наши отношения - вовсе не ошибка

Губы горели от поцелуев, ресницы трепетали, взгляд хоть и расфокусирован, но даже так сосредоточен лишь на чужом взоре, что находился непозволительно — крайне непозволительно — близко к его лицу. Он был уверен, что уши блондина напротив абсолютно красные, даже не глядя на них. Он просто знает, ага, успел изучить этот вопрос. Да и он был уверен, что не отстает в румянце, ощущая тепло на своих щеках. — Кэйл? — Молчите и позвольте мне. Отрезал юноша, когда его хён, до этого нависавший над ним на ИХ же кровати в ИХ комнате, отпрянул, позволяя встать. Мужчина с красными волосами воспользовался моментом, поднимаясь на слегка затёкшие ноги и поворачиваясь на Его Величество, несильными касаниями пальцев к чужим плечам заставляя сесть на край кровати так, чтобы бывшему главнокомандующему было удобно для дальнейших действий. Не глядя на объект влюблённости, юноша уселся перед ним прямо на пол на колени, раздвигая ноги блондина в разные стороны для удобства. Устраиваясь уже между ними и, не поднимая своего взора наверх, расправившись с ремнём и откидывая его куда-то в сторону, чтобы расстегнуть ширинку чужих джинс и невольно сглотнуть при виде бугорка через ткань нижнего белья. Чёрт, а в него это войдет? Или он рот себе разорвёт? В последний раз коснувшись пальцами чужого члена, все ещё скрытого за боксерами, уловив сверху сорвавшийся вздох с чужих губ, юноша-таки приспустил нижнее бельеёлюбимого, взглянув теперь на ничем не скрываемый член блондина, пальцем размазывая предэякулят по всей длине, подушечкой большого касаясь головки, а после и губами. Прикрывая глаза, языком обводя её по кругу, с причмокивающим звуком выпуская изо рта. Уловив краем уха разочарованный выдох Беру, Кэйл не теряет ни секунды и языком проводит по всему органу, от головки до основания и обратно, резко вбирая до половины, поднимая свой взор на лицо любимого, что не сдержал небольшого вскрика от внезапных действий красноволосого, который, о чёрт, выглядел крайне сексуальным сейчас: сидящий перед ним растрёпанный и разгорячённый на полу на коленях, вобравший половину его члена в рот, глядя на него снизу вверх и заправляя прядь волос за ухо. Боже, он сейчас кончит только от одного его вида, держите его. Говоря о волосах, от столь неожиданных действий любимого Альберу схватился на красные локоны волос Кэйла на затылке, заставляя его слегка зашипеть, посылая легкую вибрацию по органу, став медленно двигать головой, привыкая к размерам, вместе с этим слушая стоны блондина, которые заглушались тыльной стороной ладони самого же Величества, что находилась у его рта. — Кэйл.. кх.. — Мм. Лишь мыкнул на своё имя юноша, вбирая в рот на всю длину, чувствуя усилившуюся хватку на затылке, которая почти сразу же расслабилась. Почувствовав дискомфорт, мужчина отпрянул на пару мгновений от члена, стараясь отдышаться, вновь прикрывая глаза и опять вбирая в рот орган. Ускорив движения головой, Хенитьюз слегка дразнил возлюбленного, двигаясь то быстрее, то медленнее. Беру, почувствовав, что уже на пределе, принялся пытаться оттащить чужой рот от своего члена, ясно давая понять свои намерения. Но красноволосый только лишь ускорился, спустя какое-то короткое время почувствовав солоноватый вкус во рту и слова, слышимые сверху:"выплюнь" и подобное, на что он лишь проглотил чужую сперму, продемонстрировав пустой рот. — Проглотил. Альберу лишь уставился на мужчину с нечитаемым выражением на лице. Поднявшись на опять затёкшие от одного положения ноги, Хэнитьюз кротко чмокнул Кроссмана в щеку, легко улыбаясь. — Умница. — Кэйл, чёрт возьми.. О да, он стал похожим на помидор от одной лишь похвалы от любимого человека. Это он. Но это было.. Слишком. Слишком прекрасно. Схватив возлюбленного за талию, император притянул бывшего главнокомандующего ближе к себе, сплетаясь в нежном поцелуе, наполненной