Было бы лето

Глава 30. — Вы хотели видеть меня? И что вы знаете о моей матери? И что там о нас с Сашей? — Эрика закатила глаза. — Я хотела сказать тебе, чтоб ни в коем случае ты ко «львам» не возвращалась. — Женщина достала с полки старый конверт. — А к Диме подавно не вздумай. Да и с этим тебе вряд ли надо. Бежать тебе нужно срочно. — Димы больше здесь не будет. Больше бежать не от кого. — Дурочка, Дима это малыш, а за тобой придёт настоящий хищник. Что-нибудь знаешь о своих родителях? — Мать нагуляла в пятнадцать, а потом родила и бросила на бабушку. Отец вообще неизвестен. — Твоя мать действительно родила тебя в пятнадцать. И родила она тебя от Игоря Лелюка. Дима твой брат, поэтому держись подальше. Благо, что бабка не дожила до того, как вы начали свои побегушки. — Игорь Лелюк мой отец? Вы уверены? — Ещё как. Все так миловались этой паре, пока его не посадили. Она родила, бросила тебя на бабушку и сказала, что вернётся на коронацию. — Куда вернётся? — В девятнадцать у тебя коронация. Ты законно станешь главной в банде. Твоя мать пообещала, что придёт сюда. Бабка твоя Игоря поэтому и приютила, чтоб отец с дочкой был. Ты беги, пока не было коронации. Не с добром мать твоя приедёт. Эрика выбежала из подъезда и села на первую лавочку. С глаз покатились слёзы, а лёгкие жадно забирали воздух. Она не поверила своим ушам. Игорь Лелюк её отец, Дима брат, а мать ненавидит её, хоть и видела только при рождении. Что не так с этим миром? Что не так с этой семьёй? — Эрика, мы сейчас соберём твои вещи и уедем. — Саша прижал к себе девушку. — День рождения уже завтра. — Мы никуда не поедем! — Крикнула Эрика и встала с лавочки. — Я хочу посмотреть на человека, который бросил собственную дочь и явился только через девятнадцать лет. — Может не стоит рисковать? — Думаешь, что моя мать решит убить меня спустя девятнадцать лет? Я вывезу, всё будет нормально. В конце концов, не говори, что ты за меня волнуешься. — Ну, мы свергли главаря, спали, могли стать родителями и ещё тысяча причин моей привычки к тебе. — Ты хочешь сказать, что любишь меня? — Нет, нет, слишком громко. Но я привык к твоему присутствию. Скажешь, что хотела сказать в квартире? — Спроси об этом когда я буду умирать в очередной раз или же напьюсь. В такие моменты я честна. — А в остальное время врёшь? — Если мне это надо, то конечно. — Стоп, но я ведь сказал тебе о том, что хотел услышать. Теперь скажи ты. — Ты ничего не говорил. — Чёрт, ты вырубилась. Ладно, подождём завтра. Либо мы будем умирать, либо напьёмся. Ночь была бессонной. Эрика думала о том, как сказать Саше то, о чём молчит сейчас. Она надеялась, что алкоголь сделает своё дело и разговор пройдёт легко. Так же она боялась встречи с матерью, которая пропала из её жизни с самого рождения. Что она скажет и как себя поведёт? Плисакин тихо постучал в окно Эрики и побежал к остальным. Девушка выглянула в окно и все открыли рты от удивления. Красное лёгкое платье, пышные короткие кудри с лиловыми кончиками, макияж. — Ну и? — Крикнула Эрика и все засмеялись. — Сейчас выйду. Все около часа поздравляли, дарили подарки, смеялись. Саша открыл багажник и достал оттуда большую коробку с огромным бантом. — Так как ты мать «пантер» и главная среди «львов», — Плисакин открыл коробку. — Это тридцать красных бомберов с символикой «пантер & львов». Мы ведь все вместе. — Боже, как это прекрасно! — Эрика обняла Сашу и передала коробку девушкам. — С короной моя? — Конечно. Но наденешь ты её на коронации. Пройдём? Эрика и Саша шли первыми, а за ними и остальные члены банды. Саша достал из коробки золотую цепочку с кулоном в виде головы льва и посмотрел на Эрику. — Кажется, коронацию проводит главарь, а не его заместитель. Все повернулись и расступились перед женщиной в куртке с символикой льва. — С твоим днём, доченька. — Женщина достает пистолет и нажимает на курок. Эрика падает на землю, а сквозь платье сочится бордовая кровь.