Интересное желание, переросшее в нечто большее.

Хёнджин, Феликс и Джисон — это трио не разлей вода. Были, пока два последних не начали встречаться. Хёнджин тогда весь на нервы извёлся, что единственные друзья променяли его на лобызания друг с другом. Немыслимо. Они ведь и при нём совершенно не стеснялись чуть ли не пожирать друг друга, на что он только и мог в который раз закатить глаза. Спустя годы ничего не изменилось. Хан и Ли вечно держались вместе, а Хёнджин смеялся с того, как они вообще ещё встречаются. Вот и сегодня он смеялся с Джисона, который в очередной раз позорился на всю аудиторию из-за желания Феликса. Он обязан отыграться. Просто обязан. И вот они уже сидят дома и рубятся в видеоигру, где Хан умудрился проиграть и выполнять это дурацкое, как он считал, и забавное, как считал Феликс, желание. — Да! Я выиграл! — кричал, радостно вскочив и держа джойстик, Джисон. — Теперь моё желание выполнишь ты. — Хорошо-хорошо, Сон-и. Говори уже, что там придумал, — посмеиваясь, ответил Феликс. Джисон лишь ехидно улыбнулся, выкидывая джойстик из рук. Он медленно подходил к Ли, будто крался к своей добыче. В глазах плещется озорство с похотью. Хан перекидывает ногу через Феликса, усаживаясь на его бёдра, оплетая руками шею. Ликс на это смотрит с восхищением, понимая, к чему всё ведёт, и губы облизывает в предвкушении. — Сегодня ты всю ночь должен называть меня «мой господин» и подчиняться любому моему слову, Ликс-и, — опаляя своим дыханием, шепчет на ухо Джисон. — Так вот какие игры ты затеял, — он тут же получает удар по плечу и недовольный взгляд. — Прошу прощения, мой господин. — Так-то. А теперь.… Пойдём в спальню, — старший спускается на пол, протягивая руку, чтобы утащить за собой свой «выигрыш». Парни, целуясь, заваливаются в комнату, попутно раздевая друг друга. Как только вся одежда оказывается разбросана по полу, Джисон толкает Феликса на кровать, усаживаясь на него сверху. Второй тянет руки к первому, за что сразу же получает по ним. — Тебе можно смотреть. Трогать нельзя, — ухмылка трогает губы. Феликс сглатывает. Как это он не может прикоснуться к любимому телу, что сейчас ублажает себя прямо перед его лицом на его же бёдрах? Дыхание перехватывает, он мнёт простынь под собой, сжимая руки в кулак, дабы не сорваться. Прикоснуться хочется очень сильно. Но позволено только смотреть. И он смотрит. Как Джисон растягивает себя, выстанывая любимое имя. Как закатывает глаза, попадая пальцами по комку нервов внутри себя. Как он смотрит в ответ, облизывая губы, и опускается, чтобы втянуть один сосок Феликса губами. Ли прогибается в спине. Они вообще давно решили, что им комфортнее менять позиции, поэтому и тела друг друга они изучили вдоль и поперёк. Феликс стонет, когда чувствует прикосновения к члену. Джисон лишь ухмыляется, продолжая растягивать себя, теперь ещё и надрачивая своему парню. — Мой господин, позвольте коснуться Вас. Прошу, — выдыхает Ли. — Прикоснись ко мне, если так этого хочешь, — сверкая глазками, отвечает Хан. Ли руки свои тянет, касаясь чужого тела в районе бёдер. Ведёт их медленно к животу, очерчивая рёбра и поднимаясь выше, к соскам. Он играется с ними, выбивая сладкие стоны из уст старшего. Джисон чувствует, что уже не может больше терпеть и насаживается на член. По комнате разносятся два протяжных стона в унисон. Феликс сжимает тонкую талию, помогая Джисону двигаться, откидывая голову назад из-за приятных ощущений. Он обожает эту позу. — Позвольте мне двигаться, мой господин. Я сделаю Вам приятно, — вновь просит Феликс. Хан лишь машет ему головой. Он отыгрался. Желание уже исполнено, поэтому можно полностью отдаться моменту. Феликс пятками упирается в кровать, приподнимая свой таз, от чего у Джисона дрожь по всему телу проходит, и начинает двигаться быстро, как оба любят, впитывая каждый стон, сорванный с любимых уст. Хан руками упирается в грудь Ли, чтобы устойчивее держаться. — Ликс-и, прошу тебя, быстрее, — через короткие вздохи произносит Джисон. Феликс слушается и ускоряется, уже сам не сдерживая стоны. В спальне уже очень душно от этих разгорячённых тел, что жмутся друг к другу ближе. Звуки шлепков мешаются с блаженными вздохами. Оба уже на грани и понимают это без слов. Ли совершает ещё несколько толчков, прежде чем излиться и ощутит после влагу на своём животе. Джисон просто валится сверху, размазывая своим телом сперму по своему и чужому животу. Смеётся тихонько, целуя Феликса медленно и тягуче. — Ну, и кто будет убирать это безобразие, Сон-и? — хихикает Ли. — Вместе сейчас пойдём в душ. Дай отдышаться, — вновь целует, чтобы заткнуть. Он отыгрался.