исключительной любовью, которую никак нельзя выразить обычными словами даже с их словарными запасами. Усевшись на чужие ноги, обхватывая чужую талию своими, Хэнитьюз не понял, когда губы блондина переместились на шею, расцеловывая белоснежную и нежную кожу, но после также внезапно отстраняясь. — Мм..? Вопросительно промычал юноша с некой горечью в голосе, глядя на отстранившегося Альберу немного размытым взглядом, когда последний внезапно снял собственный браслет с руки и его внешность стала меняться: волосы приняли каштановый оттенок, кожа потемнела, уши удлинились и заострились, а глаза поменяли свой прекрасный голубой цвет на манящий шоколадный. Кэйл же в это время чуть не задохнулся. Слишком великолепно. Слишком любимо. Слишком чудесно, захватывающе, маняще, волшебно, красочно... И это всё его. Только его. Не успел младший хоть что-то произнести, как тёмный эльф грубо впился своими заострившимися клыками в почти белую кожу на шее, срывая с ныне бордовых губ удивлённый вздох. Ощущая в волосах длинные пальцы любимого, старший мужчина слизал языком с чужой шеи выступившие капельки крови. — Беру, ты эльф, а не вампир. — А ты человек, а не суккуб. —... Хён, Боже, Дай Бог.. (сил..) — Чёрт возьми. Смеялся Кроссман, кинув взор на лицо лишь цыкнувшего на чужие слова Кэйла, видимо, уже уверовавшего от происходящего. Он испытывал огромное желание расцеловать не только его личико, но и всего юношу от подобного вида. В принципе, что мужчина и стал делать, параллельно с поцелуями в шею, спускающимися все ниже, расстёгивая пуговицы на его белой рубашке, внезапно окидывая Хенитьюз на кровать для собственного удобства и нависая над ним, оказываясь вновь около лица юноши. Сплетаясь с ним в поцелуе, в котором они оба старались не дать другому взять контроль над "ситуацией", юноша с красными волосами прокручивал в голове момент, когда он оказался здесь в таком положении. Будучи отвлечённым на сие непотребство, красноволосый сдавленно мыкает в поцелуй, когда чужие пальцы касаются затвердевших сосков, оттягивая их, откровенно дразня юношу. Чёрт, куда это он свои лапы тянет, а? Пока Хэнитьюз мысленно ругал Беру, последний успел рукой дойти до чужих брюк, спустя пару мгновений и не сложных махинаций касаясь чужого органа рукой, ни с того ни с сего резко сжимая у головки, выбивая из красных губ мужчины удивлённый полустон. От подобных действий, Кэйл случайно — а может и нет — укусил за нижнюю губу блондина, получая в ответ тихое шипение, точно недовольное подобным. Но рука с его члена никуда не пропала, вместо этого начиная движения вверх-вниз. Губы императора, тем временем, переместились на шею красноволосого, оставляя легкие поцелуи по всей бледной коже. Бедная шея, уже всю облюбовали. Трансмигратор обвил руками чужую шею, притягивая Кроссмана ближе и утыкаясь лицом в плечо тёмного эльфа. Стоны с его губ в таком положении слетали почти неслышно, заглушаясь тёмной кожей. Поцелуи прекратились, зато движения на органе стали быстрее и извращённее, хоть Кэйл и не понимал куда еще больше. Он также не понял, когда дошел до пика и излился в чужую руку, полностью расслабляясь на кровати. Прикрыв глаза, Хэнитьюз даже с Энергией Сердца восстанавливал дыхание, ведь ощущений было слишком много. Слишком. — Ты чудесен. — Не подлизывайся. Тебе хватит и этого. Мы все ещё не женаты. Отрезал Хэнитьюз, приведя достаточно весомый аргумент, чтобы не продолжать происходящее. Странно, что он раньше не сказал об этом. Ах, да, точно, он ведь первый полез отсосать. А ведь всё началось с поцелуя под внезапно взявшейся омелой.. Чёртов Эрухабен, как он вообще растение наколдовал, если это даже не его атрибут? Ай, чёрт с ним. Драконы великие, нет смысла сомневаться в их, а тем более в его — самом древнем существе этой расы, могучестве. Но его всё устраивает, в принципе. Ему понравилось. Чёртов император, даже в сексе хорош.