Кадзуха съел полностью все. Живот немного увеличился по сравнению с тем, каким он был "до", и сильнее лег на бедра. Тело взяла сладкая истома, и Кадзухе захотелось лечь. Закончив с его кормлением, Тиффани начала облизывать те области тела что запачкались шоколадом. Она медленно вылизывала сначала его лицо, затем опустившись до шикарных, аппетитных грудей и не смогла отказать себе в удовольствии пососать набухшие соски, хотя те вовсе не запачкались, закрытые плотной тканью кимоно. Затем она спустилась ещё ниже, положив голову на его тщательно откормленные, сытые ляжки, начав облизывать и их. Лицо самурая снова горело огнем смущения, а та самая часть тела уже заметно выпирала из коротких ночных шорт. Тиффани, казалось, не замечала его возбуждения, так же мерно облизывая его запачканные ляхи, хотя сама была на пределе. Нет, он был слишком сонным и вдобавок слишком заполненным чтобы продолжать. Ти тоже сильно клонило в сон, поэтому они моментально заснули, едва опустившись на мягкий матрас.       На следующий день Кадзуха объявил что решил завязать с диетой. Из сброшенных семи килограмм за эту ночку вернулось целых полкило. Тиффани была очень рада такому его решению, но так и не сказала, что именно она тайно все спланировала заранее...