Адреналин

      — Они идут за нами, да?       — Похоже.       — Что делать будем?       — Не паниковать.       — Никто и не паникует, — шипение Лу в тишине подворотни прозвучало яростно и нервно. Она быстро оглянулась через плечо и ускорила шаг.       Три мужские фигуры двигались за ними метрах в тридцати, не отставая от самого «Реактора».       — Какого хера им надо? Я думала, ты там для всех свой.       — Давай подождём их и спросим, — сарказма в голосе Йонаса оказалось значительно больше, чем обычно — тоже нервы.       Темная улица впереди сужалась, фонари горели тускло, некоторые мигали.       — Йонас…       — Лу, успокойся и не…       — Йонас, впереди.       Она придержала его за рукав кожаной куртки.       Два человека медленно отделились от темных стен, вышли вперёд, преграждая путь. Трое поспевали сзади.       — Привет, ребятки, — мурлычущий голос одной из фигур звучал до карикатурности дружелюбно.       Не обращая внимания на общительных месье, Лу медленно сканировала взглядом пространство вокруг на предмет чего-то, что можно было бы использовать для обороны. Оружие, она, разумеется, в «Реактор» с собой не брала.       — Доброй ночи. Чем обязаны? — спокойный хрипловатый голос Йонаса подстегнул: соображать надо было быстрее. Это не тот вид диалога, который будет вестись достаточно долго, чтобы сбегать за «Ультиматумом»…       — Нам сильно обязан Шаза, — милостиво пояснил кто-то сзади. Лу и не хотела, но всё равно дернулась, оборачиваясь. В полутьме мелькнула кривая улыбка из гущи кустистой бороды.       — А мы тут тогда с какого бока? — Йонас обернулся куда спокойнее, лунный свет делал выражение его лица таким невозмутимым, будто оно было высечено из мрамора.       — Что, будешь плести, что Шазу не знаешь?       — Знаю, ясен хрен.       — Ну, вот и всё. Думаю, если он завтра не досчитается парочки своих людей, о возвращении долга будет думать активнее. Послезавтра — ещё парочки. А потом…       — Попутали, пацаны, мы не его люди…       Пока Йонас вел переговоры, Лу продолжала изучать обстановку. Они так уже делали. Давно. Тогда это было отлаженной системой — войны интернатовских с городскими закаляли покруче тренировок в «Корпусе». Сбегать на несанкционированные вылазки с Йонасом всегда было веселее и интереснее, чем с Доганом или Томой. Менее безопасно, впрочем, чем делать это вчетвером, но их обоих это никогда не останавливало.       — Я что, совсем тупой по-твоему, вы не первый раз уже…       Лу медленно, почти незаметно повернулась, задевая и подталкивая Йонаса плечом. Пока кредитор Шазы распалялся, а его товарищи сужали круг, Лу и Йонас оказались спина к спине. Лу поймала пальцы друга, сжала. Это был привычный когда-то сигнал. Она знала: мысленно Йонас уже начал отсчёт. Лу же впилась взглядом в угол дома метрах в пяти от них. Ржавая водосточная труба тускло поблескивала, отражая свет фонаря.       Пять, четыре, три…       — Давайте, ребята, — самый говорливый отступил в тень, остальные четверо уверенно двинулись вперёд,       … Два, один!       Труба с душераздирающим скрежетом переломилась в проржавевшей своей части и с неожиданной даже для Лу прытью понеслась полутораметровым жестяным обрубком прямо на нападающих.       Двоих сбила с ног, выдав им гулкие металлические подзатыльники.       Ещё двое в то же мгновение кинулись на них. Йонас резко развернулся, оттесняя Лу в сторону.       Влажный хруст, отборный мат, звон мелочевки, высыпавшейся из чьих-то карманов, горячее прикосновение шершавого асфальта к ладони.       Лу почувствовала пальцы у себя в волосах, резкий толчок, удар, подъем, злобный рык Йонаса…       Рывок за руку:       — Погнали, давай, бегом, — кровавая полоса поперек переносицы, острый взгляд прямо в глаза.       — Живо сюда, наверх, там переход есть…       Лу не понимала и не очень помнила, как именно они убегали от знакомцев Шазы — вынырнула из адреналиновой воронки только под самый конец гремучей пожарной лестницы высотки в нескольких сотнях метров от места драки.       Крыша здания раскинулась огромным темным полотнищем словно бы в самом центре неба, но Йонас не дал Лу отдышаться: снизу всё ещё слышались голоса и топот преследователей.       — Давай дальше, давай-давай, быстрее, черепашка Лу, ну же, блин.       — Друзья у тебя, скажу я…       — Ты мой друг, а теперь заткнись.       Переход с крыши на крышу — сетчатый металлический мостик над пропастью в пару десятков этажей. Икры свело ощущением зияющей пустоты внизу, но обращать на это внимание было некогда.       Лифтовая шахта в центре нового здания, угол, спуск, чердачный этаж насквозь, выход на следующую…       — Всё, оторвались       — Уверен?       — Ага.       Йонас, тяжело дыша после бега, с размаху плюхнулся на покатый бок крыши, под небольшим углом уходящий вниз к ограждению.       Лу без раздумий последовала за ним. Нагретая за долгий июльский день поверхность всё ещё хранила тепло.       — Надеюсь, Шаза выплатит моральную компенсацию.       — А потом догонит, и ещё раз выплатит, — буркнул в ответ. — Ты как?       — Порядок.       — Ага… — он повернулся к ней, вглядываясь в лицо. В предрассветных сумерках все казалось серым, зыбким, нереальным.       Кроме его взгляда.       — Даже не надорвалась, молодец.       — А то. Тренируюсь.       Она чуть отстранилась, также придирчиво оглядывая его:       — Выглядишь не очень.       Йонас с кривоватой ухмылкой поднял разбитую бровь. Чуть поморщился:       — Странно, мы же только что из спа.       Лу покачала головой, протянула ладонь к его лицу, убирая растрепавшиеся волосы от раны.       — Обработать бы…       Йонас перехватил ее запястье, тут же сощурился:       — Чего руки дрожат?       — Адреналин, — выдохнула почти беззвучно, глядя в глаза.       — Думал, привычная уже…       Его взгляд на мгновение скользнул по её лицу вниз. Лу втянула воздух носом.       Вспомнились все их моменты на грани. Взгляды. Прикосновения. Поцелуй в шею, который снился уже трижды за прошедшую неделю. Хил. Совместный ужин, приготовленный Йонасом у нее дома, во время которого было так неловко, что вся еда растеряла вкус.       Яркий взгляд мальчишки, с которым она прошла слишком многое, чтобы потерять его из-за всего одного непоправимого движения вперёд.       Йонас сглотнул и вновь посмотрел ей в глаза. Где-то за его спиной начинало розоветь небо, градиентом переплавляя серость в голубизну.       В горле пересохло. Пульс разогнался так, что Лу казалось, будто внутри нее гулким эхом бьётся огромный колокол.       Она вновь дотронулась до его лица. До скулы. Теперь робко. Не так, как мгновение назад.       — Здесь тоже кровь, — оправдалась запоздало и нелепо.       И вдруг оказалось, что совершенно невозможно не смотреть на его губы. Невозможно отдернуть ладонь. Тело стало неподатливым и тяжёлым, мышцы непослушными.       — Лу… — негромко.       — М? — снова в глаза.       Тьма зрачков. Гипнотизирующая, бесконечная.       Она нервно выдохнула, приоткрыв губы.       И что-то изменилось.       Йонас наклонился к ней, подался вперёд… Кожа к коже, вкус железа, мяты и табака. Разбитые губы, медленное прикосновение языка.       Щекотное движение ресниц по щеке, теплые твердые ладони у нее на талии уже под одеждой. Лу звучно вдохнула, почти всхлипнула. Углубила поцелуй, цепляясь за ворот кожаной куртки. Прогнулась в талии, прижимаясь ближе. Тело заныло, взвыв каждой клеточкой в требовании, понимать суть которого было слишком страшно.       Спустя несколько долгих отчаянных мгновений Лу отстранилась.       Йонас молчал, глядя на неё. Собирался что-то сказать, но пока молчал.       Лу успела первой, сбивчиво, торопливо, почему-то шепотом:       — Это… Это тоже адреналин.       Его взгляд замер, остыл.       — Серьёзно?       Лу тоже окаменела. Смысл произошедшего, смысл собственных слов медленно разворачивался в сознании. Затянувшаяся пауза давила, язык будто присох к нёбу.       Йонас нахмурился и, поднявшись с места, молча ушёл, исчез за кирпичной будкой лифтовой шахты. Вскоре послышался скрип отворяемой двери на крышу, хлопок, когда пружина вернула её на место.       Лу сильно зажмурилась, уронила голову на согнутые колени.       Рассветные лучи накрыли город полупрозрачной розоватой вуалью — новый день должен был разгореться с минуты на минуту.